Бывший псих - это больное сердце.

— Антон вставай, просыпайся. — тормошит меня кто-то за плечо. — Я не хочу. — говорю я севшим голосом. — Что случилось? Повернись ко мне, пожалуйста. — Нет. — шепчу я и только больше утыкаюсь носом в подушку сильнее прижимая её к себе. Меня снова потянуло в сон. — Ты куда-то ходил, да? — спрашивает Арсений и убирает свою руку с моего плеча. Блять, забыл убрать куртку на место, ну и хуй с ней. Я шмыгаю носом и продолжаю игнорировать его. — Пошли покушаем. — Не хочу. — снова хриплю я и шмыгаю носом. — А надо, Тош. — он встаёт с моей кровати и уходит куда-то. Слава богу отстал. Спасибо в прошлый раз «покушал». Хватило до аллергии, больше не хочу. Глаза открывать я даже не собирался, болят так, как будто красный перец насыпали. Я начинаю снова засыпать, как вдруг слышу приближающееся шаги. Только не это! — Антош, я покушать принёс. Ну нет, ну, пожалуйста, я не хочу! Почему вселенная такая сука, издевается надо мной. Почему Арсений Сергеевич Попов такой дотошный, блять?! — Антон. Я дёрнулся из-за прикосновения на своей спине. Он гладит мою спину? Снова прикоснулся. Он гладит мою спину! Я резко принял сидячие положение и отполз к стенке подальше от него. — Ты чего счастье? Счастье? Что-то промелькнуло в моей памяти. Где-то это я уже слышал, вот не помню только где. — В…вы слишком многое себе позволяете! — не, ну это уже правда перебор. — Прости, я не хотел тебя напугать. — говорит он и теребит одно единственное кольцо на правой руке. — Вы женаты? — спрашиваю я и подгибаю ноги под себя. — Я? — он опускает глаза на кольцо, и начинает часто моргать. — Нет вовсе нет. Это мне один мальчик подарил, когда я ещё не переехал сюда. — Мальчик? А ему сколько было то? — чувствую я неладное в закоулках своего мозга. — Четырнадцать на то время. — улыбается он своим воспоминаниям. — А вам? — Двадцать два. — коротко отвечает он и берёт с тумбочки тарелку с какой-то жидкостью и предлагает мне. Это суп? Вкусно пахнет, куриный. Так уж и быть похлебаю бульон. — У вас были отношения что-ли? — Я бы так не сказал. Я ему один раз помог, а потом как-то сдружились. Ну я думал, что я ему, как хороший сосед. А он влюбился похоже… — Эхе…хкэ всмысле? — давюсь супом я, это ожидаемо. Я же говорил что он педик! — Аккуратнее, Тош. Ну обыкновенно, просто влюбился. — он взял с тумбочки другую тарелку и без какого-либо желание есть, просто стал мешать ложкой бульон. — Понятно. А вы ну это… — Влюбился ли я? — договаривает он за меня. — Угу. — киваю я и ищу в тарелке картошку. — Он был мне симпатичен, скажем так. — он переводит взгляд от тарелки с супом на меня. — А ты когда начал так плохо питаться? — Уже, как года два назад, наверное, а что? — я подозрительно посмотрел на мужчину. — А из-за чего ты так? Вот назойливый червь. — Вроде какие-то проблемы у меня начались, я же тогда ещё и курить начал. Из-за отца и ещё из-за чего-то, не помню. — Это было так давно, а ты до сих пор колетишь себе жизнь прошлым? — А вы? Он непонимающе посмотрел на меня. — Вы ведь тоже колечите себя. Что? Разве нет? Зачем носите кольцо? По вашему лицу видно, что вам больно с этим вагоном воспоминаний, но вы его никуда не отпускаете. Давно ли вы начали пить? — Что? — его глаза округлились. — Я…я видел у вас вино в холодильнике. — замешкался я. — Ты что… — он быстро встал кровати и направился видимо на кухню. Я нервно сглотнул, чувствую сейчас будет жопа. — Шастун! — послышалось из кухни. Ну всё, можно закапывать себя заживо. — Где бутылка? — заходит разгневанный Попов в мою комнату. — Не знаю. Молодец Антон, ты искусно умеешь врать. Пиздёжом тут и не пахнет… — Спрашиваю ещё раз. Где бутылка? Не ответишь, получишь. — еле сдерживается мужчина. Знаю врать не хорошо, особенно алкашам за их алкоголь. Это как быка красной тряпкой дразнить. Придётся сказать, наверное… — Ну? — Не знаю. — снова вру я, и сильно сжимаю свою тарелку с недоеденным супом. — Сам напросился. — мужчина приподнимает темно коричневый свитер и пытается, что-то нащупать на штанах. Сердце уходит в пятки. Он ведь не изнасиловать меня решил? Его хищный взгляд уставился на меня, и он лезет на кровать. — Я всё скажу, только не делайте этого, пожалуйста. — не замечаю как начинаю хлюпать носом, а мои губы и вовсе дрожат. — Тош, успокойся. Я честно не собирался ничего плохого с тобой делать. Решил тебя просто припугнуть, чтобы ты сказал. — выхватывает он из моих рук тарелку с едой. — За тумбочкой. — тихо говорю я, и пытаюсь восстановить равномерное дыхание. — Прости. — шепчет он и спускается на пол забирая с собой мою тарелку и наполовину пустую бутылку из-под вина выходя из комнаты. Наверное разговор о вине будет позже. Через пару минут он возвращается обратно. — Как себя чувствуешь? — останавливается он в проёме двери. — Живой вроде, а что вы хотели? — спрашиваю я и шмыгаю носом. — Лекарства выпьешь, через пять минут. — говорит он и снова оставляет меня одного. Не хочу пить эту гадость, но болеть я хочу меньше всего. Ну и дрянь ваши лекарства Арсений Сергеевич. Я заваливаюсь на кровать. Ночь на дворе, надо бы как нормальному человеку поспать. Но, я спать не собирался, не хочется как-то. Ещё какой-то придурок орёт под окном. Алкаш наверное, не ну а кто будет в такое время орать чьё-то имя. «Антон» Нее, мне показалось. «Антон» Бля у меня, что глюки из-за этих чертовых таблеток пошли. Я вскакиваю с постели и подлетаю к окну. Отодвинув шторку я стою в шоке. Какого хера?! Я открываю окно и высовываю голову наружу. — Антон. Наконец-то ты меня услышал. — Что вы делаете Арсений Сергеевич? Вы спятили что-ли? — смотрю я вниз на эту голубоглазую крысу. — Может быть. — лыбится тот как дурачок. — Одевайся теплее и пошли гулять. — Но…но ведь гуляют только парочками. — А чем мы хуже их? Вот же улыбчивый идиот. Я не поведусь на его авантюру. — Да ладно, я шучу. Мы исключение. Собирайся. — ёжится он от холода. — Но ведь сейчас ночь. — кричу я ему из окна. — Ну и в чём проблема? Не переживай я с тобой если тебе страшно. — Ничего я не боюсь. Сейчас сами увидите. — я захлопываю окно и спешу одеваться. Страшно мне. Недождётесь — ухмыляюсь я. Наспех обувшись, я вспоминаю, что забыл куртку в комнате и не разуваясь бегу за ней. Замечаю на тумбочке ключи от квартиры и забираю собой. Выхожу. Закрываю дверь. Ключ в замок. Два щелчка и вниз по лестнице. Свежий прохладный воздух — запах осени. Аромат дождя, сырости, опавшие листья — в этом весь Питер. — Антош, идёшь? — подходит ко мне мужчина. — Да. — бросаю я кратко. — А ты почему без шапки? — спрашивает Попов и смотрит по странам. — А вы почему без шапки? Не ну а что? Вообще-то со старших берут пример. — Мне тепло и ещё я взрослый. Угу, вижу я как у вас щёки и нос горят от холода. — Это ничего не значит. Пойдёмте раз позвали. — Я делаю шаг, но меня резко отдергивают за руку назад. Машина пролетает вперёд, чуть не сбив меня. — Ты что? Совсем что-ли? Надо на дорогу смотреть, прежде чем идти. — нервно сглатывает Арсений так и не отпустив мою руку из своей. — Ппросттите, я…я правда не хотел. — заикаюсь я и виновато вглядываюсь в бегающие голубые глаза. Это он мне что? Сейчас жизнь получается спас? — Будь аккуратнее Тош. — тихо говорит он мне и убедившись, что поблизости нет машин отпускает мою руку. Я ничего не собираюсь отвечать, просто не хочу. — Пойдём, надо развеяться. — ждёт он пока я снова приду в себя. — Угу. — я молча киваю и иду к мужчине. Спустя пятиминутного молчание начался дождь и мы были вынуждены зайти в недалеко стоящий магазин. — Пойдём. — Куда? — непонимаю я куда ещё этому чёрту надо. — Тебе одежду прикупить. — говорит он и подходит к огромной железной двери. — Но… Эх ладно. — догоняю Попова я. Он открывает тяжёлую дверь пропуская меня вперёд. Мы спускаемся по крутой и тёмной лестнице от чего я чуть не упал, благо Арсений включил фонарик. Здесь пахнет сыростью и плесенью. Вокруг склад одежды и в углу небольшое зеркало с тряхлой картонкой на полу. Примерочная… — Доброй ночи дорогой, что желаешь приобрести? Вот эта кофта хочешь? А штанишки? Смотри какие длинные, прям на парнишку твоего. Девятьсот стоят, за семьсот пятьдесят отдам. — говорит мужчина лет шестидесяти с седой бородой. Психолог мотает головой. — Мне не нравится этот чурка, пойдёмте отсюда. — говорю я шёпотом на ухо Попову. — Антон, нельзя так на людей говорить! Вот смотри, эти джинсы классные, модные. — и он подходит к краю стола на котором лежат, как мне показалось бесконечное количество джинс и штанов. С тяжёлым вздохом я беру джинсы и иду к «примерочной». — А шторки нет? Только не говорите что я буду перед вами всем своим добром светить. — Господи, кто на тебя смотреть будет? — с нервным вздохом говорит Попов и поднимает правую бровь. Я отвернулся и половина тела спрятал за коробки. Мне было жутко неловко. Вот с мамой мы ходили в торговые центры, вот это дело было, а тут что? — Антон, ты скоро? — Арсений Сергеевич, отвернитесь и вы тоже мужчина. Арсений удивился, но отвернулся. Надев их я вышел к нему. — А ну, пройдись, — сказал Попов и нахмурился. Как мамка, честное слово! Мне ничего не оставалось, как пройтись. — Красавец! — сказал седой мужчина. — Спину выпрямь! — раскомандовался Попов. — Так, вы не наглейте — остановился я и тоже нахмурил брови. — Тебе в них удобно? — обращается ко мне брюнет. — Нет. — честно отвечаю я ему. — Значит ищем другие. На протяжении часа я мерил бесконечные футболки, кофты, шорты, штаны… Модный приговор какой то… Боже, как я заебался — это пиздец конечно. — Арсений Сергеевич, я устал, пошлите домой. — Вот эти ещё примерь, — подаёт он мне широковатые джинсы. — Чур это последнее, — забираю я из его рук вещь. — Хорошо. Всё было бы чудесно, но вот этот блядский замок на ширинке. — Антон? Давай шевелись, сам же сказал что устал. Десять минут, а тебя всё нет и нет. — ворчит Попов. — Подождите Арсений Сергеевич, у меня тут маленькая проблемка, но она поправима. — пытаюсь я растянуть эту уебень. — Что там у тебя? — подходит ко мне Арсений. — Всё нормально. — пытаюсь я исправить ситуацию, так как мой язык исправить не сможет никто. Он осматривает меня и его глаза останавливаются на моей ширинке. — Проблема с замком? — спрашивает он как будто в этом нет ничего особенного. — Я сам справлюсь. — отвечаю я и снова тяну замочек вниз. Блять вот же повезло, я пробую снова, ничего. Вдруг мои руки перехватывают руки Арсения. Стыд? Смущение? Это я испытал час назад, сейчас лишь слегка неловко, но и то похуй. — Нне надо, Арсений Сергеевич. — Всё хорошо. — он убирает в стороны мои руки. Он тянется к замку. Я резко хватаю его за плечо. — Нет, не надо. — говорю я севшим голосом и смотрю на него испуганными глазами. — Не бойся. — он медленно расстёгивает замок на ширинке, и убирает руку от моих штанов. Я отдергиваю руку и проговариваю тихое и скомканное «спасибо» Он встаёт с колен и остаётся смотреть на меня. Знаю, надо было попросить его отойти, но на это у меня просто не хватило бы смелости, после такого. Я снимаю джинсы и стараюсь не смотреть на Арсения, просто стараюсь быстрее скрыть свои голые ноги от голубых глаз напротив.