Лола. Дикая лиса

      Толстые пальцы схватили и вытащили из четырёх стен совсем маленькую вислоухую лисичку. Малышка пищала и тщетно старалась вырваться из хваткого плена, кусаясь своим беззубым ртом. Вторая лисичка, чуть покрупнее, которую оставили внутри, слышала отчаянный писк и стремилась помочь подружке. Но в ее маленькую лисью голову ничего толкового не приходило. И она стукалась этой головой об стены от безысходности и отчаяния. Всё зашаталось вместе с выгнувшимеся краями — крышками. Лисичка заметила движение и подняла голову. Оказывается что у комнаты нет потолка, и страшных пальцев тоже не было видно. Это шанс сбежать. Малышка подпрыгнула и зацепилась за край, еле держась слабыми лапками. Коробка из-под обуви накренилась и опрокинулась. Освободившаяся лисичка выбежала и быстро осмотрелась. Ни страшных пальцев, ни её подруги нигде не было видно. Освободившаяся пленница побежала на поиски.       — Ох и чудесная из тебя шубка получится, — вслух мечтал небритый лисовод, сажая лисёнка в клетку. — У мамки твоей был замечательный мех. Мне все обзавидуются! Надеюсь, ты не подведёшь, и у тебя о растёт такая же! Серенький комочек бегал по клетке, пытаясь найти выход. Кроха попала в новую ловушку. Ее стены и крыша были покрытую квадратными отверстиями, образовывающие ровные сплетения из толстой железной проволоки. Лисичка пыталась проникнуть между проволоками. Но бесполезно: слишком маленькие зазоры, слишком крепкие решетки. Она могла лишь просунуть крохотную лапку, которая совсем не дотягивалась до громадного двуногого существа, чтобы отомстить ему. Оно вскоре ушло, оставив лису одну. Смирившись со своей судьбой, малышка успокоилась и присела, обернув хвостом свои лапки. Она почуяла вкусный запах. В клетке есть кормушка, в которую было что-то насыпано, а рядом с ней висела поилка с водой. Маленькая лиса подошла к кормушке и стала грызть сухой корм, чтобы заесть свой стресс. Еда и вода продлят лисичке как жизнь, так и заточение. А так же мучения и одиночество.       По дряхлому деревянному покрытию щёлкали коготочками крохотные лисьи лапы. Внутрь сарая проникла крохотная лисица. Она осмотрелась, вслушалась в тишину треугольными стоячими ушами и обнюхала воздух. Кругом пахло странным коктейлем из овощей, фруктов и чего-то ещё. На многочисленных полках стояли банки-склянки, на полу лежали какие-то мешки и деревянные брусья. Лисичка бродила среди лабиринта высоких шкафов и звала свою подружку, тяфкая по три раза, так на лисьем языке зовут малыши своих родителей. Внутри было настолько темно, что даже лисье ночное зрение еле-еле помогало увидеть очертания препятствий. Путь освещал лишь зазор между полом и дверью, ведущую на улицу. Поэтому маленькая лисица полагалась только на свой нюх. Вдруг её усики-вибриссы почувствовали что-то пушистое. Чем бы это ни было, оно пахло лисой. Подруга? Нашлась? Не может быть. Лисичка потрогала мех лапой. Тело не двигалось. Лисица взяла его за загривок и потащила с собой. Подруга оказалась какой-то слишком уж лёгкой. Как только лисичка дотащила его выхода, дверь сейчас же распахнулась и осветила странное тело. Лисичка остолбенела от ужаса: Это большой взрослый лис. Он был плоский, вместо глаз и рта дыры. Перед лисёнком лежала шкура мёртвого лиса.       — Дяденька?.. — прошептала лисичка, еле сдерживая плач.       Вдруг лиса почувствовала, что кто-то схватил её за шкирку и оторвал от земли. Она увидела под собой блестящие чёрные человеческие ноги без пальцев. Ноги развернулись, покинули складское помещение и направились обратно к шеду. Полная страха и неопределённости, лисичка вертелась в клетке и пыталась найти выход. Это продолжалось до тех пор, пока малышка не выбилась из сил и не легла на холодные металлические прутья. Лапы устали, но сердце продолжало бешено колотиться, а мозги отказывались принять тот факт, что маленький лисёнок обречён. В соседней клетке послышался тихий-тихий плач. Малышка заглянула между прутьев и увидела в соседней клетке свою вислоухую подружку.       — Не плачь, я придумаю что-нибудь.       — Ты… Ты жива?!       Действительно, в соседней клетке сидела подруга в добром здравии. Это дало сестрам по несчастью надежду.       Лисичка с одним обвисшим ухом постепенно росла. Она начала привыкать к такой неспешной жизни с ограниченной свободой. Даже скука развеялась прочь: подслушивание разговоров чужих лис, которые находились в соседних клетках и в ряду напротив, ей очень даже понравилось. Даже подруга вислоухой вступала в дискуссии со взрослыми лисами. Её прозвали Карисой за то, что она показала себя как гордую и независимую, всегда высказывала свою точку зрения, даже если её никто не просил. А Лола только слушала, время от времени встряхивая своё висячее ухо. Её назвали Лолой, потому что она была похожа на маленький рыжий цветочек, пока та спала, свернувшись в калачик.       Но самыми любимыми собеседниками были Марк и Келли. Двое супруг, которые раньше жили на воле. Они рассказывали удивительные истории о разных местах, чудных существ. Рассказывали о том, как они охотились и добывали пищу. Лола слушала, затаив дыхание. К рассказам подключались и другие лисы, чтобы задать вопрос или выразить раздражение. Даже Лола набралась смелости заговорить с ними и попросить рассказать больше историй. Марк и Келли никогда не отказывали, и с упоением повествовали о своей дикой жизни.       В один день с Лолой произошло что-то странное. Открыв глаза, она увидела, что над её головой свисают чьи-то лапы. Лола немного пошевелилась и привстала. Лапы зашевелились в ответ. Лола потрогала их передними, и почувствовала, что в этот момент и её потрогали за задние лапы. Чтобы найти владельца конечностей, Лола начала поднимать голову. Вот уже перед взором открылось чьё-то брюхо, но морды всё ещё не было видно. Поднимала-поднимала Лола свою голову, пока не упёрлась носом в свою собственную спину. Тут Лола и поняла, что это её лапы. Но как они оказались там, вверху? Они должны быть всегда внизу!       — Карисса! — позвала Лола свою подругу. — Что это со мной? Сонная лисья мордочка просунула нос между прутьями соседней клетки. Карисса увидела Лолу, которая вся шиворот-навыворот: её спина согнута и скручена так, что лапы оказались с другой стороны, а голову, прижатую к спине, и вовсе почти не было видно. Карисса чуть не грохнулась вместе с клеткой.       — Д-действительно… — только смогла выдавить ошарашенная Карисса, разглядывая Лолу.       — Не знал, что ты такая гуттаперчевая, — с улыбкой заметил Марк из клетки напротив.       — Гутта… Что? — переспросила ничего не понимающая Лола и повернула голову к Марку. — Что это значит?       — Это значит гибкая, можешь двигать своими конечностями с широким размахом. У кого-то этот размах больше, у кого-то меньше. А ты… Ты настоящее чудо! Никогда не видел такой гибкости.       — А чем она полезна?       Марк задумался.       — Ну… Это замечательная особенность… Можешь ею перед другими хвастаться, — неуверенно ответил он.       С тех пор Лолу мало интересовали беседы лис. Теперь она была увлечена изучением своего собственного тела, его особенностей и пределов. Кариссе было больно за этим наблюдать, как и многим обыкновенным лисам. Ведь так они не умеют. А Лола изворачивает себя как ей захочется, не испытывая никакой боли. Многим лисам это не понравилось. Они считали Лолу жуткой, одержимой, больной, бешенной. А некоторые другие были весьма заинтересованы в необычных способностях лисички и иногда просили показать свою гибкость ещё. Это переросло в своеобразное шоу. Та часть лис, которых пугала гуттаперчевость Лолы, начала требовать это прекратить, дополняя угрозами и оскорблениями. Лола не была исключением среди целей для гнева. В эти моменты ей становилось так обидно, что замкнулась в себе, и теперь отвечала отказом на все просьбы выступить. Она продолжала изучать своё тело днём, пока порядочные лисы ложились спать. Лисы, в конце концов, ночные животные.       Прошло несколько недель. Лола и Карисса подросли и окрепли. Лола Обрела тонкие длинные лапы, которые отлично сочетались с её гибкостью. Но клетка не растёт вместе с лисами. Места для трюков стало меньше. Но Лола придумала новые, становясь таким образом «компактнее» и складывая себя причудливым образом. Поклонники Лолы оценили новую «тройную складку назад», которую придумала Карисса для подвижной вислоухой лисички. Казалось, даже тесное пространство не могло ограничить Лолу в изобретении новых причудливых поз.       Лола вместе с Кариссой так и жили, пока в один день не исчезли Марк вместе с Келли. Пропали бесследно, несмотря на тот факт, что сбежать отсюда не мог никто. Кариса вспомнила, что видела плоскую мёртвую шкуру в сарае, и подумала, что их настигнет та же участь. Лола и Карисса расспросили всех лис в шеде. Никто не знал ответа. А Лола догадывалась, что с ними стало. От этого ей ещё горче. Ушли прекрасные рассказчики. Такие хорошие, и такие родные… Лола даже думала, не родители ли они ей. Марк и Келли во всю не признавали это: Келли совсем не такая гибкая как Лола, да и ухо не свисает. Если и была, то гибкость передалась бы Лоле по наследству. А так… Лоле ничего не известно о своих родителях.       Сон Лолы нарушился. Она неделями ворочалась, думая об ушедших Марке и Келли. Рыдала по ним каждое утро, скаля свои молочные клычки. Муки Лолы так и продолжались, пока она не смирилась с горькой потерей. В конце концов нужно жить настоящим. К тому же есть прекрасное занятие — изучение своего гибкого тела… Которое обернулась для Лолы неприятностью.       Щетинистый человек в кожаной куртке расхаживал по шеду и осматривал своих лис. На мрачное, никогда не улыбающееся лицо надвинут козырёк чёрного картуза. Глаза его из-под козырька внимательно зыркали на каждую клетку — то на левый ряд, то на правый.       Сопровождал лисовода коренастый доберман, сторож лисофермы. Один только внешний вид этого статного пса заставлял лис жаться по углам клеток, ведь его челюсти с лёгкостью перегрызут любую кость. Более того, доберман по кличке Гор пережёвывал, дробил кости железно крепкими зубами как сухари. Вдруг внимание человека привлекло какое-то странное шевеление в одной из клеток. Лисовод подошёл к клетке. Каково было его изумление, когда он увидел бьющуюся лису в конвульсиях. Закатив глаза, лисица выворачивалась буквально наизнанку. Было удивительно, как её кости ещё не сломались от таких закручиваний. Лисовод испугался не по-детски. «Неужто бешенная?» — подумал он вслух. Он достал из кармана телефон и набрал номер.       — Аллё! Тут у меня лиса бешеная завелась. Что делать?       Голос ответил недоумевающе:       — Как это бешеная? Откуда у неё бешенство? Как она могла подцепить заразу, когда с детства в клетке сидит? Ты точно не таскаешь лис из леса?       — Да-да! Совершенно верно, — соврал лисовод.       Он действительно принёс две лисы — Марка и Келли — из лесу, когда те попались в силки. Очень уж мужику приглянулся мех этих лис. Из лесу у этих лис знания и были. Однако бешенством они не болели и были совершенно здоровы.       — Тогда пристрели её, пускай не мучает и нас, и себя.       — Хорошо! — нервно ответил лисовод.       — А пена изо рта у -.?       Мужик повесил трубку прежде чем собеседник успел спросить.       Лола «развязалась» и увидела человека, который тянет руку к её клетке. «Вот я и доигралась…» — в ужасе подумала она.       Как только клетка открылась, Лола сразу же опомнилась и хотела было рвануться с места, но не тут-то было: лисичка уже висела в ловкой руке лисовода, которая держала Лолу за шкирку. Гор пристально смотрел на Лолу и скалил частокол острейших зубов. Лисовод понёс Лолу с собой в сарай. Кариса рассказала Лоле что видела здесь шкуру лиса. Но здесь их теперь не одна. Десятки. Лола от страха что есть сил затрепыхалась в клещах мужчины, пытаясь выбраться, но мёртвый хват продолжал удерживать её, как бы она не дёргалась. Смерть всё приближалась, а Лола никак не могла убежать.       Лисовод, наконец, нашёл своё ружьё. Оперев орудие смерти прикладом на землю, он проверил наличие патронов, не выпуская Лолу из хвата. Пуля есть. Человек приставил дуло прямо ко лбу лисички. Сердце судорожно билось в сумасшедшем темпе. Это мог почувствовать человек через рукоятку ружья. Но жалости он не знал. Лоле нужно срочно спасаться. Время на раздумье закончилось, думать больше некогда. Вдруг лисичка вспомнила, что у неё очень подвижное тело, которым можно воспользоваться сейчас же. Всё произошло моментально. Лисовод никак не ожидал того, что Лола развернёт свою голову полностью назад и укусит его за руку, которая, в свою очередь, держала Лолу за загривок. То ли от боли, то ли от страха заразиться бешенством, лисовод заорал и разжал свою руку. А Лола рванула из сарая со всех лап.       — Гор! — кричал мужик. — Фас!       Лола неслась по территории лисофермы что есть сил. Её преследовал страшный доберман Гор. Лола посмотрела бы на его налитые кровью глаза, но оглядеться — всё равно что добровольно принести себя на растерзание этому монстру. Малейшая задержка — и ты в пасти. Прямо над ухом лисы просвистела пуля. Человек попытался попасть по лисе из двуствольного ружья и истратил оба снаряда. Он отлучился чтобы прихватить из сарая жестяной коробок с пулями. Перезарядил оружие, затем бегом обратно вместе с коробком. Прицелился в движущуюся с огромной скоростью мишень. Лола уже начала выдыхаться от постоянного бега, а преследующий её доберман не отставал. По его искажённой неистовой яростью морде было видно, что Гор не устал ни на треть. Над головами продолжали свистеть свинцовые снаряды, издавая громкий хлопок при столкновении с землёй.       Двое перестали кружиться вокруг сарая и ринулись к шедам. Лисовод за ними. Шед был длинным, поэтому цель двигалась прямо, предсказуемо, удалялась по одинаковому пути от мужика. Он истратил на лису больше половины патронов, пытаясь попасть в мельтешащую цель. А теперь парочка находилась в неподвижности относительно прицела. Сейчас-то мужик мог прицелиться как следует.       Лола и Гор уже почти добежали до конца шеда. Впереди было препятствие в виде большого ящика с кормом. Оба обхода были заблокированы другими ящиками, поэтому оставалось только развернуться и как-то проскользнуть мимо Гора. Лола затормозила, чтобы совершить манёвр…       Выстрел. Гор упал. Лисовод понял, что застрелил Гора. Он не учёл того, что Лола затормозила, и под прицелом оказался доберман. Лисовод обматерил лисицу так, каких слов свет не видел, гневно, но обречённо тряся кулаком и вытирая им слёзы. Однако вопреки, казалось, здравому смыслу, Гор восстал будто бы из мёртвых и продолжил преследование, прихрамывая лапой. На самом деле лисовод лишь ранил Гора в переднюю лапу, а тот упал, потеряв над ней контроль. Но двигался Гор куда медленнее чем раньше. Мужик облегчённо выдохнул. Но услуги врачей сильно ударят по карману — не только псу понадобится медицинская помощь, но и ему самому, надо же на всякий случай сдать анализы на бешенство. Он же был укушен Лолой, считавшейся бешенной. Лисовод решил прекратить преследование и послал лису ко всем чертям.       — Гор, ко мне! — позвал он своего пса.       Но живучая тварь проигнорировала хозяина, лишь бы придушить эту рыжую бестию. Лола, воспользовавшись моментом, остановилась чтобы перевести дух. Из её открытой пасти висел и трепетал длинный розовый язык. Лисы — дальние родственники собак, тоже не умеют потеть, поэтому охлаждаются через рот. Адреналин отходил, и к Лоле вернулся здравый рассудок. Она вспомнила про Кариссу, которая всё ещё томилась взаперти. Рысью побежав вдоль рядов с клетками и внюхиваясь в воздух, Лола искала по запаху свою подругу Кариссу. Её чувствительный носик уловил запах подруги, и лисичка тут же сменила направление. Лола запрыгнула на доску, где стояла клетка Кариссы. Лисица смотрела на Лолу глазами, которые выражали восторг, тревогу и удивление вперемешку. Лола старательно пыталась освободить Кариссу, грызя зубами дверцу клетки.       — Да как её открыть?! — суетилась Лола, жуя прутья клетки.       Карисса приблизилась к Лоле.       — Слушай! Там пимпочка, — Карисса указала на щеколду. — нужно её отогнуть.             Затем вытащи этот штырёк прямо из этой загогулинки!       Гор неумолимо приближался.       — Используй свои гибкие лапы, Лола, — крикнула Карисса.       У человека вся гибкость тела была сосредоточена в пальцах и интеллекте. С их помощью он создаёт непостижимые для лисьего ума приспособления, чтобы облегчить себе жизнь… И усложнить другим живым существам. В данном случае запертой щеколдой. Лола взяла слабыми дрожащими подобиями ладоней за рычажок и отодвинула его в сторону, чтобы тот вышел из канавки.       — Правильно! Теперь тяни вверх!       Лола потянула рычажок вверх, но тот выпал из её хилых пальцев. Тогда Лола решила по-старинке: зубами. По её телу пробежали неприятные мурашки, когда зубы соприкоснулись со стальной деталью.       — Давай, родная, давай! Умница моя! — приговаривала Карисса, чтобы её поторопить.       Ведь Гор уже совсем близко. С его рта капала вспененная слюна, а передняя лапа сильно кровоточила. За Гором бежал его хозяин, чтобы остановить раненного пса, который плевать хотел на свои ранения, главное отомстить лисе. Гор подпрыгнул, отталкиваясь тремя лапами. Как только Лола подняла щеколду, пёс рухнул на лис и всё опрокинулось вместе с клеткой, которая упала прямо на голову Гору. Это ошеломило добермана. Лола и Карисса воспользовались открывшейся возможностью сбежать. Беглянки искали лазейку, какую-нибудь дыру в заборе, чтобы покинуть лисоферму. Они бегут вдоль забора. А забор был высокий, гладкий и полированный. Сухая краска не позволяла лисьим когтям вцепиться и перелезть его, а высота перепрыгнуть. Возле заднего входа глухой деревянный забор закончился, и начался витой из металлической проволоки. Гибкой Лоле не составило никакого труда просочиться сквозь этот самый сетчатый забор, словно вода. А Кариссе надо было помочь. Она попыталась пролезть под забором и застряла. Лола взяла Кариссу зубами за загривок еле-еле протащила через узкий проём.       — Я там, случайно, спину не ободрала? — пожаловалась Карисса на бегу.       Лола обежала вокруг Кариссы и не нашла признаков крови или подратой шерсти.       Лола подумала о том, что могла освободить всех остальных лис, но она всё равно не смогла бы помочь бежать всем узникам этой зверофермы. Лола то и дело оглядывалась назад. Юная лисичка очень хотела освободить всех, но не успела. Возвращаться опасно. Не известно, сколько бы Гор валялся в оглушении клеткой, до того как очнулся.       — Куда же нам теперь, Карь? За нами нет погони? — Лола быстро дышала. — Тише, спокойно, не волнуйся. Всё уже кончилось. Пёс раненный, так что за нами не побежит.       Марк и Келли рассказывали Лоле о собаках. Жестокие и кровожадные звери, служащие бесшерстным. Лолу поражали люди. Интеллектом, жестокостью и тем, как они смогли подчинить себе волю столь сильных и умных существ.       — Теперь нам надо поискать еды. Ежей там, зайцев. Может птенчиков найдём, — предложила Карисса.       Лола растерянно оглянулась по сторонам и принюхалась.       — Ничего нет…       — Ну так пойдём и найдём!       Лисицы начали поиски пропитания. Они постоянно принюхивались и прослушивали ночную мглу в надежде зацепить самый тихий шумок, пока не послышался шорох. Обе лисицы навострили уши.       — О, ты слышала?       — Ага, я слышала, Карисса…       — Что-ж, эта добыча твоя. Вперёд!       Лола покрутила ушами, словно локаторами, и определила, откуда раздавался шорох.       Приготовилась к прыжку. Лисичка резко выпрямила лапы и прыгнула, сделав неуклюжее сальто. Попала в кусты. Раздался крик. Лола выкатилась из кустов. Вместо добычи у неё из носа торчало несколько иголок. Ежа очень сложно поймать, ведь он сворачивается в неприступный колючий шар, становясь неуязвимым для хищников. Тем более если это дикобраз, который оставил пару своих иголок в Лолином носу. От боли у       Лолы глаза стали мокрыми. Она, жалостливо пища, посмотрела на Кариссу.       — М-да, тебя надо будет получить охоте. Вспомнить бы что они там рассказывали про ежей. Или сюда, я твою мордаху от иголок почищу. Лола подошла к Кариссе, чтобы подруга начала выдёргивать из неё иглы по одной. Каждая вытащенная игла сопровождалось повизгиванием Лолы. После этого лисички продолжили поиски пищи. Охотой это было назвать тяжело, поскольку эти лисы никогда прежде не охотились. Вдруг Лола почуяла необычный и очень вкусный запах. Она принюхалась, подвигала ушами, снова прогнула свою гибкую пружинистую спину и прыгнула за дерево. Лола что-то поймала! Лола прижала добычу к земле, чтобы посмотреть, что именно она поймала. Это был серый кролик. Он в панике барахтался и пытался вырваться. Спустя пару секунд он наконец закричал:       — Отпусти меня!       Лола в полном недоумении.       — Добыча разговаривает?       — Конечно разговаривает! Отпусти меня быстро!       У Лолы было другое представление о кроликах. Она думала, что кролики — это просто движущаяся добыча, которую нужно ловить, а оказывается это такие же живые и мыслящие существа, как и лисы.       — Ты травоядный. Я плотоядная. Плотоядные едят травоядных. Так надо! Смысл существования добычи — стать пищей. Я тебя всё равно съем! Наверное.       Лола в подсознании испытывает противоречивые чувства. Не хочется же лишать жизни разумное существо. Но она такая голодная.       Вдруг заяц рассерженно выкрикнул:       — Ты что, не понимаешь?! Это нарушает условия договора! Тебя найдут и заставят заплатить за это, дура!       Оскорблённая Лола заплакала. Она растерялась и не знает что делать.       — Слышь ты, еда, — заступилась за лисичку Карисса. — Следи за выражениями, иначе станешь игрушкой, а не едой. Что за договор, ты о чём вообще?       Кролик понял, что этой лисе лучше не дерзить, и ответил:       — Договор о том, что кроликов больше нельзя есть хищникам! — И вполголоса добавил, так, чтобы лиса не слышала: — С некоторыми оговорками…       — Лола! Что несёт этот ушастый?       — Я не знаю… Но он разговаривает и мыслит, я… — Лоле ещё никогда не приходилось убивать.       — Ну и что? Мы хищники, он добыча. Такова жизнь. Да и всё равно он слишком грубый.       Лисичка утёрла слёзы лапкой.       — Хоть ты и права, но я не буду его убивать.       — Ну ладно, — ответила Карисса. — Но я бы его скушала. Такой жирненький!       Лисицы отпустили кролика. Тот только обрадовался и умчался со всех лап прочь. Лола, провожая его взглядом, сказала:       — Слушай, Карисса. Про какой такой договор он сказал?       — А это уже интересно… Надо будет разнюхать что за ерунда.       — Точно! Давай! — согласилась Лола.       — Но только днём. В это время обычно все травоядные бодрствуют, и за ними гоняться надо. А мы с тобой… — Карисса зевнула. — …Ночные хищники. Хотя… Добыча днём… А мы ночью… Ладно, спокойной, Лола!       — Спокойной ночи, Карисса! Сладких снов!       Лола свернулась в клубочек, расслабилась, глубоко вздохнула и закрыла глазки, стараясь не думать ни о чём плохом.