Motel 73

      После вечера с Амандой и Джином я решил, что мне нужно быть увереннее, если я хочу, чтобы Аманда оценила меня как сексуального партнера, и поэтому в следующий раз я оделся иначе. Кепи и рубашки остались дома — я надел белую обтягивающую футболку и черные брюки с узким ремнем. Для того, чтобы закончить образ Дэнни из «Бриолина» нужно было еще купить черную куртку, но я решил, что не хочу выглядеть просто как персонаж из фильма, и поэтому пошел в мотель без куртки.       Я все еще добирался до него пешком — мне нравилось идти по улице и смотреть на людей вокруг, зная, что меня ждет очередное приключение с женщиной, про которую я уже успел убедиться, что она самый красивый и возбуждающий человек, которого я видел в своей жизни. Мне нравилось гадать, что она придумает на этот раз, нравилось возбуждаться, пытаясь представить какое прикосновение она допустит, как посмотрит на меня, что скажет, как близко к моим губам окажутся ее губы.       Мне хотелось снова почувствовать ее дыхание, увидеть ее тело и то, как она краснеет во время секса, как стонет. Я мог только мечтать о том, чтобы прикоснуться к ней самому. Я возбуждался даже представляя, что она может хотя бы рассмотреть такую возможность. И больше всего меня пугало и возбуждало понимание того, что Аманда даже лучше меня знает, что именно я хочу, а значит придумает способ вывернуть меня наизнанку, унизить, доставить мне бесконечное удовольствие через это унижение. Аманда ждала меня внутри, у стойки регистрации — болтала с портье, который в основном следил за ее грудью. Когда я ступил на порог, Аманда даже не оглянулась — но ее пальцы лениво постучали по стойке, показывая, чтобы я подошел к ней. Я встал рядом. Аманда нагнулась над стойкой, взяла у портье ключ от номера, и только тут повернулась ко мне, с усмешкой оглядела мою одежду.       — Пойдем, Траволта, — сказала она, подхватывая с пола пакет. — Нас ждет наш номер. Мы прошли по коридору и оказались в том самом номере со шкафом, в котором Аманда запирала меня в нашу первую встречу.       — Сядь на кровать, — сказала она. Я послушно сел на самый краешек покрывала.       — Слушай меня внимательно, — сказала Аманда. — Сейчас, во-первых, возьми с тумбочки салфетку и запиши свой телефон. Я не знаю, когда в следующий раз здесь буду, хочу иметь возможность тебе позвонить.       Она подождала, пока я взял с тумбочки салфетку, потом протянула мне ручку. Я написал номер, и Аманда смяла салфетку, сунула ее в нагрудный карман своей джинсовой куртки.       — Во-вторых, — Аманда указала на шкаф. — Пошли.       Подводя меня к шкафу, она всего на мгновение положила руку мне на плечо, но даже от этого прикосновения у меня закружилась голова. Я зашел в шкаф, и дверь тут же закрылась у меня за спиной. Щелкнул замок, повернулись дощечки, и почти сразу раздался незнакомый, новый звук, как будто рядом кто-то заводил игрушечную машинку. Я выглянул в номер. Аманда быстро вращала что-то на стене рядом с дверью шкафа.       — Это часовой механизм, — сказала она. — Через семьдесят пять минут дверь шкафа откроется. Понял?       Я кивнул, потом, вспомнив, что она не видит меня в полумраке за дощечками двери, тихо сказал: — Да.       — Ты помнишь про шнурок под потолком? — спросила Аманда.       — Да, — я сглотнул, пытаясь понять, что же сейчас будет происходить.       — Тебе хочется меня выебать? — Аманда сделала шкаф к двери, и ее губы оказались совсем рядом с щелью между дощечек. Я мог бы коснуться ее пальцем. Во рту пересохло, и, хотя я чувствовал уже неимоверное возбуждение, я не мог ей ответить.       — Я сказала, — Аманда зазвучала строже. — Ты хочешь меня выебать?       — Да, — выдохнул я. В штанах стало очень тесно. Если бы она продолжила говорить со мной вот так, я мог бы кончить от одних ее слов и трения ткани.       — Ты считаешь, что заслуживаешь мое тело? — спросила Аманда. Я почувствовал ее дыхание и понял, что должен ответить утвердительно. Я готов был опуститься на колени и просить ее об этом.       — Да, — сказал я. Аманда рассмеялась.       — Ну, не знаю, — сказала она. — Хочешь трахать меня и слушать мои стоны?       — Да, — сказал я, прижимаясь к двери.       — Стоны ты точно не заслужил, — Аманда отвернулась. — Но трахнуть… Может быть. Тебе нравится мое тело?       — Да, очень… — я хотел рассказать ей о том, как каждую ночь я представляю, как она тянет меня к себе, как усаживает на кровать, как опускается передо мной на колени, как… Но Аманда подняла вверх палец, и я замолчал.       — Я тебя возбуждаю? — Аманда отошла от шкафа так, чтобы я мог видеть ее целиком. Я пробежал взглядом по ее джинсовой куртке, по обтягивающим, рваным на коленях джинсам и остановился на футболке, скрывающей ее грудь.       — Да, — тихо сказал я, надеясь, что она меня услышит. Говорить громче я не решился.       — Повтори, — Аманда медленно сняла куртку, бросила ее на пол.       — Да, — сказал я. — Очень.       Аманда повернулась ко мне спиной, подняла вверх руки. Я сжал свою ширинку рукой, не зная, куда она меня ведет, не понимая, что ждет меня дальше. Аманда потянула вверх футболку, и я увидел ее спину, нежную кожу, лопатки с невозможно эротичными впадинками. На мгновение футболка скрыла ее голову, а потом упала на пол к куртке.       — Тебе нравится смотреть на меня? — Аманда посмотрела на меня через плечо. Ее губы искривила усмешка.       — Да, — сказал я, прижимаясь пахом к двери, пытаясь сильнее надавить на нее. Аманда повернулась, и я увидел ее обнаженную грудь, которую так много себе представлял, про которую помнил, как она раскачивалась передо мной, пока Джин входил в Аманду. Аманда опустила руки, стала расстегивать ширинку собственных джинс.       — Хочешь меня трахнуть? — спросила она.       — Да! — я тоже расстегнул ширинку, освобождая член, хватая его и быстро надрачивая. Я чувствовал, что готов кончить прямо сейчас. Аманда подошла к двери шкафа, погрозила мне пальцем.       — Если ты сейчас кончишь, — сказала она, видимо услышав возбуждение в моем голосе. — То больше ничего не получишь.       Я почувствовал на пальцах смазку и быстро отпустил член, хотя он сразу заныл в ожидании прикосновения.       — Если ты сейчас потерпишь, — Аманда нагнулась, снимая джинсы, и осталась в белых трусах. — Можешь меня выебать… Она сказала это так легко, что я даже сначала не поверил, что она произнесла эти слова. Аманда выпрямилась, посмотрела на дверь шкафа, за которой прятался я.       — Если потерпишь, — сказала она. — И не разольешь там всю сперму. Можешь меня выебать.       Она нагнулась вперед, проводя рукой по своему животу вниз, к трусам, приоткрыла рот, провела языком по губам, а потом смачно сглотнула слюну.       — Понял? — спросила она, снова выпрямляясь и поворачиваясь ко мне спиной.       — Да… — сказал я совсем тихо.       — Я тебя не услышала, — сказала Аманда. — Ты меня понял?       — Да, — я отступил к стенке шкафа, опасаясь, что кончу от прикосновения створки двери к своему члену. Я никогда раньше не занимался сексом и уж точно не мог бы представить, что это произойдет у меня с Амандой. То есть я представлял себе это постоянно с того момента, как она впервые ввела меня в мотель, но я никогда бы не поверил, что это может случиться на самом деле.       — Как ты думаешь… — Аманда пересекла номер, нагнулась к тумбочке. — Мне понравится ебаться с тобой?       Она не оглянулась на меня, а в ее голосе звучало такое издевательство, что я не смог выговорить «Да».       — Ну? — Аманда все-таки обернулась, посмотрела в сторону шкафа с неприязнью. — Я тебя внимательно слушаю.       — Нет, — сказал я честно. Мое возбуждение от этого только выросло. Я понимал, насколько она сейчас недосягаема.       — Все верно… Морис, — Аманда снова подошла к шкафу. В левой руке она держала прозрачную бутылочку.       — Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, — сказала она. — Ты вспоминаешь, как Джин трахал меня, как его член растягивал мое влагалище, как хорошо мне было в этот момент…       Она облизнула губы.       — Мне очень нравится, как он меня ебет, — сказала она. — И если я вдруг раздвину перед тобой ноги… Я буду представлять его. Буду представлять его мускулы, его сильные руки, его член. Тебе бы этого хотелось?       Я не знал, что ответить. Мне хотелось заняться с ней сексом, очень хотелось.       — Не хочу тебя этим мучать, — сказала Аманда. Она открыла бутылочку, капнула прозрачной жидкости себе на ладонь: — Мне хочется, чтобы ты получил удовольствия и не переживал, что я представляю на твоем месте кого-то лучше…       Она опустила ладонь со смазкой к трусам, медленно просунула пальцы под резинку и стала водить пальцами там, где я знал, сейчас приподнимается от возбуждения ее клитор. Потом она вынула руку из трусов, подошла к шкафу и провела мокрыми пальцами по дощечкам у самого моего лица. Я почувствовал ее запах и прижался к двери, попытался лизнуть ее пальцы. Аманда отвела руку в сторону, посмотрела на стену.       — Осталось пятьдесят минут, — сказала она. — А я хочу еще сходить в душ и кончить.       Аманда быстро прошла до ванной, исчезла в дверном проеме. Почти сразу оттуда вылетели ее трусы, и я впился в них глазами, зная, что они сейчас мокрые от смазки и пахнут ее телом. Потекла вода, и я почувствовал, что у меня дрожат колени. Мне очень хотелось подрочить, но я помнил предупреждение Аманды. Мне нельзя была кончать сейчас.       Она появилась снова минут десять спустя, завернутая в полотенце, такое короткое, что ткань даже не прикрывала влагалище. Аманда подошла к шкафу, покачала головой.       — Я сейчас заберусь в кровать, — сказала она. — И хорошенько подрочу, представляя, как меня ебет Джин. Понимаешь?       — Да, — послушно ответил я. Я видел, как он ее ебет. Я понимал, почему это то, о чем она думает, когда кончает.       — А потом мы сыграем с тобой в игру, — сказала Аманда. — Если ты вытерпишь, если не обкончаешься за это время, если еще сможешь поднять свой член, когда откроется дверь шкафа, можешь забраться на кровать и выебать меня. Хорошо?       — Д-да, — я все еще не мог поверить в то, что она говорит. Я чувствовал, что меня ожидает обман, что она сделает что-то такое, что я кончу до того, как истечет время или что в последний момент она просто укажет мне на дверь.       — Правила такие, — сказала Аманда. — Как ты понимаешь, я вряд ли получу удовольствие от секса с тобой. Мне на тебя плевать, ты ничего для меня не значишь.       Твой член и в подметки не годится даже просто моим пальцам, не то, что нормальному, сильному члену настоящего партнера.       Я знал, что все, что она говорит — правда. Она могла заняться сексом с любым человеком, с самым опытным и красивым партнером, найти себе идеального любовника.       — Я сейчас подрочу, — сказала Аманда, нагибаясь к пакету и доставая из него матерчатую белую маску. — Кончу, а потом надену эту маску и лягу спать. Вот прямо здесь, на кровати.       Я молчал.       — И когда я засну и дверь шкафа откроется, — Аманда включила лампу у кровати, потом прошлась до двери номера, погасила верхний свет. Когда она вернулась к кровати, я снова заметил у нее в руках бутылочку со смазкой.       — Ты можешь выйти, — Аманда села на край кровати, поставила бутылочку под лампу. — И трахнуть меня. Если я проснусь — ты проиграл, можешь проваливать. Если кончишь до того, как войдешь в меня — можешь проваливать. Ты понимаешь?       Я был так напуган, что кивнул, забыв, что она меня не видит. Хотя это она была голая и на свету, мне казалось, что она видит меня насквозь.       — Ты меня понял? — спросила Аманда.       — Да… — сказал я неуверенно.       — Повтори, что ты сделаешь, — сказала Аманда. — Мне нравится слушать комплименты, особенно когда я не вижу тебя и могу представлять, что их говорит кто-то гораздо более привлекательный чем ты.       — Я… — я замолчал, потому что Аманда забралась на кровать и раздвинула ноги, так что мне стали видны ее половые губы, ее чуть приподнятый клитор. Меня поразило то, что ее губы блестели от смазки — ее сильно возбуждал разговор со мной.       — Не молчи, Морис, — Аманда прижала ладонь к своему влагалищу, стала медленно двигать ее по кругу. — Ты что, не хочешь, чтобы я кончила?       — Хочу, — сказал я. — Я очень этого хочу…       — Уже лучше, — Аманда запрокинула голову. Дрочила она лениво, плавно, будто бы без интереса.       — Не забудь смазку, — сказала она, вдруг поднимая голову и устремляя в сторону шкафа испепеляющий взгляд. — И побольше. От твоего члена мне должна остаться только сперма. Понял?       — Да, — сказал я. — Я…       — Молчи, — она махнула свободной рукой и быстрее задвигала той, которой ласкала себя. — Не до тебя.       Я смотрел на нее и видел, по ее стонам, по тому, как она входила в себя пальцами, что я никогда не смогу доставить ей подобного удовольствия. Я подходил ей только как массажер для хорошего сна, как одеяло, которое еще немного касается ее своим членом. Она позволяла мне воспользоваться своим телом, но она совершенно не планировала как-то участвовать в этом сама. Ей этого не хотелось — и я должен был быть благодарен ей за то, что она будет спать, пока я буду трахать ее, ведь иначе мне бы пришлось кончать под ее пристальным, презрительным взглядом, понимая, насколько я ее не возбуждаю, насколько ей плевать на меня, насколько из жалости она допускает меня к своему телу.       Аманда кончила, стиснув зубы и снова откинув голову на подушку. Мне было, наконец, видно все ее тело — медленно поднимающуюся грудь, раздвинутые ноги, чуть покрасневшие половые губы. Я все-таки слегка коснулся обнаженного члена рукой, и сразу почувствовал, что еще одно такое прикосновение, и я залью внутреннюю сторону двери спермой. Эта мысль так напугала меня, что я отступил вглубь шкафа и зажмурился. Мне любой ценой сейчас необходимо было сдержать оргазм. Я был так близок к тому, чтобы прикоснуться к Аманде. Нужно было расслабиться, хотя бы немного сбить возбуждение. Я хотел доказать хотя бы ее телу, что я сильный и уверенный в себе любовник, который не кончит от первого прикосновения.       Я позволил себе выглянуть в комнату несколько минут спустя. Аманда накрылась одеялом и лежала на боку, спиной к лампе. Ее глаза были скрыты маской, и я не мог понять, спит она или нет. Я вдруг испугался, что в этом и будет состоять унижение — что она будет просто ждать момента, чтобы сорвать с лица маску и прогнать меня.       От одной этой мысли у меня свело живот, а рука потянулась к члену. Мне было необходимо прикоснуться к подрагивающей головке. Я прижался к двери, слегка коснулся головкой дощечки и сразу отдернул ее, почувствовав подступающий оргазм. Я все-таки недостаточно расслабился.       Справившись с собой, я повернулся к двери спиной, опустился на пол. Сидеть так было неудобно — расстегнутая молния давила на мошонку — но я и не хотел комфорта. Мне необходимо было дождаться момента, когда откроется дверь, а до этого нужно было постараться ни о чем не думать. Уж точно не думать о лежащей на кровати Аманде, о том, как я откину одеяло и окажусь совсем рядом с ее горячим, нежным телом.       Дверь щелкнула над моей головой неожиданно — я все же сумел расслабиться и даже немного забыл о том, где я нахожусь. Но звук замка вернул все на свои места — молния впилась в мошонку, а член приподнялся, заныл. Я встал и толкнул дверь рукой. Она беззвучно открылась, и я оказался в номере.       Стараясь не шуметь, я разделся, осторожно сложил свои штаны и рубашку. К этому моменты мой член уже встал окончательно и призывно ныл, почти болел от возбуждения. Я был уверен, что только приподниму над Амандой одеяло и сразу кончу на простыню. Я чувствовал, что нахожусь на самом пределе возбуждения. А ведь мне предстояло еще смазать член — и я понимал, что для этого придется провести по нему рукой.       Аманда все еще лежала на боку, и я медленно подошел к кровати со стороны лампы, положил руку на край одеяла. Я слышал тихое дыхание, ровное и медленное. Аманда нежно посапывала во сне. Я понимал, что любым неверным движением могу нарушить этот сон, и она сразу меня прогонит. Я хотел, чтобы пока я буду касаться ее тела, ей снилось, как ее трахает Джин, чтобы мои руки, мои бедра, напоминали ей о нем. Я стал медленно поднимать одеяло вверх, обнажая ее тело. Я впервые будто раздевал ее сам — и ее тело было совсем рядом, нежное, горячее, доступное. Я сложил одеяло так, чтобы была видна ее попа, но бок, рука при этом остались прикрытыми. Я боялся, что от прохлады она проснется прежде, чем я успею прижаться к ней.       Смазка оказалась очень легкая, жидкая, и я стал осторожно втирать ее в член, стараясь не обращать внимания на собственные ощущения. Я был слишком близко, чтобы кончить.       Потом я вылил еще смазки себе на ладонь и очень медленно, осторожно поднес ее к Амандиным ягодицам. Я уже знал, что не буду двигать ее тело — просто лягу к ней, приподниму ее ногу и так войду ей во влагалище, буду ебать ее на боку, пока не кончу.       Я стал осторожно, следя за каждым ее движением, просовывать руку ей между ног. Она спала. Я чуть подтолкнул ее бедро вверх — мне хотелось смазать ее влагалище прежде, чем я попытаюсь войти в нее. Мой член подрагивал, на головке выступила моя собственная смазка.       Я чувствовал бесконечное унижение о того, что Аманде нужно спать для того, чтобы терпеть мои прикосновения. Мое тело, мой член были так противны ей, что она не готова была чувствовать их на себе. Она просто позволяла воспользоваться собой… Я коснулся пальцами ее половых губ, и вздрогнул так, что испугался, что разбужу ее. Я не мог поверить, что мои пальцы поглаживают ее влагалище. Плавно, боясь кончить, боясь ее потревожить, я провел пальцами дальше, растирая смазку по ее губам. Потом, еще медленнее, я ввел ей во влагалище указательный палец. Я зажмурился, чтобы не видеть этого, чтобы еще хотя бы чуть-чуть удержать себя. В ней было горячо и мокро. Я двинул рукой чуть увереннее, и Аманда заворочалась, так что я замер, все еще чувствуя пальцами ее влагалище. Она не проснулась. Я вынул палец и вошел в нее уже двумя, на этот раз глубже, стараясь подготовить ее влагалище. Я уже понимала, что сдержусь, что смогу войти в нее, прежде чем кончить. Все мое тело будто приготовилось, решилось на это. Я знал, что оргазм не наступит, пока я не начну двигать бедрами, проталкивая в нее свой член.       Я трахал ее пальцами, слушал ее дыхание, чувствуя собственное возбуждение, которое больше не росло, потому что расти ему было некуда. Я очень сильно хотел ее, хотел ее именно так, лежащую передо мной, подо мной, неподвижно. Я не заслуживал того, чтобы она обращала на меня внимание.       Медленно и очень осторожно я убрал руку и залез на кровать, лег рядом с ней.       Несколько долгих секунд я приближался к ней, миллиметр за миллиметром, боясь слишком резко коснуться ее спины, ее бедер, ее ягодиц. Мой член уперся в ее бедро, и я снова приподнял ее ногу, направил член вверх, к ее влагалищу. Головка уперлась в половые губы, и в этот момент я ощутил все ее тело — ногами, грудью, животом и бедрами. Ее шея была совсем рядом, и я не удержался, поцеловал ее, уже не думая о том, что она может проснуться. Рукой я придерживал ее бедро. Головка моего члена скользнула вверх по ее половым губам, потом вниз, потом снова вверх. Эти прикосновения обжигали. Я понимал, что могу кончить так, залить спермой ее бедра, но мне было этого недостаточно. Я чуть изменил угол, снова двинул бедрами, и на этот раз головка чуть раздвинула ее половые губы. Нежно и медленно, я стал входить в нее, чувствуя, как ее горячее влагалище обхватывает мой член.       Аманда чуть двинула плечом, и я дернулся, вошел в нее до конца. Она не проснулась, и я задвигался, стал трахать ее, стараясь воспользоваться ее телом как можно быстрее. Я не мог поверить, что мой член входит в ее влагалище, что я чувствую головкой, стволом ее горячее влагалище. Я дышал часто, обрывисто, глубже и глубже входя в нее. Мои яйца бились об ее ягодицы. Я знал, что совсем скоро кончу, и задергался, проталкивая член до конца, доставая его и снова входя, снова чувствуя, как ее влагалище сжимает меня, как подрагивает мой член внутри нее. С громким стоном, который невозможно было сдержать, я стал кончать, толчками выливая в Аманду свою сперму.       Она снова заворочалась, будто бы даже потянулась к лицу рукой, и я замер, прижавшись к ней, чувствуя собственное сердцебиение. Мой член опал и выскользнул из ее влагалища, оставляя на ее половых губах, на бедрах липкую сперму. Аманда вздохнула, перевернулась на живот, отворачиваясь от меня еще дальше. От этого движения, от того, с каким пренебрежением прозвучал этот вздох во сне, мой член вдруг дернулся, и я понял, что он поднимается снова. Я опять придвинулся к Аманде, понимая, что больше не смогу войти в нее сейчас. Мне просто хотелось кончить рядом с ней, кончить на нее, и я стал дрочить, быстро и сильно, до боли сжимая член.       Всего несколько секунд спустя на ягодицы Аманды упали несколько капель спермы — почти все, что во мне было я слил ей внутрь, и теперь кончил совсем немного. Я сразу представил, как она с усмешкой смотрит на эти капли, стекающие по ее коже, на мой повисший член, на мои мокрые от спермы и смазки пальцы.       Я понимал, что уже достаточно испытал судьбу — нужно было быстро собраться и уходить. Я слез с кровати, осторожно вернул на место одеяло. Аманда спала, отвернувшись от меня. Я быстро оделся, бросил на нее еще один взгляд и вышел из номера. Дверь за спиной щелкнула замком. Я очень надеялся, что все сделал правильно, и что завтра Аманда позвонит мне и снова позовет меня в мотель — я понимал, что со мной она может сделать еще очень много всего…