Ярко-серый - путь к выходу

      Изоптеры вышли на связь сами. Правда, через четыре месяца после того, как делегации сперва Леи Органы, а следом Джаббы-хатта так до них и не добрались. При этом без всякого принуждения с нашей стороны. "Призрак" и близко к планетам их пребывания не подходил почти. И в сторонку при появлении их немногочисленных кораблей покладисто отваливал. И зонды-разведчики исключительно с небольших автоматических станций запускал. Вот с немногочисленными "купцами", желавшими, как и Джабба Татуинский, попытать счастья в торговле с новоявленным держателями богатств "Галаконнекта", мы разбирались тихо, но жёстко. Почему немногочисленными? Главным образом потому, что личности были, как на подбор, криминальные. Их адмирал Траун гасил на дальних подступах с чистым сердцем и на вполне законных основаниях. Нам доставались лишь те, кого чисс проглядел. А близорукостью он, надо признать, не страдал.       Так что у нас оставалось достаточно времени, чтобы без привлечения дополнительных сил и средств Федерации заняться ещё и экологическими преступлениями. Узнай о нашей деятельности экзальтированные экоактивисты постиндустриальных планет имперского центра, они бы расценили ее именно так и никак иначе. И мне нечего было бы им возразить. Ибо так оно и есть. Выпущенные "Призраком" неприметные даже для серьезной ПКО станции-автоматы периодически ныряют в верхние слои атмосферы занятых изоптерами планет, чтобы сбрасывать там зонды радиоэлектронной борьбы. Ионизация в результате такая, что полярные сияния в экваториальной части с орбиты видно. Красивые, ситх их дери! Только мы не об эстетических чувствах наших подопечных печемся. Мне на все чувства тех, кто, будучи разумным, организовал полное уничтожение разумного населения отличных от них самих видов, глубоко плевать. Я просто не готов отвечать геноцидом на геноцид. Вот и занимаюсь регулированием репродуктивных способностей изоптеров.       Дело во всех отношениях благое. Потому как у них оказалось аж семь гендеров, особи каждого из которых отличались склонностью к разным видам деятельности. Как у муравьев: есть матка, рабочие особи и солдаты. У изоптеров ещё сложнее и многообразнее. Нет, конечно, разум накладывает свой отпечаток, научив заниматься и противоестественным. В шахтах "Галаконнекта" собрались практически только изоптеры-работники, но, когда приспичило, они оказались вполне сносными солдатами.       Ещё у изоптеров имеется одна особенность. Пропорция, в которой у них рождаются представители каждого гендера, зависит от условиях жизни. В благополучные периоды, когда всего в достатке, главное - уберечь нажитое, рождаются воины. Если для добычи пропитания каждая шестерка рук на счету - работники. К слову, вот и ещё одна причина держать горняков впроголодь, а все же родившихся изоптеров-воинов "утилизировать" во время кровавых забав на охотничьей базе "горноспасателей". Не удивлюсь, если где- нибудь на Офисе меж ними гладиаторские бои устраивали.       Но это я отвлекся. Суть же в том, что у оказавшихся на аграрных планетах с мягким климатом изоптеров начали рождаться сплошь воины. Которых в шахту, конечно, послать можно, но производительность уж не та, что у природных работников. Да и примитивная спесь освободившихся от унизительного рабского труда по отношению к труду любому имела место быть. Вот и принялись старейшины искать рабов, которых можно загнать в шахты, чтобы заработать на прокорм быстро растущей армии дармоедов-соплеменников. Только опомнились несколько поздно: все неизоптерское население системы уже вырезано или сбежало. Пригласить рабочих из других секторов взыгравшая на фоне победы ксенофобия мешала, а завозу рабов — мы. Только это ещё не решение проблемы, так как такой путь вел бы к голоду куда быстрее, чем к рождению поколения тружеников.       Слава Великой, обнаружилась чувствительность изоптеров к изменению радиомагнитного фона, колебания которого они подсознательно воспринимают как угрозу. С соответствующими изменениями в рождаемости. Стараниями "Призрака" последние полтора месяца на трёх из четырех густонаселённых изоптерами планет рождаются исключительно рабочие особи. На четвертой их около двух третей А взрослеют изоптеры быстро. Буквально через два-три года эти рабочие руки надо чем-то занимать, чтобы дурью не маялись и общественный порядок не нарушали. Только просто так эту игру на рудники не направишь. Инженеры нужны. А с ними возникли те же проблемы, что и с рабами. В конце концов старейшины дозрели до переговоров со мной.       В объеме голопроектора появилось крупное, неповоротливое существо, окружённое несколькими помельче. Социальные отношения и изоптеров все ещё настолько природосообразны, что политическая власть находится в руках матки "термитника". Интересно, перед тем, как подняться против "Галаконнекта" изоптеры свергли прежнюю матку, или это все та же, что договаривалась с корпорацией о фактической продаже соплеменников в рабство и посылала воинов-надсмотрщиков и на рудники? Неважно, впрочем. Чем больше биологии, тем предсказуемый результат. Правда тем сложнее относиться к собеседнику, как к брату по разуму, а не скотине. "Скотина" в негативной коннотации оказалось компромиссным вариантом.       — Тебе нужна руда, человек? — начал без лишних разговоров мой визави.       Так даже лучше. Не готов я к разговору о высоком с существом, чья мораль не пересекается с человеческой практически нигде. Это не хорошо и не плохо. Это факт. За многие тысячи лет наша цивилизация так до конца и не научилась жить с этим в гармонии. В старой Республике носились с видовой самобытностью клиентов, как дурак с писаной торбой. В результате накануне Войн Клонов имели всплеск работорговли даже в мирах, культура которых оценивает рабство как однозначное зло. Империя пошла путем апартеида. Отгородив многие народы с их диковатой самобытностью высоким забором. Много где вздохнули с облегчением. Но много где кончилось резней. И какие монстры полезут из-за того забора, случись в галактике ночь потемнее, вам ни один пророк не скажет. Надо признать, я сейчас действую в режиме, более близком к имперским методам. Внутри своего сообщества изоптеры вольны действовать в строгом соответствии с собственной самобытностью. Но людей, равно как и представителей иных видов, эксплуатировать не позволю. Вообще-то политика дженсаарай по отношении к неожиданным соседям предполагает медленное и осторожное влияние на их нравы с целью приведение их в соответствие с нормами общегалактического общежития. Только этим будут заниматься другие.       Мое дело - технические договоренности. Давно заметил, если разумные не пытаются убедить друг друга в единственной правильности собственных идей, а торгуются с целью получения прибыли, то дела у них идут куда веселей. Как раз наш случай. Как говорится у них - товар, у нас - купец... Или наоборот? Неважно. Короче, убедил я лидера изоптеров в том, что живые инженеры, равно как и бухгалтеры, им не нужны, поскольку Федерация дженсаарай вполне может оказывать им соответствующие услуги удаленно.       Когда принципиальное решение принято, о деталях договаривается уже Эзра. Пусть парень потренируется на червячках. Ему полезно, потому что....       Это ситхово "потому что"! Никто толком не понимает, что именно, но на галактику надвигается Нечто. Сперва думали, вонги уже на подлёте. Но нет, разведка межгалактическое пространство носом роет. Пусто пока. Да и пророки бы ясно сказали "вонги летят". Они же видят всякую жуть, но каждый по-своему. Очень похоже на гражданскую войну всех против всех, когда до встречи вонгов никому и дела не будет. В общем, чтобы избежать хаоса, нам умом извергаться надо. Вот пусть молодой и готовится. А я с чашечкой кафа посижу, звёздами полюбуюсь. Надвигающаяся угроза давит на плечи, будоражит раскатами ещё далёкого грома. Но от этого лучи ещё не закрытого тучей солнца ещё ярче кажутся. И спокойствие летнего дня чувствуется куда острей...       — Уф-ф-ф!.. Думал, не уболтаем!       Эзра плюхается в кресло рядом.       — Отчего же?       — Ну, одно дело предполагать, что изоптеры отреагируют на наше воздействие определенным образом, а на деле-то совсем другое выйти могло.       — Могло, наверное. Но я удивился бы этому. Потому что расчеты делали специалисты серьезного государственного аналитического центра с использованием профессионального моделирования, а не полуджедай с вуки на коленке план набрасывали.       И я и собеседник вздыхаем. Я - недовольный тем, что моя тревога за улетевшего с неделю назад на Татуин Люка Скайуокера вырвалась наружу в самый неожиданный момент. Эзра — из-за старой, но несбыточной мечты о вхождении родного Лотала в Федерацию. У Империи руки до взбунтовавшейся и объявившей о независимости планетки не доходят. Мы уважаем выбор народа Лотала. В результате, они медленно и трудно выстраивают свою жизнь по собственному разумению. Без помощи мы их не оставляем, но в составе Федерации жизнь наладилась бы гораздо быстрее. Эзра это понимает и злится на гордых земляков.       — Как дела у Сабин? — возобновляю я разговор.       Эзра расплывается в счастливой улыбке.       — Ей когда рожать-то?       Я это прекрасно помню, потому что случится оно где-то через месяц после Асоки. Но уж больно приятно смотреть на счастливый свет в глазах юного друга.       Только поболтать о приятном нам помешал сигнал вызова гиперсвязи. Это не был один из тех звонков, от которых заранее сжимается от предчувствия беды сердце, но тянуть с ответом я не стал. Пустых вызовов для разговора за жизнь у меня в последнее время совсем не осталось.       Из объема проектора на меня смотрит счастливая рожа Люка Скайуокера.       — Мастер Корвин! Мы сделали это! Хочу сказать вам "спасибо" за помощь.       — Не за что. Все целы?       — Если вы о Джаббе, то нет. А с нашими все в порядке. Вам привет от Леи!       — Привет!       Из-за плеча Люка высовывается принцесса. В этот миг они показались похожими, словно брат и сестра.       — Мастер Корвин, вы не в курсе, что там за веселуха затевается? Нам велели сломя голову в штаб лететь, сказав, что у Хана после заморозки в карбоните зрение ещё толком не восстановилось...       Пожимаю плечами, а у самого словно таймер в мозгу заработал. Все. Время кончилось. Я не пророк, но то, что я чувствую как грозовую тучу, а Люк считает веселухой, уже совсем рядом и втягивает нас в себя, как воронка.       — Ладно, на месте разберемся! — смеётся, не получивший ответа Люк. — До скорого!       Смеётся, поганец, как будто встретимся мы на танцполе, а не на поле боя... Смеётся, а в глубине голубых глазищ плещется некая упрямая, сокровенная мысль. Нет, это не потаённый страх. Только выкинет парень какой-нибудь фортель, ох, выкинет!       Скайуокер отключился, но словно лишь за тем, чтобы уступить канал новому вызову. Мастер Оллиос.       — Сворачивай свои тараканьи бега и дуй к Трауну. Только меня подбери. Не знаю что, но что-то определенно начинается.       Многообещающе. Да и игнорирующий приветствие мастер взбадривает надёжней любого стимулятора. Ворчу про то, что изоптеры — термиты, а не тараканы, просто ради заполнения паузы, пока Оллиос с мыслями собирается. Собрался быстро и начал со странного вопроса.       — Что тебе говорит имя Мара Джейд?       — Одаренная. Рука императора — соглядатай на эскадре Трауна. Но, коли чисс со штабом все ещё живы, то или смотрит в полглаза, или Палпатин этим каналом не пользуется...       — Полчаса назад на связь с Федеральным Комитетом Обороны вышел адмирал Траун. Кстати, откуда у него коды канала правительственной связи?       — Я передал на всякий пожарный. Только не адмиралу, а командиру его флагмана.       — Тем не менее Траун перепоручать разговор подчинённым не стал и сообщил о получении от Мары Джейд некоей крайне важной, но щепетильной информации, которую он хочет обсудить с членами Комитета при личной встрече.       — Член Комитета — это вы.       — Ну, не ты же. Во всяком случае, пока. Сколько тебе надо времени, чтобы добраться до базы?       — Сколько у меня есть?       Нет у меня нисколько. Это я и сам понимаю. Просто пытаюсь выведать детали, пока руки сами бегают по нужным сенсорам. Оллиос довольно откидывается в кресле, заслышав сигнал боевой тревоги у меня за спиной. Но продолжать разговор он не склонен. Нечего ему мне сообщить. Во всяком случае, настолько важного, чтобы ради этого разговора жертвовать несколькими минутами собственных сборов. ***       Флот адмирала Трауна лежал в дрейфе и никакой предпоходной суеты не демонстрировал. Меж ИЗР-ами сновали челноки, на обшивке крайнего к нам велись сварочные работы. По нам скользнули лучи радаров целеуказания, в хвост нам пристроилась пара TIE-истребителей, но к флагману нас проводили без лишних вопросов.       — Прямо официальный визит, — чуть смущённо ворчит Оллиос.       Сам в недоумении. Это как же Трауна припекло, что он нарушил им же самим установленные правила общения с нами, по которым нас как бы и нет вовсе.       На посадочной палубе нас встретил хмурый капитан Пеллеон и, без лишних церемоний попросил следовать за ним. Я шагал следом за мастером, а Эзра — за мной. Против свиты члена Комитета принимающая сторона не возражала, но и объяснять что-либо не торопилась.       Идем-то мы куда, кстати? Насколько я помню расположение отсеков суперразрушителя — в госпитальные боксы. Что за ситховщина? Чисс ранен?       Оказалось, не чисс. Траун нашелся в одной из палат вполне себе живым-здоровым, сидящим у больничной койки и держащим за ручку Мару Джейд. Ну, прямо отеческая забота.        Фантазировать на тему того, а не закрутил ли чисс интрижку с Рукой императора, которая ему и верно в дочери годится, некогда. Потому что девушка реально пострадала. Чтобы понять это, достаточно увидеть лопнувшие сосуды глаз и название на флаконе капельницы. Ментальный ушиб мозга, не иначе. Император?       — Угу по обеим позициям, — отвечает на неозвученный вопрос Мара и пытается сесть. Чисс удерживает ее почти силой, бережно, но неумолимо.       — Несколько часов назад мисс Джейд установила ментальную связь с повелителем, а тот не успел или не захотел закрыть от нее свои мысли, — начал адмирал тоном военного доклада.       — Он сумасшедший! — перебил чисса всхлип девушки. — Дело даже не в безумном плане одним махом сменить ученика, армейскую верхушку, покончить с мятежом и остатками джедаев. Там не одной нормально работающей нейронной связи не осталось.... Месиво гниющее!       Девушка затряслась в рыданиях. Меня едва сдерживают от успокающего прикосновения в Силе. Траун с инъекцией транквилизатора успевает первым. Правильно. Потому что Палпатин может и совсем безумный, а вторжение он заметил и ударил в ответ. Девочке после такого фармакология безопасней Силы. Как она вообще жива осталась-то?        — Случайно. Исаламири мимо пробегала, чем смягчила удар. Впрочем, нашлась девушка без сознания, — догадался о моих сомнениях адмирал. — Выслушав ее рассказ, связался с главным штабом на Корусанте. По неофициальным каналам получил это... Траун брезгливо, словно грязную салфетку, подвинул ко мне планшет. Документ уже открыт. "План операции "Мертвый эвок". Ну, как план... Люк Скайуокер с вуки, когда отбить Соло у Джаббы задумали, подетально свои действия на маршруте "куда кривая вывезет", не расписывали, небось.       — Что это?       — Спущенный из канцелярии императора план разгрома мятежников у Эндора, — сказал, словно выругался, Траун.       — Твою ж налево... — искренне сочувствую адмиралу. Если это и есть уровень современного стратегического мышления Империи, мозг у нее давно умер. И вас, как я погляжу, на этот шабаш не вызывают.       — Нет. Но я связался с лордом Вейдером. От обсуждения ситуации он уклонился. Заявил о священной воле императора. Но у меня сложилось впечатление, что он понимает ситуацию гораздо лучше, чем мы.       — И?..       — Он смирился.       — А вы?       — А я — нет. Является ли безумная задумка Палпатина реальностью, или это провокация, которая должна заставить меня двинуть флот без приказа, я готов защищать Империю, в том числе и от обезумевшего императора. Поэтому, третьими, к кому я обратился, стали вы.       Понимающе киваю. Но мысль предпочитаю не развивать. Траун и так позволил себе максимум того, на что мы рассчитывали. Границы и красные линии очевидны. Поэтому заговариваю о деталях.       — Запись разговора с Вейдером велась?       — Разумеется.       Мой комлинк пискнул, приняв пересланное сообщение.       — Провокация это или нет, но думаю, адмирал, вам следует приступить к активным действиям только после известия о гибели императора. Раньше вас, действительно, не поймут прежде всего свои. Но действовать надо будет быстро. Так что перебирайтесь как можно ближе к Эндору и ждите.       — Хотите дать шанс мятежникам?       — Да. Поскольку считаю, что безоговорочная победа одной из сторон приведет Галактику к хаосу. А нам всем еще вонгов встречать.       Траун задумался. Я не торопил. Он уже предпочел действие бездействию, пусть сам придет к тем же выводам, что и наши аналитики. Он умный, он придет к верным выводам.       — Хорошо. Я не буду вовлекать в новую империю не желающие этого миры. Но Корусант я передам Новой Республике безо всякого волеизъявления. Разумеется, эвакуировав всех, кто того пожелает.       — Сарлакков вы сын, Траун, — восхищаюсь собеседником.       — Думаю, что лидеры Альянса с радостью примут в свою юрисдикцию это постиндустриальное гнездо постмодерна. Приплатят ещё сверху, чтоб за него не сражаться.       — Вот я и говорю, гад вы Траун, и даже не краснеете.       Адмирал без тени улыбки поднял на меня ясные, пылающие алым огнем глаза. Договоримся. ***       Разговор с Люком вышел куда тяжелей. Он уже закончил просматривать запись разговора Трауна с Вейдером, а слов для начала диалога не находилось. Всё-таки первым заговорил Скайуокер.       — Дарт Вейдер... отец, то есть... не разделяет безумных планов императора, но предпочитает обречь на гибель себя и своих людей ради верности старой клятве...       — Клятва уже нарушена императором. А ситх-ученик не просто не клялся в верности до погребального костра, а обязан однажды вступить в бой с учителем. Тут дело в другом. Он, похоже, не видит выхода. Того, ради чего есть смысл восстать против произвола безумца.       — Вы хотите, чтобы я показал отцу выход?       — Не знаю. Все зависит от тебя. Просто мне показалось неправильным скрыть от тебя информацию об отце.       — Спасибо.       Парень остался все так же в целом спокоен, хотя и немного растерян, но мелькнуло в голосе нечто, от чего Кеноби за гранью Великой должен нервно икнуть.       — Должен тебя предупредить. Наши аналитики полагают, в случае встречи тебя, Вейдера и Сидиуса под Эндором шансов выжить у тебя почти не будет.       — Неважно.       — Перед тем, как решать, что важно, а что нет, сперва ознакомься с аналитикой.       Парень кивнул. Только пустое это. Он для себя уже все решил. Грозовая туча на горизонте перестала давить на плечи. Она пришла в движение. До встречи двух сил под Эндором остаются считанные дни. Штука только в том, что сил окажется три.