Тепло твоих ладоней

Вздрогнув, Чуя проснулся от очередного кошмара. Сердце бешено колотилось, глаза метались по тёмной комнате. Ух, это всего лишь сон... Вот уже долгое время Накахару преследовал один и тот же кошмар. Во сне рыжик оказывался в чёрном пространстве, где находился первые семь лет своей жизни. Он бежал, искал выход, но его нигде не было. Вдруг всё вокруг становилось красным, появлялись ребята из "Овец" и кричали ему: "Монстр! Монстр!" Вдруг неожиданно появлялся Арахабаки. Он бросался на Чую и внезапно оказывалось внутри его тела, а тот начинал падать в бездну под жуткий вопль и просыпался. Вот и сейчас так же. Взглянув на часы, Накахара мысленно матернулся. Приехали. 3 часа ночи Парень встал с кровати, взял с тумбочки пачку сигарет и вышел на балкон. Ночное небо было усыпано крапинками звёзд. Достав из пачки дрожащими пальцами сигарету, рыжий поджёг её и затянулся. Чуя долго стоял, глядя в ночное небо, размышляя о работе, о проваленной операции, о своих подчинённых, вернувшихся к родным в мешках для трупов, о сне и, наконец, о том, является ли он человеком. — Долго стоишь тут? – раздался из-за спины сонный голос. Чуя вздрогнул. — Не знаю. – пожал плечами рыжий, затушив сигарету о подоконник. Он помнил, что Дазай не любит, когда рыжик курит. — Сколько раз я просил тебя бросить курить? – и верно, когда они начали встречаться, состоялся договор: Дазай бросает попытки суицида, а Чуя бросает курить. И вот уже месяц, как детектив не прикасается к верёвке и лезвию, а Чуя постоянно нарушает своё обещание. — Прости... – сказал Накахара, опустив голову. Осаму лишь потрепал парня по волосам и обнял со спины: — Горе ты моё луковое... Чуя промолчал, вдыхая родной запах бинтов (от них Дазай так и не смог отказаться) и постепенно успокаиваясь. Дазаю не нужно рассказывать. Дазай сам всё понимает. И просто молча прижимает мафиози к себе, позволяя расслабиться хотя бы на пару часов. Они стоят одни в тиши ночного города, вдыхая аромат цветущей сакуры. И ни один не хочет нарушать эту тишину. Хорошо, когда есть человек, с которым можно поговорить, но ещё лучше, когда есть человек, с которым можно помолчать...