Кошачьи ушки

Чан, нервно кусая губы, смотрит в окно и отпивает налитое в первую попавшуюся кружку белое вино, которое осталось после недавнего праздника. Времени искать припрятанные бокалы не было, а выпить очень нужно. Ещё нужно отвлечься. Забыться немного и не принимать тот факт, что сейчас в ванной, от куда слышится, как струи воды бьются о ванну, а парень изредка шипит, Феликс готовится выполнить его желание, прозвучавшее по-пьяни на день рождения старшего. — Прости, хён, я забыл купить подарок! Когда пришла очередь Ликса поздравлять Бана, он лишь пожал плечами и виновато опустил взгляд, поправив дешёвый ободок с ушками из детского магазина, который раздавали каждому гостю. — Я не злюсь, малыш, — парень ухмыльнулся, тыкая пальцем в чужую щёку, пока Чанбин придерживал шатающееся тело. — Но тогда тебе придётся сделать кое-что. — Что же? — Феликс недоверчиво посмотрел на Чана, довольная улыбка которого расползлась по лицу. — Тебе так идут кошачьи ушки. Ты обязательно должен будешь надеть их ещё раз, — толкая Со в плечо, он уселся на диван около Ли и прошептал на ухо младшего: — Только для меня. Бан теребит края футболки, пытаясь успокоиться. Его захватывала мысль о том, что Феликс действительно сделает это. Он исполнит одну из самых пошлых фантазий старшего, которая возникла, когда Чан случайно взглянул на эти ободки в магазине, представляя в них своего парня. Ликса удивили искорки в глазах, с которыми Бан передавал сегодня розовую коробку с милым бантиком, добавляя, что это то самое, и Ли решил, что такой подарок, который определённо понравится имениннику, тоже имеет место быть. — Хён? — топчась около двери, младший не смеет заходить на кухню. — Да? — Чан поворачивается, тут же замечая спадающий с пленящего плеча халат. — Я жду тебя в спальне минут через десять, — Феликс игриво подмигивает. — Не раньше. Бан кивает пустоте и снова погружается в себя, убирая пустую бутылку вина в сторону. Дверь в комнату напротив захлопывается, а он думает о том, что мог бы нарушить пожелание Ликса. Чан знает, что тот будет делать. Ему хочется увидеть всё своими глазами: как Феликс открывает коробку, как хлопает длинными чёрными ресницами, рассматривая содержимое, после доставая предметы поочерёдно, как раздевается, бросая халат на кресло рядом с зеркалом, как растягивает себя для него, неприлично выпячивая задницу, как улыбается, обнажая клыки… Дурацкие десять минут. Ли осторожно подходит к кровати, заинтересованно смотря на разбросанные по ней лепестки роз. Чан всегда был романтиком. Тонкими пальцами хватается за атласную ленточку на коробке и быстро развязывает бантик. Откладывает её, снимая крышку, и неслышно охает. Внутри, на небольшой подушечке, лежит ободок с белыми кошачьими ушками, анальной пробкой, на конце которой прикреплён пушистый хвост того же цвета, а рядом клубничная смазка. Феликс проводит рукой по мягкой шерсти ушек, оглядывает игрушку, а по телу проходится приятное чувство. Ему не терпится увидеть реакцию старшего. Знал бы он, сколько сил тот потратил, чтобы достать всё это, тысячу раз извиняясь перед Чанбином, которому пришлось приехать, потому что Бан не мог определиться с цветом. Ликс надевает ушки на голову, подходя к зеркалу, и поправляет светлые пряди. Улыбается, удивляясь, что Чану такое нравится. Он бросает взгляд на выглядывающий из коробки кончик хвоста. Когда бы ещё Феликс примерил на себя образ любвеобильного кота? Ли кусает внутреннюю часть щеки, возвращаясь к кровати, и берёт в руки игрушку. Ещё немного разглядывает пробку, тотчас в голове проскакивает мысль наконец-то использовать её по назначению. Халат быстро падает с худого тела, оказываясь на подлокотнике кресла, а Феликс удобно располагается на шёлковой простыне среди лепестков роз. Он выдавливает прохладную жидкость с едким клубничным запахом на пальцы и поскорее вставляет один, который легко проскакивает внутрь, потом второй, ловко двигая ими. Держит в себе все стоны, оставляя их для старшего. Член уже ноет, требуя внимания, но Феликс старается не замечать этого, подставляя к анусу гладкую пробку. Глубоко вдыхает, насаживаясь на игрушку, и всё-таки мычит, когда она дотрагивается до его стенок. Ликс извивается, сжимая простынь, и вставляет пробку полностью, чувствуя, как между ягодицами ложится пушистая шерсть. Он делал это впервые. Впервые Ликс согласился на подобную авантюру, понятия не имея, насколько смущающе будет предстать в таком виде перед хёном, который так жаждет наконец посмотреть на своего парня. Ли снова становится перед зеркалом и, привыкая к новым ощущениям, крутит бёдрами, когда хвост вертится из стороны в сторону. Дверь в спальню аккуратно открывается, а Чан заглядывает в щёлку. Он долго смотрит, пытаясь запомнить каждую деталь. Всё кажется сном. Парень сглатывает, видя оголённое тело младшего, покрытое мелкими веснушками. Ликс всё так же задумчиво вглядывается в своё отражение. — Вау… — подходя ближе, Чан выдыхает, — тебе правда очень идёт. Щёки Феликса розовеют, он прячет лицо в ладошках. Ему до невозможности неловко, а Бан плывёт глазами сверху вниз и возбуждается от одного только вида, необыкновенно сильно привлекательного вида. — Повернись, котёнок, — Чан не отрывает взгляд от ободка на голове и хвоста между ног. Он бы вечность смотрел на Феликса, ведь тот такой прекрасный. С мило краснеющими ушами, трясущимися коленями, прерывистым дыханием, вставшим членом и быстро бьющимся сердцем. Ликс кривится, но разворачивается спиной к старшему, гладя свои плечи руками. Парень делает пару шагов и становится за ним, целуя затылок. — Сзади тоже хорошо, — он тычется губами в плечо Феликса, улыбается, оставляет поцелуй под мочкой уха и ведёт руками по коже. — Не стесняйся, Ликси. В нос ударяет запах сладкого парфюма хёна, а дыхание учащается, когда Чан спускается одной рукой вниз, очерчивая талию, и несильно сжимает правую ягодицу, оставив лёгкий красный след. Феликс резко поворачивается и оказывается неожиданно близко. Всё смущение пропадает, а Бан прикрывает глаза, вовлекая младшего в мягкий поцелуй. Охватывает горящие щёки ладонями, чувственно целуя чужие губы. Ликс тянет старшего на себя, рвано чмокая его лицо. Покрывает поцелуями чуть смуглую шею, но отстраняется, когда Чан упирается ногами в кровать, садясь на постель. Ли отходит, заманчиво двигая бёдрами, пока парень терзает зубами и так искусанные губы и внимательно наблюдает за виляющимся хвостом, перебирая между пальцев попавшийся под руку лепесток красной розы. — Кис-кис, — он подзывает Феликса к себе, постукивая по коленкам. Тот ухмыляется и покорно подходит к старшему, усаживаясь на приготовленное место. Трётся о бугорок в чужих штанах, расположив ладони на широких плечах. Чан зажмуривается, поддаваясь манипуляциям Ли, целует открытую шею, спускаясь губами к выпирающим ключицам, и щекочет пальцами рёбра, невесомо проводя по ним ногтями. Ликс прижимается к Бану, тяжело дыша. Уши ласкает приятный голос, который шепчет о том, что он безумно красив. Чану нравится делать короткие комплименты и видеть, как сильно Феликса трясёт только от одних нежных слов. — Скажи «мяу», — отрываясь от пухлых розовых губ, вдруг просит старший. — Не издевайся, хён, — Ли качает головой, шумно выдыхая. Ушки качаются вместе с ним. Чану кажется это забавным. — Пожалуйста, котёнок, — хнычет тот, но Ликс лишь закатывает глаза. Бан гладит веснушчатую щёку, а Феликс невольно ластится и, сдавшись, тихо мяукает. — Ещё, — старший тает от низкого тембра Ли. — Ты слишком многого хочешь. Одного раза достаточно. Чан недовольно цокает, оставляя мимолётный поцелуй на скуле младшего. Через секунду парень ухмыляется, нащупывая пальцами пробку, и медленно двигает ею внутри, а Феликс скулит, утыкаясь лицом в изгиб шеи Бана. Ли сильнее раздвигает ноги, выгибаясь в спине, и хрипло стонет. — Не надо, Чан, — почти умоляет младший, когда Бан начинает чаще попадать по нужному месту. Ликс сжимается и берёт старшего за запястье, с громким хлюпом вытаскивая пробку. Та отбрасывается на кровать, а Ли жадно впивается в засохшие губы, чувствуя, как смазка стекает по его бёдрам. Чан мокро отвечает на поцелуй, проводя пальцами по пояснице младшего. Его заводит страсть, с которой Феликс целует. Ему жарко. Очень. Ликс нетерпеливо снимает чанову белую футболку, выцеловывая накаченную грудь, иногда кусая кожу. Феликс до безумия любит, когда Бан хвастается оставленными на его теле укусами. Ли спускается к животу, сползая с кровати на пол, и больно ударяется коленками о ламинат. После помогает Чану избавиться от домашних штанов и нижнего белья, освобождая вставший член. Младший, улыбнувшись, подползает ближе и целует покрасневшую головку. Бан опускает взгляд на парня, сдерживаясь, чтобы стыдливо не кончить прямо сейчас, когда видит, как Феликс высовывает язык и ведёт им по выпирающим венам на его члене. Подаётся бёдрами навстречу, пока Ликс прогибается в спине, цепляясь изящными пальцами у основания органа. Ли проводит языком по головке, блаженно прикрыв глаза, будто это то, чего он ждал весь день. Пошло улыбается и заглатывает сразу по середину, помогая рукой. Чан откидывает голову назад и перемещает ладонь на затылок младшего. Осторожно тянет за отросшие пряди, входя в чужой рот, медленно и мучительно для самого себя. Ли ловит ритм Бана, стонет, пока вибрация расползается по члену Чана, и всё так же стоит на четвереньках, смотря исподлобья. Пара движений головой и Чан неаккуратно кончает на лицо Феликса, окунувшись в вязкий омут оргазма. По ликсовым губам стекает сперма, а он демонстративно облизывается, поднимая глаза на старшего, который уже очень хочет оказаться внутри своего чертовски очаровательного парня. Ликс достаёт из тумбочки салфетки, вытираясь, и возвращается на место около ног Чана. — Мне мяукнуть или помурчать, хён? Самодовольная улыбка появляется на лице Ли. Теперь он издевается. — Лучше всё вместе, дорогой, — Бан похлопывает его по волосам, ухмыляясь, берёт за руку и помогает подняться, пока тот хмурит брови и поджимает губы. Ликс толкает старшего в грудь, из-за чего Чан падает спиной на кровать. Ли опять пропадает внизу, но тут же возвращается, держа в зубах упаковку с презервативом. Перекидывает ногу через парня и садится на живот Бана, открывая её, и проходится ягодицами по члену старшего, получая сдавленный стон. Чан по-хозяйски охватывает ладонями упругий зад младшего, сжимая мягкую кожу пальцами, и со зверским желанием разглядывает донельзя возбуждённого Феликса, который соблазнительно закусывает нижнюю губу, раскатывая резинку по его члену. Смазка внутри даёт возможность головке легко проскользнуть. Ликс старательно двигается, когда Бан приподнимается, чтобы вставить глубже, целует ладонь Ли и притягивает к себе, примыкая губами к чужим и оставляя на них смазанный поцелуй. — Ах, хён… — Феликс, чьи приглушённые стоны пробирают до дрожи и заставляют каждый раз прислушиваться к негромким вздохам, упирается ладонями в грудь старшего, полностью садясь на его член, который бьёт по простате. Ли то опускается, то поднимается, начиная быстрее прыгать на нём, пока Чан скользит руками по чужим бёдрам, задевая возбуждение Ликса. По комнате разносятся звуки шлепков двух тел друг о друга, стоны Феликса, находящегося в плену эйфории и наслаждения, редкие рыки Бана, который двигается в унисон с ним, а надоевшее тиканье часов пропадает среди шороха постели и скрипа кровати. Ли ногтями царапает пресс, сжимает член внутри себя, протяжно скулит, а Чану сносит крышу от одного взгляда на Ликса. Так приятно видеть, что тот удовлетворён не меньше. Ладонь Чана оказывается на чужом члене, доводя до разрядки Феликса, а несколько глубоких толчков хватает, чтобы старший кончил ещё раз. Бан гладит Ли по голове, поправляет съехавшие на бок белые ушки, улыбается, показав ямочки на щеках, и скользит рукой по скуле. Ликс устало припадает к плечу возлюбленного, а тот лениво целует его около виска, зарываясь пальцами в светлые волосы. — Мой котёнок, — старший пропускает смешок, поглаживая по спине Ли, и смахивает с неё капельки пота. Ликс мурлыкает на ухо, прижавшись носом к щеке Чана. — С днём рождения, Чан-хён. — Это лучший подарок, Ликси, — он крепко обнимает Феликса, подмечая, что розовая коробка теперь будет лежать на виду.