В хладной груди сердце не бьётся

В течении минут двадцати, Элиссу сумела справиться с бардаком, в окружении которого Акира генерировал строки юношеского монолога философского содержания. И пока «мыслитель», верно позабыв о просьбе девушки — обождать её, засыпал в своей кровати, застыв в беспорядочной позе, хозяйка пыталась избавиться от запаха моющего средства, что так прочно пропитал кожу ладоней. В поздний час сего дня, Элиссу в глубине души ожидала свершения чего-то жуткого и более похожего на то, с чем уже не раз Акира сумел столкнуться. Впечатления от пережитого, пусть и частичной вовлеченности в происходящее никуда не делись. Элиссу поражала вероломность и отвага парня, который шагнул навстречу смертельной опасности. Тремя днями ранее, это был обыкновенный тюфяк, который то и делал, что утопал в стонах и слезах, разбавляя своё состояние периодическими всплесками слепой ярости. И если со страхом своим он справиться в состоянии, то боль, очевидно, брала над ним верх. Что ещё было ею замечено, так это удивительное совпадение — жуткие вещи происходили с каждым из них по отдельности, но стоит им сойтись друг с другом, как даже пропитанная страхом атмосфера ощущается иначе. - Наконец-то закончила. – прошептала утомлённая интенсивностью уборки девушка. По мере приближения к комнате, до её слуха всё отчётливее доносилось сиплое дыхание владельца квартиры. – Ты что, уснул? – негодовала она, рассчитывая на откровенный разговор о его самочувствии. Выпуская остатки недовольства через выдох, Элиссу пришлось смириться с результатами действия алкоголя на организм. Единственное, что беспокоило — вероятность ухудшения его состояния в ночную пору, так что девушка, дабы это вовремя пресечь решилась на не менее смелый и дерзкий поступок. Головная боль приводит в чувство — не самый удобный, пусть и эффективный «будильник». Безумно хочется пить, кажется, что литровую бутылку минеральной воды, горлышко которой нащупал у края кровати, опустошу за пару мгновений. Как же трудно приподниматься после пьяного состояния, вероятно, больше никогда не буду пить, по крайней мере столько. Пузырьки минеральной газировки приятно покалывают горло, ощущение постепенного избавления от жажды не сравнятся ни с чем для меня сейчас. Протяжно выдыхаю и следующий глоток делаю «для галочки» с запасом. Самочувствие улучшилось, уши улавливают подозрительный звук рядом. Телом чувствую присутствие кого-то рядом… чтоб меня. - Это что такое?! – первое, что пришло в воспалённую зрелищем голову. – Элиссу?! - Ты что разорался? – потирая глаза бормотала она в ответ. Ещё более смущал естественный язык её тела, будто ничего необычного в данный момент не происходит. Спасибо на том, что хоть в футболке спала. - Да я просто… эм, что ты тут делаешь? - Я так понимаю, тебе в новинку спать с девушкой рядом, да? - Нет конечно! – сомневаюсь, что нервное подёргивание в интонации придало словам уверенности. – Просто это неожиданно. Выслушав мои возмущения, гостья, не нарушая молчания принялась вставать с кровати, находя при этом опору в моём плече. Как завороженный поражающим воображение зрелищем преследую каждое движение Элиссу, отвечая безмолвными кивками на каждый порядок её фраз. Вдруг замолчала, по прищурившемуся взгляду я понимал, что где-то прокололся и случайно согласился с тем, с чем вероятно не должен был соглашаться. Хитрая девчонка, снова ловко подловила меня. - Я спрашиваю, сколько ложек сахара тебе? – раздражённо повторила она. - А? – мысленно глубоко выдыхаю. – Две… две ложки, спасибо. - Проснись уже наконец. – пробормотала Элиссу, уходя на кухню. И конечно я мог бы ругать себя за «счёт ворон», если бы не та улыбка, которую она едва сумела скрыть до того, как повернулась спиной. Да и разве можно меня винить в том, что на девушку засмотрелся? К такому зрелищу с утра пораньше нельзя привыкнуть. До ноздрей уже доносится запах кофейных зёрен, похоже, жизнь постепенно налаживается.