Глава 15: Отправная точка
2 июня 2022 г., 15:54
Ягами вернулись в Японию, и спустя неделю Лайту пришлось признать, что он очень по ним скучает.
Днём ему удавалось отвлечься, он с головой окунался в работу или ходил по особняку, исследуя каждый его уголок, но сейчас, лёжа в постели и слушая тихое уханье сов, он понимал, как сильно ему не хватает родных.
Что они сейчас делают? В Японии середина дня. Сестра, наверно, в школе, а мама? На курсах флористики или убирается в доме? Отец, скорее всего, на работе, он снова вернулся на должность начальника полиции.
— Ммм… Лайт? — сонно пошевелился Эл и открыл глаза. Лайт протянул руку, погладил его по пушистым волосам.
— Извини, если разбудил, любимый. Спи дальше.
Эл совсем проснулся и сел, внимательно изучая печальное лицо Лайта. Тот продолжал отрешённо смотреть в окно.
«Скучает по семье», — понял Эл, придвинулся к нему вплотную и тоже стал слушать крики сов.
— Здесь так спокойно по ночам. Дома не слышно ничего, кроме рёва машин и поездов. Никаких сов… Совы меня успокаивают.
Эл накрыл его ладонь своей, переплёл с ним пальцы.
— Ты тоскуешь по дому, бедный мой. Не стыдись в этом признаться, тебе ведь только девятнадцать, и ты впервые оказался вдали от семьи. Англия очень сильно отличается от всего, к чему ты привык.
— Ты прав. Мне их не хватает. Кажется, это первый раз, когда я признаюсь в этом. Не хотел, чтобы ты посчитал меня ребёнком или вроде того.
Эл обнял его и нежно поцеловал в лоб.
— Я никогда бы так не подумал. Когда я приехал в Японию расследовать дело Киры, я чувствовал себя точно так же. Ты очень храбрый и целеустремлённый. Ты блестяще справляешься с ролью моего рыцаря и отлично освоился в доме Вамми. Не суди себя очень строго, ладно?
Лайт уткнулся носом ему в шею и улыбнулся.
— Ты всегда помогаешь мне почувствовать себя лучше. И ты прав, как всегда. Я постараюсь не зацикливаться на этом.
Эл принялся ласково гладить его по мягким каштановым волосам. Постепенно дыхание Лайта выровнялось и он заснул. Эл пометил себе не забыть поменять расписание, чтобы Лайт смог чаще общаться с семьёй. Прокручивая в голове события, произошедшие за последний год, он в который раз изумился тому факту, что человек, когда-то державший за горло весь мир и жаждавший убить его самого, стал теперь его женихом и сейчас мирно спит в его объятиях.
«Забавный старый мир», — подумал Эл, улыбаясь и уносясь в царство сна под негромкое уханье сов.
***
На следующий день Лайт выглядел намного счастливей. Эл позаботился выделить ему как можно больше времени для общения с родными и попросил Сатико отправить для Лайта посылку-сюрприз. Не прошло и часа, как Сатико ответила ему, что уже отправила целых две посылки, по одной для каждого из них. Эл как раз наслаждался здоровым завтраком, а именно блинчиками с сиропом, когда в его кабинет вошли Лайт и трио. Он улыбнулся с набитым ртом. Его наследники делали всё возможное, чтобы Лайт чувствовал себя как дома, даже Мелло теперь общался с ним вполне по-дружески. — Доброе утро, — Эл махнул вилкой в сторону компьютера. — Готовы результаты промежуточных экзаменов. Молодцы, вы отлично справились. Мелло бросился к компьютеру и разочарованно вздохнул. Он в очередной раз оказался на втором месте. Ниа, как всегда первый, едва заметно улыбнулся и накрутил на палец прядь волос. Мэтту же, похоже, было всё равно, он был слишком занят, что-то печатая в своём телефоне. — Не хмурься, Мелло. Вы трое — наши наследники, и я не буду выбирать между вами. Если со мной или с Лайтом что-нибудь случится, вы будете работать вместе, как я вам уже говорил. И никакие тесты этого не изменят, — успокаивающе проговорил Эл и взъерошил Мелло волосы. Тот немного воспрянул духом и улыбнулся. — «Наши наследники»? Значит, Лайт теперь стоит перед нами? — поинтересовался Ниа. — Он станет моим мужем, так что да. Теперь он мой партнёр, как и вы трое. И хотя я искренне надеюсь, что никакой беды не случится, но в случае чего я ожидаю, что Лайт займёт место L. — Справедливо, — кивнул Ниа. — Что у нас на повестке дня? Эл указал на высокую стопку документов. — Это полученные запросы. Я хочу, чтобы вы показали Лайту, как мы выбираем, за какие дела браться. Я через минутку присоединюсь, только закажу кое-что… Лайт ухмыльнулся, зная, что Эл наверняка хочет заказать новые аквариумы для внуков. — Не забудь те украшения в виде капкейков, которые тебе понравились, — напомнил он. Эл добавил украшения в корзину, посмотрел на трио, и под его пристальным взглядом мальчишки немедля метнулись к документам и усердно принялись объяснять Лайту критерии отбора. Эл убедился, что жених занят, и начал искать для него кольцо вечности. Ему очень хотелось подарить Лайту доказательство своей преданности. Но он, конечно, ни за что не станет вручать кольцо у всех на глазах. Лайт увлечённо просматривал стопку бумаг. Он был поражён теми критериями, по которым Эл отбирал дела, а также тем, сколько запросов ему приходило каждый день. Эл уже говорил ему, что обычно он игнорирует порядка 98% дел, но даже оставшиеся два процента не оставляли ему свободной минутки. Эл в конце концов нашёл идеальное кольцо. Оформив заказ, он подошёл к парням, быстро просмотрел заявки, но ни одна не привлекла его внимания. Убогие грабители, мелкие правонарушители и скромные убийцы… — Я не возьму ничего из этого, — Эл выбросил бумаги в мусорную корзину. — Такие дела вполне по силам местной полиции и правительственным агентствам, не будем тратить на них свои ресурсы. Полагаю, это значит, что у нас есть время расслабиться, пока не появится что-нибудь стоящее. С этими словами он забрался на стул и принялся крутиться вокруг своей оси. Лайт без возражений уселся рядом. Во время расследования дела Киры у них тоже случались спокойные дни. Мальчишки, казалось, были вполне довольны нежданным выходным. Ниа листал книги по психологии, Мелло гуглил компании по производству бельгийского шоколада, а Мэтт во что-то играл на телефоне. Лайт полез читать электронную почту. Первое письмо было от сестры. Саю прислала ему фотографию, на которой она стояла рядом со своей хоккейной командой и держала в руках кубок. Привет, брат! Я по тебе скучаю! Представь, мы наконец-то выиграли!!! Я хорошо учусь, а ещё посещаю курсы по оказанию первой помощи, чтобы стать школьным фельдшером (Я уже написала письмо Рю, где всё-всё рассказала)! Поскорее напиши мне ответ, Лайт! С огромной любовью, Саю. P.S. На днях на ужин приходили Миса и Рьюга. У Мисы тоже есть кольцо, но не такое красивое, как ваши :Р Она просила передать, чтобы ты и Эл «ответили, чёрт возьми, на её сообщения, а не то!..» «Да, да», — Лайт пометил письмо сестры, чтобы не забыть на него ответить, и перешёл к письму Мисы. Ни он, ни Эл его ещё не читали. — Миса нам написала, — сообщил Лайт, ногой останавливая вращение стула. — Да? И что мисс Амане говорит? — полюбопытствовал Эл, держа за щекой вишнёвый леденец. — Она говорит… о, боже, мне что, читать это, повизгивая? — ужаснулся Лайт, глядя на БЕСЧИСЛЕННЫЕ КАПСЛОКИ, КУЧУ ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫХ ЗНАКОВ И КОШМАРНУЮ ГРАММАТИКУ. — А ты как думал? — усмехнулся Эл. Мальчишки, перестав делать то, что они делали, с интересом переглянулись. Лайт как следует откашлялся и начал, подняв голос до фальцета: — ЛААААЙТ!!! ЭЛ! Я ТААААК ПО ВАМ СКУЧАЮ, РЕБЯТА!!! КАК ВЫ? ТВОЯ МАМА СКАЗАЛА, ЧТО ВЫ ТЕПЕРЬ ПОМОЛВЛЕНЫ, ЭТО ТАК КРУТО, ЧТО ТАКОЕ МОЖНО В АНГЛИИ!!! Я ЖЕ ПЕРВАЯ В ОЧЕРЕДИ НА ВЫБОР ПОДРУЖКИ НЕВЕСТЫ? МЫ С РЬЮГОЙ ТОЖЕ ПОМОЛВЛЕНЫ, ТАК ЧТО ВЫ ОБА БУДЕТЕ НАШИМИ ШАФЕРАМИ, ДА?! ПУСТЬ ЭЛ ТАМ ТОЖЕ ЧИТАЕТ СВОИ ЛИЧНЫЕ ИМЕЙЛЫ, Я В КАЧЕСТВЕ ПРЕДСВАДЕБНОГО ПОДАРКА ПОДПИСАЛА ЕГО НА ЕЖЕНЕДЕЛЬНИК «ЯПОНСКАЯ НЕВЕСТА». Я ЗНАЮ, ЧТО ОН НЕ ДЕВУШКА, НО МОЖЕТ, ПОЧЕРПНЁТ ОТТУДА КАКИЕ-НИБУДЬ ИДЕИ. К ТОМУ ЖЕ Я УЗНАЛА, ЧТО ОН ЗАПИСАЛ МОЕГО ХИДЕКИ НА КУРСЫ АКТЁРСКОГО МАСТЕРСТВА, ЭТО ОЧЕНЬ ПОДЛО С ЕГО СТОРОНЫ, ТАК ЧТО ЭТО МОЯ ЕМУ МЕСТЬ, МУА-ХА-ХА-ХА!!! СКУЧАЮ, ЛЮБЛЮ, ПОСКОРЕЕ ОТВЕТЬ МНЕ МИСА-МИСА — Боже праведный! — содрогнулся от ужаса Ниа. — Она что, всегда так разговаривает? — Нет, — ответил Лайт. — Обычно её голос звучит гораздо выше и писклявее, но у меня диапазона не хватает. — Господи Иисусе, — покачал головой Мелло. — Если мисс Пискля однажды решит приехать, ты предупреди заранее, мы свалим на недельку. Эл приподнял бровь, но всё же кивнул. Миса и Мелло определённо не будут хорошо сочетаться. — Чёрт, включите новости! В Сохо какой-то теракт! — вскричал вдруг Мэтт, поднимая глаза от телефона. Его лицо было бледным. — Выглядит довольно хреново… Эл, не теряя времени, вызвал Ватари и включил телевизор. Первые же кадры заставили его похолодеть. Раненые люди, кричащие и в панике бегущие кто куда. Улицы, покрытые обломками и залитые кровью. Горящие автомобили и огромное количество мёртвых тел, уже упакованных в специальные мешки. Повсюду кровь и хаос… Когда Эл заметил полицейского, слепо поднимающего с земли какой-то листок бумаги, он понял, что придётся вмешаться. — Грёбаные идиоты! — прошипел он. — Они же испоганят все улики! Лайт, выезжаем на место. Ватари будет вести переговоры от нашего имени, и если кто-то спросит, мы работаем на L. Парни, свяжитесь со всеми полицейскими структурами, особенно в районе Большого Лондона, скажите, что L будет вести это дело через своих агентов. — Ясно! — хором отозвались подростки, и в глазах Эла сверкнула гордость. — Мы скоро с вами свяжемся. Кей, вперёд. Отодвинув на задний план мысли о семье и друзьях, молодые следователи быстро покинули кабинет.***
Пока Ватари вёз их на место, Эл и Лайт изучали всю поступающую информацию. Уже появились слухи, что ответственность за теракт взяла на себя какая-то исламская экстремистская группировка. Эл невольно вспомнил, о чём говорил Саю, когда они только прилетели в Лондон. Как ни печально, Британия не была полностью мирной страной, и сейчас Эл был рад, что Саю улетела домой и не видит всего этого. Ему всегда было очень грустно думать о том, что в современном обществе до сих пор царит подобная раздробленность. «Все мы люди, у всех одна и та же кровь! К чему всё это?» — сердито думал Эл, пока машина подъезжала к заблокированной улице. За ограждением гудела толпа, люди требовали ответов. Эл просканировал место происшествия: семь полицейских машин, три пожарные, пять сгоревших автомобилей и целая куча журналистов, дерущихся за лучшие места. Шестнадцать тел, упакованных в белые мешки, позабыто лежали на земле. — Первые впечатления? — спросил он у Лайта, главным образом для того, чтобы отвлечь себя от растущего в груди раздражения по поводу многочисленных ошибок полицейских. — Судя по количеству погибших и сгоревшим машинам, не говоря уж о крови… думаю, террорист-смертник? — предположил Лайт, не отрывая взгляда от места происшествия. Неподалёку от них полицейский опустился на колени рядом с одним из трупов и принялся завязывать ему шнурки. Лайт со вздохом покосился на Эла. Детектив выглядел так, словно его ярость уже достигла точки кипения. — Ватари, объяви о нашем присутствии. Мне нужно, чтобы весь район был оцеплен. Никакой толпы. Никаких журналистов. Если нужно, пускайте слезоточивый газ, но пусть все уйдут. Мне нужно как следует оценить место происшествия. Господи, да они просто издеваются! — зарычал он. Натянув на голову капюшон и прикрыв большую часть лица маской, как он всегда делал, чтобы скрыть свою личность, Эл выскочил из машины. Лайт круглыми глазами смотрел, как он размашисто подходит к ближайшему офицеру. В своём гневе Эл был грозен и дьявольски горяч. — У него не очень хорошие отношения со столичной полицией, — пояснил Ватари, отстёгивая ремень безопасности. — Держись рядом со мной, пока я всё не улажу. — Понял. Ватари подошёл к офицеру, сверкнул значком и объяснил, кто они такие. Своё требование о запрете СМИ он высказал не терпящим возражений тоном, и всё, что оставалось полицейскому — согласно кивнуть. Эл пользовался поддержкой королевы и Парламента, и его слово было законом. — Я хочу, чтобы все покинули место происшествия. L берёт это дело в свои руки. По его приказу здесь не должно быть ни журналистов, ни толпы. В случае необходимости будет применена сила, так что рекомендую прислушаться к моей просьбе и разойтись по домам. Как только будет получена достоверная информация, она немедленно будет опубликована. Лайт поражённо наблюдал. Толпа недовольно зароптала, но послушно начала расходиться, даже журналистов оттеснили назад. Лайт ещё никогда не видел таких наглядных доказательств власти Эла. Тех немногих, кто пытался оспаривать его полномочия, немедленно переубеждали слезоточивым газом или перцовым спреем. — Я работаю на L и являюсь его доверенным лицом. Я уже дважды велел вам держаться подальше. С минуты на минуту сюда прибудут дополнительные силы для охраны территории. Все, кто не хочет лишиться работы, должны уйти немедленно, — прокричал Эл в мегафон, и его глаза полыхнули раздражением, когда несколько журналистов упорно отказались уходить. Последний залп слезоточивого газа прогнал и их. Эл терпеливо подождал, пока вызванные подразделения оцепят территорию, после чего приказал полицейским собрать у ждущей за ограждением толпы свидетельские показания. Едва те унеслись выполнять приказ, Эл повернулся к Лайту и протянул ему пару перчаток. — Следуй моим указаниям, Лайт. Я нисколько не сомневаюсь в твоём интеллекте и проницательности, но сейчас мы будем иметь дело с уликами, которые легко испортить. — Я готов учиться, — кивнул Лайт, натягивая перчатки. — Покажи, что нужно делать. Эл улыбнулся, и в его глазах снова блеснула гордость. Вместе они доберутся до сути этой трагедии.***
Спустя шесть часов кропотливых исследований, сбора улик и — самое мучительное — осмотра тел, Эл постановил, что взрыв был вызван действиями нескольких смертников. Во время проверки местности было найдено несколько фрагментов тел, которые Эл упаковал в мешки и отправил на экспертизу в Вамми. Пока Лайт был занят опознанием погибших, Эл связался с трио и уведомил, что Веди и Айбер скоро подвезут им тела и прочие улики для проведения экспертизы. Ниа, который был в этом одним из лучших, твёрдо заверил, что сделает всё возможное, чтобы Эл как можно скорее получил необходимые ответы. Эл закончил разговор, бросил взгляд по сторонам и почувствовал, как сводит живот. Неподалёку лежал совсем небольшой мешок. Ребёнок. Вопреки собственным недавним суждениям Эл опустился на колени рядом и осторожно расстегнул молнию на мешке. Это была девочка с рыжеватыми волосами и милой россыпью веснушек. Её большие зелёные глаза всё ещё были открыты, стеклянные и безжизненные, словно у куклы. — Они заплатят за это, малышка, — тихо пообещал Эл, закрывая ей глаза. Девочка умерла от удара в живот. Из раны торчали осколки, были видны внутренние органы… Рюк. Срочно нужен Рюк. — Лайт, побудь, пожалуйста, с Ватари. Я вернусь так быстро, как смогу. Не дожидаясь ответа, он быстро отошёл к эпицентру взрыва. Тротуар был обуглен. Сфотографировав его, Эл присел, словно рассматривая что-то на земле. — Рюк, сюда, — прошипел он, прекрасно видя шинигами, который, разумеется, потащился с ними и теперь пытался спрятаться за деревом. Рюк приблизился. — Я хочу попросить тебя об огромном одолжении. Можешь узнать что-нибудь о террористах? Чувствуешь что-нибудь? Шинигами без особого энтузиазма огляделся по сторонам и пожал плечами. — Рюк. Это очень важное задание, — напомнил ему Эл. — От этого зависит само существование твоих новых яблочных садов. В глазах шинигами зажёгся алчный блеск: — Да? В таком случае сейчас погляжу… Рюк снова огляделся и стрелой взлетел в воздух. Эл терпеливо ждал. Он подозревал, что Рюк сейчас высматривает того, кто может наблюдать за происходящим издалека, и повернул голову на север, к высотным зданиям. Мог ли сообщник террористов находиться сейчас там? — Рюк! — снова прошипел он. — Нашёл что-нибудь? Шинигами с широкой ухмылкой приземлился. — Я отличный детектив, скажи? Эл подавил жгучее желание закатить глаза. — Да, Рюк. Твоя помощь просто неоценима. Назови мне имя, и я подарю тебе новые сады. — Мохаммед Аль-Даджур, — оскалился Рюк. — Видишь вон то здание с тремя антеннами в ряд? Он там. Смотрит на тебя прямо сейчас. Эл облегчённо выдохнул и встал, в голове уже прокручивались варианты штурма здания. С воздуха? Пожалуй. Да, так будет лучше всего. — Блестящая работа, Рюк, — одобрительно сказал он, понимая, что шинигами нуждается в похвале не меньше, чем в яблоках. — Я очень рад, что ты мой партнёр. Глаза Рюка влажно заблестели. Ему очень нравилось помогать в расследованиях. Конечно, ему не было никакого дела до справедливости или погибших людей, зато ему почему-то было очень важно, чтобы Эл хорошо о нём думал. Он чувствовал себя очень довольным и счастливым, просто помогая ему. «Надеюсь, я к нему не слишком привязался, — забеспокоился он. — Он умён, и рядом с ним всегда интересно. Я не могу забрать его жизнь, так отчего же не поработать вместе с ним? Да к чёрту, одну сделку мы уже заключили, и старик ко мне не придрался. Значит, буду помогать и дальше…» — Эл, хочешь я слетаю туда и всё подслушаю? Могу даже на видео заснять… Детектив изумлённо округлил глаза. Рюк хочет сделать это для него? — Да, Рюк! Я буду очень тебе признателен, — Эл покопался в вещмешке и достал видеоаппаратуру, потом выглянул из-за машины, за которой прятался. Лайт с Ватари были заняты разговором с полицейскими. Тогда он быстро настроил оборудование, передал его Рюку и отправил его к высоткам, а сам спокойно вышел из укрытия. — Узнал что-нибудь? — спросил Лайт. Его лицо было бледным, почти пепельным. — Да. Кто-то следит за нами из вон того здания с антеннами. Будем штурмовать его с воздуха. Интуиция подсказывает, что скрывающийся там человек как-то связан с терактом, — он закусил губу. Ватари наверняка понял, откуда эта информация, но Лайт ни за что не догадается и начнёт задавать вопросы. Ему, конечно, никогда и в голову не придёт, что Эла может преследовать шинигами. Необходимо придумать правдоподобное объяснение. — Один из пострадавших был едва в сознании, он назвал мне имя. Мохаммед Аль-Даджур, — пробормотал Эл, чувствуя, как ложь горечью ложится на язык. Лайт перевёл взгляд на лежащие рядком мешки с телами. — Если остались живые, нужно взять у них… Эл прервал его взмахом руки. — Уже нет, Лайт. Полицейские оказались некомпетентны, не заметили, что один свидетель ещё жив. У нас нет на это времени. Ватари, вызывай вертолёты и пусть наземные подразделения блокируют все выходы из здания. — Сию минуту, — кивнул Ватари. Он догадался, что Рюк принял в этом участие. Шинигами несомненно заслужил свои сады… — Покиньте территорию! Никому ничего не трогать! — приказал Эл, когда они подошли к заграждению. — Будьте здесь и охраняйте граждан! Полицейские послушно вышли за ограждение, а на место происшествия одна за другой начали прибывать белые фургоны судмедэкспертов. — Чёрт возьми, Эл… это безумие… — шепнул Лайт, глядя, как с тротуара соскребают останки какого-то несчастного. — Знаю, не отвлекайся. Мы должны быть сосредоточены на деле, Кей, — твёрдо напомнил ему Эл. — Нужно попасть внутрь здания. Помешкав, он сделал знак Ватари, и тот подошёл к ним, неся небольшой кейс. Внутри лежал модифицированный лук чёрного цвета, гладкий и смертоносный. Эл взял его, закинул за спину колчан со стрелами. Лайт потянулся за пистолетом. — Готов, Кей? У Лайта захватило дух — Эл выглядел бесподобно! Бесстрашный, рисковый и неудержимый, не позволяющий чувству неуверенности встать на своём пути. — Готов. Я за тобой, — кивнул Лайт. Эл улыбнулся и, поддавшись искушению, дотронулся кончиками пальцев до этого юного, решительного лица. Вокруг них поднялся ветер — первый из трёх вертолётов готовился приземлиться. — Эл, те дети… — Лайт с трудом сглотнул. — Мы обязаны отомстить за них. Эл наплевал на протокол и сжал ладонь Лайта в своей. Сегодня его жених и напарник получает свой первый практический опыт работы. — Отомстим, Лайт, обещаю, — шепнул Эл, ещё раз сжал ему руку и отодвинулся. — При необходимости стреляй на поражение. Ты прекрасно владеешь оружием и может статься, тебе придётся это делать. Лайт мрачно кивнул. — Хорошо. Идём.***
Мохаммед Аль-Даджур с трудом сдерживал ухмылку, наблюдая, как эти никчёмные черви ползают по месту преступления, пытаясь разобраться в случившемся. Он всё продумал. Изготовил бомбы, нанял джихадистов, выбрал место для взрыва, а так же наилучшее время — шесть часов вечера пятницы. Наблюдая за терактом в бинокль, он убедился, что убил достаточно неверных, чтобы Аллах гордился им. Даже если он умрёт сегодня, место в раю ему уже обеспечено. Удовлетворённый своими действиями, он отвернулся от окна и подошёл к столу, в верхнем ящике которого лежали пистолет и фальшивый паспорт. Всё это наверняка ему понадобится. Теперь осталось только позвонить знакомым, чтобы они обеспечили ему безопасный проезд в Иран. Занятый телефонным разговором, он не заметил, что все его планы начинают неотвратимо рушиться. Три вертолёта были уже в пути. Когда они зависли над крышей, Эл встал и повернулся к сопровождающему их элитному отряду. — Он нужен живым. Я подозреваю, что именно он организатор теракта. Всех, кто будет мешать или нападёт, убивайте на месте. Разделитесь на группы по пять человек, займите каждый этаж и обеспечьте безопасность возможных свидетелей. — Так точно! — хором грянули бравые военные. Лайт затрепетал от той властности и авторитетности, которые сейчас демонстрировал Эл. Неужели это тот же самый мужчина, который ночью после вечеринки позволил привязать себя к кровати и оттрахать до бесчувствия? Эл умел быть таким покорным, и в то же время бесстрашным. «Его положение в спальне никак не влияет на его авторитет. Глупо так думать. Эл — это Эл», — понял Лайт, наблюдая, как он по-военному пожимает руки нескольким солдатам. Повернувшись к Лайту, Эл ловко прицепил к его жилету парашют. — Будем прыгать? — пискнул Лайт. — Да, вертолёты не смогут сесть, — Эл встал на пороге и оглянулся. — Лайт, если не можешь, оставайся на борту. — К чёрту, я тебя одного туда не пущу! Мы партнёры или нет? Эл улыбнулся, крепко взял его за руку, и Лайт успел только сделать вдох, как в следующее мгновение уже летел к земле, захлёбываясь бьющим в лицо ветром. С трудом заставив себя открыть глаза, он увидел, что Эл бешено жестикулирует ему, веля открыть парашют. Он нащупал кольцо на поясе, дёрнул и в следующее мгновение дыхание выбило у него из груди — парашют раскрылся и падение резко замедлилось. Облегчение, которое он испытал, было недолгим. На крыше уже поджидали люди с оружием, и все стволы были нацелены прямо на них. Эл рискнул оглянуться на десантирующихся следом военных и был очень впечатлён тем, что они устояли перед искушением немедленно открыть огонь. Их первой задачей было правильно приземлиться, и оставалось только надеяться, что у них получится это сделать, избежав шальных пуль. Впрочем… У него есть стрелы. Ему попасть в цель гораздо проще, чем остальным с их неповоротливыми винтовками. Повиснув на стропах, Эл достал лук. Нужно уничтожить хотя бы нескольких человек и повысить свои шансы, потому что при нынешнем раскладе их всех перестреляют, едва их ноги коснутся крыши. И тут Эл заметил Рюка, небрежно прислонившегося к вентиляционной шахте. В его руках была раскрытая тетрадь смерти. Поймав взгляд детектива, он злорадно ухмыльнулся. Эл выпустил несколько стрел, попав одному из ближайших мужчин в голову, отчего тот умер на месте, а другому в плечо. Он не мог окликнуть Рюка, Лайт был слишком близко. Покосившись на него, Эл заметил, что парень смертельно напуган, хотя отчаянно старается этого не показать. До крыши оставалась всего пара метров, когда Рюк принялся увлечённо писать имена. Эл скомандовал своему отряду открыть огонь. Нужно было как можно скорее сделать вид, что люди умирают от пуль, а не от сердечных приступов. Защитники здания закричали и начали один за другим падать на землю. «Спасибо, Рюк», — прикрыл глаза Эл, чувствуя, как в венах бурлит адреналин. — Приготовьтесь к приземлению! — закричал он и первым достиг крыши, охнув от силы, с которой ноги ударились о бетон. Отстегнув парашют, он метнулся к лестнице, Рюк торопился следом, в его глазах золотым огнём горело удовольствие от убийств. «Нельзя далеко уходить от Лайта!» — Эл остановился и сделал несколько шагов назад, пока Лайт не оказался на расстоянии вытянутой руки. Приземлившиеся военные без промедления бросились выполнять полученный ранее приказ, и насчёт них Эл не волновался. Но Лайта он должен держать рядом с собой. Они поспешили вниз по лестнице, ведущей с крыши на верхний этаж. Рюк нёсся впереди, просовывая голову сквозь двери каждого помещения на пути. — Он в третьей комнате! Вооружён! — предупредил Рюк. — Лайт, не подходи! — Эл наложил стрелу и вышиб дверь. Мохаммед Аль-Даджур вскинул голову, потянулся за пистолетом. Эл, имея за плечами годы тренировок, успел первым, его стрела вонзилась мужчине в запястье, пригвоздив его к столу. Аль-Даджур заорал, и Эл наградил его ещё одной стрелой, на этот раз в плечо, чтобы убавить ему прыть. — Лайт, хватай его ноутбук и звони Ватари! — Откуда ты знаешь, что это он? — усомнился Лайт, послушно бросаясь к ноутбуку. «Зараза…» — запнулся Эл. Перед глазами встали ярко-зелёные глаза мёртвой девочки, и он послал в торс террориста ещё одну стрелу, тщательно целясь, чтобы не задеть жизненно важных органов. Потянув таким образом время, он успел заметить на столе позолоченную табличку с именем. Мохаммед Аль-Даджур оказался партнёром адвокатской конторы. Какая ирония. — Инстинкт, Лайт, — вымученно ответил он. — И табличка на его столе говорит об этом. Сосредоточься! Лайт пристыженно поморщился, поняв, что прошляпил столь очевидный факт. — Вам нас не остановить! Мы уже забрали себе их души! — прошипел мужчина, по его лицу струился пот, из ран — кровь. — Нет. Они мертвы. Я не знаю, что стало с их душами, но тебе они точно не принадлежат. И я восстановлю для них справедливость! — Эл схватил мужчину за волосы и ударил лицом о столешницу из красного дерева. Мохаммед тут же отрубился. — Эл… Он вперил в Лайта полыхающий взгляд. Эл знал, что у Лайта должно хватить сил справиться с разрушительными и зачастую очень кровавыми реалиями детективной работы. По крайней мере, он надеялся на это. Сегодня Лайт впервые увидел, что значит быть партнёром L, и хотелось верить, что он сможет выдержать такое давление… Достав телефон, он сам вызвал Ватари. — Подозреваемый задержан, — кратко доложил он, но даже эти слова не принесли ему удовлетворения. Глядя на бледного до зелени Лайта, Эл внезапно засомневался, что тому действительно по плечу справиться со стрессом и психологическими травмами, которые могут нанести подобные дела. Может быть, он ошибся, и Лайт вовсе не создан для этого? — Эл! Прости! Мне так жаль! Эл покачал головой и подошёл к нему. — Ничего, любимый, ничего страшного. Я знаю, что это тяжело. Даже мне трудно, хотя я занимаюсь этим куда дольше тебя. Слишком долго, если учесть, что мне всего двадцать два. Давай закончим здесь, а потом поговорим, ладно? Лайт с жалким видом кивнул и отошёл в сторонку, чтобы не мешать подоспевшим солдатам брать подозреваемого под стражу. Что, если Эл возненавидит его за проявленную слабость? Что, если передумает делать его своим партнёром?.. — Подозреваемый у нас. Возвращайся домой, допросом займёмся мы с Ватари, — бросил ему Эл, проносясь мимо. Даже не оглянулся ни разу. Сейчас он не мог позволить себе зацикливаться на личных чувствах. Его ждала работа, которую необходимо было выполнить. Лайт молча побрёл прочь, чувствуя, как разочарованность и недовольство собой словно когтями царапают ему нутро…***
Было уже два часа ночи, когда Эл и Ватари, наконец, подъехали к территории Вамми. Эл сумел выбить признание и имена, необходимые для ареста всех членов экстремистской группировки, но удовлетворения по-прежнему не чувствовал. Перед глазами до сих стояли глаза той несчастной девочки. И храбрящееся, но перепуганное лицо Лайта. — Думаю, Лайт не готов к этому, — признал Эл. — Даже будучи Кирой, он имел дело со смертью только на расстоянии. Ты видел его сегодня, Ватари. Он был напуган и шокирован… Если это не его путь, то какой тогда? Ватари покачал головой: — Эл, привязанность к нему затуманивает тебе разум. Ему только девятнадцать. Пусть он всего на три года младше тебя, но у него нет твоего опыта и подготовки. Дай ему время, и я уверен, он покажет себя достойным партнёром. Эл досадливо поморщился. Он вовсе не имел в виду, что считает Лайта обузой… Хотя сегодня так и было, ему постоянно приходилось отвлекаться на Лайта и направлять его… Но как он мог этого не делать? Он же любит его. — Эл, люди привыкают к разным вещам с разной скоростью. И не каждый способен в своём первом деле бесстрастно смотреть на смерть и трагедию. Эл поглубже вжался в сиденье. Если так, то получается, что он поторопился и взвалил на Лайта слишком много. — Тем не менее, Лайту нужно было принять участие в этом деле. Он должен был увидеть, что повлечёт за собой партнёрство с L. Поговори с ним, только так ты сможешь успокоить свои мысли. Ему ещё многое предстоит узнать как о тебе, так и о твоей работе, но он не сможет этого сделать, если ты с ним не поговоришь. Эл кивнул и сделал долгий, глубокий вдох, глядя на темнеющую в отдалении громаду дома Вамми. Он поговорит с Лайтом. И если Лайт откажется от партнёрства, он его поддержит. Лайт принадлежит ему. И он принадлежит Лайту. Только это имеет значение.***
Когда Эл, наконец, вошёл в квартиру, Лайт ещё не спал. — Эл… — ахнул он, заметив измождённый вид детектива. Эл работал уже двадцать часов кряду. — Лайт, ты как? — спросил Эл, поочерёдно снимая с себя лук с колчаном, маску, толстовку, штаны и бельё. Лайт, глядя на это постепенное обнажение, тяжело сглотнул. — Я… нормально. Прости, я подвёл тебя сегодня, — повинился Лайт, зажмуриваясь. — Нет, — возразил Эл, забираясь в постель. — Это я тебя подвёл. Я посчитал, что ты готов к тому, к чему ты явно готов не был. Непросто быть мной. Я вижу много ужасных, шокирующих вещей. Нужно время, чтобы выработать в себе устойчивость к этому. Тебе нечего стыдиться, Лайт. Ты очень чистый человек, и я обожаю это в тебе. Лайт обнял его, приник к нему губами. В его поцелуе угадывалась нотка отчаяния. Эл потянул его на себя, обхватил ногами за талию. — Я хочу тебя… — шепнул Лайт. Эл погладил его по щеке кончиками пальцев. — Всё нормально. Я понимаю. Тебе нужно заглушить в себе страдания и страх, которые ты испытал сегодня. Лайт, я очень горжусь тобой. Обещаю, я извлеку урок из этого. Я больше не буду тебя торопить и дам тебе двигаться со своей скоростью. Лайт вздрогнул, прикусил его за шею. — Как ты это делаешь? Как ты можешь смотреть на всю эту тьму и сохранять надежду? Ты же видел ту девочку… Эл крепче прижал к себе Лайта. Их эрекции соприкоснулись, и оба они едва сдержали стон. Лайт принялся ритмично и неспешно потираться о него. — Да, я видел её. Видел… Я всегда буду её видеть… Чёрт возьми, Лайт, я никогда не говорил, что будет легко. Не будет. А-аах!.. Я… я… боже, Лайт! Ты — всё! Ты даёшь мне веру. Пожалуйста, останься со мной! — Я никогда тебя не оставлю, — заверил Лайт, тяжело дыша и нашаривая лубрикант в банте Покки. — Лайт, есть кое-что… кое-что, что я должен сказать тебе… — срывающимся голосом выговорил Эл, плотнее прижимаясь к Лайту. Удовольствие было настолько острым, что прикосновение пальца к анусу заставило его отрывисто вскрикнуть. — Завтра. Ты всё расскажешь мне завтра, Эл. Сегодня мы оба могли погибнуть, а я всё ещё не знаю тебя. Эл всхлипнул, когда тонкий палец скользнул в его ноющее от желания тело. — Да… Лайт, я открою тебе всё… расскажу… всё… Лайт прихватил губами его сосок, аккуратно ввёл второй палец. Больше он никогда не причинит ему вред. Подождав, чтобы Эл начал стонать и извиваться под ним, он добавил третий палец, начал неспешно ласкать, чувствуя, как горячее тело пульсирует вокруг него, жадно засасывая в себя его пальцы. — Лайт, пожалуйста!.. — захныкал Эл, подмахивая бёдрами в такт движениям его руки. — Я уже готов!.. О, чёрт, пожалуйста… Лайт, проигнорировав его мольбы, раздвинул пальцы ножницами, погладил простату. Эл впился ногтями ему в плечи, запрокинул голову, дрожа от захлёстывающих тело волн удовольствия. — Чёрт возьми, Лайт, пожалуйста, пожалуйста, трахай меня!.. — заскулил он, его член увлажнился и отчаянно подрагивал. Лайт ещё разок провёл языком по его соскам. — Я безумно тебя люблю, Эл. Несмотря на всё, что я увидел сегодня, я видел и то, какой ты крутой и сильный. И никогда ещё я не хотел тебя так страстно, как сегодня. Эл вскрикнул, ощутив, как Лайт входит в него, как его длинный, толстый член проскальзывает внутрь всё дальше. Крепче обхватив ногами его талию, Эл громко, протяжно застонал. — Ах-нн! Да! О, боже! — задыхался Эл, изо всех сил цепляясь за Лайта, пока тот вбивался в него. — Эл… ох, чёрт, Эл! Я люблю тебя! Люблю тебя! Эл встречал криком каждый жёсткий толчок, его тело вибрировало от удовольствия. Позабыв про все слова, любовники двигались в едином ритме, их тела напрягались, приближаясь к кульминации. — А-ах, Лайт, твой член… чёрт, пожалуйста, кончи в меня, мне это нужно! — жарко стонал Эл, пока Лайт яростно трахал его. — Хочешь, чтобы я кончил в твою тугую попку? Чтобы наполнил тебя? Ты любишь мой член, да? — простонал Лайт, с трудом удерживая себя на краю и чувствуя, как Эл бьётся под ним. — Да! Да! — захныкал Эл. Лайт зарычал ему в шею, выстреливая в него горячими струями, и Эл кончил вместе с ним. Бесконечно долгие мгновения они напряжённо цеплялись друг за друга, и комната наполнялась звуками их тяжёлого дыхания. — Лайт… я люблю тебя… — шепнул Эл, когда немного перевёл дыхание. — Клянусь… я расскажу тебе всё, что ты захочешь узнать… Едва успев договорить, он провалился в глубокий сон. Лайт довольно улыбнулся. — Ловлю на слове, мой прекрасный Эл, — вздохнул он, чувствуя, как слипаются глаза. Теперь, когда буря страсти утихла, осталась только изнурённость, вызванная тяжёлыми событиями дня. Даже не дав себе труда выйти из тела любовника, он обессиленно упал на него и заснул.***
Проснувшись на следующее утро, Эл от души насладился ванной, попросил Ватари, чтобы им принесли завтрак и всё утро не беспокоили, после чего вернулся в постель. Он расскажет Лайту всё, даже если тот не захочет слушать. Для них давно настало время полностью открыться друг другу. «Ну, почти полностью. Я не могу рассказать ему всю правду о Кире. Сейчас, по крайней мере. Может, когда-нибудь…» Управляющий принёс завтрак. Эл немного помедлил, собираясь с духом, и разбудил Лайта нежным поцелуем. Тот, ещё толком не открыв глаза, сразу же сделал попытку затащить Эла под одеяло. — Завтрак, Лайт, — мягко напомнил Эл. — Я освободил утро, так что мы можем поговорить. Лайт мгновенно взбодрился, сел и потянулся за тостом, гадая про себя, начнёт ли Эл этот разговор сам или придётся стать инициатором. Эл молча завтракал и, казалось, был вполне этим доволен. Лайт терпеливо ждал, пока не понял, что Эл давно наелся и просто тянет время, неспешно копаясь в клубнике и обмакивая каждую ягодку поочерёдно в молоко и сахар. — Эл? — тихо окликнул его Лайт. — Ты можешь рассказать мне всё, что хочешь, а можешь вовсе ничего не говорить. Я не давлю на тебя, слышишь? — Я просто не очень люблю говорить о себе. Не люблю внимание. Но я должен быть откровенным с тобой, Лайт. Так что наберись терпения, — он потеребил одеяло, раздумывая, с чего начать. Он знал, что Лайт увлечён его прошлым и жаждет узнать его получше. И он имел право на это, особенно если учесть, что они собрались пожениться. — Может, я буду спрашивать? А ты решай, отвечать или нет. Эл кивнул. Хорошая идея. Гораздо легче будет отвечать на вопросы, чем пересказывать все двадцать два года своей жизни. — Хорошо. Где ты родился? — В Париже, — негромко ответил Эл. — Я это помню. Мы жили у реки. Мама с папой занимались важной научной работой, поэтому дома почти не бывали. У меня была няня Ана, она мне очень нравилась. Я разыскал её несколько лет назад, сейчас она живёт в Аризоне. Лайт представил себе Эла одиноким маленьким мальчиком в Париже. Это выглядело очень трогательно. — Мои родители погибли в автомобильной аварии, когда мне было пять лет… Но до того… В общем, у нас был друг семьи и он… делал со мной всякие вещи, пока родители были на работе, — Эл вцепился в одеяло так, что побелели костяшки пальцев. — Я про это никому не рассказывал. Думаю, я до сих пор не примирился с этим. Ты ведь не будешь теперь ненавидеть меня? — Тебя? Какого дьявола я буду ненавидеть тебя? Я ненавижу ублюдка, который тебя обидел, — вознегодовал Лайт, привлёк Эла к себе и заключил в уютные объятия. — Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через это, любимый. Эл вздохнул и прикрыл глаза. Лайт всегда согревал его. — Спасибо тебе, Лайт. Он погиб в той же аварии, что унесла жизни родителей. Должен признаться, я не был с ними особенно близок, но маму помню и знаю, что она меня любила. Потом Ватари нашёл меня в парижском детском доме и привёз в Вамми. Подозреваю, что он знал, что со мной что-то случилось, потому что первые несколько лет здесь я был полностью замкнут в себе. А потом появился интерес к расследованию старых нераскрытых преступлений и, полагаю, из этого вырос детектив L. Я думал, что это всё, что мне нужно, но потом появился ты, и я понял, что хочу большего. Ты буквально перевернул мою жизнь с ног на голову, Лайт. Вместе с тобой я хочу увидеть весь мир, а ведь когда-то я был рад вообще не выходить на улицу. — Ну, ты-то перевернул мою жизнь куда круче, чем я твою, — поддразнил его Лайт. «Ха! Ты себе и не представляешь, Лайт», — невольно подумал Эл. Без его вмешательства Лайт был бы мёртв с вероятностью 98%. — Ты даришь мне такое счастье, о котором я и мечтать не смел. Я ведь никогда не принимал в расчёт женитьбу и создание собственной семьи, — улыбнулся Эл, чувствуя, как Лайт крепче обнимает его в ответ. — Моя цель в том, чтобы дарить тебе счастье. Прости, что вчера я позволил эмоциям взять над собой верх. Я извлеку из этого урок. — Я знаю. Ну что, хочешь ещё о чём-нибудь меня спросить? Или мы можем поиграть: ты спрашивай меня, а я тебя. Лайт рассмеялся. Эл любое занятие способен был превратить в игру! Удобно устроившись в объятиях друг друга, остаток утра они провели в разговорах, в результате которых многое друг о друге узнали. Они обсудили такие важные темы, как свои самые большие страхи (как ни странно, но боялись они одного и того же — потерять друг друга), свои самые горькие сожаления и мечты о будущем. Но говорили и о пустяках. Например, Эл признал за собой грешок слушать поп-музыку 80х, а Лайт с неохотой повинился, что любит иногда пофантазировать, представляя Эла и себя в различных ситуациях, многие из которых были запредельно неприличными. Эл был искренне поражён его живым воображением. — Словом, ты всё время фантазируешь о том, как трахаешь меня, да, извращуга? — поддразнил его Эл. — Ну… не всегда. Иногда представляю, как мы гуляем по Колизею, или путешествуем в космосе, или… ну да, у меня богатая фантазия, и нечего так смотреть! Эл рассмеялся. Он и понятия не имел, что Лайт проводит так много времени в фантастических мечтаниях. Зато теперь, когда Эл в следующий раз застукает его витающим в облаках, он будет знать, что тот просто фантазирует, а не замышляет что-нибудь. Это была совершенно очаровательная черта. Эл даже пожалел, что не знал о ней раньше. — Если бы ты был животным, то каким? Эл улыбнулся и задумался. — Не знаю. А ты? — Львом! — зарычал Лайт. — А ты был бы моей львицей! — Разбежался! — фыркнул Эл. — Но лев тебе подходит. Временами ты такой тщеславный и высокомерный. И эта твоя гордость… Столь злостную клевету никак нельзя было оставить без ответа. Что ж, Эл временами довольно ребячлив и капризен, так что… — Зато ты настолько разбалованный и изнеженный, что был бы отличной декоративной собачкой. Такой, знаешь, пуделёк… У Эла аж дух захватило от возмущения. Он-то ожидал, что его сравнят с чем-нибудь величественным, с орлом там или с пантерой, но с грёбаным пудельком? — Ну ты и засранец, — нашёл он, наконец, слова. — Пудель, значит? Ну-ну. — Эй, вообще-то я хотел сказать, что ты напоминаешь мне сову. С твоим почти ночным образом жизни и этими огромными, тёмными глазами… к тому же ты очень мудрый. И успокаиваешь меня, как здешние совы. Но до тех пор, пока ты называешь меня высокомерным львом, быть тебе изнеженным пуделем! Эл набросился на Лайта и прижал его к постели. — Похоже, пудель поборол льва? Лайт вскинул бровь и ловким движением подмял Эла под себя. — Лев всегда будет над пуделем. Эл застонал и покорился своей участи. Похоже, что Лев намерен растерзать его… Прошло довольно много времени, прежде чем Эл и Лайт всё же соизволили показаться в кабинете. — Добрейший денёк, — сказал Мелло, намётанным глазом замечая следы укусов у Эла на шее. — Что это с тобой? Льву в зубы попался? Лайт подавился смехом, Эл тоже усмехнулся и кивнул: — В самую точку, Мелло.
