Кукушонок

На Востоке, чтобы сохранить за собой право мести, никогда ничего не пьют и не едят в доме врага. из «Графа Монте-Кристо»

      Кисаме поймали на границе страны Огня в городишке Коро. Рюзаки смотрел на связанного гиганта и думал, что такого не сдержит не то что верёвка, но даже цепь. — Давно не виделись, Учиха, — сказал Мечник Тумана, обнажив острые зубы. Под синей кожей перекатывались хищными рыбами мышцы. На мгновение Рюзаки показалось, что он не сдержится — разорвёт путы и свернёт шею старому напарнику. Но Хошигаки слегка склонил голову и расслабился в руках шиноби. Дозорные Конохи пошатнулись. Учиха резко ударил мечника по шее и вырубил старого знакомца. — Его лучше держать без сознания. — Рюзаки обратился к своим, — Кисаме не работает один. Где его меч и напарник? — Куноичи мы поймали и уже отправили на допрос, а меча у него не было, Учиха-сан, — отчитались ему. — Приказ Хокаге? — Он хочет лично его допросить. Пленника отправили в Коноху с помощью призыва Орочимару. Рюзаки пожалел змеек. Очнувшийся Кисаме мог прогрызть путь наружу. Но перед Ёндайме шиноби Кири предстали невредимыми и мирными. — После всего Кири ещё посмела прислать в страну Огня самого Мечника Тумана. — Задумчиво сказал Минато, когда увидел вражеских шиноби. — Мы так и будем говорить? — Кисаме развел руками в кабинете Хокаге, — гостям предлагают еду, если вы не знали. — С чего вы решили, что будете гостями? Хошигаки ухмыльнулся, не показывая зубы. — Коноха ничего не предприняла по отношению к Кири после возвращения Учихи. Это даёт шанс на мир. Намикадзе не возразил и решился пойти на встречу. Незваных гостей Хокаге проводил в заведение Акимичи. Небольшой ресторанчик с темным интерьером использовался торговцами для переговоров и заключения сделок. Шиноби Конохи нечасто посещали заведение.       В углу полупустого зала Хокаге уселся между Ямато и Гаем, Какаши рядом с куноичи, а между Мечником и Ямато разместился Рюзаки. Намикадзе заказал местной еды — рамена, мясного салата и закуски из вяленой рыбы.       Рюзаки мутило от запаха, но его соседи с довольными лицами ели за счёт Главы Конохи. Какаши заказал себе напиток и медленно цедил его из трубочки через дырку в маске. Насколько Рюзаки знал, на недавней миссии Хатаке покоцали — в том числе порвали маску. Ямато и Гай налетели на мясной салат. Минато и гости из Кири ели рыбу. Перед Рюзаки исходила паром тарелка с раменом, но съесть хотя бы ложку он был не в состоянии. — Как вы знаете, моё имя Хошигаки Кисаме, — шиноби кивнул на свою напарницу, — Майя прикрывает меня. Намикадзе Минато не знает только глухой. Как и его тень Хатаке Какаши. Могу ли я узнать остальных и что они тут делают? При разговоре Кисаме обращался исключительно к Рюзаки, словно брал совет у старого друга. Хладнокровный шиноби умел скрывать свои цели и стремления. Лишь раз Рюзаки удалось его расколоть — он знал в кого Кисаме был влюблён. Но, даже ориентируясь на канон, сложно предугадать действия профессионала. Учиха всё же им восхищался. — Я Учиха Рюзаки. Это Ямато — мой дозорный. — Учиха по очереди показывал раскрытой ладонью на людей, — Майто Гай. Его отец убил Мечников Тумана, когда они напали на Коноху. При упоминании отца Зелёный лист Конохи помрачнел и хмуро посмотрел на шиноби Кири. Пригласив его, Хокаге как бы спрашивал, согласен ли сын сотрудничать с шиноби вражеской деревни, где жили убийцы его отца. Вопреки мнению о недалёкости, Гай прекрасно понял посыл и ещё не принял решение. — Примите мои соболезнования, — Кисаме склонил голову, — ваш отец был невероятным человеком, раз смог победить сильнейших из Кири. Майто удивлённо поднял брови. Он не ожидал такого от условного врага, но Кисаме всегда уважал силу и самопожертвование. Гай молча кивнул и принялся ковыряться в салате, его скулы краснели, шиноби тихо шмыгал носом.       Некоторое время над столом царила тишина. Молчанием они поминали павших товарищей. Рюзаки первым вернулся к еде и с неохотой зачерпнул бульон. Кисаме хмыкнул. — Я тут осознал забавную вещь. Ты никогда не ел с нами. — Что вы имеете в виду, Хошигаки-сан? — Спросил Хокаге. — Я говорю об Учихе. В стране Воды, да и во многих странах, где шиноби часто встречаются, есть примета, — шиноби расправил плечи и с превосходством посмотрел на сотрапезников. — Если ты разделишь еду с шиноби, то он не убьет тебя. Конечно, это пошло от техник отравления и тому подобного. Но факт таков, что шиноби едят только с теми, кому доверяют и не собираются убить. Так вот, в Кири я ни разу не видел Учиху, обедающим с кем-то. — Ещё вспомни про Фугуки, — пробормотал Рюзаки, уткнувшись в тарелку, и потому не увидел опасного блеска в глазах Кисаме. — Тухлый жирдяй ел в одиночестве. Всегда. Как и ты. Забавно. Громкое хлюпанье раздалось от Хатаке, он допил свой чай и со стуком поставил стакан, прерывая напряжённую паузу. — Рюзаки один из шиноби Конохи. Так было и так будет. Зачем вы приехали? — По личным делам. — Майя аккуратно сложила палочки рядом с тарелкой. Свою порцию она доела. — Разве так отвечают гости радушным хозяевам? — поддел их Минато. Время вежливой болтовни закончилось и шиноби за столом переговоров напружинились. Гай слегка отодвинул стул, чтобы в случае столкновения успеть встать на ноги. Ямато размял шею и наклонился к Хокаге. Конечно, сильнейшему шиноби Конохи не нужна защита, но щит не помешает. Хатаке освободил руки и повел глазами — искал чем бы себя заменить в начале боя. Рюзаки же смотрел на шиноби Кири и подмечал отличия. Майя давно оправилась от ранения и осталась верной куноичи клана Юки. Хошигаки как Мечник Тумана был уважаем и влиятелен. Он мог получить что угодно по щелчку пальцев в стране Воды. Что таким людям делать в Конохе? Да ещё намекать, что они гости. Без меча. — Вы добровольно сдались и позволили привести себя к Хокаге с пустыми руками. — Начал рассуждать Рюзаки, — В Конохе есть то, что вам нужно. Не человек, иначе бы вы использовали другие методы. Но вещь. А что есть у Конохи? Мечи мертвых Мечников Тумана. — Амано-доно до сих пор сетует, что не сыграл с тобой в го. Ты был бы достойным противником, — Кисаме не выглядел довольным. — Полагаю кандидаты из Юки и Хозуки? Юный Суйгецу порывист и честолюбив. Только лёгкое дуновение коснулось Рюзаки, когда Майя направила кунай к его шеи. Рука куноичи не дрожала, хотя Хатаке успел схватить её и отвести оружие. Учиха даже не пошевелился. — Вы должны понимать, что мечи — это военные трофеи и просто так мы не можем их отдать. — Словно бы не заметив нападения, начал Минато, — между Конохой и Кири напряжённые отношения и старые договорённости изжили себя. Кисаме громко расхохотался, постукивая по столу, отчего вся посуда громыхала. Его жабры жадно хватали воздух, гигант дрожал от радости, а напротив него застыли шиноби Конохи и гадали, что теперь делать. Как ведущий в паре, Хошигаки махнул рукой и Майя опустила кунай, Хатаке освободил её и они расселись по местам. — Ваши предложения, Хокаге-сама? — посмеиваясь, спросил Кисаме. — Через полгода экзамен на чуунина в Конохе. Почему бы Кири не привести своих кандидатов? И если они пройдут в финал, Коноха отдаст мечи. — Да, такой путь нам подходит. — Кивнул Кисаме, — значит договорились. Шиноби Кири отодвинул стул и уже хотел выйти из-за стола, но передумал и обернулся к Рюзаки. — Чуть не забыл. Он сложил пальцы в печать призыва — Ямато буквально побелел — на столе с тихим стуком оказалась перламутровая шкатулка. Хошигаки положил её на колени Учихи, встал и пошел к выходу. На середине зала, в пределах слышимости всех присутствующих, Кисаме напоследок сказал: — Когда тебе надоест это розовое небо, Учиха, возвращайся в Кири. Кто бы, что не говорил, а ты один из нас. Кровавый Туман тебя вырастил. Они с напарницей растворились в воздухе. Защита от перемещений на них не подействовала. Хокаге придётся тщательно проверить барьерный отряд Конохи.       Соприкоснувшись плечом, к Рюзаки склонился Какаши и увидел содержимое шкатулки. Длинные тонкие кости, какие-то чешуйки и рыбьи потроха — мусор для чужака, но для Рюзаки, выросшего в Кири, сокровища. Знакомые сенбоны из фуги, чешуя, смазанная паралитическим ядом; из внутренностей можно было создать концентрат яда, антидот к которому знали только в Кири — для шиноби с материка он был смертельным. Шкатулка тоже многое поведала Рюзаки. Блестящий перламутр искусно обработали и нанесли узоры из рыб и фуин. К созданию вещицы, уместно бы сияющей на столике красавицы, приложили руки Узумаки и Кагуя.