Ферма

      Стук старых металлических запчастей и шум мотора не привлекли практически ни одно животное. Даже старый пёс знал, что именно так дребезжит и шумит грузовик хозяина, поздно вечером вернувшегося из города домой.       Переложив голову поудобнее на своих лапах, пёс по кличке Декстер подумал о том как Фермер выйдет из машины, потянется и поплетётся до дома, коснувшись пальцами конька крыши будки. Через час он выйдет с керамической миской, на которой гуашью под глазурью криво выведено имя "Декстер". Эту миску сделала Внучка Фермера, которая, по словам хозяина, ходила на какие-то общеразвивающие занятия.       Подумав о девочке в комбинезоне, пёс коротко вильнул хвостом и снова опустил его на солому в будке.       В миске, которую ему вынесут, конечно же, будет большая кость. Обязательно с хрящиком. "Пожалуй, самая вкусная часть", - подумал Декстер. Ну а после ужина он пойдёт на пастбище за овцами.       И только когда мысль закончилась, пёс понял, что хозяин уже нарушил стандартный график, не пройдя мимо и не коснувшись будки рукой. Пёс лениво поднял голову, поворачиваясь в сторону калитки. – Я уж думал ты, старый хрыч, копыта отбросил, – Наглое блеяние прозвучало с противоположной стороны.       Декстер закатил глаза и повернулся. Вытянутое лицо, полуприкрытые глаза и наглая ухмылочка, из-за которой, порой, так и хотелось дёрнуть парня за его бородку. – Базар фильтруй, рогатый, – Декстер недовольно поморщил нос, – тебе разве не запрещали залезать на крышу? – А разве меня это волнует? – козёл только шире улыбнулся, сидя на краю курятника.       Тяжело вздохнув, Декстер вылез из будки. Уперевшись руками в поясницу, он выгнулся назад, разминая таким образом затёкшую спину. Пёс подошёл к забору и просунул голову в широкую щель. Напротив ворот стоял хозяйский грузовик с прицепом для скота. "Возил кого-нибудь к врачу?, – задумался пёс, – Не помню, чтобы он кого-то забирал утром"       Повертев головой он заметил и самого хозяина, болтавшего с соседом. Декстер тихо поздоровался и принюхался, пробуя вытянуть шею ближе к машине. – Ну? – блеяние козла отчётливо передавало его заинтересованность и нетерпение узнать, то нового привёз Фермер, – Ты что-нибудь чуешь? – Да подожди, Арчи, – рявкнул пёс, – Пока чую только запах горячего мотора. – А кто хвалился, что может утку за километр учуять? – Погоди, что-то есть...       Арчи навострил уши и поднялся во весь свой немаленький рост, устав ждать и решив посмотреть сверху. А поднялся он вовремя, Фермер открыл животный прицеп. Сейчас только он заметил, что помимо их двоих, поглазеть, кого же привёз хозяин собрались все, кто был на ферме. Птицы, не закрытые в клетках, притихли, суетясь у ворот. Сюзанна, любимая свинья почти всей фермы, приподнялась на своей соломенной лежанке и даже приподняла шляпку, сделанную из той же соломы. Кошки, Мей и Розитта, устроились на крыше коровника, из которого выглядывала недавно родившая Милка с телёнком на руках, который, кажется, был заинтересован не меньше других, несмотря на то, что понимал немногое.       Со скрипом открылась дверь прицепа и Фермер, не без помощи Соседа, опустил спусковую лесенку. Фермер присел на корточки перед входом и то-то ласково пролепетал в нутро прицепа, после его повторил слова, прикрепляя это подзывающими к себе жестами. Арчи даже показалось, что Сосед был удивлён, хотя обычно его лицо было крайне надменно, особенно когда они с хозяином говорили о самом козле. Из прицепа показался чёрный нос. В этот момент, кажется, притих весь двор. Фермер пропел что-то ещё, а глаза Соседа округлились сильнее. Из прицепа вышла молодая козочка, да не абы-какая, а самая настоящая англо-саксонская коза. Фермер повернулся к Соседу, в его дружелюбных чёрных глазах плескалась гордость. Но к сожалению для самой гостьи, её порода имела значение только для людей. По двору сей же миг побежал шепоток, а козёл поспешил слезть с крыши, лишь бы не видеть новенькую, осознавая, что возможно не сможет сдержать своего смеха. Где ж это видано, чтобы коза носила кроличьи уши? Никак иначе Арчи их назвать не мог. Висящие до середины её предплечий, они выглядели только смешно и никак иначе.       Спустившись наземь, он перевёл дух, сделав несколько вдохов и выдохов. Но от одной проскочившей мысли он не смог сдержать смеха: "Интересно, какое будет лицо у Ала, когда, вернувшись домой, он увидит это нечто?"       Встретить девчонку Арчи вышел вовремя, как раз в момент, когда открылись ворота двора. Фермер вёл её за сиреневую ленту, завязанную бантом на шее козочки. Разгоняя в сторону птиц, мужчина завёл новую любимицу во двор, лепеча ей что-то приятное, вероятно рассказывая как ей рад и как у них здесь хорошо.       Коза озиралась по сторонам, с интересом рассматривая новое место. Её внимание задержалось на Милке, которая приветливо помахала ей рукой. Девушка скромно улыбнулась, помахав рукой в ответ и потянулась в сторону коровника. Фермер чуть крепче сжал в руке ленту, но не оттянул назад, только приготовился к этому действию, когда новенькая, приподнявшись на носочки, с нескрываемым любопытством потянулась за дверцу, посмотреть на телёнка. – Здравствуй, душечка, – ласково промычала Милка, делая шаг вперёд, навстречу гостье. – У вас чудный телёнок, – коза подняла глаза на корову, улыбнувшись шире, – здравствуйте. – Меня зовут Милка, дорогая. Я очень рада новым соседям. – Скайлар.       Намеренно произнеся имя достаточно громко, девушка кивнула и отошла от дверцы. Довольный проявленной дружелюбностью со стороны обеих скотин, Фермер отпустил ленту и упёрся руками в бока, довольно улыбаясь и что-то счастливо воскликнув. Не теряя времени, козочка начала знакомиться с жителями фермы. Поздоровалась со свиньёй, от которой узнала о том, что сейчас ещё пасутся пара коров и о том, что на ферме есть кролики, которые живут в отдельном сарае. От Сюзанны так же узнала и про Декстера, с которым вскоре познакомилась лично, хоть и через забор. Когда же её окружили куры и утки, Скайлар пришлось объяснять, что её длинные уши - признак важной породы. Конечно, она умолчала, что продали её Фермеру в пол раза дешевле, от того, что она совершенно бесполезна как молочная или мясная, в отличие от её собратьев. Умолчала и о том, что не уверена, чем тогда важна её порода. Но эти детали были ни к чему, ведь не видавшие особых пород звери не задавали таких вопросов, принимая это как должное.       От общения с обитателями фермы, девушку отвлек большой хлев, к которому ей ещё не удалось посмотреть. Пройдя мимо сарая с кроликами и поморщив нос от неприятного запаха мяса, Скайлар направилась прямиком к большому зданию. Но стоило ей потянуться к воротам, как кто-то схватил её за плечи. - Здорова, лапоухая! Арчи разразился громким смехом, держась за живот, от одного только вида парализованной от страха козы. Бедняжке понадобилось несколько секунд, чтобы вернуть телу возможность двигаться и всё это время её сородич, согнувшись в три погибели, пытался дышать, что из-за смеха не совсем получалось. - Дурак! - Скай со всей силы стукнула ладонью парня по спине, да так, что послышался глухой стук и парень сделал глубокий вдох. - Я, конечно, слышал, что некоторых парализует, - проблеял через остатки смеха Арчи, -но не думал, что действительно это увижу! - Это даёт мне время на анализ ситуации, - коза сложила руки и гордо задрала голову, - в следующий раз я могу дать и по лицу!       Стерев слёзы, Арчи выпрямился и протянул руку. - Арчи. Добро пожаловать.       Недоверчиво фыркнув и сщурившись, Скайлар всё же пожала парню руку. - Экскурсию проводить мне не надо, лучше расскажи кто там. Большим пальцем коза указала на ворота за спиной. - Сейчас никого, - Арчи пожал плечами, - но скоро там будет толпа народу. - Кого именно?       На вопрос Арчи ответить не успел, ответ пришёл сам. С громким топотом и блеянием на территорию зашло стадо овец. В куче белых кудрявых голов изредка мелькали чёрные и вся толпа достаточно резво шла в сторону хлева, у которого стояли козлы.       Арчи, как по команде в пару прыжков отскочил к птичнику, куда, не задумываясь, поскакала и Скайлар, не желая быть затоптанной большой мягкой толпой. Рогатые, не сговариваясь влезли на крышу курятника, откуда было хорошо видно как Фермер закрывает главные ворота, как разбегаются перед толпой птицы и как в самом начале стада, звеня колокольчиком, идёт баран. - Это Аластор. Он тут самый главный, - Арчи указал пальцем на барана. - С ним надо осторожнее, скверный у него характер. - Ну баран он на то и баран. - И то верно, - хохотнул козёл, - Но всё равно лучше его не злить. Это не легко, но, поверь, ты не захочешь этого видеть.       Скай кивнула молча, наблюдая за тем, как Фермер подходит к хлеву и распахивает двери. Аластор не вошёл внутрь, отошёл в сторону. Хозяин начал загонять овец. Только убедившись, что во дворе никого не осталось, баран сам зашёл в помещение, не отходя далеко от дверей, после чего Фермер прикрыл двери. С крыши было видно окна, а через них светлое, устланное сеном и соломой помещение, по которому неспеша разбредаются овцы, занимают места. Кто-то из них ложится отдыхать, кто-то начинает расчёсывать друг-друга. В голове козы появилось только одно желание - попасть внутрь. - Если ты хочешь туда - лучше пока отбрось эту идею. - Арчи легонько толкнул козу в плечо, заметив её нескрываемое любопытство, - Чтобы Ал тебя пустил внутрь - нужно заслужить его доверие. - Подумаешь тоже! - Скай проблеяла возмущенно, - Да я туда в два счета зайду! - И выйдешь с синяками. - Спорим? - Спорим.       Рогатые пожали друг другу руки. Обоим было совсем не важно на что они спорят, важнее было само дело и личная правота. Оба спустились вниз. Не долго думая Скайлар направилась прямиком к хлеву. Убедившись в том, что Фермера радом нет, она, с некоторым усилием приоткрыла дверь и прошмыгнула внутрь. И снова гордо улыбнувшись, коза задрала голову. "И кто из нас побеждает в споре? Конечно же я!", - мысль пронеслась в голове козочки быстрее, чем она заметила, что вывод сделала рано, однако стоило ей заметить опасность, беднягу снова парализовало. В паре прыжков от неё, насупившись, в крайне недовольном расположении духа, стоял Аластор. Парень наклонил голову, демонстрируя готовность к нападению. Из-под очков блестнул недобрый взгляд. Сердце девушки забилось где-то в горле, а в голове крутилась одна только мысль: "Мне пизда".