омывая берега души.

«Мотылек сгорел? Но важнее, что он решился Лететь на свет»

Протяжное мяуканье кота разносится тихим задушенным шумом где-то над ухом. Мягкие лапки ощущаются тяжестью на животе, а шершавый язык вылизывает подбородок, видимо, пытается зацепиться за крошки от перекуса. Солнце ласково ложится на кожу, пригревая, омывая теплом бледные руки, ноги, заспанное лицо, и белые-белые, словно цветущая вишня, волосы. Их перебирают заботливые искусные руки, мягко массируя кожу головы, проводя от лба до затылка, рисуя круги; и до маленьких разбегающихся мурашек, так это приятно. Трепетные руки хотелось прижать к сердцу, довести прямиком до души, показать, мол, смотри, я открыт для тебя, словно книга. Страницы правда выгоревшие, некоторые утеряны, на них счастье граничит со всепоглощающей болью. Но что есть человек, без жгучей смеси переживаний? Такова доля людская. Изотоническое распределение. Владея мечом, принимаешь и мозоли на кончиках пальцах. Огрубевшие, отвердевшие. Омертвевшие мозоли. Испытывая голод, спешишь насытиться. И любовь покровитель эссенции всепожирающих чувств. дирижёр наших эмоций. Она в нас. Внутри. подкожно. внутривенно. внутрисердечно. Думаете, что любовь обошла вас? Глупцы. Любовь есть боль и наслаждение. Антитетические аксиомы, связанные во что-то великое, во что-то, где не дано узреть масштабность, оценить размер этого великого. Многие приравнивают любовь только к боли. Удовольствие и сокрушение пропорциональны друг другу, но испытывая боль, люди склонны забывать о том, что когда-то их радовало. Мальчик встаёт на ролики, он так давно их хотел! Он плакал от радости, когда заботливая мама исполнила его мечту. Дорогие ярко-красные ролики. Ах, какое счастье! А после мальчик плакал от боли. Как оказалось, учиться кататься довольно..неприятно. Это сложно. Учиться кататься. Сложно учиться любить. Мальчик забросил свою ярко-красную мечту. Она пылилась в шкафу, в грязной коробке, она так отчаянно нуждались в любви. Но никому не давали правила пользования этой самой любовью. Нет пособия. Как правильно? Как правильно любить? Ведь любовь она в каждом дне, в каждом моменте. Она ко всему. Она везде, но незрима. А потому нам кажется, что ее нет.

и боль вызвана не любовью, а ее недостатком.

Казуха знает, что это не истина. ничто не истина. Но он хочет верить, что любовь в каждом, как знание о том, что земля круглая. - Проснулся? - мягким шепотом доносится до уха. Нежным, чтобы не перебить сладкое пробуждение. Томо всегда нежен по отношению к Казухе. Влюблённость сглаживает углы. Влюблённость в сердце чертит ноты, которые играешь с наслаждением. от адажио к скерцандо. от адажио к скерцандо. Улыбка касается губ Казухи, и он, словно по телефону из пластиковых стаканчиков в детстве, передаёт ее Томе. - Быть честным, - Казуха зевает, потягивается сладко-сладко, вот-вот и будет приторно, а после продолжает. - я бы спал и дальше, но, кажется, маленький комочек на моем животе против дневного сна. Особенно если этого комочка не удостоили обедом ровно в три часа дня. - Так ты соня оказывается, - Томо улыбается. Так уютно и тепло, Казуха думает, что это Восьмой Смертный Грех. Король Лионесс даровал оружие каждому: Демонический клинок Лоствейн, Боевой молот Гидеон, Утренняя звезда Алдан и Лучистая улыбка Томы. - ты можешь продолжить сон, мы никуда не торопимся. А для «маленького комочка» у меня есть кое-что с собой. Томо тянется к сумке, достаёт для кота какие-то вкусности, и переманивает того к себе на колени, где-то возле головы Казухи. Последний подпевает ветру и шелесту бурьяна, совсем тихо, какую-то детскую песенку, одну из тех, что мама заботливо поёт перед сном ребёнку, а он слушает с горящими-горящими глазками глядя на маму. И так тепло становится. Тепло не телу. Тепло становится душе. И любовь эта разливаясь убаюкивает, усыпляет. Аккомпанемент ветра и травы заканчивается, Казуха тоже замолкает. - Томо, - разносится чуть громче, более сердечно, чем он хотел сказать, но это ведь не так и ва..- во всем Тейвате, на всей планете, на всех других планетах, во всех чёрных дырах, пространстве в космосе, не найдётся существа, которого я бы так любил. Во мне словно собрана сила всех семи элементов, всех даров Архонтов, она вся направлена на тебя, - тяжелый вдох, он произнёс все на одном дыхании, как мощную молитву о прощении грехов. Если бы любовь к Томе была грехом, то Казуха безусловно не смог бы отмыться никакими молитвами. Он бы попросту не стал этого делать. - рядом с тобой ноты сами появляются в голове, сами выходят наружу, и я готов, правда готов посвятить тебе все хайку этого мира. Всю любовь моей души, - Казуха продолжает лежать на коленях Томы, он чувствует его руки на волосах, он чувствует тихое дыхание кота, лакомящегося чем-то, что дал ему хозяин. Он делает ещё один вдох и: - Предался я любви - Так безрассудно, Как путник, что отправился блуждать По незнакомым.. - Горным тропам Саянака. - подхватывает Томо. - Проходят годы,но любовь Не угасает в сердце. И лишь ночами на рукав, От слез намокший, Ложится белый иней. - От слез намокший, Ложится белый иней. - Казуха тихо, посапывая, повторяет себе под нос. Подувший вновь ветер опоясывает волосы, дарит легкий холод, оббегающий по коже. Клонит в сон. Он чувствует губы - тёплые, почти эфемерные, на своём лбу, ниже к щекам, беглое касание к губам. Кот мурчит где-то возле затылка. Все те же заботливые руки водят по щекам, невесомые касания разливают по телу любовь. И он вновь просыпается. Голова кажется невыносимо тяжелой, в волосах трава. Холодно. Холодно и телу, и душе, и разуму. Солнце давно зашло за горизонт, небо грозное, тёмное. Видимо, недавно моросил дождь. Рук, что словно пелена шелка, любовью покрывали щеки, не оказывается рядом. Поток ветра будто под кожу вламывается, ураганом проходится, все страницы путая, разрывая. Их больше не суждено никому увидеть. Эти страницы были предоставлены и прочтены только одному человеку. Он повторяет: - От слез намокший, Ложится белый иней. Он повторяет, а слеза падает на потухший глаз бога. от адажио к скерцандо. заканчивая рокочущим крещендо. Вы скажете: «печальная история любви» Казуха подумает: «история со Своим Концом». А конец окраски не имеет. Он есть, как есть и начало. И спутать их нельзя, ведь это одно и то же.

«Потерять любимого человека - это страшно, но еще страшнее так никогда его и не встретить».