Спустить пар

По первым звенящим «Ты где?» Олег понимает, что Игорь на взводе. По грубому «Занят?» определяет, что майор хочет подраться, а по чуть просящему «Приеду?» — что секс тоже, в принципе, рассматривается как способ выплеснуть эмоции. В принципе, ничего против жёсткого секса Олег не имел, напротив, была в этом некая изюминка, когда Игорь оставлял синяки, до боли сжимая пальцы на запястьях или бедрах, кусался где придётся и матерился сквозь зубы, входя резко и быстро, не деликатничая. Однако сам Игорь потом несколько дней ещё чувствует себя виноватым, смотрит взглядом побитой собаки, старается лишний раз не прикасаться и ни на какие заверения о том, что всё в порядке, не реагирует. Поэтому сегодня Олег решил дать Игорю то, что он хочет. — Переодевайся, — говорит Олег, показывая Грому на одежду на кровати. Тот, на ходу снимая футболку, замирает. — Зачем? — Мы идём в клуб. — Зачем? — Тебе нужно выпустить пар. — Мы его определенно сейчас выпустим, — одним движением стягивает с головы футболку и приступает к джинсам. Идея кажется уже не такой привлекательной, но Олег упрямо поджимает губы, ждёт, пока джинсы упадут на пол, и, не давая Игорю сграбастать себя в объятия, всучивает ему чистую одежду. — Давай, майор, две минуты тебе на переодеться. Игорь зло пыхтит всю дорогу в клуб, отвернувшись к окну. В лифте он пытается возмущаться, под конец даже ноет жалобное «Пойдём просто потрахаемся, пожалуйста?», но не получив никакой удовлетворяющей его реакции, замолкает. В клубе шумно и многолюдно, Олег ловко лавирует к бару, уворачиваясь от чужих рук, так и норовящих его за что-нибудь потрогать. — Зачем мы здесь? — бухтит Игорь, когда Олег толкает его на барный стул и всучивает первый стакан. — Расслабиться. — Как тут можно расслабиться? — Ты прав, лучше сразу заказать шотов. Напоить Игоря оказалось не сложно. Он кидает хмурые взгляды на любого, что смотрит дольше пары секунд на Олега или самого Игоря, обиженно бухтит на то, что его насильно вывезли «непонятно куда непонятно зачем» и опрокидывает в рот заботливо подставленные под руку шоты. Олег понимает, что, наверное, хватит, когда Игорь, бросив неделикатное «мне надо отлить», поднимается со стула, делает пару шагов и опасно кренится вправо. Оттолкнув руки Олега, пытающегося его придержать, майор выпрямляется, делает над собой усилие и по небольшой дуге пробирается к туалету. — Привет, красавчик, — на место Игоря тут же опускается подпитый мужик, что пялился на него весь последний час. — Отвали по-хорошему, — недружелюбно говорит Олег и равнодушно пробегается по нему взглядом. — Твой приятель, кажется, пьян в стельку, может со мной потанцуешь немного? Думаю, он даже не заметит пропажи. «Потанцевать — это не плохая идея», — думает Олег, поглядывая в сторону туалетов. — Пойдём? — мужик тянет его за руку со стула, и Олег сам в шаге от того, чтобы устроить драку. — Ещё раз тронешь меня, и я сломаю твою культяпку в трех местах со смещением. Усёк? Мужик считает за благо найти себе жертву для перипихона попроще, а Олег, помотав головой на предложение бармена повторить, идёт в ту сторону, где пропал Игорь. Майор находится у раковины. Он мутным взглядом смотрит на своё отражение, пока холодные капли воды стекают по его лицу на футболку. — Я такой пьяный, — растеряно говорит он, и Олег начинает сомневаться, что идея и вправду была такая уж удачная. — Пойдём. Он берет Грома за руку и ведет в середину танцпола. Музыка бухает в ушах, отдавая прямо в грудную клетку. Олег притягивает Грома к себе и задаёт им ритм. Вокруг полно пьяных, веселящихся людей, но Волков на них не смотрит. Его внимание целиком сосредоточено на Игоре, который, прикрыв глаза, неожиданно плавно двигается в такт музыке. Игорь распаляется от песни к песне, двигается все энергичнее, но с той же сексуальной плавностью, которую Олег и не ожидал увидеть в грозном майоре полиции. Он проводит рукой по футболке вверх, оголяя накаченный пресс и тонкую полоску волос, выглядывающую из-за пояса джинс. Волков хочет пить и впиться укусом в шею Грома, так, чтобы тот откинул голову ещё сильнее и громко застонал. Выбирает первое и идёт в сторону бара. Игорь остаётся на танцполе. Двигает бедрами так, будто занимался всю жизнь танцами, а не боксом. Однако не только Олег не может оторвать от него взгляда. Какая-то девица, едва Олег отходит, тут же нарисовывается рядом, потрясывая перед майором пышной грудью. Зрелище майора не заинтересовывает, тогда она поворачивается к нему задницей, притираясь ближе. Спасать Грома Олег не идёт. Смотрит заинтересованно, как Игорь пытается отодвинуться от активной девицы, краем глаза наблюдая за невысоким крепышом, полыхающим в их сторону взглядом. Девица позиции не сдаёт, снова поворачивается к Игорю своим едва прикрытым тонкой майкой декольте и закидывает руки ему на шею. У мужика сдают нервы и он, стукнув стаканом по столу, поднимается. «Ну наконец-то», — думает Олег, и тоже поднимается. — «Надо бы выйти на улицу, не хочется завершать вечер в участке». — Пойдём на улицу, подышим, — Олег опережает крепыша на пару шагов и подталкивает Игоря в сторону выхода. Тот послушно идёт, а за ним семенит девица, очевидно, слишком пьяная, чтобы понимать намеки. Мужик, за которым краем глаза следит Волков, пока они пробираются сквозь толпу, хватает за руку увлекшуюся девушку, заставляя её остаться на танцполе, а сам идёт на выход, за ними. — Как тут хорошо, — выдыхает Гром, подставляя разгорячённое лицо под поток свежего воздуха. — Слышь, ты, длинный, — мужик выбегает следом, красный от злости, — ещё хоть на десять метров подойдёшь к Янке, я тебе… Игорь, сфокусировав взгляд на крепыше, фыркает насмешливо: — Не мои проблемы, что твоя девица не хочет с тобой танцевать. — Что ты сказал?! Олег видит, что у Игоря азартно блестят глаза. Он разминает плечи, ухмыляется поскудненько и довольно ждёт, пока мужик на него кинется с кулаками. Волков отходит к стене, чтобы не мешать. Приваливается плечом, скрещивает руки на груди и с интересом наблюдает, как Игорь входит в раж, набивая морду незнакомому мужику. Тот оказался парнем крепким и тоже успел намять Игорю бока, прежде чем они, запыхавшиеся, разошлись в стороны. — Не лезь больше к Янке, — уже не так угрожающе говорит мужик, растирая шею после того, как Игорь минуту назад держал её в захвате. — Иди давай, донжуан, — машет на него Гром, держась за ребра справа. — Домой? — интересуется Олег, доставая телефон. Получив от Игоря кивок, вызывает такси. В машине Игорь снова молчит, но на этот раз не зло, а скорее устало. Он немного протрезвел, пока махался у бара. Опустив голову Олегу на плечо, берет его руку в свою и всю дорогу выводит круги большим пальцем на его ладони. — Давай я тебе помогу. Волков стягивает с Грома футболку, стараясь не задевать кожу, но тот всё равно шипит, потревожив ушиб на ребрах. Расстёгивает джинсы, помогает стянуть их и находит ещё один наливающихся синяк на голени. Носки летят в кучу к другой одежде, и Олег выпрямляется, чтобы самому быстро раздеться. — Залезай в душ, — подталкивает майора, а затем забирается следом. Мягко массирует напряженные плечи, широкими кругами проходится по спине, старается не касаться груди. Выдавив немного шампуня на руки, запускает руки в волосы, вырывая стон наслаждения. Гром, будто большой дворовой кот, подставляется, пока его моют, гладят и мнут. Шипит немного, когда слишком резко поворачивается, тревожа ушиб на ребрах. Пока Олег смывает с себя пот и чужие запахи, Игорь ласкает его взглядом, оперевшись на плитку лопатками. Руками не трогает, только следит неотрывно за каждым движением, будто взгляд его примагничен к мочалке, вверх-вниз, вверх-вниз. — Я сейчас приду, — Волков подталкивает его в сторону спальни, а сам открывает ящик над раковиной, чтобы достать мазь от синяков. Гром частенько заявляется с синяками, сбитыми костяшками, разбитой губой или носом. Олег не сетует, просто покупает мазь с запасом. В конце концов, Игорь был бы не Игорем, если бы всегда оставался в рамках закона и благоразумия. Майор находится на кровати, с раскинутыми в стороны руками и ногами. Сырое полотенце небрежно свисает с края кресла. Волков закидывает его на дверь, рядом кидает своё и опускается на кровать. — Ауч, — морщится Игорь, не открывая глаза, пока Волков аккуратно наносит мазь на синяки. — Почти всё. Молодец, теперь можно и спать. — Спать? — Гром открывает глаза, будто и не дремал последние пять минут. — Никаких спать, — попытка подмять под себя Олега заканчивается, едва начавшись: Игорь шипит, хватается за синяк на рёбрах и падает обратно. — Спать, — подтверждает Олег и отставляет мазь на тумбочку. — Ну Олежа, — ноет Гром, смотря жалостливыми глазами голодного котёнка. — Давай ты сам, мне будет не больно. Волков скептически осматривает разбросанные в разные стороны конечности. Синяки наливаются то тут, то там, где большие, где нет. — Если сможешь согнуть ноги и не зашипеть, то так и быть, пойду тебе на встречу. Качает головой, когда Гром, морщась, выполняет просьбу. — Ну что? Ты не можешь меня так обломать! — Формально, ты не шипел, — соглашается он, вставая с кровати, чтобы найти смазку и презервативы. В постели Игорь ужасно тактилен. Он любит гладить, целовать, трогать и обнимать, и то, что сейчас ему больно даже приподняться на локтях, заставляет Олега сочувственно вздыхать. Возможно, идея и не была так уж хороша, как он думал. Но ничего, он знает, как загладить свою вину. Опустившись между разведенных ног, Волков кидает рядом смазку и квадратик фольги, чтобы были под рукой, проходится рукой по слегка заинтересованному члену вверх-вниз, слегка сжимает яички, снова возвращается к члену. Член у Грома красивый, толстый, с приятным узором выпирающих венок. Олег любит ласкать их языком, подниматься от корня к самой головке, прослеживая рельеф. Помогает себе рукой, чтобы обнажить головку, облизывает её, смотря в темнеющие глаза. Игорь запускает одну руку ему в волосы. Пропускает пряди сквозь пальцы, не понуждая. Олег не спешит. Заглатывает головку, не углубляясь. Ласкает языком, сдавливает губами. Гром шипит тихое «блядь» и откидывается на подушку. Пока рот занят, Олег тянется к флакону смазки. На ощупь открывает крышку и выливает гель на пальцы. От проникновения Игорь ёрзает, пока гель не нагревается. Волков не даёт ему отвлекаться, глубже насаживаясь, пока пальцы внутри массируют вход. От прикосновения к простате Игорь подкидывается, и только рука Олега, придерживающая майора за тазовую косточку, позволяет ему не подавиться. — Похоже, ты уже готов, — хрипло говорит, вытирая губы тыльной стороной руки. Гром согласно мычит, шире раздвигая ноги. Олег быстро раскатывает по члену презерватив, добавляет ещё немного смазки, подхватывает майора под колени и плавно входит. — Чёрт, — Игорь шипит от первого проникновения, но тут же стонет, когда Волков одной рукой начинает ему дрочить. — Я же тебе говорил, какой ты охуенно красивый? — Ага, — соглашается Олег, про себя думая, что нет никого красивее, чем распластанный по кровати майор полиции Игорь Гром. Сегодня им не до долгих прелюдий и выматывающего секса, Олег не сдерживает ни себя, ни Игоря, входя размашисто, быстро, и помогает Игорю рукой. Надолго их не хватает, и Гром, выгнувшись, кончает, выплескивая сперму на живот и синяк на рёбрах, который, очевидно, даёт о себе знать, потому что Игорь раньше никогда не матерился во время оргазма. — Живой? — интересуется Олег, кидая завязанный презерватив на пол. — Вот теперь можно и спать, — Игорь лежит с закрытыми глазами, расхристанный, с раскинутыми ногами и спермой на животе, и не будь он так измотан, Олег не дал бы ему заснуть, пока они не повторили бы это минимум один раз. Но вместо этого он сдергивает с двери влажное полотенце, вытирает заснувшего Грома, закутывает его одеялом и ложится рядом. *** Утром Грому не до секса. Он охает, хватаясь за ребра, и шипит, пока Олег намазывает ему все синяки. Коротышка и правда оказался крепким. А вот план Олега не увенчался успехом. Что так, что так синяки лишают его секса минимум на пару дней. Только в одном случае Игорь мучается чувством вины, а в этом — Олег. В следующий раз нужно будет придумать что-то получше.