Мазь

— Капитан, вы заняты? Дверь в комнату Леви так резко распахнулась, что можно было подумать, будто начался ураган. Вежливый тон Ханджи не делал ее речь более тихой, чем обычно. — Чего тебе, очкастая? Леви сидел за столом, копаясь с документами при свете тусклой лампы. Он поднял на нее уставшие глаза — это означало, что она может беспрепятственно зайти и продолжить. — На днях я увидела, что после генеральной уборки твои руки не были в порядке. Я подумала, что могу что-нибудь сделать с этим. Она протянула ему стеклянный пузырек с неясным содержимым. — Что это? — Леви вздохнул, продолжая разглядывать. — Это мазь с лечебным эффектом, к тому же, она должна приятно пахнуть, потому что я добавила туда календулу. Даже через стекла очков, при неярком освещении, глаза Ханджи сияли от радости. — Я не буду это мазать, — отрезал Леви. — Но почему? — улыбка слегка поугасла, будто она немного оскорбилась. — Смотри сюда, этим рукам уже ничего не поможет, — он демонстративно поднял ладони в верх. Руки Леви были в мозолях от рукоятей мечей, их украшали шрамы и незажившие порезы. Ханджи подошла ближе. — Но они ведь необычно красные? Она дотронулась осторожно до тыльной стороны его ладони, когда он положил руки на стол. Ханджи, конечно, знала, что Леви не очень нравились лишние прикосновения, но также она знала, что он уже привык к вторжению в его личное пространство с ее стороны. — Уверен, это из-за нового чистящего средства, — пробормотал Леви, явно не придававший особого значения всему происходящему. — Вот черт, это то, что я достала для тебя на прошлой неделе? — Ханджи почувствовала себя немного виноватой из-за этой информации. Леви молчал, переведя взгляд снова на бумаги. — Обещаю, сейчас с этим все должно быть в порядке! — Отвали, я не собираюсь использовать это дерьмо. Для экспериментов у тебя есть Эрен, оставь меня в покое. — Хорошо, как скажешь, — Ханджи весело усмехнулась. Она отодвинула стул, на котором сидел Леви и села ему на колени. Они, неожиданно для обоих, оказались лицом к лицу. — Зоэ… Ох, не к добру, когда он по имени ее зовёт, подумала Ханджи, но останавливаться не собиралась. — Что ты делаешь, идиотка? Если ты не заметила, то я был очень занят, — процедил Леви через зубы, пытаясь отвернуться. Она молча взяла мазь со стола и начала наносить ему на руки. Возникать уже было бесполезно. Аккуратные поглаживания и распространяющийся нежный холодок приятно ложились на воспалённую кожу. Леви снова сделал утомленный вздох, переводя на нее взгляд. Волосы Ханджи как обычно были растрёпаны, а одежда неглажена. — От тебя вкусно пахнет едой, — Леви провел невесомо носом по ее щеке, мысленно радуясь, что та успела поесть. Совершенно неосознанно, он легко ухмыльнулся. — Стало лучше? — почти шепотом произнесла она, заметив редкую эмоцию на его лице. — Если я от этого не сдохну, то считай это за победу. Ханджи громко рассмеялась. Значит все хорошо. — Сиди спокойно и не трогай ничего хотя бы минут десять. Она быстро встала с коленей Леви, целуя его в лоб на ходу. — Очкастая, — он окликнул ее у самой двери. — Чего тебе? — сейчас Ханджи выглядела довольной, как в те разы, когда ее эксперименты проходят успешно. — Намажешь мне руки завтра еще раз? — Конечно! Дверь со скрежетом за ней закрылась. Леви откинулся на спинку стула, думая про то, что Ханджи все же бывает по-прежнему невыносима. Однако, чтобы Леви не произносил вслух, он всегда чувствовал, что его радовало присутствие Ханджи рядом. Как ни крути, но мимолетные разговоры приносили какое-то облегчающее чувство внутри груди, а быстрые касания урывками — подобие утешения.