Феникс

Сакура отточенными движениями перебирала документы из общий стопки, распределяя по степени важности. Макулатурный завал длится уже чуть ли не месяц из-за того, что некоторые личности не успевают вовремя сдавать отчёты. Так бы взяла и уволила, да персонала не хватает. За окном показались первые оранжевые лучи начинающегося заката. Девушка пробежалась глазами по медицинской карте пациента, накручивая на палец выбившуюся из затянутого хвоста прядку. Зелёный чай стоит забытым на углу стола с самого обеда, а в глазах песка больше, чем в Суне. В дверь тактично стучат целых два раза, прежде чем плавно войти в кабинет. — Добрый вечер, Сакура, — уже ставший привычным за прожитые вместе года голос приятно действовал на нервную систему, успокаивая. — Здравствуйте, господин Шестой, — устало вздыхает девушка, заправляя за ухо пресловутую прядь. Бывший наставник, хороший человек, а теперь еще и глава деревни не изменял своему привычному стилю джонина, игнорируя атрибутику Каге. — Отвратительно выглядишь, — с грустной усмешкой говорит мужчина, присаживаясь на стул, вальяжно закидывая ногу на ногу. — А вы мастер делать комплименты. Какаши пропускает колкость мимо ушей, внимательно следя за руками бывшей ученицы. С некоторых ногтей лак слез полностью, а на оставшихся держался на верном слове и микроскопических усилиях. Синие почти прозрачные вены контрастно сверкали на бледных запястьях. — Когда ты в последний раз брала выходной, Сакура? Девушка прикусывает губу, чуть хмуря брови. Расчёты в голове никак не складывались в идеальный паззл. — Позавчера, — отвечает с небольшой заминкой, отправляя просрочившийся отчет в отдельно стоящую коробку для макулатуры. — М-м-м, — тянет Какаши, не отрывая взгляд от окна. — Какой сегодня день недели? Харуно скачет глазами по строчкам диагноза, ставя небольшие пометки на полях. Анемия. Следующий. — Вторник, — не задумываясь говорит медик, смотря на бывшего сенсея с примесью усталости и раздражения. Мужчина ничего не отвечает и тянется рукой к простенькому настенному календарю, передвигая красный ползунок на пятницу. — Собирайся, я угощу тебя ужином, — вздыхает Хатаке, вставая с насиженного места. — Я не ем после шести, — фыркает девушка, ставя подпись и печать. — Значит, ешь после девяти, — Какаши подходит к спинке стула и опускает руки на плечи Харуно, поднимая. — Переодевай халат и закрывай кабинет. Сакура морщит нос, окидывая взглядом количество оставшейся работы. Закусывает губу и с надеждой поворачивается к мужчине. — Приказ Хокаге! — словно читая ее мысли озвучивает Шестой голосом, не терпящим возражений. — Манипулятор! — Как тебе будет угодно. Девушка выдыхает с раздражением, но послушно расстёгивает пуговицы на халате, оставаясь в полупрозрачной рубашке, белый цвет которой сливается с кожей. Сакура выправляет ее из джинсов, и предмет гардероба начинает больше походить на прямого кроя платье. Стягивает стетоскоп с шеи, укладывая в верхний ящик комода. Она подходит к шкафу, переобуваясь из кроксов в любимые черные босоножки. Снимает с крючка сумочку, разворачиваясь к мужчине, жестом показывая на выход. Какаши открывает дверь, но остается стоять на месте. Харуно выключает технику и, цокая каблуками, подходит к бывшему сенсею. — Ничего не забыла? — вежливо интересуется Хатаке, наблюдая, как ключ дважды поворачивается в замке. — Все выключила, сумку взяла, — девушка убирает ключ в карман джинсов и выжидающе смотрит на мужчину. Какаши тянется рукой к ее волосам, осторожно стягивая с них цепкий крабик. Розовые пряди волнами рассыпаются по плечам. Голова немного ноет, а корни волос чуть болят от долгого натяжения. — Идём, Сакура, — кивнул Шестой на выход из больничного крыла. — Рамен не ждёт. Девушка тряхнула головой, позволяя волосам спутаться между собой. — Если вы на самом деле планируете затащить меня поесть лапши, то я с превеликим удовольствием пропишу шанарро между глаз, — фыркнула доктор, спускаясь по лестнице. Какаши чуть улыбнулся, но за маской этого было не видно. Немного шумная улица встречает приятной вечерней прохладой. Слабый ветерок шуршит между листьев, уносясь в сторону гор. Каблуки приятно для уха цокали по чуть неровной брусчатке, отражаясь небольшим эхом от стен домов. Сакура запускает ладонь в волосы, становясь против ветра, и глубоко дышит, прикрывая глаза. Мужчина стоит чуть поодаль, но не спешит разбавить тишину разговорами. Фонари начали медленно зажигаться, хотя их время еще не наступило. Фиолетовое небо понемногу заливалось темными чернилами ночи. Какаши цепляется глазами за первую звезду и грустно улыбается. Маленькое космическое светило блестит серебром, как в далеком детстве глаза отца. Девушка чуть вздрагивает, будто выходя из транса, и поправляет воротничок рубашки. Хатаке подходит ближе, галантно предлагая локоть. Сакура чуть улыбается и берет мужчину под руку. — Не боитесь, что по деревне поползет слух, что вы гуляете с бывшей ученицей? Как-никак, на кону репутация Каге, — Харуно благодаря разнице в росте, спокойно могла прикрыться за плечом Какаши. — Всем рты не заткнешь, а если толпу нельзя запугать, ей надо во что-то верить, — устало вздохнул Хатаке. Людей на улицах становилось все меньше, а стрелки наручных часов показывали половину десятого. Мужчина придерживает рукой пендельтюр, пропуская девушку вперед, указывая на дальний столик. — Странно, я думала все забегаловки уже закрыты, — немного удивленно поинтересовалась Сакура. Пара присаживается друг напротив друга, начиная изучать меню. — Это круглосуточная, — кивает Какаши и подзывает работника. — Что-то выбрала? Медик в небольшой растерянности поднимает глаза. — Честно сказать, разнообразия тут вагон и маленькая тележка. Мужчина закрывает брошюрку с красочными рисунками еды. — Добрый вечер, господин Шестой, — миловидная девушка в светло-серой униформе чуть кланяется, — что изволите заказать? — Здравствуй, Микоши, — чуть склоняет голову Хатаке. — Два карри, один без лука, нарезку сашими и бутылочку умэсю, будь добра. Девушка записывает заказ и тут же убегает на кухню. — Частенько здесь бываете? — Сакура подпирает рукой щеку, оглядывая помещение. — Только если долго засиживаюсь в резиденции, — хмурится мужчина. Лампы в виде китайских фонариков завораживали. Темное дерево контрастно выделялось на общем фоне. Тёплый красный свет успокаивал и гармонично сочетался с интерьером. Официантка вернулась с заказом намного быстрее, чем ожидалось. И вот уже перед парой находились готовые блюда. Какаши аккуратно подцепил палочками кусочек лосося и чуть приспустил маску пальцем. Пару секунд погодя, все же решил оставить социальную защиту на шее. Порция риса так и не достигла рта Харуно, застыв прямо перед носом. Хокаге уже вовсю трапезничал, прежде чем заметить неладное. — Ты почему не ешь, Сакура? — мужчина с недоумением посмотрел на медика. — Ну, — выдохнула девушка, насильно запивая в себя рис, который так и застрял комом в горле. — Не каждый день увидишь то, за чем гонялся все детство, — она указала палочками на снятую маску. Какаши хмыкнул: — Странно, неужели ты, работая доктором, ни разу не проводила у меня осмотр? — Вас же в госпиталь не затащишь, — фыркнула Сакура. — Вы там обычно только при смерти появляетесь. — Не утрируй, даже Хокаге должен проходить ежегодный медосмотр, — Хатаке открыл бутылку алкоголя, наполняя небольшие склянки ликёром. — Кстати, что у вас там за аврал сейчас происходит? Харуно только грустно улыбнулась, отодвигая пустую тарелку. — У нас не хватает персонала, Какаши, а работы и отчётов, как оружия у Тен-Тен, — девушка одним глотком осушила ёмкость, которая в эту же секунду наполнилась новой порцией. — Я могу направить к тебе людей, которым ты можешь организовать простенькую работу. — Вежливо, конечно, было бы отказаться, но больница сейчас не в лучшем положении дел. Какаши вернул маску на лицо. — Никогда не отказывай, если тебе предлагают помощь, — мужчина поднялся и подошёл к главной стойке, оплачивая ужин. Сакура достала из сумочки расчёску и пригладила чуть спутанные волосы. — Уже поздно, я провожу тебя до дома. Перечить нет ни сил ни желания, так что девушка послушно кивает, поднимаясь с места. Деревня уже вовсю погрузилась в ночную тишину. Слышны лишь отдалённые звуки сверчков. К фонарям вплотную подлетают ночные мотыльки, врезаясь в стекло. В некоторых домах еще горел свет, но их было не много. Ветер стих, температура опустилась. Сакура чуть вздрагивает плечами, ощущая толпу мурашек от холода. Она скрещивает руки на груди, согревая предплечья. Зелёное свечение чакры проникает под кожу небольшими покалываниями. Какаши подходит со спины, осторожно накидывая жилет на медика. — Давай немного поторопимся, — мужчина слегка приобнял ее, ускоряя их темп, — а то кто тебя лечить будет, если ты заболеешь. Харуно хотела было воспротивиться, но тепло огромного для нее жилета уже окутало ее тело. Сегодня космическое пространство по-особенному красиво. Тысячи звёзд блестели с угольно-черного неба, образуя различные созвездия. Луна сияла ярким серебряным диском, оставляя на водоёмах красивые дорожки. Небесное светило немного расплывчатой формой отражалось в лужах. — Зайдёшь на чай? — интересуется девушка, когда пара заворачивает в нужный квартал. — Мне бы не помешало отказаться, — тянет Какаши. — Я тебя не держу, — тут же парирует Харуно, поднимая руки в капитулирующем жесте. — Если я завтра опоздаю на очередное совещание, это будет твоя вина. — Пфф, — фыркнула девушка, — вы всегда опаздываете, независимо от обстоятельств. Сакура вбежала на крыльцо и достала из сумочки связку ключей. Замок без лишних препятствий открывается. Девушка приглашающе отворяет перед мужчиной дверь. Какаши манерно кланяется, но проходит внутрь. В помещении темно, хоть глаз выколи. — Осторожно, смотри под ноги, — Харуно откладывает ключи на полку и тянется рукой к выключателю. — Какого чёрта, — ругается мужчина, тут же вставая в боевую готовность. Опыт — не квартира, не пропьёшь. Сакура включает в прихожей свет, наблюдая очень занимательную картину: ладони Какаши сложены в базовой печати, ноги чуть согнуты, взгляд максимально серьёзный. Есть лишь одно маленькое рыжее «но», вцепившееся коготками в левую штанину форменных брюк. Котенок издаёт тихий писк из-за того, что не может освободить лапу из плена ткани. Девушка чуть ли не пополам складывается от пробирающего хохота. Этот бы момент запечатлеть на плёнку, думают двое в одном помещении. Когда небольшая истерика все же сходит на нет, Сакура снимает босоножки и присаживается на корточки. — Феникс, иди сюда, — зовёт она рыжее чудо. Котенок наконец освобождает когти и тихим топотом бежит к хозяйке. Какаши тоже прекращает свою работу статуей и оборачивается на развернувшуюся сцену. Девушка прижимает животное к себе, почесывая за ушком. Мурчание довольного зверька приятными радиоволнами разносится по квартире. — Давно он у тебя? — спрашивает Хатаке, присаживаясь рядом, но рук не протягивая. — Я купила его, когда Саске в последний и очередной раз покинул деревню, — пожала плечами девушка, целуя котёнка в нос. — Это больная для тебя тема? — уточняет мужчина, проводя рукой по волосам. — Я не просто так назвала кота Фениксом, Какаши, — улыбается Харуно, поднимая животное вверх, поворачивая мордочкой к нему. — Этот малыш буквально вернул меня к жизни. К одинокой, но жизни, — она садится на паркет, прислоняясь спиной к стене. — Сакура, ты не должна быть одна, — качает головой Хатаке. — Взгляни на себя, тебе бы впору ходить на свидания каждую неделю, а не в офисе до ночи зарываться, — образ безучастного Хокаге рушится на глазах. Какаши набирается смелости и опускает кота между ними на пол. — Девочка, послушай меня, ты прекрасна. Каждый мужчина выстроится в очередь ради одного вечера, проведённого в твоей компании, — бывший сенсей с особой нежностью вытирает дорожки слез с щек бывшей ученицы. — Ты годами строила эту высокую стену, где надежда на совместное будущее с Саске выступала строительным материалом, — Какаши прижимает к себе всхлипывающую девушку, продолжая тихо говорить. — Но ты сама знаешь, что построенные на одной лишь надежде воздушные замки быстро разрушаются. Рыжий комочек упирается лапой в колено мужчины, с любопытством и непониманием смотря на происходящее. Хатаке осторожно подхватывает Сакуру на руки, неся в сторону кухни. Аккуратно усаживает драгоценную ношу на стол и мягко держит за подбородок. — Успокаивайся, приходи в себя, — Какаши быстро осваивается на чужой кухне, — и иди смой с себя этот день, — он целует ее в лоб, прямо через маску. — Я заварю тебе чай, есть мелисса? Девушка кивает, шмыгая носом, недоумевая, чего это она так распереживалась. Мужчина ставит небольшой железный чайник на плиту и начинает поиски, поочерёдно открывая дверцы кухонного гарнитура. Сакура соскальзывает со стола и направляется в дальнюю от кухни дверь. Дёргает за ручку, и уже планирует войти, но в последний момент оборачивается. — Какаши, — зовёт она уже менее надломленным голосом. Хатаке поднимает глаза, оценивая ситуацию. — Спасибо, — договаривает девушка и скрывается в ванной. Шум льющейся воды слышен на протяжении пятнадцати минут. За это время мужчина успевает осмотреть квартиру, заварить успокаивающий чай и покормить, как выяснилось, немного вредного кота. Часы на кухне показывают одиннадцать. Девушка выходит из ванной в замотанном на голове полотенце и в пушистом банном халате. Босые ноги оставляют мокрые следы по паркету. Сакура садится на стул, укладывая подбородок на руки. Какаши осторожно пододвигает кружку с дымящимся напитком. Харуно благодарно кивает, отпивая. Они сидят в тишине. Немного неловкой, но приятной. Верхний свет не включён, работает только подсветка у вытяжки. Феникс взбирается на стол и тыкается носом в ладони хозяйки. Улыбка получается грустной, но искренней. — Тебе нужно отдохнуть, Сакура, — шепчет Хатаке, мягко поглаживая запястье девушки. — День был изматывающим. Медик кивает и чуть сильнее положенного сжимает пальцы мужчины. — Побудь, пока я не усну, пожалуйста, — в чуть красных глазах не столько просьба, сколько мольба. И отказать им сейчас - значит подписать смертный приговор. Какаши прикасается губами ко лбу, обнимает за плечо и медленно ведёт в спальню. Из-за того, что девушка в последнее время практически живет на работе, кровать находится всегда в разложенном состоянии. Не искать же простыни в половину двенадцатого, в самом деле. Сакура промакивает полотенцем волосы и откладывает его на подлокотник кресла. Снимает тёплый халат, под которым оказывается до жути милая пижама с ламами. Шмыгает носом и забирается под одеяло. Какаши присаживается на краешек кровати, протягивает руку и убирает немного влажные волосы с лица. — Спасибо, — шепчет девушка, прикрывая глаза. Не проходит и десяти минут, как хозяйка квартиры начинает тихо посапывать. Сакура съёживается в позу эмбриона, прижимая колени к груди. Ее немного колотит, это видно по тому, как вздрагивает одеяло. Какаши снимает маску и прикасается тёплыми губами ко лбу девушки. Качая головой на явно поднявшуюся температуру, мужчина пытается решить, стоит ли будить хозяйку и просить, чтобы она выпила жаропонижающее. Тяжело вздохнув, Хатаке закатывает рукава форменной водолазки и чуть подворачивает штаны. Окидывая взглядом дрожащее тело, мужчина приподнимает одеяло и юркает под него. Перекидывает руку через живот девушки и осторожно тянет на себя, прижимая немного сгорбленную спину к груди. Какаши утыкается носом во влажные волосы, вдыхая нежный аромат цветочного шампуня. Завтра Шикамару будет долго лить собравшимся верхушкам в уши, оправдывая опоздание главы деревни. Ведь советник Хокаге иногда знает куда больше, чем сам Хокаге.