Однажды в поезде

Я ехала из Праги поездом. Бескрайние равнины, густые леса и милые деревеньки за окном – все это хорошо, но скоро надоедает. Уже через час я жутко скучала. Нет, не той большой скукой, которая на Руси именовалась тоской, а так, скукой тривиальной, вполне обыденной, от того, что хочется поболтать, а собеседника подходящего рядом нет. Да что там – подходящего!? Вообще никакого нет… Я бросила унылый взгляд на соседнюю пустующую полку купе и представила, кто мог бы быть моим соседом – священник или бандит, пьяница или же ученый-задрот, старушка-божий одуванчик или старая злобная карга, проститутка, фермер, полицейский, студент… что уж гадать? Но, к великой несправедливости мира сего, соседа (или соседку) при свете дня мне точно не удастся увидеть. Я и не заметила, как уснула, продолжая думать о том, как хорошо бы было иметь попутчика. Проснулась я от скрипа состава – поезд остановился. Я выглянула в окно и заметила небольшую станцию с каким-то банальным названием и с разбитыми окнами. Платформу освещал единственный фонарь. Я закрыла глаза и вновь погрузилась в сон. - Тише, Клаус! Тут же люди спят! – Сквозь сон я услышала громкий шепот девушки. Ее голос показался мне знакомым… Ну вот, я хотела одного попутчика, а получила сразу двоих! Причем, судя по всему, безбилетных. И почему мне знаком голос этой девушки? Я открыла глаза, но увидела лишь темные силуэты вошедших, мелькающих, словно кадры старого фильма, освещаемые огнями близлежащих домов. Поезд все ускорялся, силуэты мелькали все быстрее и быстрее, пока все не погрузилось во тьму. Ночные гости тем временем располагались на соседней полке. Я не смогла удержаться и подслушала их разговор. Да и как можно было не подслушать!? Не затыкать же мне надо было уши в конце ж да концов! - Любовь моя, ложись мне на колени. - Нет. Клаус, мы прекрасно поместимся вдвоем на одной полке. В лунном свете, что скудно освещал купе поезда, я увидела, как Клаус улыбнулся. - Керолайн, почему ты никогда со мной не соглашаешься? - Вот, смотри, я сама покладистость! - Блондинка легла-таки на колени своему спутнику. - Милая, то, что ты поклала голову мне на колени не делает тебя покладистой. Один раз не … не считается. - Не поклала, а положила! - Ну, тогда это не делает тебя положительной, - усмехнулся гибрид. - Клаус, я не собираюсь меняться ради тебя, раз ты любишь меня и такой – стервозной сучкой, - Керолайн попыталась скопировать голос и интонацию Кэтрин Пирз. Клаус ухмыльнулся, но промолчал. Через пару минут тишины, которые я боялась нарушить своим дыханием, Кер приподнялась на локте и попыталась заглянуть Клаусу в глаза. Впрочем, ей это не удалось: гибрид нежно, но настойчиво, опустил голову любимой себе на колени. - Клаус, как думаешь, - все-таки заговорила девушка, - как скоро заметят нашу пропажу в Мистик Фолз? - Любовь моя, ты уже жалеешь, что сбежала со мной? - Что ты! – Кер снова чуть не подпрыгнула. – Это были самые счастливые дни в моей жизни! Даже при плохом освещении я увидела, как заблестели глаза гибрида. - Милая, я думаю, что если мое отсутствие кто и заметит, то обрадуется. Что касается тебя, то Стефан и Лиз знают, где ты. А они лишнего не разболтают, но удержать остальных от подачи заявления на розыск сумеют. - Это мое самое длинное путешествие. Клаус, можно я тебе расскажу один секрет? Только прошу тебя, - Керолайн от волнения вновь приподнялась, - никому ни слова! Клаус поцеловал девушку в лоб и с деланной серьезностью произнес: - Любовь моя, твой секрет я унесу с собой в могилу. Клянусь! Тут гибрид не выдержал и рассмеялся. - Ты невыносим, - Кер надула губки. - Ладно, малыш, я слушаю. - Когда я была маленькой и считала себя очень взрослой – мне тогда было лет семь, - я решила уехать с МФ. Собрав рюкзак и вытрусив из копилки все сбережения, я отправилась в путь – смотреть большой мир. Путешествие всей моей жизни должно было начаться с местной автостанции. Когда я входила в первый попавшийся автобус, то ухватилась за юбку какой-то солидной тетушки, так что контролеры приняли меня за ее дочь и пропустили. Естественно, я понятия не имела о том, что автобус едет всего лишь в соседний городок (а это всего пятнадцать минут езды, ну ты знаешь). На остановке я встретила мою прелюбимейшую тетю Маргарет. Та сначала обрадовалась, а потом, вникнув в суть дела, взяла меня за ухо и отправила домой следующим рейсом. Дома я отсутствовала от силы полтора часа, так что мама не заметила пропажи. Девушка умолкла. Клаус выжидательно помолчал, а потом спросил: - А в чем, собственно, секрет? - Так это и есть мой секрет! Клаус расхохотался, а Керолайн постаралась изобразить на лице всю обиду, на которую только была способна. Ей это плохо удалось: проблески озорства то и дело проскальзывали сквозь маску обиды. - Никлаус, но это и вправду моя самая большая тайна! Если мама узнает, она мне голову оторвет! - Любовь моя, прошло больше десяти лет, строк давности давно истек, а ты уже давно не ребенок. Да и какой же это секрет, если о нем знает твоя прелюбимейшая тетя? - Я написала ей письмо, в котором просила никому не рассказывать. Она прислала мне письменное согласие. - Ну, тогда это действительно тайна… Спи, малыш. Керолайн вскоре уснула, а Клаус принялся перебирать ее белокурые локоны. Через час или два – не обессудьте, точно не припомню – я вновь услышала голос Клауса, в котором дрожало сильное, глубокое чувство: - Я люблю тебя, Керолайн. - Я тоже тебя люблю, - сквозь сон пробубнила Кер. - Выходи за меня замуж. - Тетя Маргарет будет против, - все еще не проснувшись, изрекла девушка. Но в следующую секунду, когда смысл сказанных гибридом слов дошел до сознания Керолайн в полной мере, она подскочила – и ударилась головой о столик. - Ой, мама! Что ты сказал? - Ты выйдешь за меня замуж, Керолайн Форбс? Блондинка заглянула Клаусу в глаза и тихо сказала: - Я согласна. Влюбленные поцеловались, ну а я смущенно прикрыла глаза. - А как же прелюбимейшая тетя Маргарет? Ведь она будет против? Кер улыбнулась абсолютно счастливо: - Она считает, что большая разница в возрасте не придает браку прочности. - Не думаю, что она имела в виду ТАКУЮ разницу… Вдруг поезд остановился. Клаус взглянул на пирон и мигом поставил Керолайн на ноги: - Там проверка вагонов! Бежим! Форбс от неожиданности ухватилась за рубашку Клауса и послышался металлический звон – звон оторвавшейся пуговицы. В следующее мгновенье в купе осталась я одна. Я долго ворочалась, заснула лишь на рассвете. Когда я открыла глаза, солнце светило уже высоко. Я сразу вспомнила о моих ночных безбилетных попутчиках. Перед глазами, словно виденье, возник Клаус, перебирающий локоны своей любимой. Это же надо такому присниться! Я встряхнула головой и наклонилась за тапочками – сны снами, а утренняя нужда зовет. Тут я заметила под столом странный блеск. Пуговица! Я поднесла серебряную вещицу к глазам и увидела изящно выгравированные инициалы «НМ». Ошарашенная, я плюхнулась обратно на полочку и достала блокнот с ручкой. Все что вспомнила, то и записала, а что записала, то и передаю вам. А вы уж решайте: быль ли это или сон…