Много всякой всячины.

-Еще одно?- спросила сестра, поджимая губы, смотря, как я забираю ещё одно письмо из почтового ящика в их подъезде. Цифра «54» на нем ярко горела, будто исписана кровью. Я выбрал ее по шутке, которую придумал раньше. Ибо «99-45=54». Чужой значок с экзамена ярко вспыхивал в памяти. До боли обрывочно, ведь Прошло столько лет. Пятнадцать? Может больше. -Да. - я прозвучал хрипло. Как и каждый месяц на протяжении 11 лет. Хотя я научился держать свой голос, эти письма выводили меня каждый чертов раз. Было стыдно перед Аллукой, что ранее сильный и храбрый старший брат распадается осколками, когда видит что почтальон положит немного дряхлое письмо в ящик. С выцветшей бумагой, и внутри и снаружи, а так же с розовым сердечком, что закрепляет письмо, оставляя его закрытым. -Пойдём в квартиру, братик. - вывел меня голос младшей сестры. Сколько он так простоял? Как обычно, может минут пять. Столько Аллука давала ему на раздумья, прежде чем всё-таки звала его домой. -Да… извини. - я сказал как обычно. Мы поднялись на восьмой этаж пешком, как обычно это делаем. Аллука открыла дверь и мы зашли, и я сразу кинул пакеты на кухню. Аллука разбирала пакеты и раскладывала в полу-пустой холодильник. Я даже не был способен помочь. Я снова смотрел на письмо в своей руке. Что же там написано и нарисовано в этот раз?.. Наверное что-то снова абсурдное, как обычно он это делает. -Аллука… я отойду к себе в комнату. Она посмотрела на меня понимающе. -Конечно братец. Иди. Возвращайся когда станет получше. - она ободряюще, но безумно нежно улыбнулась. От этого сердце зашипело и я отдал ей кривую улыбку. Аккуратно развернувшись, я тихо направился в свою комнату. Она была белой. Без лишних вещей, по его мнению. Без визуального шума. Лишь маленькая коробка, который скрывался под кроватью ото всех глаз, состояла из цветного картона. Но я пока не решился доставать его. Поэтому сел за стол, укладывая письмо перед собой. Оно было таким потрепанным, ведь столько лет пылилось на складе почты. Прошло ровно 11 лет. Это ровно 132 письмо. Пальцы дрожали. Я едва смог открыть конверт и вытащить листок. Глаза сразу зацепились за обилие сердечек. Скетчевой собачки, что немного походила на овчарку в правом нижнем углу. Котов внизу. Шарик, на котором были глаза в виде точек и палочка в виде улыбки. А вверх торчали колючки. Влажный смешок вышел из моего рта. Глаза наконец зацепились за текст. «Привет Киллуа!!! Как ты?? Это уже 132 письмо! Если ты его читаешь, то я был бы достаточно удивлён)) если мне правильно сказала Мито-сан, должно уже было пройти ровно 11 лет с моего первого письма. Если честно, эти письма я уже пишу неделю и моя рука немного устала<:) но я все ещё хочу писать их тебе!! И я заряжаюсь энергией! Я все ещё очень возбуждён, что мы встретимся через несколько месяцев!! Я очень хотел бы, чтобы мы жили вместе<:) но я не знаю, как все пройдёт. Надеюсь, к тому времени мы заведём овчарку к нам домой! А ещё двух котов! А ещё хочу в дом фикус. У меня ещё куча мыслей. И я напишу ещё в этом письме, уже 132 раз ( но я готов написать тебе так ещё миллион раз!!) Я тебя ооооооооочень люблю!!! Надеюсь я правда смогу признаться тебе в день нашей встречи. Знаешь, от этой мысли в животе столько бабочек. Сердце бьется как ненормальное. Мито-сан сказала что это нормально, но я все ещё достаточно смущён. Надеюсь ты ответишь мне взаимностью… иначе придётся отменять все эти письма!<:0 А их будет ещё…. Э Много До тысячи я хотел! И я буду трудиться для этого ещё несколько месяцев! Но Мито-сан сказала что у нас скоро закончиться вся бумага на острове от этой затеи… поэтому скорее всего мне скоро придётся отъезжать в Йорк-Нью за пачками бумаги<:D но я готов хоть на другой край света за ней поехать если понадобиться!!! Я так хочу с тобой увидеться. Безумно. Хочу извиниться за всё. И сказать как я люблю тебя. Всем сердцем. Гон» Сердце разрывалось уже в 132 раз. Каждый раз будто первый. Слёзы стекали на бумагу, а внутри все сжималось. -Блять. - я всхлипнул и в носу закололо. В груди все стянулось, будто цепями. Руки едва не разорвали влажное письмо. -Дурак. Дурак. Дурачина. Идиот. - он хрипел, и лоб встретился с твёрдым деревом. Раз. Два. Голова заболела. Руки отпустили бедное письмо, и вцепились в волосы. Слёзы стекали на поверхность, а я рыдал. Рыдал как всегда. Каждый раз, когда письмо приходит Гона. Ровно 132 раза. Каждый раз. Каждый месяц, который входил в эти 11 лет. И я уверен, я буду рыдать ещё тридцать лет напролёт, если просто не умру. Я виноват. Виноват. Что Гон даже не доплыл до меня. Что его чёртов корабль потерпел чёртову аварию и что он утонул посреди чёртового моря. Что он не смог бы доплыть, даже если бы попытался! Даже если он может задерживать дыхание почти на десять минут! Даже если он восстановил нэн. Даже если я…. Был бы рядом. Я резко встал, что даже в голове застучало. Потемнело в глазах. Руки схватились за первое, что попалось. Это сразу же полетело в стену, оглушив соседей. Что-то ещё. И ещё. Кажется он что-то разбил. Но было плевать. ПЛЕВАТЬ! — В его комнате был хлам. Я истерил где-то больше часа. Бил все, что можно было. Глаза были опухшими и красными от слез. Уже нечем было плакать. Но в груди все сжималось. Там, внутри, была колко-режущая боль, будто кто-то ковырялся там ножом, не собираясь доставать. Дрожащие ноги добрались до стола. Вид письма, заставил его истерику подступать комком к горлу. Руки аккуратно сложили это письмо обратно в конверт. Нежно. Бережно. Наверное так запечатывал их Гон… Я подошёл к кровати и почти свалился на пол. Нагнулся, и рука нашла коробку. Подтащив её к себе, взгляд задержался на ней. Я аккуратно открыл ее. Там были все 131 письмо. Все от Гона. Все от него… для меня. 132-ому письму суждено было оказаться там же. В исплеванной коробке. Осталось ещё 868. Доживет ли он?