Безликий

264 г. от З.Э. Браавос. Первым законом Браавоса, высеченным в камне на мосту через Долгий канал, стал категорический запрет рабства. Утреннее солнце озлащает доминион. Ведущая торговая держава вступает в права нового дня. Гавань изобилует разнообразием судов со всего мира, что стекаются к Браавосу словно пчёлы на нектар. А уличные рынки вновь манят да совращают клиентов. По узким улицам и переулкам, перекрёсткам да по извилистым проходам, ведущим по косым змеиным переулкам, ветвятся караваны и вереницы, что полнятся от быта и промысла. В одной из подобных улиц, сидит безокий ребёнок в роли нищего, просит милостыню и слушает, что говорят люди в городе. Восьмилетний юноша в изодранной одежде, чернее ворона волосами и повязкой на глазах, привязанной чтобы скрыть их отсутсвие. Вот уже который день, он просто сидит откинувшись на каменную стену в синяках и ссадинах от многочисленных побоев. Один за другим люди проходят перед ним, время от времени кидая монетку, пока он не услышал шаги, шаги того кого он ждёт. Знакомые для слуха звуки отдавались эхом для слухового нерва в галопе и сонме прочих других, пока те не завершили свой шаг в метре от него. Звук столкновения шеста о землю ознаменовал начало урока. Юноша поднял шест и приготовился защищаться. Его противник был более расторопным и вскоре удары градом обрушились на него, но к своей чести, за несколько дней тот адаптировался и теперь, с реакцией и грацией отбивал удары. Но на каждый парированный укол, приходилось десять пропущенных батманов. Движения юноши были лаконичны, но робки. Вскоре обманный финт шестом отвлёк его внимание и он перестал следить за ногами, за что и поплатился. Его враг отвёл его удар шестом в сторону, просунул ногу меж его ног и надавил на него отправляя в лежачее положение. Юноша уже приготовился к удару, но на удивление его противник просто откинул свой шест за спину. - Дольше чем обычно. - его голос был молод и звучал так, будто его владелец ещё не привык к нему, отдавая нотками меланхолии. - Встань и следуй за мной. Пока звуки, отдаляющихся всё дальше и дальше шагов, становились всё тише и тише, юноша застыл в ступоре, словно услышал слова которые никогда больше не надеялся услышать. Прохожим же оставалось лишь кидать жалостливые взгляды на распластавщегося на земле калеку, но ему потребовался лишь миг чтобы собратся и устремиться следом за ним, ориентируясь лишь на звуки шагов. *** Внутренний облик храма изобиловал витиеватыми статуями, а также замысловатыми объектами, привлекающими не столько внешне, сколько своим содержимым. По первому же взгляду можно понять, что обитатели этого храма ужасно педантичны. Тёмные и серые тона придавали мрачную атмосферу, дополняя это вечной тишиной, нарушаемой только звуками тренировок. В тускло освещённом помещении, на каменной плите в позе лотоса сидит юноша с оголённым торсом, а подле него шест. Комнату освещают лишь тусклые восковые свечи, аккурат расставленные вокруг самого юноши. Пустые глазницы обтянуты повязкой, но слух, нюх и осязание в данный момент остры как никогда. Слух улавливает каждый шорох, кожа чувтсвует вибрации ветра, а нюх улавливает запах гари от свеч. Всё это вместе строит картину помещения для юноши. Вдруг, он резко встал на ноги, меж с этим плавно выхватив шест. Расставив ноги на ширине плеч и приняв боевую стойку, он приступил к суровой тренировке. Гибкость кисти позволило ему совершать превосходные маневры шестом, уколы, тычки, рубящие удары, батманы, переводы и вращения. Вращения шестом описывали в воздухе движения в форме ослепительного круга, вращаясь словно лопасти. Иногда переходя в удары обратной частью шеста и наотмашь разрезая воздух словно острейшее лезвие. Все движения интегрировались, объединялись воедино и формировали единую технику. Движения ног происходили ориентируясь исключительно на чувства, руки свободно скользят по шесту и фиксируют хват для ударов. Время от времени юноша остановливался для другого рода физических упражнений: отжиманий, растяжкек, тренировки дыхания, сразу после чего заного начинал вращения шестом. Спустя неопределённое количество времени, его мыщцы натянулись словно жгуты, покрывщись испариной и непрерывно источая пот. Тренировка закончилась лишь тогда, когда он почувствовал, что все свечи погасли. Мёртвую тишину нарушали лишь жадные вдохи юноши, вдыхающие кислород во все лёгкие, усталость давала о себе знать. Сильнее чем его вдохи, было лишь биение сердца, стучащего так сильно, что казалось выскочит из груди. Пот скатился со лба, прошёл через его узкие брови и смочил повязку на глазах. Послышались несколько глухих стуков шестом по каменной плите сзади от него. Мальчику не нужно оборачиваться чтобы понять кто это. Его противник, Безликий, совершал наступательные движения вокруг него, время от времени стуча шестом о плиту, то ли чтобы запутать и дезориентировать мальчика, то ли для чего-то ещё. Сам юноша пытался определить позицию и стойку противника, но из-за постоянных хаотичных звуковых жестов, он постепенно входил в аберрацию. Когда противник почувствовал это, он нанёс превентивный удар и сразу метнулся в сторону, кружа вокруг него на цыпочках. Сам юноша отреагировал заторможенно - сказывалась усталость от тренировки. Следом последовал батман слева, юноша почувствовал дуновение ветра и встретил удар поперечным блоком, следом отвёл его шест вправо вниз, повернул корпус максимально левее и нанёс горизонтальный удар, но удар не достиг цели, следом последовал сильный удар по ногам, отправивший юношу кататься по земле. - Вста... - не успел Безликий договорить, как мальчик тут же совершил подъём с разгибом от пола, крепко приземлившись на ноги и фиксируя шест за спиной. Безликий начал медленно, шаг за шагом, ходить кругами на каменной плите вокруг сосредоточенного мальчика. Безликий вновь принялся стучать шестом и вводить юношу в диссонанс, но на этот раз юноша тоже принялся работать шестом не только для ударов, но и для акустических манёвров. Казалось, что весь взмокший и усиленно вздыхающий мальчик сделает что-то импульсивное, но внутри него царило спокойствие и умиротворение. Когда Безликий остановился, на мгновение воцарилась тишина. Капелька пота соскользнула с пряди коротко стриженных волос юноши и капнула по каменной плите. Между двумя противниками в данный момент было такое напряжение, что звук от падения капли начал отдаваться эхом в ушах мальчика, но момент был нарушен, следом за столкновением шеста о шест. На этот раз мальчик не просто, ориентировался на эхолокацию, он также изучал движения противника, запоминая их, и продумывая боевые алгоритмы для последующих контрмер. Вскоре, спустя ещё несколько поражений, сломанного носа и десятка ушибов, мальчик нашёл изъян в его движениях, сразу после комбинации ударов, его движения начинают повторяться с начала, раз за разом, будто это не спаринг, а экзамен, который юноша сдаст лишь в том случае, если разгадает выдвинутые условия. Так и было, сразу после удара по вертикали, следом, удара наотмашь и нескольких тычков задней частью шеста, движения Безликого начинались сначала, с батманов. Но сразу после очередной комбинации, юноша парировал его удар, выбивая его из равновесия и пока он не восстановил координацию, скрестил с ним шест, переломил его хватку и прокрутил шесты в сторону, а затем резко поднял, тем самым разоружив его. Слух прорезал громкий звук падения шеста, Безликий ничего не предпринял, он молча смотрел на мальчика, а затем едва заметно кивнул. Следующие полчаса прошли обсуждая прошедший экзамен, отмечая все детали, не осталось без внимания ни что. Безликий подчерпнул те моменты, где он проявил смекалку и те, где он допустил ошибки. За всем этим наблюдал "Добрый человек". *** Культ Безликих зародился в Валирии, в зловещих вулканических рудниках, куда валирийцы сгоняли захваченных в бесконечных войнах рабов добывать золото и серебро. Рабы неустанно молились разным богам о свободе и прекращении мучений. Первый Безликий наблюдая за этими молитвами, испытал озарение: на самом деле рабы молятся одному богу с многими ликами, богу смерти, а он сам - орудие этого бога. В ту же ночь первый Безликий убил раба, молившего богов горячее других. Убийцы-Безликие обладают волшебными способностями, которые позволяют им изменять свою внешность по собственному желанию. Их обучение включает в себя отречение от своей индивидуальности и принятие себя как "никого". Только став "никем", ты можешь стать кем-то. Юноше в процессе обучения было велено учиться управлять своим собственным лицом, оттачивать работу мимических мышц и выражения эмоций. Внутри тёмно-серого здания без окон, в одной из многочисленных залов, где на чардреве изображён плачущий алой кровью лик, поодаль от костра расположились сидя две фигуры. Тусклый свет костра в камине, освещал в тёмном помещении лица жреца Многоликого бога смерти Безликого, с шестом на коленях и юношу в изодранных лохмотьях, без шеста. - Кто ты? - спросил жрец, проводя рукой по глади шеста и рассматривая мимику лица мальчика, стараясь уловить признаки эмоций, но тщетно. Юноша ответил немного загодя. - Никто. - Кем ты был до того как пришёл сюда? - Сиротой и Бродягой. - мальчик понимал, что Безликий устроил ему ещё один экзамен и он знал, а его правилах, поэтому он пытался афористично сконструировать свою речь. - Расскажи мне про сироту. - У сироты был отец, капитан корабля, мать крестьянка и сестра. Они жили в достатке, ни в чём не обременённые. До того момента, пока корабль, на котором находились его отец и мать, не разбился о скалы во время шторма. Корабль был полон различного рода материальных ценностей, их утрата далась для его семьи большим долгом, погасить который сироте и его сестре не удалось. После череды потерь, сирота лишился последнего луча света в своей жизни, своей сестры... После этого сирота рос воспитанником своего дяди... - глухой звук удара шеста о левую руку юноши разнёсся по залу, но на его лице не дрогнул ни один мускул. - Сирота отказался становится воспитанником и остался на улицах Браавоса. - Расскажи мне про Бродягу. - юноша молчал, пытаясь мысленно сделать свою речь лаконичной и вскоре сказал: - Вначале он нанялся юнгой на корабле, будучи обученным отцом, он знал основы и хотел применить их для выживания. Но вскоре капитан корабля ввязался в нелегальную деятельность, что впоследствии обрекло бродягу на жизнь в бегах. - Расскажи про "Танец воды". - Бродяга изучал этот стиль чтобы защитить себя во время перевозки товаров через... - снова раздался звук удара шестом и снова мальчик не подал виду. - Бродяга изучал этот стиль чтобы убить Деймона из Тироша. - Почему бродяга хотел убить Деймона из Тироша? - мальчик замолчал, некоторое время он обдумывал свои мысли, пытаясь сделать свою речь ёмкой и коструктивной, а после продолжил. - Деймон известен как работорговец, а также причастен к раскрытию нелегальной перевозки товаров, в которой учавствовал бродяга. Этот конфликт стал причиной будущих событий, связанных с потоплением кораблей Деймона и смертью оного. - Какого рода преступления совершил бродяга? - на этот раз юноша пытался детерминировать свою речь: - Убийство, кража, поджёг и контрабанда. - и снова шест хлёстким звуком ударил мальчика, но он словно отлитый из стали, сидел молча и недвижимо. - Как коротко, ты точно ничего не забыл? - Безликий даже не скрывал скепсис в голосе, с ехидством смотря на юношу и перебирая шест с руки на руку, но юноша продолжил молчать, хотя вскоре ответил: - Что именно вы хотите услышать? - Безликий немного задержал взгляд на мальчике, а потом одобрительно кивнул и еле заметная улыбка тронула уголки его губ. За всем этим всё также наблюдал "Добрый человек". *** 262 г. от З.Э. Браавосское побережье. На щероховатой, устланной зелёным ковром до самого горизонта, земле, с большими многовековыми деревьями, расположилось большое поместье, что в данный момент, к несчатью, штурмуют наёмные убийцы. Топографическая карта показывает множество убитых и раненых солдат, что должны были сторожить это поместье, а также большинство взятых в плен слуг. Преимущественное количество строений либо разрушено, либо сожжено. Двор наполнен криками боли, звуками и последствиями битвы, а также скрипом разрывающихся деревянных досок. Отряд наёмников уже несколько минут продолжает таранить дверь в тайную комнату, расположенную в гостинной. Вокруг них царит хаос, некогда богато и величественно обустроенный зал, стал неузнаваем. Стража, что должна была их задержать, лежит на земле с различными увечьями. Наёмник вытащил мизерикорд из шеи последнего солдата и вытер алую кровь куском ткани от амуниции солдата. Огонь жизни погас в глазах солдата и его безжизненные глаза навечно закрылись. Тем временем внутри тайной комнаты находились брат и сестра, спрятавшиеся от угрозы за дверью. Старшая сестра обнимала и гладила шестилетнего брата по голове, дабы успокоить его, но тот был необычно для его возраста рассудителен, поэтому единственной взволнованной, здесь была только его сестра. Прижимая брата к себе, та шептала ему на ухо слова о их некогда счастливой жизни, когда они с родителями были вместе, когда те были живы. Она знала, что наёмники пришли чтобы забрать их в плен и вести торги с их дядей, дабы тот оплатил долг семьи. Но она знала, что тот откажется платить, знала и поэтому гладя своего маленького брата по голове левой рукой, правой она прижимала к себе кинжал. Комната была освещена смеркающимся тёплым оранжевым светом, исходящим от свеч. Помимо них в комнате находился труп, покойного друга семьи, что до конца своей жизни защищал детей своего друга, но истёк кровью от ран и умер. Девушка бросила последний взгляд на мертвеца и вновь перевела взгляд на дверь, вовремя, наёмник ударом своего топора раздробил стопорный штифт дверного замка, шепки дверного проёма от удара разлетелись по всей комнате, оставив неглубокий порез на её щеке. Внутрь вбежало три человека мигом схватив её за волосы, пока та вся кричала и извивалась. Но стоило увидеть ей, как другой наёмник хотел схватить её брата, как она мигом вонзила кинжал в шею того, кто держал её. Рот наёмника заполнился кровью и он начал харкать ею изо рта на лезвие кинжала, торчащего из его шеи. Но радость от этого длилась недолго, её глаза округлились когда она увидела, как её платье окрасилось в алый цвет, от её собственной крови и торчащий в ней меч. Наёмник, вонзивший ей меч в спину, пнул её тело и оно выскользнуло от оков меча и упало на пол. Испуская свой последний вздох, она смотрела на лицо своего брата, на котором отражался чистый ужас, что был не свойственен ему, она помолилась за спасение брата и отошла в мир иной. Наёмник, чью шею проткнул кинжал, изо всех сил прижимал руку к шее, но тщетно. Истекая кровью, тот проделал несколько шагов к мальчику и упал перед ним. Тем временем, в голове у мальчика в едином цикле повторялись лишь три слова. Мой... Мой... лучик... Мой... лучик... света... События из прошлой жизни захлестнули его разум, перед ним прошли образы его отца избивающего его и его мать и то, как он мерзко и чудовищно отнял жизнь его матери. Единственного лучика света в его прошлой жизни, что освещал и придавал краски к мрачной и тёмной жизни, но она покинула его оставив на всю оставщуюся жизнь во мраке. Казалось, что он навечно останется один, но судьба подарила ему новый луч света, пусть и в другой жизни, чтобы потом снова отнять этот луч. При мысли об этом его захлестнула ярость. Ярость на всё и вся. Глаза наткнулись на абордажный топор у его ног, что выпал из руки наёмника. Он схватил его двумя руками, комплекция тела ребёнка не позволяет ему орудовать им, но он всё равно побежал навстречу к убийце его сестры, издав яростный крик. Но тот не обратил внимание на другого наёмника, за что и поплатился. Удар по груди мальчика тупым предметом выбил весь кислород из его маленьких лёгких, а также послышался треск рёбер. Он глухо приземлился на пол, сразу после того как пролетел половину комнаты, ударившись. Некоторое время он задыхался от боли в лёгких, но вскоре восстановил дыхание. Фиолетовые глаза зацепились за люстру на потолке, а также на звуки шагов, мерно приближающихся к нему. Мужчина навис над мальчиком держа в правой руке меч, ухмыляясь его попытке противиться им и протянул руку, дабы взять его за шкирку. Словно в замедленной съёмке, наблюдал за ним мальчик, пока не вспомнил образ подобный этому. Как отец из его прошлой жизни выбил дух из него, как он избивал его. Бил! Бил! И бил! Адреналин и норадреналин захлестнули голову мальчика, заставляя того думать, реагировать и двигаться гораздо быстрее обычного. Когда его зрачки расширились, топор в его правой руке искромсал плоть ноги наёмника до костей. Вытащив топор, когда наёмник наклонился схватить свою ногу и закричать, он схватил топор двумя руками и ударил остриём на другом конце топора в его челюсть. Остриё проткнуло ротовую полость, язык в том числе, пока его рот набивался кровью, малец толкнул его плечом, повалив на пол, он встал над ним. - АААааааа!!! - ярость переполняла его. Схватив топор обеими руками он ударил им прямо тому в череп. У него не хватило сил, и поэтому лезвие вошло не глубоко. Брызги крови оросили лицо мальчика, он смотрел на то как лезвие топора вошло в правую часть лица наёмника не убив того. Удар перетекал с нижней части лобной кости, располовинив глазницу, оканчивая свой путь в скуловой кости, сам наёмник выл и кричал, его руки потянулись к ножу на бедре, но малец решил ударить снова. Топор застрял, поэтому он надавил ногой на него и таки вытащил его, чтобы потом снова опустить. На этот раз, удар пришёл наёмнику прямо в рот. Лезвие повредило челюсть наёмника, при этом прорезая его альвеолярный отросток вместе с зубами. Одни сломались, другие откололись, как бы там ни было, все зубы забились у него во рту. Но чтобы его убить, этого всё ещё недостотачно, поэтому он вновь опустил лезвие топора со всей силы. В этот раз, он вогнал выбитые и сломанные зубы в глотку наёмника, а кровь вновь оросила верхнюю часть тела мальчика. Мальчику казалось, что тот всё ещё жив, поэтому он немедленно вытащив топор, снова в него ударил, а потом снова, и снова, и снова!!! Но сколько бы он ни бил его, ярость в нём не утихла, поэтому оставалось бить ещё и ещё! Пока мальчик не превратил череп в полное месиво, в фарш из говядины. Вся верхняя часть мальчика на этот момент была насквозь пропитана кровью, когда он открыл рот, чтобы издать крик ярости, можно было заметить зубную эмаль, что окрасилась в красный, из-за крови у него во рту, и он провёл рукой по волосам, что стали влажными и красными из-за крови. Череп наёмника раскололся на десятом ударе, его мозги давно вытекли из черепа и растеклись по всему полу словно желе, оросив своими бороздами и извилинами. Наконец, когда мальчик перевёл дыхание, он обратил внимание на то, что его никто не атаковал за всё время, пока он вершил правосудие. Вскоре он понял, что всё это из-за того, что все они мертвы. Опираясь о стену, рядом с дверным косяком, стоял мужчина в боевой амуниции, очищая свой меч куском ткани от крови мертвецов, он пристально смотрел на мальчика. В своих ясных омутах он хранил годы бесценного опыта, что неподъёмным грузом легли на плечи мальчика. Но несмотря на харизму и ауру человека перед ним, он бестрашно подошёл к нему. Никакой ярости в нём не было больше, лишь тоска и любопытство. - Неудачный день, малыш? - пара слов, но голос, что произнёс их, отдался эхом для мальчика. Не дав тому ответа, он ответил вопросом на вопрос. - Кто ты такой? Зачем ты их убил? - глаза мужчины были странными для мальчика. Несомненно он смотрел на него, но также он смотрел на всё, на что возможно было физически смотреть, в такой стойке тела. - Зови меня Вильгельм, малыш. - подойдя к мальчику и убрав меч в ножны, тот сел на корточки перед ним, сделав уровень их глаз аллельным. - Как тебя зовут? - Фараам. - Ты знаешь, что гнев - это оружие, знаешь как использовать его, похвально, Фараам. - достав из пояса кинжал со специфичной гравировкой, тот протянул его мальчику. - Это - ключ. Тебе подобным, он открывает врата в мир убийц. Но помни одно, сделав шаг, пути назад не ищи. - после сказанных слов, тот исчез, оставив мальчика одного, среди трупов убийц и разрушенного дома. *** 264 г. до З.Э. Браавос. За некоторую цену Безликие соглашаются убить любого человека в мире, полагая, что это заказное убийство - желание их бога. Стоимость их услуг зависит от положения в обществе и безопасности цели. Они используют множество методов для убийства своей цели, включая яды. Безликий, как элитный убийца, должен изучать множество алхимических формул, их компоненты, их эффект и т.д. Он должен лавировать и уметь изловчиться относительно ситуации и доступных средств. Всё это оправдывает репутацию Безликих, как самых смертельных убийц, в рядах которых провал - недопустим. Например василиски. Василиски ядовиты, и являются источником яда василиска. Безликие использоют пасту, приправленную кровью василиска, что придает мясу пикантный аромат, но вызывает буйное безумие в любом теплокровном существе, будь то человек или зверь. Рассказывают, что мышь нападет на льва после того, как отведает крови василиска. Чёрно-белый дом с давних пор служил местом самоубийств, где решившие покончить с жизнью жители Браавоса пили яд и засыпали, чтобы больше не проснуться. Мальчик предпологает, что кровь василиска - это один из компонентов того самого яда, но при этом, зачарован магией, так как обладает магическими свойствами. Таинственный чёрный порошок из Йи Ти, обладающий взрывчатыми свойствами. Горючая и взрывоопасная смесь, созданная на основе селитры, древесного угля и серы. Сгорание пороха сопровождается интенсивным выделением тепловой энергии. Первоначально энергия пороха применялась при создании ракет для фейерверка и имела сугубо мирное применение, но впоследствии Безликие поняли, что при незначительных технологических доработках с помощью пороха можно создать оружие большой мощности. Которое способно в одно мгновение преобразовать тепловую энергию в кинетическую большой силы. В тёмной и сырой комнате, пропитанной запахом серы, пороха и многих других химических элементов, было как всегда тихо, но не пусто. Столы и столешницы расставленные в форме полумесяца полнились различными предметами, а также приспособлениями для секреции необходимых веществ. Глиняные горшки полнились бушелями разного рода компонентов и примесей. Мальчик тихо, словно тень, подошёл к столешнице, его руки елейно прошлись по глади плоских и гранулярных изделий. Так, юноша акклиматизировался к внешней среде. Чуть наклонившись, тот принюхивался, даже пробовал на вкус, морщился и сплёвывал. Будучи слепым, ему оставалось лишь ориентироваться на остальные чувства, чтобы определить и подобрать необходимые ингредиенты для создания яда. Спустя ещё минут пять, он, наконец, приступил к экспериментам. У мальчика была эйдетическая память. К сожалению в одном из многочисленных уличных побоев, его лишили глаз, последствием чего стала агнозия и постоянное ношение повязки. Руки мальчика медленно скользили по всему, что есть на столешницах, фиксируя мензурками и сцеживая продукты в фужер. Летучие соединения активно парообразовали, несколько капель попало на брусчатку, испещряя её бороздами и образуя дурной запах. Естесственно первые десять попыток были безуспешны, но вскоре мальчик научился на приемлимом уровне дозировать количество используемых ингредиентов для интеграции ядов. Доступные для юноши четыре чувтсва действовали симультанно, объединяя различные стимулы в целостный образ. Тем самым, он просто не мог не заметить за спиной шаги "Доброго человека". *** Несмотря на аскетичное убранство храма, его архитектурное достояние впечатляло своей красотой, но, казалось, что всего за несколько веков своего существования, его стены пропитались мрачнотой, что перманентно царило в нём. В число обязанностей жрецов Многоликого бога входит не только исполнение его милосердной воли, но также и взрастление его новых слуг. Один из которых, в данный момент, на пороге становления оным. - Если мальчик назовёт своё имя, я верну ему глаза. - "Добрый человек" выжидающе смотрел на юношу, невзирая на отсутсвие эмоций, о существовании которых он уже давно забыл, он не мог не быть довольным, воспитанием такого перспективного слуги. - У мальчика нет имени. - казалось, что сами стены храма давили на него, дабы испытать и сломить его волю. Но безуспешно. "Добрый человек" зачерпнул чашей немного жидкости из ёмкости и поднёс её к мальчику. Тот принюхался и быстро определил, что это яд. - Если мальчик и вправду "Никто", то ему нечего бояться. Короткий кивок со стороны мальчика послужил ему ответом. Он медленно поднёс чашу ко рту и осушил её содержимое. Токсичная жидкость потекла по сухому горлу и дальше по желудочно-кишечному тракту. Некоторое время ничего не происходило, они просто стояли, спустя ещё несколько минут, сердце юноши стало усиленно стучать, кровь забурлила и начала усиленно курсировать по венам, вздувая их из-за тургорного давления. Ту-дум... ту-дум... ту-дум... Давление начало снижаться, пульс нормализовался, дыхание стало ровным. Комок прокатился по горлу мальчика и он медленно-медленно поднёс руку к лицу, подушечки пальцев скользнули по повязке и пальцы ухватились за неё, резко отдёрнув. Казалось, что время остановилось и прошло относительно мучительно долгое время, прежде чем тёмно-фиолетовые глаза вновь озарили этот мир.