Класс S : Доминирующее поколение [Второй год]

От лица Каруизавы Я медленно шла к себе в каюту, всё ближе и ближе я подходила к каюте. Чем я ближе, тем сильнее у меня усиливается боль в груди. Вспоминая прошлые события, я не могу не плакать. Моя жизнь, как паразита скоро будет разрушена, я не могу рассказать об этом Киётаке, ведь этот парень, он просто навсего псих. Я не знаю насколько силён Киётака, но этот парень сильнее, чем Киётака, хоть и немного, но всё же сильнее. Я ненавижу себя за свою же слабость, я ничего не могу сделать, кроме как плясать на ладони. Флэшбек Вечер. Я шла к общежитию первогодок. По непонятным причинам, какой-то первогодка знал моё прошлое. Я должна идти туда, так как если он распространить об этом, то не смогу жить свободно, без страха. Дойдя до двора, где не было ни камеры, ни души, кроме парня ждавший меня. Он смотрел на луну, я смотрела на его спину, он медленно оборачивался и улыбался. Его улыбка, она просто очень красивая. — Привет, Кей-тян, — сказал он махая руками, параллельно улыбаясь нежно и медленными шагами подходил ко мне. Он смотря прямо на моё лицо, тихо и медленно начал говорить, — ну Кей-тян, значит ты всё-таки пришла, думаю, я рад, — сказал он дойдя ко мне. Он взял мою чёлку одной рукой и игрался с ними, параллельно смотря на меня, мои и его глаза были прикованы к глазам друг-друга. Его глаза были, как цвет, никакой тьмы, он смотрел на меня с доброй улыбкой, я даже не могла бы подумать, что он из тех, кто идёт на шантаж. — Что тебе надо? , — спросила я, сохраняя хладнокровия. Он улыбался. Я даже не смогла ничего сказать ему, даже не смогла сказать грубое. Он даже не угрожал мне, он ничего не сделал, но я всё же начала бояться его. Его полностью красивые глаза наполненные цветом, в один миг превратился в кромешную тьму, он смотрел на меня с тьмой в глазах, даже больше, чем у Киётаки. Я вздрогнула от этого, но он убрал темную ауру исходящий от его глаз, от его самого. — Прости, что напугал тебя, Кей-тян. Видишь ли, я ищу людей, которые будет помогать мне в моё плане, — сказал он, не переставая улыбаться, — я хочу исключить всех девятерых, кроме Аянокоджи Киётака, — закончив предложение, он посмотрел на меня с равнодушным лицом. —Ч-что? , — сказала я, заикаясь перед ним, это было то ли от страха, то ли от его смены тона. Его руки коснулись моих плеч, в его руках была такая сила, что даже могла сломать мои конечности за раз два. — Кей-тян, не бойся, я использую сейчас силу не больше, чем необходимо, — сказал он равнодушно, — Если я сейчас со всей силой коснулся бы твоих плеч, то твои плечи уже сломались бы, — сказал он, обратно вернув своё дружелюбное лицо, дружелюбную ауру. — Ч-что тебе надо от меня?,— спросила я сохраняя хладнокровия, хотя мой голос в котором была страх, волнение, боязнь, явно доказывало, что я уже потеряла хладнокровия. — Ой, не бойся Кей-тян, я не сделаю тебе больно,— сказал он убрал свои руки с моих плеч. Он обернулся и смотрел на небо, вздыхая он вновь заговорил,— Знаешь, как сильно я ненавижу себя? А, хотя не знаешь, ведь я никому об этом не рассказывал,— договорил он подняв руку и сжимая свой кулак. —Как сильно ты ненавидишь себя?,— спросила я с недоверием, так как думала, что прослышала его слова. — Что бы вы почувствовали, когда убили бы человека в 9 лет?,— спросил он смотря в мою строну. — Ч-что?,— с удивлением спросила я. — Видите ли, я впервые убил человека в девять лет, но с этого момента я чувствовал ни боли, ни других чувств, кроме ненависти к окружениям, я практически убил всех, кто учился вместе со мной, так что, я даже не вздрогну, когда буду убивать тебя, медленно, не спеша,— сказал он, глядя мне прямо в глаза. За секунду он преодолел дистанцию в 5 метра и взяв меня за подбородок, он поднял мою, показывая жесть «смотри на меня». — Так что, я хочу, чтобы вы помогли мне,— сказал он,— иначе конец Аянокоджи… — Я… Я буду работать на т-тебя…