Побуждая

Очередной завывающий сквозняк, и я замерла, прислушиваясь к тишине подземелий. Почему все время слышится шорох мантии или тихие поступи кого-то сзади? Эта часть замка такая загадочная и немного жутковатая, чего уж скрывать. И, хотя мои чары Невидимости работают хорошо, мне все равно не хотелось повстречать кого-то, поэтому я передвигаюсь тихо и осторожно. Однако все же лучше немного ускориться. Меня и так задержали на праздновании помолвки Рона и Мелисенты. Все веселились, а я, пропуская вопросы мимо ушей и наигранно улыбаясь, то и дело мысленно возвращалась к моему ненаглядному профессору. В сотый раз мысленно представив, как он обнаружил пропажу значимого элемента своего гардероба, смогла всласть насладиться выражением его лица. И все же достоверную его реакцию я, к сожалению, не имела возможности лицезреть. Возможно, он проматерился, а, может, лишь усмехнулся своей неизменной ухмылкой и принялся планировать моё наказание за такой дерзкий поступок. Эх… Последний поворот. Снимаю с себя чары Невидимости, взволнованным жестом отбрасываю волосы с плеча, пробегаюсь по пуговичкам — проверяю, все ли застегнуты. Все комильфо. Три шага, и я замечаю его. Дыхание перехватывает, но я не сбавляю шага. Снейп в одной рубашке и в брюках стоит, скрестив руки на груди, и дожидается меня, в этом сомнений уже нет. Белая рубашка буквально светится на фоне темного коридора, словно огонек манит меня. И я не прочь вновь сгореть. Чертов искуситель! Подойдя ближе к настенному факелу, под которым стоит он, я замечаю, как вытягивается лицо Снейпа, когда он получает возможность осмотреть меня. Главное не засмеяться. Все так же, не опуская вздернутого носа, прохожу мимо ошалевшего Снейпа вглубь коридора. За собой слышу шипение, смешанное с потоком матерных слов, и тихие шаги вторящие моим. Замираю перед появившейся Гарпией. Снейп замирает за мной и шипит свой новый пароль: «Жгучая крапива». Женщина кивнула и прикрыла тонкой кистью свои губы, пряча улыбку и смешок, окинув меня и хозяина комнат изучающим взглядом. Снейп снова что-то зашипел сзади. Не зря на Слизерине учился и не зря декан этого самого факультета. Только вот не знала, что профессор змееуст. Прохожу неприветливую гостиную, стараюсь не обращать внимания на нещадно манящие книги личной библиотеки Снейпа. Переступаю порог моей самой любимой во всем Хогвартсе комнаты. Пара шагов, и я перевожу дыхание, прежде чем обернуться к хозяину апартаментов. — Профессор, как вы считаете, мне идет? — откидываю волосы с плеча, упираюсь рукой в бок и, как модели в телевизоре, делаю грациозный оборот вокруг своей оси. — Великоват, не находишь? — Снейп хмыкает, смотря на свисающий рукав. — О! Все поправимо, — улыбаюсь самой невинной улыбкой из своего скромного арсенала, и тем самым заставляю его зарычать и сделать шаг ко мне. — Украла и гордишься собой? Не по-гриффиндорски это, Гермиона, — стараясь быть спокойным, заявляет мне Снейп, и у меня на затылке волосики уже шевелятся, и счастье… Счастья столько в груди появилось, такого теплого, волнительного. Ох, знал бы ты, как горжусь! — Не украла, а одолжила, — поясняю я. — А сегодня, к сожалению, придется одолжить вашу рубашку, профессор. Кажется, я, — расстегиваю одну пуговичку на сюртуке и заглядываю под него, — совсем забыла надеть свои вещи. В наше время склероз — болезнь и молодых, — с серьезным выражением лица выдыхаю я и замечаю, как черные глаза забегали по моему телу. Сглотнув комок, Северус шумно втянул воздух, а я с радостью отметила про себя, что даже после всего, что было между нами, я все еще интересую его. — И позволь поинтересоваться, что ты с ним делала? — спрашивает, слегка склонив голову. — А ты подумай, — Мерлин, как же это здорово, — что я могла с ним делать? — неопределенно отвечаю и ненамеренно облизываю губы, вспоминая, как счастливо я вчера уснула в обнимку с сюртуком. Улыбаюсь, уйдя в воспоминания, и тут же прихожу в себя, когда Снейп, рыкнув, зашагал ко мне. Ой, мамочка! Шаги от него, и я повторно упираюсь икрами в постель, охнув, сажусь и, тяжело дыша, смотрю на нависшего надо мной Снейпа. Замер, сощурившись. Смотрит пронизывающе, отчего у меня по ногам мурашки побежали, а между ног начало разливаться неконтролируемое тепло. Ходячий возбудитель! Мой личный Бог Похоти и Желания. — Можешь взять мою рубашку, — говорит тихо, поднимая в моей душе целую бурю эмоций. Профессор, вы ведь знаете, что я вас обожаю, правда? Рубашку значит, да. Поднимаю руку и мягко прикасаюсь к животу Снейпа прямо над линией брюк. Слышу, как он медленно втягивает воздух и так же медленно выдыхает. Нежно поглаживая, двигаюсь вверх. Хочу все сделать правильно, поэтому нужно начать с первой пуговички. — Сначала ремень, — прерывает он меня на полпути. Святая святых! Можно? Убираю руку, смотрю на этот самый пояс, неосознанно облизываюсь и поднимаю глаза. Еще один медленный вдох, и я лишь в этот миг понимаю, как я сейчас пошло ухмыляюсь моему ненаглядному зельевару. Поднимаю руки, справляюсь с металлическим замком, незамедлительно вытягиваю полоску из петель брюк. Замираю, внимательно рассматривая матовую поверхность черного ремня. Такая незначительная деталь, а оставила в моей памяти столько невероятных ощущений и впечатлений. Чертов ремень, дьявольское изобретение! Вновь смотрю на сосредоточенное мужское лицо. Снейп внимательно наблюдает за мной. Беспристрастен. Гад. Секундный поединок взглядов, и в черных глазах появляется игривый блеск, а выразительная бровь поднимается верх. Понимаю, что сейчас мне нужно сделать выбор, но… Я сделала его давно. Именно здесь, именно рядом с ним я могу быть сама собой, именно с ним я могу не бояться своих желаний и своих... наклонностей. С ним я свободна, сладко пленена, развратна и желанна. И если бы только он позволил, я бы осталась с ним. Беру правую руку Снейпа, немного приподнимаю, слегка задираю манжет, оголяя запястье. Склонившись, припадаю теплым поцелуем к нежной коже. Губами ощущаю частый пульс дорогого мне человека. Профессор, вы невероятный мужчина. И я хочу показать, что я покорена вами. Отстраняюсь и вкладываю сложенный ремень в его ладонь, сжимаю тонкие пальцы. Я принадлежу вам. Смотрю в глаза Снейпа, а в них столько смешанных эмоций. Он внезапно откинул ремень на кровать, нырнул рукой в карман. Резко сел передо мной на колени. Взяв мою руку, принялся завязывать на пальце тонкую красную шелковую ленточку. Удивленно смотрю на него, и понять ничего не могу. Новая игра? Связываем все пальцы? — В любом случае, я хочу, чтобы оно осталось у тебя, — говорит он. А я все никак не могу понять, о чем это он. Пока он завязывал, я замечаю, что такая же ленточка появляется и на его пальце. Точно игра какая-то. Закончив, Снейп как-то взволнованно выдыхает, смотря в мои глаза. Приподнимает немного мою руку, а свою отводит в сторону. Разжимает кулак, и я ошарашено смотрю на ленту, концы которой завязаны на наших пальцах. Не менее удивленно смотрю на два кольца, которые висят на ленте между нашими руками. Взяв мою кисть в свою руку, он тянет кольцо вверх по ленте и надевает его мне на пальчик. От понимания того, что сейчас происходит, у меня пересохло во рту, а щеки и шея запылали от всплеска эмоций. Предложение. Черт побери, он делает мне предложение! Самое молчаливое, самое романтическое и самое сексуальное предложение! Но… неужели я ему… — Я думала, — начинаю хриплым голосом, Снейп хмурится и отводит взгляд, — что я тебя раздражаю, — выдыхаю. Хмыкает. Цепляет пальцами подбородок и смотрит в глаза. — Еще и как, раздражаешь, — усмехается. — Но еще… — вновь хмурится, — просто я не из тех, кто кричит о своей любви на каждом углу, — поясняет он. Опускает ладонь на щеку, склоняется, целует в лоб, в висок, возле уха. — Так сильно, что ты даже поверить не сможешь, — шепчет, заставляя что-то в моем сердце защемиться. Поджимаю губы, сдерживаюсь, чтобы не заплакать от счастья. Опускаю голову, хватаю его руку в свою, беру кольцо, но… но Снейп резко отодвигает кисть в сторону. — Ты ведь понимаешь, что все будет именно так. Может быть — лучше, может — хуже. Я понимаю, что он говорит о манере нашего извращенного секса. — И никак иначе, Северус, — улыбаюсь и, протянув кольцо по ленте, надеваю ему на палец. Оба кольца начинают светиться, словно накаленные, а лента, связывающая наши руки, исчезает. Взяв за воротник, притягиваю к себе и целую в губы моего жениха. — Я хочу в ванную, умыться, — выдыхаю первую здравую мысль, оторвавшись от умелых губ. Поднимаюсь, мысленно радуюсь тому, что спать теперь буду в этой комнате и вещи воровать больше не нужно, ну, разве что иногда. Не успела сделать и шага, как была повалена на кровать. С удивлением замечаю, что мои руки и ноги связанны черными лентами. — Разве я разрешал куда-то уходить? — интересуется Снейп, расстегивая свою рубашку. — Мерлин, как же я удачно вышла замуж!