Happily ever after

Тихий плеск волн успокаивал и убаюкивал. Тэхён сидел на берегу океана и смотрел вперёд, совершенно не различая пейзажа. Он весь сливался в одну смазанную картину. Что-то малиново-розовое, с отблесками пурпурного и оранжевого. Закат. Всю свою жизнь Тэхён боготворил закаты. Он считал, что это одна из самых прекрасных вещей на Земле. После его мужа, конечно. Потому что его муж, положа руку на сердце, был лучше всех закатов мира. Ну и ещё один человек, без которого теперь Тэхён просто не представлял своего существования. Чужие шаги, почти неслышные на песке, вывели его из раздумий. Тэхёну не требовалось оборачиваться, чтобы понять: за спиной Чонгук. Как только он приблизился, запах клубники и банана перебил даже свежий морской бриз. Тэхён тепло улыбнулся. Он почувствовал, как Чон сел позади него и оставил почти невесомый поцелуй на шее, у линии роста волос. — Уснула? — Еле уложил, — вздохнул Чонгук и обнял мужа со спины, устраивая подбородок у него на плече. — Перевозбудилась из-за перелёта. Я её не виню, сам точно не смогу сегодня спать. Чон Соль — их маленькому сокровищу с огромными, как у папы Гуки глазами — было всего три. Когда они только решались на ребёнка, многие уговаривали подождать до завершения контракта с группой. Гастроли, концерты, записи — всё это лишало их львиной доли общения с малышом. Но они с Чонгуком тогда сели и всё обсудили. Поняли, что хотят одного и того же, причём одновременно. Хотя, пожалуй, Тэхён даже раньше к этому пришёл, но он никогда не давил на своего Гуки в этом плане. А когда Чону исполнилось двадцать пять, они начали искать варианты того, как завести ребёнка. Рассматривали всё, даже усыновление, но узнали о возможности стать отцами вдвоём. Прогресс не стоит на месте. Да, это стоило немалых денег, но они оба заработали их слишком много, чтобы потратить за всю жизнь. И не измеряются деньгами такие вещи. Зато уже примерно через год они впервые встретились со своей дочерью. Едва увидев её, Тэхён понял, что она больше похожа на Чонгука. И ему не было обидно совершенно, потому что в отражении глаз своего ребёнка он видел глаза самого дорого человека на свете. Это ли не счастье? Именно Тэхён уговорил Гуки дать свою фамилию их Соль. Во-первых, лучше звучало, а во-вторых, давало ему право требовать ещё и сына. Да, они уже задумывались над этим. Тем более сейчас, когда им по тридцать, группа осталась позади, а впереди ещё вся жизнь. Контракт закончился. Последний год выдался безумно сложным. Скорее даже не физически, а именно морально. Конечно, они дали грандиозный прощальный тур и, наверняка, ещё не раз соберутся вместе, чтобы где-то выступить, но расставаться было слишком тяжело. — О чём думаешь? — Чонгук поцеловал его за ухом, и Тэхён шумно выдохнул. Столько лет прошло, а его реакции на собственного мужа всё ещё как у влюблённого мальчишки. Того, что обмирал внутренне каждый раз, стоило их макнэ его коснуться. — Что ты мне должен сына, — Тэхён тихо рассмеялся и наклонил голову вперёд, давая Чонгуку больше места для манёвра. Тот понял всё верно и поцеловал тёплую кожу. — А вообще думал о том, как здорово, что мы рискнули и решились на Соль. Сейчас были бы только в начале пути. — Без тебя я бы никогда не рискнул, — Чонгук оставлял короткие поцелуи на шее, плавно переходя к плечам. — Без тебя я бы никогда и не захотел. Тэхён плавился и от этих ласк, и от слов. Сколько они всего сказали друг другу за прошедшие пятнадцать лет. И плохого, и хорошего. Хорошего, конечно, больше. Но каждый раз такая трогательная откровенность его мужа заставляла сердце сладко сжиматься. Чонгук больше не тот испуганный дикий мальчик, которого Тэхён увидел когда-то впервые. Сейчас это взрослый, уверенный в себе мужчина, полностью состоявшийся и в карьере, и в семейной жизни. Он крепкий и надёжный как скала. Та самая, за которой сильному и не менее состоявшемуся Тэхёну нужно было порой спрятаться и расслабиться. Для Чонгука же Тэхён стал тихой гаванью. Местом, где он мог подкопить энергию, зарядиться теплом, любовью и обожанием, чтобы потом снова идти вперёд, защищая собой свою маленькую семью. — Помнишь, как мы выступали в Лондоне, а у Соль поднялась температура? — неожиданно вспомнил Тэхён и хихикнул. Совсем немужественно, просто Чонгук как раз щекотно укусил его одними губами. — Ещё бы не помнил, — проворчал Чон. — Я тогда ни о чём другом думать не мог, еле концерт отработал. А когда мы оба в мыле прилетели в номер, она вышла нам навстречу. Сама. Думаешь, я правда забуду первые шаги нашей дочери? Подловить меня решил? — Немного, — Тэхён снова рассмеялся. — Твоё лицо тогда было просто фееричным. Наша няня, мне кажется, решила, что ты схватил инфаркт. — Я не виноват, что более сентиментален, — Чонгук явно смутился. Он, тридцатилетний мужик, до сих пор смущался некоторых вещей. Особенно, если его уличали в чём-то подобном. — Ничего, — Тэхён погладил его по руке. — Скоро весь мир узнает о том, какой ты плюшевый кроличек и как носишься с нашей дочерью. — Думаешь, пришло время? — Чонгук зарылся пальцами в его волосы, отчего Ким едва не заурчал. — Я даже не представляю масштабов скандала, который разразится. — Ну, из лейбла тебя не выгонят, — усмехнулся Тэхён. Да, Чонгук решил продолжить сольную карьеру, потому что сцена — это его вторая любовь после Тэхёна. Ладно, третья, после Тэхёна и дочери. Но он будет сотрудничать с лейблом Мин Юнги, который тот организовал ещё три года назад. Сказал, что в честь рождения Соль. Сам Мин семьёй так и не обзавёлся. Заявил, что ему хватает нянькаться с двумя макнэ и их мелкой принцессой. Как бы Шуга ни ворчал, он был чудесным хёном и души не чаял в их ребёнке. Жаль, конечно, что теперь их разделял океан. Но всё равно здесь, на Гавайях, они не будут проводить круглый год. Это сейчас, взяв перерыв, чтобы отдохнуть после тура, прилетели сюда на пару месяцев. Но из-за карьеры Чонгука придётся часто бывать в Сеуле. Впрочем, сам Тэхён ещё до конца не решил, на чём именно хочет сосредоточиться. Он одинаково страстно занимался и музыкой, сочиняя песни, и живописью, и кино. Сыграл за последние годы несколько значимых ролей и теперь имел множество приглашений. На самом деле, подсознательно Тэхён побаивался уходить во что-то конкретное до их каминг-аута. Нет, он был уверен в них с Чонгуком, в их семье. Но страшился, самую малость, неизвестности и того, как их примет мир. Запад, скорее всего, с благосклонностью. Слухи об их романе ходили давно. Даже о Соль прознали. Но без официального подтверждения это всё же оставалось лишь слухами. А вот в Корее могли возникнуть сложности. Но, как сказал недавно Юнги, который, как и Хосок, был в курсе предстоящих событий, даже если вся Корея отвернётся от них, Мин готов переехать в США и начать там всё заново, чтобы сделать Чонгука звездой и в Америке. Впрочем, Шуга лукавил, Чонгук давно был там звездой. Как, впрочем, и все они семеро. Но сама готовность друга бросить всё и отправиться в другую страну вслед за ними заставляла задыхаться от эмоций. Им двоим безумно повезло с хёнами, которые поддерживали их все эти годы. Прикрывали, ругали, мирили, заботились. Были едва ли не ближе семьи. Нет, это не значило, что Чимин, Джин и Намджун чем-то хуже, или не приняли их. Вовсе нет. Просто их жизни немного разошлись. Они по-прежнему были друзьями, но с возрастом интересы разделились. Это не было грустно или плохо. Это просто было. — На самом деле, я сильно устал, — признался Чонгук, и Тэхён понимал его как никто другой. Он устал на много лет раньше. Но никогда не давил на мужа и в этом вопросе тоже. — Знаю, что ты давно, — он рассмеялся, а Ким улыбнулся, опять они читали мысли друг друга. — Но в последние пару лет стало совсем невыносимо. Спасибо хоть давно отказались от глупого фансервиса. От этого было неловко уже даже фанатам. — Не напоминай, — Тэхён раздражённо вздохнул и дёрнул шеей. Чёртов фансервис всегда был камнем преткновения в их отношениях. Поначалу, конечно, это было забавно, воспринималось в шутку. Затем просто стало работой. Но под конец они все устали. И бедный Чимин, который раньше радовался упоминаниям в сети в этом ключе, а затем откровенно заебался, и Чонгук, который хоть и хорошо относился к своему другу, но, боги, у него давно своя семья, и Тэхён… Тэхёна просто давным-давно это достало. Они все прекрасно могли подурачиться по своей инициативе. Но с каждым годом, с каждым месяцем этого хотелось всё меньше. Пока в один прекрасный момент Тэхён с Чонгуком не поставили компании ультиматум: или весь этот балаган прекращается, или они вдвоём уходят. С парнями это обсудили, конечно же. Тогда как раз планировалось появление Соль, и, естественно, их двоих все поддержали. Понимали, что распада группы, с большой долей вероятности, не будет, но морально были к этому готовы. Лейбл удалось продавить. Они и так делали это постоянно, все семеро. Но считали конкретно этот момент своим большим достижением. Потому что заметили, что вслед за ними фансервис сократили и многие другие группы. Все семеро парней получали в директ множество сообщений от других айдолов с обычной человеческой благодарностью. Конечно, им пришлось свести к минимуму и собственное взаимодействие на какое-то время. Но, чёрт, оно всё того стоило. Когда же прошло немного времени, Тэхён снова стал кое-что себе позволять, а Чонгук опять на долгие мгновения зависал, наблюдая за ним на сцене. Что-то никогда не меняется. — Просто, знаешь, — Чонгук продолжил свою мысль, возвращая Кима в реальность, — я иногда представляю реакцию не всего мира в целом, а какой-то отдельной арми. Которая верила в нас все эти пятнадцать лет. Которая чувствовала нашу любовь, догадывалась, но не получала доказательств. А теперь вот узнает. И я... Я просто счастлив за неё. — Боже, ты такой сентиментальный дурак, — Тэхён расхохотался и повернул голову, посмотрев, наконец, на мужа. Его открытое, волевое лицо с острыми скулами и большими тёмными глазами притягивало взгляд. Гипнотизировало. Чонгук вырос таким красавцем. Тэхён закусил губу, справляясь с внезапно нахлынувшими эмоциями. — Кажется, я тоже. Чон улыбнулся и мягко его поцеловал, без языка, просто нежно и с любовью. Им не всегда требовалось совать что-то друг в друга, чтобы поделиться своей страстью и чувствами. — Значит, мы оба готовы? — спросил Чонгук пару минут спустя, когда они нацеловались. — У нас есть ещё два месяца, чтобы окончательно всё обдумать. — Мне кажется, никогда не будет подходящего момента, — Тэхён покачал головой. — Поэтому нам просто надо всё просчитать, подготовить план «Б» и сделать это. — Хорошо, любимый, — Чонгук потёрся кончиком носа о чужой. — С тобой я готов сделать что угодно. — Тогда, может, доберёмся до спальни и проверим, так ли был прав наш агент по недвижимости, утверждая, что этот матрас дарит неземное блаженство? — Тэхён поиграл бровями. Он, и правда, соскучился по мужу и по сексу с ним. Последние недели выдались чертовски загруженными и напряжёнными. Завершение тура и отъезд на другой край света забрали немало сил. — Мне казалось, я и без матраса могу подарить тебе неземное блаженство? — Чонгук насмешливо приподнял брови. — Или теперь тебе нужна дополнительная стимуляция, старичок? — Нет, переживаю, что это ты теперь не настолько свеж и бодр, как раньше, когда у тебя вставало даже на мою улыбку, — подначил Тэхён. — У меня вставало на сам факт твоего существования, Ким Тэхён, — рассмеялся Чонгук. Он поднялся с песка и потянул мужа за руку, а когда добился своего, прижал к себе и подхватил под задницу, подкидывая вверх. — Видишь, я всё ещё могу носить тебя на руках. Я ещё ого-го. — Впечатляюще, — ехидно заметил Тэхён, а у самого внутри всё от предвкушения огнём загорело. Чонгук давно не носил его вот так, они выросли из подобных развлечений. Тем ценнее стали такие моменты. Казалось, здесь, на другом краю света, у них открылось второе дыхание к жизни. И Тэхён надеялся, нет, он знал, что впереди их ждали лишь долгие-долгие годы счастья. Они заслужили. — Ой, — Чонгук вдруг запнулся и замер. — Я совсем забыл сказать... Кажется, сначала нам надо будет навести порядок на кухне. — Что случилось? — удивился Тэхён. — Возможно, я разбил баночку с клубнично-банановым пюре, когда кормил Соль, — виновато ответил его муж. — И, возможно, я отвлёкся и забыл это прибрать. — Чон Чонгук, ты невыносим, — простонал Тэхён сквозь смех. — Впрочем, к чёрту всё, завтра уберём. Чонгук довольно рассмеялся и ускорил шаг. Их вилла располагалась прямо на берегу с выходом к собственному пляжу. К этому моменту уже стемнело, и белый дом едва выделялся в лунном свете. Он выглядел завораживающе и немного волшебно. Как когда-то и мечтал Тэхён, чтобы у них было. Он выглядел как дом, где они будут жить долго и счастливо. Как и в любом другом месте на Земле.