Золотой блеск серебра

Юнхо ведёт шайбу обгоняя противников, слева несётся защитник другой команды, пытаясь помешать Чону забить решающую шайбу, но Минхо берет его на себя и уберает помеху. Пот льется ручьем под защитным шлемом. Руки немеют с каждым замахом, а пальцы сильно сжимают клюшку. Юнхо делает замах и бьёт по шайбе и она стремительно летит в ворота соперника, и ознаменует победу команды ,,гроза,,. Крики фанатов и самих парней, отдавались звоном в ушах. Груди бились друг о друга при объятиях. Эту забитую шайбу он посветил Минги. – Минги! Мы победили!– радуются друзья, тряся за плечи Сона. Парень изо всех сих улыбается, хоть и даётся это ему пока с трудом. Ему стоило особых усилий прийти сюда, хоть даже не на своих ногах. – Да! Вы сделали это! Я проставляюсь сегодня! – кричит Чанбин парням. Вспоминая данное им же обещание. Гордость так и читалась на его лице. После рукопожатий с противниками, фанаты стали расходиться, а Хенджин, Сан, Донген и Сонхва помогли вывести Минги на лёд, что бы он смог порадоваться с парнями, за общую победу. – брат!– самые крепкие объятья от капитана и теплые слова от команды, Сон не чувствовал себя больным, он чувствовал себя счастливым. Он плакал вместе с ними, а потом и вовсе под руки сокомандников удел с ними в раздевалку продолжая беседовать. – Ребята, вы такие молодцы!– это была самая первая игра для Донген, она никогда не была на хоккее или чем то другом, кроме своих соревнований. Ее маленькое сердце так билось, что было готово выпрыгнуть из груди, даря друзьям свою радость. Юнхо, а затем и Минхо с Джисоном, прокрутили в объятиях подругу. Каждый из них был в не себя от восторга. – поздравляю тренер Со,– Донген была готова была прыгать и визжать, но сдерживала такие яркие порывы эмоций. Чанбин, будто читая ее мысли, раскинул руки, разрешая себя обнять. И не медля ни секунды Чхве сделала это, говоря какой Чанбин молодец и поздравляли его, а если бы она знала о споре, то была бы наверное ещё больше рада, но в душе мужчина понимал, что лучше бы ей об этом даже не слышать, ведь она ещё больше возненавидит Ёсана. И как назло, вспомнив фигуриста, Кан тут же показался на трибунах, направляясь к выходу, своей горделивой походкой. Даже проиграв, Есан выглядел побидетелем, его подбородок все так же высоко задрат, а руки уставлены в бока. Он кинул злобный взгляд на Чанбина обнимающего его ученицу и фыркнув ушел. Не описать словами каким человеком был Ёсан. Его слова и поступки всегда выглядели спонтанно, но от этого не менее злыми. Никто из тренеров не дружил с ним так близко, Кан и сам был не общительный, вредный и язвительный. Особенно его порывы такого поведения проявлялись в сезоны олимпиад и соревнований. Свет на арене всегда был одним: пару белых ламп на железных палках сверху. Сиденья на трибунах отливали фиолетово-голубым цветом, а лед больше походил на заснеженное, покрытое льдом озеро. Было так тихо, что каждое движение отдавалось эхом. Девушка вышла на лёд, и тут же покатилась, разрезая коньками лёд и оставляя своеобразные узоры. Невольно она вспомнила как впервые выступала на показательном прокате перед тренерами и директорами. Маленькая Донген кружила и полностью отдавалась танцу, ее тело словно пёрышко, которое нес ветер, выкручивалось и летело. Чхве сама не заметила как начала танцевать, своеобразные движения, просто неслась и крутилась. Девушка хотела затормозить, но в тоже время продолжить, и потеряв равновесие начала падать, зажмурив глаза. Но вновь чьи-то теплые и большие руки обхватили ее и не дали упасть. – я могу привыкнуть, к тому что ты всегда ловишь меня,– сказала девушка. Страх отступил и пришло внутреннее спокойствие, которое она ощущала всякий раз находясь с ним. – тогда я буду продолжать ловить тебя, всегда когда ты будешь падать. – с лёгкой улыбкой произнес Пак, не отрывая взгляда от ее красивых глаз. Каждый раз, находясь рядом с Донген, Сонхва чувствовал ту самую дрожь, и невесомость. Был готов творить глупости, которые неосознанно делают перед возлюбленной, лишь бы она посмеялась. Почему рядом друг с другом, им обоим хотелось молчать и одновременно говорить обо всем? Разве можно за такое короткое время, так сильно влюбиться? И это пугает Донген и Сонхва, хоть они об этом и не говорят. – опять вы со своими нежностями,– знакомый голос раздался, откуда-то сверху, и даже не смотря в ту сторону, они поняли кто это. – тренер Кан, ну что вы всю романтику портите,– пробубнил Хенджин обходя Ёсана, и держа связанные шнурками коньки перекинутыми через плечо. – не об этом сейчас нужно думать,– фыркнул мужчина, и только бог знает столько сил приложила Донген что бы не ответить ему. Девушка твердо решила, что пора прекращать спорить с Есаном, ведь ни к чему хорошему это не приводит. Но проглотив одну проблему, на горизонте появилась другая. С трибунах показался Уён, его глаза были опущены, и в целом он выглядел напряжённым. – наконец-то Чон Уён, соизволил прийти на тренировку. Где ты был?– уперев руки в бока, Кан выгнул бровь, окидывая ученика оценивающим взглядом . Но парень проигнорировал его, и надев коньки вышел на лёд, начиная разминаться. Казалось каждого переполняли эмоции, но никто не промолвил и слова, кроме Сана и Хенджина, которые громко шептались. Дружеская атмосфера, покидала стадион, когда команда Ёсана ступала на лёд. Но только Хенджин и Сан пытались разбавить обстановку своими разговорами. – мы с Саном тут думаем, и решили спросить у тебя,– начал Хван подъезжая к Донген, – тебе не одиноко переодеваться в раздевалке?– это был довольно странный вопрос, но зная что парни не имели ввиду ничего плохо, Донген посмеялась и ответила: – возможно. Иногда там сидит одна девочка, не знаю кто она, но она вечно рисует. Я пыталась спросить у нее что-то, но она была в наушниках, поэтому вероятно не услышала меня. – девочка? Как она выглядит?– сведя бровь вместе спросил Сан. – ну.. она, не высокая наверное, очень красивая, у нее большие лисьи глазки, и рыжие волосы собранные в хвостик. Хенджин и Сан переглянулись, пытаясь уловить мысли друг друга, и повернувшись к подруге одновременно выпалили: – Ниннин?– они были удивлены. Перед глазами мелькали воспоминания с Ниннин, и не все они были хорошие, вернее хороших не было. – я же говорю, я не знаю.– ответила девушка, и заметив Пака, зовущего ее, покатилась к нему, стоящему у борта. Ёсан сказал приготовиться показывать программы, и они выстроились в том порядке, который назвал Кан. Первым катал Сан, на него тренер не ставил большие надежды, потому что считал что Чхве прилагает мало усилий для тренировки, как и вся его команда. Друзья завороженно смотрела на друга, и смеялись когда он строил гримасы. Закончил прокат Сан, громким и протяжным ,,уу,, и поправляя волосы, стал кланяться, хоть даже никто ещё не начал аплодировать. – Сан, руки нужно округлить, а не выставлять их как палки, а когда делаешь прыжок вытягивать носок. И боже, надеюсь ты не будешь выступать с такими рожицами.– говорил Есан, что-то отмечая на листе. Следующим был Хенджин. А затем и Уён. Если бы не его поступок, Донген бы точно порадовалась за идеальный прокат и хорошую программу, и посочувствовала Чону, когда в конце он почти не упал. Сонхва и Донген остались на конец и включив песню, они словно забылись в ней и пустились в танец. Донген никогда не задумывалась о словах песни серьезно, она просто знала какие эмоции должна показать, и слезы катились только когда она была расстроена. А ведь песня была от ее любимой группы, хоть это и не свойственно фигурному катанию. Возможно в выборе песни сыграло свою роль то, что Бомджун ставил не только хореографии для фигурного катания. - Донген, твой прыжок не убедителен, Сонхва, к тебе претензий нет.- Есан снова придирался, и все это знали. Прыжки Донген с каждым разом становились плавнее. В них она точно была уверенна, как и Сонхва и Бомджун, которые видели ее на тренировках. - осталось полтора месяца. На вашем месте я бы меньше давал себе отдыхать и больше отдавался тренировкам. - мы делаем все что в наших силах,- восстанавливая дыхание, сказала Чхве, упираясь руками в колени. - вы делаете не достаточно,- довольно грубо ответил Кан. Парни задумались, и каждый сделал для себя вывод. Отмечая ошишбки каждого, Есана перебили. - Кан, мать твою, Есан!- разъяренная женщина буквально влетела на арену.- как долго ты будешь мучать детей? - а что, настало твое время мучать своих?– не отрываясь от своего дела, спросил Есан. - я не мучаю детей, но почему мои ребята должны заниматься тогда, когда ты соизволишь уйти? Для каждой команды выведены часы, и если ты вдруг не знал, расписание весит в тренерской.- ее черные пряди выбелись из пучка на затылке, и свисали у висков. Каждое произнесенное ею слово отдавалось эхом. Никто даже шептаться не смел когда Сонми кричала. Она единственная не боялась Кана. - дорогая, если ты не знала, в моей команде больше учеников, так что мне нужно больше времени. - раз я здесь, то позволь сказать еще за пару вещей, которые мучали меня.- Есан сидел с невозмутимым лицом, казалось она совсем не интересует его и то, что она говорит пролетает мимо его ушей.- мне искренне жаль, что твой мозг настолько мал, что не может работать даже немного и самому найти выход из ситуации. Как ты мог украсть моего хореографа? Ты знал, что я договаривалась с Бомдуном, и тут же позвонил главе! Это низко. - все сказала?- вдруг начал Кан. Друзья переглянулись, не ужели Есан так подло поступил с тренером Ли? Сонми молчала, ее грудь вздымалась при каждом вдохе, как будто она пробежала 100 метров.- у Бомджуна было право выбора, так что не разводи концерты. - какой выбор?- она пустила смешок- учить твоих или быть смещенным с должности и не иметь больше возможности быть хореографом? Ты делаешь так, каждый божий раз, когда тебя что то не устраивает. Не обманывай хотя бы себя Есан, если бы глава федирации не был твоим братом, ты был бы ни кем. - заткнись Сонми. - все уже давно знают кто ты и что можешь, но можешь ли ты хоть что то без помощи брата?- Кан молчал задумываясь над ее словами, и что бы никто этого не заметил, собирал бумаги в стопку.- еще не поздно заработать нормальную репутацию, что бы не было стыдно хотя бы перед своими ребятами.- уже спокойно добавила Сонми. Донген сильно хотела узнать подробности, и думала спросить у тренера Ли, после тренировки, но ее мысли прервала группа учеников, стоящий у двери. В ней она заметила ту самую Ниннин, и убедилась в своей догадке на счет роста. Чхве была так очарована ее красотой, что даже не заметила, как ее друзья начали уходить, и Сонхва тянул ее за руку. – не знала, что брат Ёсана - глава федерации,– сказала Донген идя по коридору. – мы тоже, теперь понятно почему все так, как он хочет.– задумался Сан – мне жаль других тренеров, особенно Сонми, она так долго воюет с ним, что я даже не представляю, как у нее хватает нервов.– отозвался Хван Сонхва молчал, и Донген не могла не заметить, как он смотрел Ниннин, может он ее знает, или проследил ее взгляд? Много вопросов оставались без ответа. Парни ждали Донген у входа, и Сан с Хенджином устроили опрос Сонхва, о всем что смогли придумать. Например о цвете его носков и нижнего белья, про отношения с Донген спрашивать не было смысла, потому что об этом им рассказывала подруга, но одна из вещей все же волновала и о ней лучше спросить сейчас, чем потом плавать в проблемах. - что у вас с Ниннин? Только она замаячила на горизонте, ты уже взгляд не можешь отовать.- серьезно начал Хенджин, готовясь к срыву Пака, ведь от него можно было ожидать любой реакции. - ничего, я люблю Донген, хватит изображать заботливых старших братьев.- нахмурив брови ответил Хва, не понимая почему они строят догадки из ничего. Сан рассмеялся и за ним рассмеялся Хенджин, хватаясь за плечи Пака, который смотрел на них, как на дурачков. Но пока те мило беседовали, Донген было не весело. Идя по коридору к лестнице, Донген спешила, ведь знала, что ее уже ждут. На лестничном пролете она столкнулась с Уеном, и не желая с ним разговаривать, поспешила уйти, но он схватил ее за руку и развернул. - Донген, я хочу извиниться,- опустив взгляд на руки, Уен тут же опустил, мысленно извиняясь и за это. - извинись лучше перед Минги,- фыркнула девушка, воспоминания его действий тут же всплыло перед глазами, и от этого стало противно просто находиться рядом с ним. - я не сожалею о поступке, мне только жаль, что ты узнала об этом. С парнями я бы справился, а вот тебе сердце разбивать не хотел. Ты ведь хорошая девушка, добрая, улыбчивая.- и он не врал, Донген была прекрасным другом и ее не хотелось обижать, и Чон этого и не планировал. - а перед Сонхва тебе не стыдно? Он был твоим лучшим другом, представь какого это, когда твой друг так поступает. - она держалась изо всех сил, ей хотелось расплакаться и побить Уена. Но она стойко стояла смотря в его злые глаза. Думал ли Уен о Сонхва? Думал. Думал о том, что врал ему, что подставлял, о том что Пак его отговаривал, а младший не послушал. Но хоть это и не правильно, мстить таким образом было для Уена высшей степенью гениальности. Но его свобода зависела только от молчания Донген и ее друзей. Это извинение вряд ли исправит положение. - Сонхва поймет, не маленький. Он знает. В любом случае я извинился.- как будто его совсем не грызла совесть, как будто ему было совершенно плевать. От этого было так горько. Донген могла обойти его, но вместо этого, толкнула его плечом, и быстро спустилась по лестнице, смахивая наступающие слезы.