Амбивалентность

Последние несколько часов ощущались до краев наполненными туманом горечи, сожаления и разочарования. В первую очередь, к самому себе. Все произошло точно так как и обещал Генри, буквально за доли секунды. В возникшей безумной какофонии из выстрелов со всех сторон, свиста пуль над головой и предсмертных криков боли, Линч успел вырваться из ослабшей хватки человека из F.C. державшего его и пару раз ударить ногами. Егор оглянулся на своего племянника. Успели. Лукаса успели посадить в одну из пуленепробиваемых машин окруженную людьми Генри, вооруженными автоматами, там он точно будет в безопасности. Тут же его где-то рядом с ним прогремел оглушительный взрыв. Линч упал на землю, слегка задетый ударной волной и закрыл глаза, оказавшийся полностью дезориентированным. На несколько секунд все звуки вокруг пропали, был слышен лишь понемногу стихающий звон. Когда Егор распахнул глаза, и его взору предстало зрелище ужасающее до глубины души и будто полоснувшее по его сознанию, и душе холодным лезвием. — Мы окружили его, он был почти в наших руках, но к сожалению, ничего не успели предпринять… Всё так. Джон оказался под прицелами. Сейчас ему грозила смертельная опасность, но… Был ли это все тот же вспыльчивый, смешной, самоотверженный, такой дорогой Линчу друг? —Мистер Линч, я понимаю, что… — голос мужчины стал мягче, было видно, что подобные слова даются ему с трудом — что вы чувствуете сейчас… Прежде чем что-либо произошло, Линч в последний раз встретил его и исиня-серый взгляд, на этот раз ставший непривычно пустым и холодным. Резкое движение руки. Металл коснулся кудрявых волос. Мимолётная, слегка уловимая ухмылка. Выстрел. На землю, в миг окрапленную ярко-красной, ещё сохранившей прежнее тепло, сознание Линчем будто в замедленной съемке, упало безжизненное тело его лучшего друга. Осознание жестокой реальности не пришло ни в первые минуты, ни сейчас. Даже вид раскиданных повсюду около трупа, окровавленных ошметков лица, кожи и мозгов не выглядели для него как реальность. Всё это не по-настоящему… Все это кошмар, иллюзия… Так ведь?.. Происходящее потом, он не помнит. — Мистер Линч? — собеседник вопросительно посмотрел на Егора, который не произнёс ни слова, бесцельно смотря все это время в стену напротив. — Понимаешь… Понимаешь?! — порыв неконтролируемых эмоций спустил курок. Его лицо исказилось от гнева, а голос сорвался на крик.- Да ничерта ты не понимаешь, блять! Егор схватил опешившего Генри за пиджак и приблизившись к нему, продолжил, глядя прямо в эти черные глаза -Ты хоть понимаешь, кем он был для меня?! Знаешь сколько мы вместе прошли?! Хотя ты ведь никогда сука не поймёшь каково это… — Тут Линч запнулся, голос его стал тише, почти превратившись в шепот, и задрожал от поступающих к горлу слез — потерять единственного друга… Он опустил голову вниз, все ещё крепко держась за Лэмбтона. По щекам парня потекли хрустальные капельки. — Я просто… Просто не понимаю почему он… Скажи, что это всё неправда… Пожалуйста… Прошу тебя… Тут Линч почувствовал на своих плечах чужие руки. Генри приобнял его, совершенно ничего не говоря. Он ведь вопреки домыслам Егора, как никто другой понимал, насколько это больно, и оставлять его одного наедине со всем этим было нельзя. Хотелось быть рядом, хотелось поддержать в тот час, когда мир вокруг вмиг лишился всех своих красок и такого дорогого человека. Все тело Линча продолжало дрожать от непрекращающейся истерики, но в этих несколько неловких объятиях Лэмбтона он почему-то почувствовал себя чуть лучше. Потом, когда он полностью остынет, и разум его вернет себе к сожалению только на время прежнюю трезвость, возвращая в момент здесь и сейчас, Егор осознает, что только что произошло. Он поднимет мокрые глаза на Генри и чуть ли не оттолкнув его от себя, запинаясь пробормочет что-то в роде —Я… Мне… Мне нужно побыть одному И выбежать, нет вылетит из комнаты. Боже какой же это блядский ужас и позор. Да, обычное проявление слабости, но перед кем?! Перед мать его Генри Лэмбтоном. Тут от воспоминаний о его реакции, об этой безмолвной, но все же успешной попытке успокоить, на душе стало чуть легче, а на лице промелькнула тень улыбки. Возможно есть в нём что-то человеческое. А может просто притворяется и втирается в доверие. От последнего Линч вновь нахмурил брови, и вдруг опять вспомнил Джона. Сил плакать уже не было, глаза уже горели от слез. Память же, не уставая продолжала прокручивать его последние секунды. Линчу все так же больно. Больно и мерзко от этого предательства, от лжи, которой он был, а может всё ещё окружен, и от поступка Джона. По крайней мере, он точно узнает правду у Лэмбтона. О да, ещё как узнает, он имеет право знать всё, хватит этих мерзких секретов и полной недосказанности. Что же до самого Лэмбтона, он смотря на Егора, на его страдания видел самого себя несколько лет назад. Как иронично и забавно. Слова Линча о потере близких, сказанные в сердцах и на грани нервного срыва, нисколько не задели его, он все понимал. Да и о его милой Маргарет, Генри старался лишний раз не говорить. Он лишь поудобнее устроился в своем кресле в кабинете, в котором и произходил диалог, и раскрыл одну из книг в красном переплете, лежавшую рядом, и принялся читать. Спустя время, после настойчивых просьб Линча, тяжело выдохнув, подумав несколько секунд, и в своей привычно спокойной и холодной манере, Генри все же поведает ему о том, что Джон на самом деле был агентом F.C. И тогда, в деревне вампиров, ещё при их первой встрече он уже был завербован, и был в деревне по заданию, с выполнением которого ему и помог совершенно ничего не подозревающий Линч. С того момента все и началось, Лэмбтон был осведомлен лишь в некоторых деталях, например в том, что Джон был одним из самых лучших сотрудников F.C. И тем, что многие из правил, особенно относящиеся к взаимодействию с оппонентами из других подобных организаций. Одно из них, Линч смог увидеть воочию: если тебя берут в плен, ты обязан подобно японскому камикадзе покончить с собой, желательно ещё и прихватить с собой на тот свет, твоих пленителей. —Не имею ни малейшего понятия, что ими двигает. Быть может преданность организации, а может все гораздо проще: страх. Страх таких редких и негуманных, но все же имеющих место бы быть пыток, или простых допросов, и того факта, что если информация будет выдана, несчастного, вернувшегося после этого в F.C. ждет нечто ещё более страшное чем смерть и пытки - Генри немного усмехнулся - Хотя это лишь мои догадки. Линч ещё сильнее поник. Сердце, и без того разбитое на осколки, кажется начало распадаться на ещё более маленькие частички. Правда из уст Генри не прекращала ранить. Заметив такую реакцию, Генри произнес —Мистер Линч, я бы хотел сообщить вам, что ваша дорогая сестра и её сын сейчас в полном порядке, и безопастности, находятся под круглосуточной охраной В этот момент Линч будто засиял от счастья. Вот он — небольшой просвет среди непроглядных ,черных туч. —Где они? Я могу увидеть их? Генри покачал головой. —К сожалению, они сейчас далеко от нашего местоположения. Скоро они отправятся… Скажем так, в мои личные владения, на один тропический остров, где им будет обеспеченна безопастность и полный комфорт. И в целях безопастности я никак не могу организовать вашу встречу. Но вы можете сказать мне, что бы вы хотели им передать. Линч немного задумался, собираясь с мыслями. —Скажи Лили, что мне жаль, что из-за меня они оказались вмешаны в эту передрягу тоже. Я действительно очень виноват перед ней и Лукасом. И это все совсем скоро закончится, им не стоит беспокоиться… Это пройдет