Похожи

      — Эй, отпусти меня!       Блондин тяжело выдохнул и успел уже сотню раз пожалеть, что вот так просто позволил Юи остаться с людьми. Лучше бы он всё-таки забрал его. Даже силой. Сейчас он жалеет, что не сделал этого раньше, ведь сейчас этот вариант рассматривается им как самый адекватный из всех.       Мика ступил на очередную крышу многоэтажного дома и только тогда поставил Юичиро на ноги, чем последний был явно недоволен. И пусть. Главное, что сейчас они вдали от опасности, которая окружает их жизни день ото дня.       Аманэ обиженно скрестил руки на груди и взглядом требовал объяснений своего очередного похищения. Что ж, он получит их.       — Хватит лезть в самое пекло! — В который раз сказал ему Шиндо, глазами выжигая его за непредусмотрительность. Вот дал же Бог ему такое упрямое счастье!       Юичиро лишь обиженно фыркнул и отворотил лицо в другую сторону, демонстративно показывая своё недовольство.       Вот как он не понимает?! Мика же делает всё ради его блага! Идёт с ним в бой, который не даст им никаких плодов от слова совсем, только чтобы защитить этого дурака! Почему Юи не видит его заботы и всё равно наступает на те же грабли, упорно игнорируя то, что набивает ему шишки?!       После того случая четырёхлетней давности Микаэла не может вот так просто и бездумно распоряжаться своими возможностями. Нет. Сначала он внимательно рассмотрит каждый из подходящих вариантов и выберет наиболее безопасный. Он больше не допустит просчёта. Он не может снова потерять Юи, когда совсем недавно нашёл его! Но этот дурень совсем не печётся о своей безопасности, раскидываясь ей направо и налево!       Наблюдавший за всей этой сценой со стороны Гурен не сдержал своей полуулыбки, которую он смело пропускал в последний раз, казалось, лет пять назад.       Очередной мелкий конфликт, возникший между Аманэ и Шиндо, стал навевать Гурену старые и такие тёплые воспоминания, что хотелось переместиться на восемь лет назад: в то время, когда он ещё не подозревал о предстоящей катастрофе.       — Давненько ты не улыбался. — Послышался родной мужской голос за спиной Ичиносе, а после него и глухой хруст белого хлеба, который в последнее время стал главным фаворитом в еде Хиираги.       Шинья прошёл вперёд, чтобы заглянуть в глаза друга, в которых проглядывали знакомые и, казалось, навеки погасшие искры... Радости?       Блондин посмотрел туда же, куда и его друг, чтобы понять причину его смены настроения.       — Опять ругаются. — Констатировал Хиираги, доедая свой перекус. Брюнет усмехнулся, прикрыв глаза и опустив лицо. Шинья непонимающие взглянул на него, но тот слабо покачал головой. — Тебе нравится, когда они ругаются?       — Да нет, — с подозрительно непринуждённой улыбкой отозвался Гурен, поднимая взгляд, который на следующие две секунды остановился на двух подростках, а после развернулся и начал уходить с соседней крыши. Шинья за ним.       — А что тогда?       — Да так, очень уж они напоминают мне кое-кого. — Он поднял глаза кверху, щурясь от яркого света.       — И кого же? — Не унимался блондин.       — Да так, ты их не знаешь. — Отмахнулся от него Гурен, ускоряя свой шаг.       Шинья догонял его, не переставая мучить расспросами, но Ичиносе был непреклонен, пряча свой маленький секрет ото всех.