Сожги дотла мои воспоминания

В помещении царила полная тишина, несмотря на то, что людей заметно прибавилось. Легкие Джинн наполнились тяжёлым воздухом, заполнившим помещение, она чувствовала себя крайне неловко, ощущая на себе взгляды стольких пар глаз. Светловолосый парень, скрестив руки перед собой, внимательно следил за темноволосым мужчиной, который с особой любознательностью осматривал Джинн. — Вместо того, чтобы написать отчёт, я весь вчерашний день просидел в таверне, — парень наклонился к сидящей и заглянул ей в глаза своим открытым глазом. Второй был спрятан под повязкой. Гуннхильдр осмотрелась, и понимая, что все окружающие ждут от неё хоть какой-то реакции, неуверенно ответила: — Я думаю, что это плохо. Возможно, вам следует быть более ответственным. — Да, действительно амнезия, — обречённо констатировал парень, поворачиваясь к блондину, — И что скажешь? Ты можешь это исправить? — Алхимия не может возобновить функцию памяти. Она полностью утратила способность воспроизводить предшествующие события, вероятно, в следствии обретённой травмы, всё что мы можем сделать — это надеяться, что в скором времени воспоминания вернуться. Господин Дилюк, не могла ли она сильно удариться о что-то под водой? — Не обращал внимания, — прохладно ответил мужчина, оперевшись спиной о стену. — Дааа, нашему герою… кхм… — прочистив горло и кинув многозначительный взгляд в сторону нахмурившегося Дилюка, парень лукаво растянул последнее слово, прежде чем продолжить, — было явно не до рассмотрения подводных пейзажей. Хорошо, что у города есть такой человек, оказывающийся там, где нужно, в самый подходящий момент. — В любом случае, это не так важно, — спокойный голос блондина прервал двух молодых людей, бросающих молнии друг в друга взглядом, — Память уже потеряна, нет смысла искать причины. Сейчас куда более важно придумать, что мы скажем людям. Магистр Джинн больше не сможет исполнять свои обязанности. Короткий всхлип послышался с отдалённого угла комнаты. Тихонько наблюдавшая за всем девочка расстроенно прикусила нижнюю губу, сдерживая нахлынувший поток слёз, стремительно рвавшийся наружу. Джинн совершенно не понимала что их связывало в забытом прошлом, но по поведению девочки уже сделала выводы, что были они весьма близки. Из всех присутствующих именно эта маленькая священнослужительница искренне беспокоилась за неё больше всех. По крайней мере, она была не в состоянии скрыть свои эмоции. — Альбедо, не нужно спешить. Пусть Барбара отведёт сестру домой, а мы с Кейей займёмся всем тем, что должна была выполнить Джинн. А уж что сказать рыцарям — подумаем завтра, — отозвалась до этого молчавшая русоволосая женщина, лукаво улыбнувшись. — Вынужден согласиться с Лизой, — подал голос Дилюк, — Выбирать нового действующего магистра, когда в городе полно фатуи — рискованно. Неудивительно, если они воспользуются замешательством Ордо Фавониус и используют ситуацию ради своей выгоды. — Что ж, пусть будет так, — согласился блондин, — Однако рыцари всё равно очень быстро узнают о потере памяти действующего магистра. Распространение слухов — вопрос времени. Уверен, что уже на следующий день город будет гудеть. — Ну и пусть, — вновь вступила в спор Лиза, — То, что она потеряла память, ещё не значит, что она не в состоянии исполнять свои обязанности. Я всё ей объясню и расскажу, уверена, Джинн схватит всё на лету. Девушка мягко улыбнулась и посмотрела на свою подругу. Отчего-то именно от этой молодой женщины Джинн не ощущала никакой угрозы или напряжения, наоборот, её елейный голос успокаивал и всё давление резко спадало. Сидеть сейчас в каком-то здании и слушать, как несколько незнакомых человек в открытую решают её судьбу было крайне неловко и неприятно, хотелось прямо сейчас задать всем этим людям кучу вопросов, узнать кто они, кем ей приходятся и, что самое главное, кто же такая она. Сложно было что-то понять с их разговора, но что точно сообразила Джинн, так это то, что она кто-то очень важный. Она не решалась вставить и слова, лишь молча слушала, что обсуждают молодые люди. Они так и не дошли к однозначному выводу, но решили послушать русоволосую даму и разошлись каждый по своим делам, оставив Джинн наедине с маленьким пастором. Девочка аккуратно взяла Гуннхмльдр за руку и заставила ту встать с кушетки, — Давай я покажу тебе твой дом. Выходя из комнаты, магистр ордена внимательно осматривала архитектуру здания и сама для себя мысленно подтвердила, что всё это время они находились в церкви. На улице же первым, что бросилось глаза, была высокая статуя, стоявшая прямо напротив собора. Под ней собралось много людей, слушая песни маленького барда. Весь путь до дома окружающие воодушевлённо улыбались, когда видели Барбару и действующего магистра, потому Джинн приходилось доброжелательно улыбаться и кивать головой в знак приветствия. Тем не менее, до дома они добрались относительно спокойно. Как оказалось, её дом находился не так и далеко от церкви, всего-то следовало спуститься чуть ниже в город. Внутри они поднялись на второй этаж и остановились перед закрытой дверью, юная светло-русая девушка присела, наколдовала в руке небольшой водный пузырь и направила его в щель под дверью. Вскоре она вытянула магией металлический ключ, победно улыбнувшись, она принялась открывать дверь. — Ты всегда оставляешь запасной ключ под ковриком внутри квартиры. С твоими способностями, притянуть его через щель не сложно, — объяснила она, расправившись с замком и проходя внутрь. Джинн неосознанно положила ладонь на стекляшку, болтающуюся на поясе слева. У неё не было сомнений, что девушка говорила именно о её глазе Бога. Она не совсем помнила, как именно его использовала, но точно знала что же это за предмет. Заметив этот жест, Барбара сразу же спросила: — Ты помнишь что это? — Да. Кажется. — задумчиво протянула она, — Не помню, за что его получила. Но знаю, что это такое. Юная девушка улыбнулась, продвигаясь дальше в комнату. К сожалению, она сама не знала, как же старшая сестра получила глаз Бога. Джинн никогда об этом не рассказывала, а она и не спрашивала. Отвлекать всегда занятую сестру уж точно не хотелось, да и иногда ей казалось, что они не настолько близки, чтобы она могла спрашивать о настолько личных вещах. Гуннхильдр начала осматривать свою собственную квартиру, пытаясь вспомнить хоть что-то из прошлого. Её преследовало чувство, что она в состоянии вот-вот вспомнить столько деталей, но как бы мозг не напрягался, в памяти не всплывало ничего. Всё казалось незнакомым и нереальным, внутри бушевала паника, которую не хотелось показывать кому-либо, а страх заполнил мысли. Что, если она так ничего и не вспомнит? Комната была достаточно маленькой, хоть и вполне себе просторной. После небольшого коридорчика, в комнате можно было заметить книжную полку, несколько тумбочек и полочек, на которых стояли, на первый взгляд, ненужные элементы декора, в углу возле окна красовалось большое пушистое растение, а совсем в конце находилась двуспальная кровать, прикроватные тумбочки и шкаф. Подойдя ближе к одной из полок, Джинн взяла в руки стоявшую на ней фотографию, на которой была изображена она вместе с Барбара. — Меня зовут Барбара. Мы — сёстры, — наконец вспоминала девушка, что пора бы объяснить сестре что к чему. — Мы живём здесь вместе? — Нет, я живу в соборе с другими сёстрами. Наш семейный особняк, в котором осталась мама, находится слишком далеко, поэтому ты переехала сюда одна, так как выполнять обязанности магистра удобнее всего в городе, — объяснила она. Почему-то меньше всего девушке хотелось ошеломлять ещё и мать, которую она тоже не помнит. Она не знала, в каких они отношениях с ней, но уж точно была не готова смотреть в глаза ещё одному близкому человеку и видеть в них сожаление, но не испытывать при этом никаких чувств. По большей части сейчас ей всё равно на тех, кто находится рядом, так как ни одного человека девушка не помнит. — Что со мной случилось? — увидев, как растерянно забегали глаза сестры, Джинн вновь обратилась к ней, — Ты сказала, что это из-за тебя. Что я потеряла память из-за тебя. Почему? Губы девочки задрожали, как и её руки, которыми она сжимала подол платья. — Ты отправилась разбираться с магами бездны в лесу. И сказала мне сидеть в соборе, но я… Ослушалась. — Виновато произнесла она, избегая глаз сестры. — Несмотря на то, что почётный рыцарь отправился следом, я решила, что моя помощь не помешает. Из-за меня ты отвлеклась и упала с большой высоты в воду, чудом не разбившись. Если бы не господин Дилюк, то… — она замолчала, прикусив нижнюю губу. — Тот мужчина. Это он меня спас. — утвердительно заявила Джинн, подходя к ещё одной двери. — Он так быстро пронёсся мимо меня, всё что я успела увидеть перед тем, как поверженные маги бездны упали без сознания на землю — сильную вспышку огня. А потом он скинул с себя сюртук и обувь, и прыгнул в воду. К сожалению Джинн, как бы она не пыталась восстановить в памяти полученную только что информацию, получалось у неё плохо. Она даже почувствовала головокружение, когда очередной раз напрягала голову, и опёрлась на ручку двери, которую вот-вот открыла, чтобы узнать что за той скрывается. Оказалось, что за ней находилась всего лишь кухня. Услышав всхлипывания позади, Гуннхильдр резко обернулась. Барбара, вытирая текущие слёзы, почти шёпотом раз за разом повторяла одно же то же слово: «прости». Впервые за эти несколько часов Джинн почувствовала укол в самое сердце. Всё тело будто сжалось, а сердце заныло. Образ плачущей сестры, которой на вид не больше 14 лет, вывел её из состояния равнодушия за секунды, и хоть она не чувствовала ничего к этому человеку, ей стало безумно жалко девочку, которая так близко к сердцу восприняла всю эту ситуацию. Сев на корточки, чтобы их с Барбарой глаза находилась на одном уровне, Джинн медленно убрала её маленькие ладошки, влажные от слёз, с лица и крепко сжала их в своих руках. — Ты не виновата и я вовсе не виню тебя. Уверена, будь у меня память, я бы всё равно и подумала бы тебя винить. — решительно молвила светловолосая, заглядывая своими голубыми глазами в такие же глубокие и светлые глаза сестры. — Желание помочь — это очень благородно. И ты молодец, что нашла в себе смелость отправиться туда, однако впредь обещай, что будешь осторожнее и не будешь подвергать себя опасности. — Хорошо, — всё ещё дрожащим голосом ответила Барбара, сдерживая слёзы, — Прости. Обхватив шею сестры, девочка ещё раз протяжно всхлипнула. Джинн была совсем не готова к резким объятиям и на секунду замешкалась, перед тем как обнять Барбару в ответ. Лишь после этого она почувствовала, как её тело всё реже содрогается. По телу разлилось тепло от мысли, что пусть она и не помнит, но есть люди, которые её искренне любят. И именно поэтому она для себя твёрдо решила во что бы то ни стало вернуть всё как есть, прилагать все усилия, чтобы стать той Джинн, которую все привыкли видеть. Она должна постараться. Ради тех, кто окружает её.

***

После того, как ушла Барбара, Джинн первым делом сняла с себя броню и надела более подходящую для дома одежду. Хоть её тело и голова побаливали, она всё равно принялась осматривать все свои ящики и шкафы, чтобы хоть примерно понимать, кем же она являлась в своей прежней жизни. Первое, что она отметила, это идеальный порядок в доме. Каждая вещь лежала чётко на своём месте и не было ни единого предмета, который не вписался бы в обстановку. Одежды у неё почти не было: в шкафу было лишь парочку лёгких вещей, и ещё один комплект рыцарской формы, похожую на ту, что сегодня была на ней. Вспоминая о сестре, Джинн не могла также не вспомнить о том парне. Кажется, он вовсе не являлся рыцарем, но и обычным жителем города его трудно было назвать. Барбара сказала, что он одним движением победил врагов, которых она не смогла. И пусть она с трудом представляла, с какими же «магами» ей пришлось сражаться, и почему эти, как она считала, люди на неё напали, но сомнений в том, что этот красноволосый мужчина был невероятно силён у неё не было. Мало того, он бросился за ней в воду. Много ли людей спрыгнут с обрыва ради кого-то незнакомого? Точно нет. А значит их что-то связывало, возможно, они хорошие друзья. И это ей ещё предстоит выяснить завтра, как только она отдохнёт как следует. Ночь прошла на удивление гладко, кровать оказалась невероятно мягкой и удобной и Джинн показалось, что это первая знакомая и привычная ей вещь за последние сутки. Спать было настолько приятно, что она и не собиралась вылазить из постели, если бы не услышала настойчивый стук в дверь, заставивший её лениво подняться с кровати и побрести к двери. — Доброе утро, дорогая. Надеюсь, что ты уже давно проснулась, сегодня нас ждут великие дела, — Неизвестным посетителем оказалась Лиза. Девушка по-хозяйски зашла в апартаменты, виляя бёдрами, снимая головной убор и кладя тот на тумбочку в прихожей. — Надеюсь, ты уже завтракала, — женщина села на диван, положив ногу на ногу и выпрямив спину, — Хотя выглядишь так, будто только проснулась. — Так и есть, — Джинн почувствовала укол совести, хотя и понимала, что это не её ошибка. Если она и должна была проснуться пораньше, то об этом её было бы хорошо предупредить. — Что ж, тогда зайдёт к Саре и позавтракаем. Джинн достала из шкафа свою рыцарскую форму и оглянувшись на гостью, озвучила весьма вразумительный вопрос: — Извините, возможно это покажется Вам нетактичным, но… Вы кто? — Твоя самая прекрасная подруга, конечно же, — с улыбкой произнесла Лиза, после чего повернулась к девушке спиной, увидев как та смущенно прижимает одежду к телу, — Мы познакомились, когда я заступила на пост библиотекаря. Ты на тот момент уже возглавляла Ордо Фавониус. Ты поменяешь магистра Варку, пока тот находится в экспедиции. — Вот как… — задумчиво протянула девушка, находясь в водовороте своих мыслей. Каждый новый кусочек информации всё больше ей рассказывал о её жизни. Натянув мантию в самом конце, Джинн подошла к выходу и Лиза, заметив это движение, поспешила покинуть квартиру следом за подругой. Медленно гуляя по городу, Лиза рассказывала про Ордо Фавониус, город и обязанности рыцаря, пока магистр старалась максимально вникнуть в суть. Одновременно с этим женщина даже успевала проводить коротенькую экскурсию по городу и показывала где что находится. Сегодня, пусть окружающие периодически и обращали внимание на девушек, но всеобщий интерес не был настолько велик, как вчера, когда они точно так же шли вдоль улиц вместе с Барбарой. Увидев красивый букет цветов, Лиза поспешила купить один, чтобы, как она сказала, поставить на стол в библиотеке и украсить рабочее место. Маленькая девочка собрала красивую композицию и Минчи поспешила протянуть монеты. В этот момент Джинн сосредоточенно изучала новую местность и старалась запомнить дорогу домой. «Ах, господин Дилюк…» — томный женский голосок послышался откуда-то сверху и светловолосая, услышав знакомое имя, неосознанно стала бегать глазами по местности. Её взгляд остановился на молодой девушке, которая мечтательно рассаживала ростки по горшкам, периодически вздыхая и произнося имя мужчины. «Город маленький, вероятно, его знакомая. Близкая знакомая.» Покачав головой, вышвыривая посторонние мысли, Джинн снова постаралась сфокусироваться на наставлениях Лизы, но почему-то как бы не старалась, постоянно отвлекалась на того красноволосого парня. Вчера он он и словом не обмолвился, сдержанно стоял поодаль от неё и, кажется, даже ни разу не взглянул в её сторону. Он очень статен, аристократичен и красив, уж это заметила бы любая девушка, стоило ей лишь раз взглянуть на него. Когда подруги подошли к небольшому сооружению с названием «Охотник», Лиза взяла на себя смелость заказать им обеим еду на свой вкус, а Джинн же заняла одно из мест на улице. Заказ принесли довольно быстро и отведав блюдо, светловолосая поразилась, насколько же невероятно вкусным оно было. В том, что Лиза тот человек, с которым она частенько проводила время, сомнений не осталось, ведь только близкая подруга может так хорошо знать предпочтения другой. — Лиза, ты можешь рассказать что-то о Дилюке? — Дорогая, не знай я, что он тебя спас, подумала бы, что он тебе понравился, — фраза подруги заставила лицо покрыться румянцем и Джинн быстро закивала в разные стороны, что только рассмешило Минчи, — Не переживай ты так, я всего лишь пошутила. Помнишь ты что-то или нет — ты всё та же Джинн, так что уверена, что ты не станешь страдать по нашему самому завидному холостяку, как вся остальная женская половина Мондштадта. — Он очень популярен? — Мягко сказано, — хмыкнула женщина. Больше Джинн решила не доставать подругу расспросами, а тем более не хотелось, чтобы та подумала о том, что Джинн заинтересовалась этим парнем. Да, она заинтересовалась. И она отдавала себе отчёт, что со всех присутствующих единственный, кого она заметила и о ком ей хотелось узнать побольше — Дилюк. Конечно, её интерес был обусловлен тем, что мужчина её спас от смерти и только это её и притягивало. По крайней мере, она предпочитала так думать.