Черная мамба

Спустя два месяца после злощастного случая в Гудспрингс, позже названного, писцами братства стали, как «Гудспрингский инцидент», Курьерша, уже пережившая немало приключений, щеголяла по пустоши, недалеко от Вегаса, в новой боевой броне, стильной ковбойской шляпе и с внушительным арсеналом, купленным у оружейников. Так же с ней ходил ее напарник, бывший элитный снайпер НКР, по имени Бун, с вечно постным лицом. Отношения у них были чисто дружеские, но в некоторых моментах, неоднозначные. Зачастую она воровала его излюбленный берет первого разведбатальона, пока тот спал, и надевала ему на голову праздничный колпак. Бун был от такого не в восторге и настоятельно просил вернуть его берет, пока Курьерша каталась по земле от смеха. Но кроме этого, проблем и недопонимания между ними не было. В тот день, они путешествовали по Мохаве, не преследуя конкретных целей, осматривая любые заинтересовавшие их места. У Курьерши эта мания приключений пробудилась после двух пуль 9 миллиметров, полученных в голову, на кладбище Гудспрингса, от некого пижона в клетчатом костюме, с которым она еще поквитается, в свое время. Про другой случай, уже в самом Гудспрингсе, она предпочитала не вспоминать, но навязчивые сны не раз рисовали в ее подсознании образы длинной и черной змеи, ползущей по безжизненной почве Мохаве, подбираясь к ее лицу, пока тело девушки, было будто скованно цепями, не давая ей двинуться, заставляя ее наблюдать за скользкой, черной мамбой. Едва та приближалась к ее лицу, раскрывая пасть и обнажая клыки, сразу слышался противный старческий смех (Эхехехехехе), после чего девушка просыпалась в холодном поту. Но даже не смотря на внушаемый страх, подобных видений, одновременно они взывали к ее явной сексуальной неудовлетворенности, ведь после того случая, никаких половых контактов у Курьерши не было. Она активно прогоняла эти мысли по ночам, попутно покусывая свою губу. Вдвоем они двинулись от Саут-Вегаса, по дороге на юг. По пути им мимо какой то пещеры, им попались огненные гекконы, которых, в прочем, они быстро сняли с безопасного расстояния. Внутрь заходить у них желания не оказалось и они просто выдвинулись дальше по дороге. Наконец, они приблизились к руинам Бонни-Спрингс. Осмотрев локацию через оптический прицел, они обнаружили малочисленную банду «Гадюк», которых быстро сняли, так, что те и понять ничего не успели. Едва Курьерша произвела выстрел из снайперской винтовки, голова одного из главарей разлетелась на куски, забрызгивая всех других членов банды. Второй главарь шокировано посмотрел на, еще стоящее, безголовое тело и вымолвил — «Нихуя соби блять», после чего его голова так же разлетелась, от выстрела из ружья Буна, а затем та же участь постигла остальных «Гадюк». Время было позднее, палящее солнце склонялось к закату, поэтому напарник решили установить здесь ночлег. Трупы «Гадюк» они убрали подальше, за руины домов, попутно, Курьерша обыскала их, найдя пару симпатичных кастетов и бутылочные крышки со звездой, которые она, обычно игнорировала, однако в этот раз решила взять с собой, все же лишними не будут. Поздней ночью, они разожгли костер и легли спать. Курьерше вновь снилась та самая, злосчастная змея, ползущая к ней, угрожающе шипя, пока ее тело было скованно, не в состоянии двинуть хоть мускулом. Только змея подползла, раскрыла свою пасть, снова раздался старческий смех (Эхехехехехехе), но затем голос произнес — «ОСТЕРЕГАЙСЯ ПЧ0Л». Из сна девушку вырвали звуки выстрелов. Она вскочила, пытаясь понять, что происходит, быстро огляделась, заметив Буна, что выцеливал и стрелял в кого то. Курьерша схватилась за секвою, взвела курок, стараясь увидеть кого либо в кромешной тьме. Но затем она услышала жужжание и сразу поняла. Касадоры. Как же она могла забыть, что они обитают в этом направлении. Бун отстреливался, передергивая затвор так быстро, как мог, но крылатые твари были очень быстрыми и верткими, легко уворачиваясь от большинства выстрелов. Хоть Бун и смог пристрелить одного касадора, но два других уже успели долететь до него, обнажая свои ядовитые жала. Бун прицелился, выстрелил и снес голову еще одной твари, но третья тут же вонзила жало ему в живот. Тот всхрипел от боли, но продолжил героически отстреливаться. Курьерша так же была занята двумя касадорами, что стремительно подлетали к ней, раскачиваясь в стороны, уворачиваясь от выстрелов. Девушка прицелилась из секвои, произвела выстрел, промахнулась, но едва касадор подлетел к ней, она тут же огрела его тяжелой рукояткой револьвера, оглушив, а затем добив очередным выстрелом. Второй касадор тут же вонзился жалом в нагрудную пластину брони, пробив ее насквозь. Хоть броня смогла остановить удар, но кончик жала все же пронзил ее плоть, впрыскивая яд в кровь. Курьерша не обратила внимания на рану, тут же прицеливаясь в проклятую «пчелу», произвела выстрел, поразила крыло, от чего касадор упал на землю, дергаясь всем телом, злобно жужжа. Девушка подошла к нему, наступила на хвост, около жала, затем нацелилась на голову, произнеся на последок — «Прости, пч0л, игра попалась нечестная», после чего прозвучал выстрел и мозги несчастного мутанта разлетелись во все стороны. Отдышавшись после битвы, Курьерша, достала шприц с мед-х, вколола себе в бедро, дабы снять появившуюся ноющую боль, затем достала бутылку виски, отхлебнув пару глотков, после чего осмотрела поле битвы. Она никак не могла высмотреть Буна, подходя к месту, где видела его. Наконец, она нашла его бездыханное тело, лежащее под тушкой касадора, которому Бун успел снести голову, прежде чем умер, от поражения жалом в жизненно важные органы. Курьерша тяжело опустила глаза, стоя молча какое то время, затем присела на корточки, сняла очки Буна, опустила веки на его стеклянных глазах, после чего сняла его фирменный красный берет, положив его в рюкзак, поднялась и отдала честь павшему солдату, пуская скупую женскую слезу. Как она позже будет говорить — «Бун погиб в сражении с пч0лами, как настоящий герой — обоссавшись и обосравшись» (После этой битвы она стала несколько неадекватной). Геройские почести прервали симптомы отравления, в перемешку с действием медикаментов с алкоголем. Курьерша почувствовала небольшое головокружение, затем все будто стало ярче, весь мир помутнел, все поплыло перед глазами, сообразить что ли было становилось тяжелее. Внезапно, тьма вокруг будто рассеялась и все стало ярким, словно сейчас был разгар дня. Руины, трупы и разбросанные гильзы вдруг исчезли, а заместо них были горячие пески, раскинутые дальше горизонта, образуя золотую пустыню, блестящую от палящего солнца. Курьерша, однако, не заметила никаких изменений, внимательно смотря в даль, поправляя свою ковбойскую шляпу «Десперадо», а так же изнывая от жары. Закономерно, она решила скинуть с себя тяжелую душную броню, затем штаны, раздеваясь до своих откровенных леопардовых бикини и стрингов [+1 ХАР, +10 КРЧ]. Так она и стояла, почти голая, вспотевшая, слегка пошатываясь, одной рукой махая себе от жары, другой придерживая шляпу, пока горячий песок согревал ее оголенные ступни. Через несколько мгновений, она разглядела некий силуэт, сквозь палящий зной, сначала очень расплывчатый, но по мере его приближения, он вырисовывался все четче. Наконец, он подошел достаточно близко, чтобы девушка смогла его разглядеть. То был высокий темнокожий мужчина, в элегантном черном смокинге и ротанговой ковбойской шляпе. В зубах он держал дымящуюся сигару, периодически затягивая ее, пуская дым и стряхивая пепел. Так же у него была густая, но аккуратно подстриженная борода. Подойдя к девушке почти вплотную, тот вымолвил — «Хауди, Партнер». Курьерша не сразу поняла кто это, потому начала его расспрашивать. — Прошу прощения, сэр, вы не видели, тут змея не проползала? — Спросила девушка, прищурившись разглядывая мужчину. — Змея? Ну смотря какая. — Спокойно ответил тот, затянувшись сигарой. — Ну вы знаете — змея. Такая чееееееерная, как Ван-Графы из Фрисайда, длииииинная, как мой список украденных боеприпасов из лагеря Маккаран, змея, как геккон, только без рук и ног, со вздутыми венами, как на лбу Мистера Хауса, после удара по его яйцам «Айроном 9». Сначала она вялая, как квест «Давай полетаем», но стоит ее взять в руки так она прям твердеет, становясь жестче, чем ДЛС «Мертвые деньги» и «Одинокая дорога», вместе взятые. Ой! Слышите? Курьерша начала вслушиваться, отчетливо слыша шипение. Она повернула голову, стараясь найти источник подозрительного шума, опуская голову все ниже, наконец, встав на колени, прислонив ухо к ширинке, на брюках мужчины. — Ой, так вы про эту змею, юная леди? А то я понять не мог, что за хуйню вы несете, Эхехехехехе. — Раздался старческий смех, после чего мужчина сорвал свои брюки одним движением руки, выбрасывая их в небо, где они сгорали в лучах солнца. Перед лицом Курьерши возникло нечто длинное, темное, похожее на змею, раскачивающееся, как маятник. — Ничего себе! Что же это вылезло? Патрон 50-го калибра? Соусбери стейк? Динамитная шашка? Нет! Это же легендарная Черная Мамба! — Торжественно произнесла Курьерша, тараща глаза на качающуюся Гудспрингскую колбасу, улыбаясь и пуская слюнки. — Как же я сразу вас не признала, дедушка Забей. — Не знаю кто такой этот ваш Забей, но я сегодня точно кое кому забью, Эхехехехехе. — Начал смеяться Пит, от чего его черные бильярдные шары принялись подпрыгивать, а фирменный сервелат раскручиваться во все стороны, вызывая у Курьерши, наблюдавшей за этим, головокружение. Девушка ухватилась двумя руками за мясистую змеюку, натягивая кожу до основания, оголяя темную головку, начав ее мастурбировать вдоль всей длины, после чего пристально посмотрела на нее одним глазом, почти вплотную. — Дед, твоя мамба какая то контуженная… Я ее, и так, и сяк, а ей хоть бы хны… — Разочарованно сказала Курьерша, даже надувая щеки от недовольства. — Эх, горе луковое, а ты в рот попробуй ее взять. — Добродушно сказал Забей Пит, посмеиваясь (Ихыхыхахаха). — Точно! Я видела, так Труди делала с доком Митчелом! — Курьерша тут же засунула головку в рот, принимаясь облизывать ту языком, плотнее сжимая губы вокруг нее, смачивая теплой слюной. И о чудо! Черная динамитная шашка начала наполняться нитроглицерином, постепенно твердея, угрожающе пульсируя, заставляя свисающие шары колыхаться. — Ох блять, ПОШЛО! Пошел процесс нахуй! — Радостно выкрикнул дедушка, разрывая свой смокинг, оголяя накаченное тело, начав флексовать своими сиськами, улыбаясь во все свои 20 белоснежных зубов. Курьерша же еще немного пососала головку, после чего вынула ее изо рта, изумленно разглядывая громадную черную, даже не мамбу, а целую анаконду! Здоровая мачта, не меньше 35 см, гордо стояла, смотря за необъятный горизонт и отбрасывая тень на всю Неваду. — Ебать меня трёхлучевой лазерной винтовкой (GRA), вот это хуище! — Вскрикнула девушка, прикладывая свое предплечье к этому монстру, сравнивая размеры. Затем снова впилась в него губами, сначала вылизывая его вдоль всего могучего мистического дуба, затем снова взяла головку в рот, в этот раз намериваясь заглотить черный стейк, насколько возможно. Курьерша начала уверено проталкивать динамитный сервелат в свое узкое горло, кашляя и давясь, но не отступая. Затолкав наполовину, она все же сдалась, вытащив его на волю, откашливаясь и тяжело дыша, но крепко держа его двумя руками. — Эх, молодо-зелено. Вот помню был я как то с Миссис Бишоп, в Нью-Рино, так она мой ствол заглатывала по самые помидоры, в добрый путь, Эхехехехехе. — Снова рассмеялся дед, выплевывая сигару в сторону. — Пф, сдались мне твои потаскухи! — Огрызнулась Курьерша, снова впиваясь в, блестящего от слюны, питона. В этот раз, она более активно надрачивала его руками, целуя и вылизывая головку, круговыми движениями языка. В какой то момент, она захотела помочь процессу своей грудью, но затем глянула на нее и разочарованно вдохнула. — Ах, если бы у меня была большая грудь, я бы такой джингл дженгл смогла с ними проворачивать… — Расстроенно сказала она, после чего дедушка снова рассмеялся. — Эхехехехе, так это вовсе не проблема, милая. — Сказал он, хватаясь за кучерявый темный волосок, на своем лобке, выдергивая его, после чего у Курьерши внезапно начала расти грудь. Через мгновение она выросла до 5 размера, от чего ее бикини слетел, вываливая наружу здоровые груди, с торчащими розовыми сосками. — Ептить, дед, ты еще и волшебник? — Восторженно вскрикнула девушка, тиская свои, влажные от пота, большие сиськи и не веря счастью. — Нет, буренка моя, я еврейский волшебник. Мог ведь сразу эрекцию себе пожелать, да не стал. — Смеясь сказал Пит, после чего, с размаху, шлепая своим хуем между молочных бидонов, тут же начиная двигать свои тазом взад-вперед, одной рукой держа мамбу у основания, другой придерживая шляпу Курьерши. Девушка же, двумя руками сжала свои сиськи, пока, надутая венами, мамба, ритмично скользила между них, ударяя головкой в губы Курьерши, пачкая их своей смазкой, а тяжелые шары, то и дело шлепали по грудям снизу, двигаясь по инерции. — Ебучий караул, вот это сисяндры, у меня аж жопа вспотела! — Кряхтел дед, постепенно ускоряя движения, грубее тыкая головкой в лицо, иногда попадая ей в рот, иногда в нос, а иногда в глаз. А жопа у него и прям вспотела (Такое бывает иногда). — Уф, дедуль, ты аккуратнее будь, что ли, так ведь и убить можно! — Возмущалась Курьерша, когда темная залупа очередной раз едва не выбила ей глаз. Но одновременно она была сильно возбужденна, то и дело двигая своим браминьем выменем навстречу пожилому удаву, вынуждая дедушку сильнее кряхтеть и вздыхать. — Охохоюшки, внученька! Чувствую! Пошло! ОХОХОХО, ПОШЛО, БЛЯТЬ! — Заорал дед, направляя пульсирующий хуй в лицо Курьерши, неистово надрачивая, после чего из него хлынул поток выдержанного яичного лосьона, да так, будто пожарный гидрант прорвало. Мощнейшая струя начала бить в лицо девушки. Той даже пришлось ухватиться одной рукой за оргазмирующую колбасу, чтобы ее не унесло, а второй рукой придерживать шляпу, дабы ее не сбило напором, пока дед корчил гримасы и орал (УАААААА). Через минуту, этот поток, наконец то, остановился, хоть и сама мамба еще стояла, пусть и не так уверено, пока с нее стекала майонезная струя. Сама Курьерша была, почти полностью покрыта этой горьковатой сметаной, особенно ее лицо. Рот был забит до отвала, так же попало в ноздри. Все стекало с лица, капая на сиськи, а с них капало на бедра. Курьерша протерла глаза от густого молока, смотря на деда помутненным взглядом. — Ебушки воробушки, ты бы хоть предупредил, что у тебя в роду пожарные рукава были, дедуль. Мне чуть голову не снесло… Второй раз в жизни. — Отходя от шока произошедшего говорила девушка, глотая остатки сливок во рту и выбивая их из носа. — Эхехехе, да я просто воздерживался весь ноябрь, вот у меня и вышло немного больше обычного. — Смеясь и тяжело дыша сказал дед. — Нихуя соби, немного… Удивительно, что твой питон не оторвался от такого. — Придя в себя окончательно, сказала Курьерша, смотря на поникший хобот деда, не решаясь снова трогать его руками. — Надо бы его оживить немного, но боюсь снова в лицо получить… — А, я тебя понял, щас все будет — Сказал дед, снова оторвав волосок с лобка и тут у девушки начала расти задница, после чего ее стринги порвались и отлетели. — Блин, опять твои фокусы! Ну и что это! — Курьерша встала и повернулась к деду задом, разглядывая свои выросшие ягодицы. — Как мне с такой жопой теперь по пустоши ходить? — С кайфом, Эхехехехе — Заржал Забей Пит, звонко шлепая по жопе Курьерши, заставляя ее массивные ягодицы трястись. как холодец. Затем нагнул ее, раздвинул полужопия, плюнул туда, вложив между них свой погнутый гладкоствол, начал водить им, взад-вперед, сжимая ягодицы вместе, потираясь об анус, от чего нижняя палуба девушки стала обильнее протекать. — Ничего такие булочки. С сосиской самое то! — Продолжал угорать дед, водя своим питоном и брызгая хуевой смазкой на спину Курьерши, попутно шлепая ее толстую задницу. — Ах, блять, понежнее нельзя? Синяки еще останутся. — Недовольно бурчала девушка, двигая задом навстречу, тяжелее дыша и возбуждаясь сильнее, чувствуя как мясная палка натирала ее дырочку, а ладони оставляли свои красные следы, на ягодицах. — Прояви уважение к старику, милая. Грешно жаловаться, имея такие срачные батоны. — Смеялся Забей Пит, пока его мачта вновь встала во весь рост, покрываясь венами и дергалась, как припадочная. Затем Пит убрал свой инструмент, снова раздвинул ягодицы, плюнул, сначала на анус, растирая его, затем на хуй, смазывая тот, приставив головку к дырочке. — Так это ты мне эти батоны и дал, старый! — Справедливо заявила Курьерша, затем ощутила как крупная головка уперлась в ее отверстие, а по ее спине побежали мурашки, с каплями пота. — Эй, дедуль, ты чего? В шоколадный туннель не надо! Деда! Деда, не надо! НЕ НАДО, ДЕДА! АААААА! — Надо-надо! Тутуруууу, двери закрываются, монорельс «Туннельная змея» начинает движение, всем пристегнуться, ебаааааааааааааать! — Заорал дед, резко вгоняя своего ужа переростка, в узкую проход, заставляя глаза Курьерши округлиться, а язык вывалиться наружу. Тут же дед, принялся быстро и ритмично двигать бедрами, растягивая ее колечко власти, схватил одну руку Курьерши, потягивая ее на себя, пока второй она, все так же, придерживала шляпу. Дед разошелся не на шутку, ебал як трактор, так же пыхтя, пока его елочные игрушки, шлепали по мокрой киске девушки, заставляя ту громче стонать и закатывать глаза. — Охохохоюшки, деда! Что ж ты творишь, садомит! — Стонала Курьерша, подвиливая вспотевшей жопой навстречу черному хищнику, пока ее ноги дрожали от каждого толчка тазом деда, каждого шлепка по ягодице и шлепков яиц по пизде. Она уже чувствовала приближающийся оргазм, все активнее и яростнее насаживаясь на мясистый кий, ловя кормилицей удары набухших шаров. — Ну, размялись, можно и приступать — Сказал дед и вытащил хуй из ануса девушки, резко загоняя его в водянистое лоно, отчего Курьерша вновь вскрикнула, на этот раз от оргазма, начав писаться себе под ноги, орошая золотистый песок. Так же дед схватил и вторую руку Курьерши, полностью натягивая ее, вгоняя мамбу на всю длину, пока его колокольчики делали смачные ДЖИНГЛ ДЖЕНГЛС. — Я ссусь под себя, пока меня ебет молодой дед, кончающий, как взбитая бутылка сансет-саспариллы! — Думала Курьерша, вскрикивая от удовольствия. Внезапно, дед, отпустил руки девушки, от чего та, едва не упала, но быстро подхватил ту за живот. Затем он вогнал анаконду по самые не балуй, затем выпрямился, поднимая Курьершу на хуе, после чего повернул ту лицом к себе, пока она висела. Девушка не поняла, что это было, но она была под несомненным впечатлением, сразу обхватывая талию Забей Пита, сильнее прижимаясь к его потному накаченному телу, пока их здоровые сиськи теснили друг друга. Ни секунды не медля, дедушка, принялся ебать молодуху на весу, руками держась за ее пышную задницу, сжимая ягодицы и даже раздвигая их, открывая вид на растянутый анус вселенной. Курьерша скакала на ебыре-терминаторе, придерживая свою шляпу, как на родео. В процессе, она краем глаза уловила кого то. Повернув голову налево, она увидела какого то мужчину, в ковбойском прикиде и с гитарой. — А ты кто такой? Откуда будешь? — Удивленно спросила Курьерша. — Я? Я Марти Роббинс, пришел исполнить свой давний хит «Big Iron». — Спокойно ответил тот, присаживая на, неведомо откуда взявшийся, стул и принимаясь исполнять легендарную песню. Курьерша сразу поймала вайб, закидывая голову, из последних сил шлепая своей толстой жопой по бедрам Забей Пита. — Охохохоюшки, Забей Пит, я чувствую, как твой «Большой железный», проникает в самый мой «Таун»! — Возбужденно кричала она, ощущая приближение очередного оргазма. — Твой Хард Пит вовсю поднимает мой навык [Взрывчатка] до максимального значения! — Охохо, милая! Щас как… ЩАС КАК РВАНЬОООООООООООООООООТ! — Заорал Пит. — ОХОХОХОЮШКИ, ДЕДА, НЕ ВНУТРЬ! ДЕДА, Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! — Заорала Курьерша, неистового оргазмируя, вертясь на черном хуе. И вот, пожилые яйца сжались, а дед раскинул руки вдаль, закинул голову, принялся истошно орать, словно Годзилла (ВЯЯЯАААА А А А А А А А А), а из его мамбы хлынул еще более мощный поток заварного крема. Поток был настолько мощный, что Курьерша взлетела в небеса, уносимая ветром. Будучи в полете, она так же придерживала шляпу, еще взмывая в высоту, какое то время, затем начала по немногу снижать скорость. В этот момент, рядом с ней подлетел, откуда то сверху, некий мужчина в форме и фуражке. — О, привет! Тебя тоже сбросил ебучий телевизор на колесиках? — Удивленно спросил Генерал Оливер. — Не, меня дед Забей Пит выебал так — Спокойно ответила девушка. — Эх, завидую… — Произнес Оливер, резко начав падать с бешеной скорость, истошно вопя при этом. Как только он упал и разбился насмерть, он напоследок протяжно пернул. Курьерша внезапно поняла, что сейчас тоже упадет и разобьется. И действительно, стала стремительно приближаться к земле. — МАМА! СПАСИТЕ! Я НЕ ХОЧУ УМЕРЕТЬ! АААААААААААААААА! — Кричала девушка в полете. Она уже почти достигла земли, как вдруг… Курьерша вскочила, вскрикивая. Ее пробивал озноб и холодный пот. Через какое то время, она протерла глаза, поняв, что все это было не более чем галлюцинацией. Утреннее солнце освещало горы и пустоши, недалеко от Бонни-Спрингс. Курьерша же, посидела какое то время, на спальном мешке и только сейчас задумалась. А где она? Почему она голая? Начав осматриваться вокруг, она внезапно заметила, что рядом с ней, на похожем мешке, лежал какой то мужчина. Она была удивленна, ведь тот так же лежал голый. Неужели они вчера… Не может быть! Она толкнула его, чтобы расспросить, тот проснулся, повернулся к ней, спокойно смотря на нее, затем достал свою кепку коробейника и произнес — «Привет. Приятно увидеть дружеское лицо. Почти было принял тебя за рейдера. Меня зовут Холмс. Мальком Холмс. Нет желания поторго…». Не успел он договорить, как Курьерша пустила ему пулю в лоб, из своей секвои, что лежала рядом с ней. Так же в ее инвентаре появилось на 7 крышек со звездой больше. P.S. — Бун так и остался лежать в Бонни-Спрингс, в луже собственной мочи. Земля ему пухом, долбоебу.