five years of long waiting

«Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа»

© В.В.Маяковский

Кровь. Кровь. Море крови. Колоссальные титаны повсюду: рушат дома, города. Он стоит посреди этой суматохи; люди куда-то несутся, пытаются спастись, да только тщетно всё. Он один стоит, никого из знакомых нет, только безликие люди разбегаются по сторонам. В один момент все расплывается перед глазами, он видит Микасу, что стоит прямо перед ним. Вот, дотянись рукой и прикоснись, да только не получается. Ощущение, будто она с каждым его шагом отдаляется от него. Смотрит вправо: видит Ханджи, она стоит и, разинув рот, смотрит на эту ужасающую картину. Влево, и там живой. Живой Эрвин. Как током пробило. Хочется подойти и ударить за всю боль, что принесла ему смерть друга. Но его будто гвоздём прибили, не сдвинуться. Сзади обычные титаны. Они бегут, как в жопу ужаленные. Один подходит к Микасе и берет ту в свою огромную лапу. «Сопротивляйся, милая. Давай, ты сможешь», – мысленно подбадривает девушку. Но Микаса не сопротивляется. Оглянулась на Леви, смотрит на него своими красивыми серыми глазами, так жалобно, извиняется за всё, говорит, что любит, чтобы жил дальше без неё. Но как ему жить без неё? Не хочет, не будет. Всё происходит, как в бреду. Истощенный рык срывается с её губ. Леви парализовало. Он смотрит на это и понимает: конец. Слышит ещё один голос, что зовёт его - Ханджи. Оборачивается и видит, как она со счастливыми глазами смотрит на этого монстра. – Титаны и вправду прекрасны! – последнее, что он услышал от неё. Нет, Ханджи, титаны не прекрасны. Это жестокие убийцы, лишенные разума, с единственной целью: набить свой желудок такими, как и они. Эрвина можно ещё спасти, хотя бы попытаться. Оглядывается по сторонам, но своего старого друга так и не находит. Думай, Леви, думай. Нет. Нет. Нет. Где-то в далеке видит могилу, буквы расплывчаты, не разобрать. Но Аккерман точно знает, кому она принадлежит. Мимо пронеслась чья-то рыжая и блондинистая макушка. Смех оглушил пространство. Фарлан и Изабель. – Нет! Нет вас здесь, вы умерли. Оставьте меня! – кричит Леви и падает на колени. – Ха-ха! Нет, капитан, мы все здесь! – чёртов Йегер и сюда добрался. Картинка резко сменяется на штаб Разведкорпуса. Все живые и с улыбками на устах устремили свой взгляд на Леви. – Мы здесь! Мы всегда с тобой! Липкий пот растекается по телу, неприятно щекоча кожу. Леви осматривает комнату, кошмары ещё долго будут его преследовать, он уверен в этом. Рядом лежит Микаса, укрытая пледом, и тихо похрапывает. Она рядом, значит все хорошо. Он засматривается на её умиротворенное лицо. Прядки волос упали ей на глаза, и Леви аккуратно, боясь её разбудить, убирает локоны и, не сдержавшись, проводит пальцем по скуле и касается губами щеки. Такая родная, красивая, его. От прикосновений Микаса просыпается и растягивается во весь рост, касается рукой его лица, поглаживает. – Леви, что случилось? Кошмары? – шёпотом спрашивает она. – Всё нормально, спи, – и ложится обратно на подушку, притягивая к себе девушку. За эти несколько дней они заметно сблизились. Микаса как-то предложила съездить на Парадиз по приезде Луизы. Леви неохотно, но согласился. Ему хочется проведать могилы своих солдат. Извиниться за все, рассказать, как изменился мир, что их смерти не напрасны. С этими мыслями он погрузился в сон. *** Утренняя рутина в лавке уже идёт полным ходом: завезли несколько ящиков чая из Хидзуру; курьер, что привез чайные сервизы, случайно уронил его, такого сильного и громкого крика Микаса не слышала со времен Разведки от Леви. Все, как и обычно. Колокольчик над дверью приятно зазвенел, оповещая о появлении нового клиента. В лавку зашёл статный, высокий мужчина, он огляделся вокруг и заприметил небольшой, но довольно дорогой мешочек чая. Микаса внимательно за ним следила, не сводя глаз. – Сколько стоит этот чай? – приятный слуху голос заставил мурашки на теле Микасы пробежать с огромной скоростью. – Тысяча, – спокойно ответила девушка, стараясь скрыть беспокойство в голосе. – Я куплю, если в комплект войдет прелестная темноволосая девушка, что стоит за кассой, и согласится на прогулку со мной, – ровным тоном ответил мужчина, глядя на Микасу. – Эта прелестная девушка в комплект не входит и не соглашается на разного рода прогулки, так что покупайте чай и проваливайте, – произнёс Леви, вышедший из склада, в нотках голоса которого присутствовала ревность. – Ну, чего ждём? – Невоспитанный мужлан! Да как ты смеешь так со мной разговаривать!? Ты хоть знаешь, кто я? – начал было неизвестный, как его тут же прервал Леви: – Невоспитанно предлагать такое занятой девушке, – но мужчина даже не дослушал Леви, а пулей выбежал из магазина, напоследок сказав, что тот ещё пожалеет. – И что это было? Я бы справилась сама, – сказала Микаса, дернув одной бровью вверх. – Ничего. Работай дальше, – Аккерман скрылся за дверью. Весь рабочий день Микаса думала об этой выходке Леви, ведь он, как никто другой знает, что девушка смогла бы сама за себя постоять. Во время службы в Разведкорпусе было и не такое. Например, один раз, когда Хистория лично попросила элитный отряд отправиться на разведку в один из кабаков столицы, дабы убедиться, что владелец не занимается работорговлей, Микасе пришлось сыграть роль девушки, которая ищет работу. И в один из таких вот рабочих дней, Иван, - так звали владельца, - отвёл Аккерман в приватную комнату для обслуживания клиентов. И тогда начался настоящий цирк: Холодок по коже прошёлся сразу же, как Микаса вошла в это странное помещение. Оно не выглядело, как типичная приватная комната: стены были обшарпаны; в углу комнатушки стоял единственный диван, который в некоторых местах был будто бы разодран собакой; посередине стояло подобие сцены, а единственным источником света служила одна керосиновая лампа. Иван подтолкнул девушку к впереди сидящему, седому мужику. Тот, увидев Микасу, хищно улыбнулся. Воспоминания унесли Аккерман в детство, где такие же мрази убили её родителей. Кровь в жилах закипала, злость разносилась по телу, пелена застелила глаза. Но Микаса следовала приказу Главнокомандующего: «Ничего не делай, пока не начнут распускать руки. Мы рядом». – Какая красавица! Не было у меня ещё азиаток, – мерзкий голос заставил Аккерман сжать кулаки. Мужчина стал осматривать с ног до головы Микасу, а после, как ребёнок, захлопал в ладоши. – Она будет дорого стоить, Стив, – сказал Иван и закрыл дверь на ключ. Дальше Микаса не слушала их разговор, только смотрела в пол и думала над дальнейшими действиями. Страха не было, только странное липкое чувство окутало Аккерман. Вдруг дверь открылась, и в зал вошёл ещё один мужчина, который привлек внимание остальных людей в комнате. – Иван, я покупаю эту бабу! Даю за неё двести золотых, – громкий бас оглушил пространство. – Я даю триста! – Ах, ну что вы, что вы! – дрожь в голосе выдало с головой волнение Ивана, а его беглый взгляд по помещению только подтвердили предположение Микасы. – Знаете, сегодня эта юная леди может достаться вам обоим! Вы можете опробовать её в действии, – Иван со спины подошёл к Микасе и стал снимать с неё фартук и расстёгивать рубашку. Мужчины переглянулись между собой и кивнули, подходя к девушке. Вот тут страх прошёлся вдоль спины и вошёл прямо в девушку. Не медля ни секунды, Микаса отдёрнула от себя руку Ивана и перекинула его через себя. Мужчины, глядя на это, озверели через секунду и стали идти на девушку. Когда один подошёл к ней сзади и схватил за шею, Микаса повернула голову по направлению к его телу. При помощи руки, которая находилась ближе к передней части тела мужчины, ударила по его паху. Он тут же отшатнулся, закричал и застонал от боли. На шум пробежали какие-то трое амбалов, у Микасы задрожали колени. С тремя ей точно не справиться. Она тут же закричала, и на её крик прибежал Жан и Конни, а следом и Леви. С приходом Леви страх улетучился, стало спокойно и легко. Увидев её, капитан сорвался с места и подбежал к ней. – Ты как? Прости, что так поздно, – мужчина сел рядом с ней и притянул к себе дрожащее тело, успокаивающе гладил по голове, шептал какую-то чепуху. А на глазах Микасы поступали слезы из-за воспоминаний из детства и осознания того, что же могло произойти. – Я рядом. Я всегда буду рядом, родная – Я тоже буду рядом, Леви, – прошептала Микаса в пустоту и продолжила разбирать новые товары по полкам. День быстро сменился на вечер, и теперь Микаса с Леви сидели на кухне и придавались воспоминаниям со службы. Атмосфера была схожа с той, что была в штабе. Чашка чая, Леви рядом и разговоры ни о чем. – Помнишь, как мы сидели на берегу моря? Мне было так хорошо, – с грустью в голосе сказала Микаса. – Помню. Мне тебя не хватало, Микаса. С твоим уходом моя жизнь перестала иметь смысл, потеря Ханджи, Эрвина, а потом ещё и ты. – Прости, прости меня, Леви! Так... так было надо, – слезы потекли из глаз, и Микаса перестала сдерживать свои эмоции, которые так долго прятала за различными масками. Леви молча усадил её на свои колени и уткнулся в грудь, поглаживая одной рукой спину девушки. Такая родная, тёплая. Как же Леви скучал, столько надо ещё пройти им, и сколько же они прошли, чтобы вот так просто сидеть. Не нужно громких слов о любви, хочется просто быть рядом и наслаждаться каждой секундой, проведённой вместе. Микаса успокоилась и просто сидела в объятиях Леви, перебирая его волосы. – Поедешь со мной на Парадиз? Скоро вернётся Луиза, – уткнувшись в шею Леви, спросила Микаса. – Да, с тобой хоть на край света. Чай уже остыл, но чувства двух людей, сидящих в объятиях друг друга, только ещё с большей силой разгорались. Скоро они это поймут. Скоро обретут долгожданный покой.