Burn the remnants of the past

— Я тебя слушаю. Или помолчать решил? В таком случае могу показать, где выход. Один ты знаешь, а второй — окно. Дом высокий, как раз подойдет, — Тэ говорил грубо, может в каких-то местах перегибал. Он не мог успокоиться, был на взводе еще с момента их встречи в кафе. Юнги понимал, что Тэ волнуется за лучшего друга, который попал в больницу, и нападение — его защитная реакция. Мин не поддавался излишним эмоциям и игнорировал колкие фразы в свой адрес. — Я хотел нормально поговорить, — старший открыл бутылку и налил алкоголь в два стакана. — Снова будешь нести чушь про его родителей? — Чонгук сам мне сказал, что его папа работает адвокатом, а мама директор крупной компании, — сказал Юнги и одним глотком осушил стакан. Мин прикрыл глаза, ощущая, как внутри растекается тёплая жидкость, немного обжигая горло. — Сказал, что у него есть младшая сестра, которая еще учится в школе, бабушки, дедушки… — Мин сделал паузу и налил в стакан еще. — Он мне практически в мельчайших подробностях описал сестру. От внешности до характера, будто она действительно существует. Понимаешь? Я хоть и бываю сволочью, но чувства и человечность присутствуют, особенно, если дело касается семьи. Если бы я знал, ни в коем случае не говорил так, — Юнги вздохнул и выпил еще. Тэхён слушал Юнги и осознавал, что Чонгук действительно мог наврать насчет семьи. Он мечтал об этом: о маме и папе, младшей сестренке, которую бы защищал ото всех. Так же Чон мечтал о бабушках и дедушках, к которым мог бы прийти и те его накормят, напоят, после чего уложат спать и скажут: «Не волнуйся, всё будет хорошо, дорогой» Тэ улыбнулся своим мыслям, а после, выпил и поставил стакан обратно на стол. В глубине души Ким понимал, что Юнги знать не знал о правде, которая окажется противоположностью того, во что Чонгук заставил поверить. — Я тоже в своей жизни пережил много дерьма. Я не родился с золотой ложкой во рту. То, что я сейчас имею, заработал своим трудом, — вздохнул Юнги и выпил третий стакан, смотря на Тэхёна. Его состояние напоминало разбитый стакан, который разлетелся на тысячи осколков. Таким Юнги никто не видел. — У меня нет сил и желания скрывать себя. Себя настоящего… Поэтому послушай и не перебивай, — Мин сделал паузу и продолжил. — Когда я был подростком, мне хотелось писать музыку, пойти в агентство, продвигаться, как айдол. Я писал, читал рэп, записывал диски и продавал за копейки, чтобы прожить. Пошел в агентство, мне тогда было девятнадцать. Меня взяли туда трейни и собирались создать группу. Родители были категорически против этой, как они говорили, дурацкой затеи. «Нужно иметь достойную профессию, чтобы прокормить свою семью, а не скакать на сцене и быть марионеткой людей» но я их не слушал. У меня всё было на столько плохо, что мне приходилось выбирать между покушать и билетом на автобус. Я подрабатывал в доставке, ездил на мопеде и развозил еду. Как-то раз по вине водителя, который поехал не на свой свет, меня сбили. Врач сказал, что нужно делать операцию на плечо, иначе со временем будет только хуже. Мне пришлось уйти с агентства, потому что я рассказал им про плечо. Они меня выгнали, так как не было возможности оплатить лечение, а самому денег найти тем более не было, — Юнги сделал паузу. Было видно, что ему трудно сдерживать эмоции, но он не сдавался и не давал им волю. — Писать музыку я не перестал до сих пор, но айдолом так и не стал. По жизни я влезал во всякие ситуации, которые были очень рисковые. Не буду вдаваться в подробности, но из-за одной такой ситуации я подверг опасности мою младшую сестру. Мин Наён, шестнадцать лет. Было. Я потерял её, когда мне было двадцать и с тех пор я понял, что люди — это мусор, которым нужно пользоваться. Я открыл кафе, используя связи, заводил знакомства только выгодные, общался с теми людьми, с которыми можно сотрудничать. Я стал тем, кем есть сейчас. Холодный, безэмоциональный и расчетливый, — остановил свой монолог Мин и налил в стаканы еще. Тэхён не мог поверить, что Юнги сейчас, можно сказать, исповедуется. Ким был в немом шоке, но на эмоциях ничего не показывал и лишь слушал старшего, не желая перебивать. Тэ пил на равне с Мином, стараясь контролировать свое состояние, чтобы не выпить лишнего. — Когда я встретил Чонгука, во мне не сразу, но проснулись чувства. Хотелось позаботиться о нем, обнять и сберечь от всех бед. Таких чувств я не испытывал никогда, особенно по отношению к парням. К сестре были чувства схожие, но не такие. Я понимал, что она моя любимая, родная сестренка, которую я бы защищал до самого конца. А к Чонгуку я почувствовал другое, что меня напугало. Я не хотел его использовать, ни в коем случае. Просто так получилось… — Стоп, — перебил его младший. — То есть ты переспал с ним, скорее всего наговорил ему чего-то, и из-за этого он попал в больницу? — возмутился Тэ и нахмурился. — А я то голову ломаю, что же у него там произошло, что он довел себя до такого состояния. Хоть с жизнью не покончил, и на том спасибо… — возмущался Ким, наблюдая за старшим. Злость, которая утихала, снова стала возвращаться и парень старался сдерживать её, чтобы не натворить глупостей. — Что? В какой он больнице лежит? Мне нужно с ним поговорить. Срочно… — Юнги встал с места. — Ты не поговоришь с ним, — твердо заявил Ким. — Я просто хочу ему кое-что сказать. Отвечать или не отвечать, это его дело. Я не прошу об этом. — Хотя… — задумался Тэ. — Ладно, завтра поедем и ты с ним поговоришь, — кивнул парень. — Хорошо. Я домой… Напиши утром, во сколько и какая больница, — Юнги пошел на выход. Парень говорил поникшим голосом, словно из него высосали всю жизненную энергию и не оставили ни капли. *** Юнги пришел домой словно на автопилоте. Он и сам не понял, как оказался около двери в квартиру. Все мысли были заняты одним единственным человеком, который никак не хотел уходить с головы, сердца и души. Мин открыл дверь и сразу же направился в душ. Он хотел поскорее смыть прохладной водой то, что его тревожило. То, что заставляло чувствовать вину. То, что говорило… Кричало о том, чтобы Юнги переступил через глупую гордыню и набрал номер Чонгука. Сказал ему всё, что думает и в конце концов просто извиниться за такое глупое, детское поведение. Юнги взял телефон, вышел на балкон и разблокировал его. Он взял упаковку сигарет, которые лежали на полочке и закурил. Ночной, прохладный воздух, тишина и спокойствие, которое так сильно не хватало Мину на протяжении многих лет. Парень смотрел на дисплей телефона, а после, нажал на вызовы и нашел контакт: «Чонгук~и🐰». Фото на иконке было сделано случайно, когда они встретились по поводу проекта. На фотографии Чонгук пил кофе и сосредоточенно смотрел на экран ноутбука, вчитываясь, чтобы не пропустить ошибку. Юнги улыбнулся этой фотографии и нажал на вызов. Сердце забилось быстрее и резко бросило в жар. С брюнетом такого никогда не было и он вовсе не понимал, что это за чувство и как им управлять. На том конце автоответчик повторял запись, которая оповещала о выключенном телефоне. Мин вздохнул и заблокировав телефон, положил его в карман. Когда он докурил, Юнги вернулся в квартиру и взял гитару, которая аккуратно стояла на подставке, после чего лег обратно. Наигрывая неизвестную мелодию, Мин думал о Чонгуке, вспоминая его милые привычки, голос и внешность. Парню понравилась мелодия, которая получалась и он решил записать её в нотную тетрадь, которая всегда лежала у него под рукой. Юнги лег на подушку, когда закончил писать ноты и укутался теплым одеялом. Парень заснул с мыслью, что завтра обязательно скажет всё, о чем так долго молчал. *** На следующий день, когда Тэ проснулся и привел себя в порядок, он набрал Юнги и сказал, что скоро заедет за ним. Парень не сообщал ему всех подробностей и поэтому, спустя полчаса, Ким подъехал к дому Мина. Тот уже ждал младшего и когда он приехал, сел в машину на переднее сидение. Парень выглядел бледнее обычного, одет не так пафосно, как обычно, да и в целом, от него не исходила такая энергетика, как каждый день. — Почему ты не сказал, я бы сам приехал, — сказал Мин, а Тэ развернулся и поехал. — Потому что эта больница находится не в Сеуле, — кратко ответил Ким. — Что? Где тогда? Тэхён, где Чонгук? — Мин стал переживать и представлять в голове разные сценарии, которые пугали. — В Тэгу, — ответил Тэ и сделал музыку громче. Парень выехал на шоссе, которая вела прямиком в город назначения.