Кошка

      1.       До близкой встречи с Вуд сравнивала её с забавным щенком. А что? В этой девушке так много энергии, улыбчивая, порой несколько стеснительная, но вспыльчивая. Сближение было делом времени. Идеальная представительница друга всего человечества. Но, как говорят, первое впечатление может быть обманчиво. Слова касательно забавного щенка она забрала сразу же. И самая милая с виду девушка может испуганно шипеть и отказываться от помощи. И всё из-за одной-единственной тренировки.       Они должны были без использования причуды залезть на деревянный столб. Парни с свойственной им ухмылкой сразу же побежали, рассчитывая на скорую победу. Но этот столб оказался с секретом, а именно — он был намазан машинным маслом. То есть, он не только липкий, но и вонючий. Кому-то удавалось залезть с первого раза, а кому-то не хватало и пяти раз, чтобы понять тщетность попыток. Вуд, как ни старалась, ни разу не смогла залезть, из-за чего на неё смотрели с презрительным снисхождением. Она знала, они не думали о том, что она может быть про-героиней. Её это и не обижало особо, она могла абстрагироваться от этого мира. Но эта девушка с упрямой ухмылкой...       Эта девушка залезла с первого раза, наверняка нацепив все занозы. Это выглядело впечатляюще — на самом верху цеплялась такая же хрупкая с виду девушка и хихикала над удивлёнными парнями. Она казалась настоящей героиней. Ну, первые пять минут, после чего начали требовать, чтобы она слезла оттуда. Вот тогда и возникла проблема. Она залезла, но слезть боялась. Или не хотела. Вуд не знала, но издалека, видя, как эта девушка рассерженно шипит на инструктора и махала на него рукой, скаля зубы.       Тогда она поняла, что это не щеночек. Это кошка. — Побереги-и-ись!       И падает как кошка. И смотрит с хитринкой, разлежавшись на ней. — Я Кэсси, милашка.       2.       Спустя некоторое время после церемонии посвящения и злополучной первой тренировки их отвели в спальные корпуса, где каждому дали спальное место и стандартный набор для гигиены. Всем, кроме неё. Она должна была делить спальное место вместе с этой странной сумасбродной девушки. Они, то есть сотрудники кадетки, объясняли это тем, что для девушек они не устанавливают отдельные спальные места, а делить их с мужчиной было бы чревато последствиями, о которых говорят с пошлым шёпотом. Это была беда.       То есть, что из себя представляло стандартное спальное место? Узкая деревянная двухярусная коробка с подобием матрасов. Один человек там мог вытянуться почти на весь рост, другой же или обнимает другого или сворачивается в три погибели или спит гордый на полу. Так как многие уходили в кадетские училища, эти спальные места были плотно заняты. Именно поэтому она не могла рассчитывать на отдельное спальное место без соседа. Что же, это была девушка, поэтому стыдиться было нечего — почти, по правде говоря.       Мужчины переодевались ко сну без всяких задних мыслей, иногда бросая на неё ехидные взгляды. Они явно рассчитывали на забавное зрелище, вроде стыдобы или что-то вроде того, когда переодеваться, собственно, негде. Вуд устало вздохнула. Она пережила своего старшего ненормального брата, с красными щеками она тем более справиться, тем более по фигуре у неё почти ничего и нет. Почти. Девушка испуганно пискнула, когда её «кто-то» накрыл очень длинным одеялом. Смех был знакомым. — Не бойся, со мной они тебя не тронут. Переодевайся и спать. А вы что ржёте? Извращенцы.       Вуд фыркнула. Давно она не чувствовала себя настолько весело. Дома за такие подобия смеха ей бы прописали лекции по хорошим манерам приличной девушки. Да, они бы сгорели от стыда, увидев, как она тихонько хрюкает от смеха, и как от неё не отстаёт забавная девушка. В конце концов у неё закончился кислород и она всё же смогла переодеться в нейтральную серую форму для сна. Она осторожно откинула одеяло и улеглась на матрасе, поджимая под себя ноги. Как бы она не старалась успокоить себя, но лежать с незнакомым человеком, хоть и с девушкой, довольно волнительно. Эти новые ощущения бурлили в ней как клубничное варенье, наполняя её лицо свежей кровью. Со стороны она походила на смущённую клубнику.       Она покосилась на девушку, делающую разминку перед сном. Со спины и не поймёшь, волнуется она или нет, но уши у неё горели. Вуд быстро прикрыла глаза, когда та стала укладываться на матрас. То есть, где-то в самом конце матраса, уложившись клубочком, как кошка. Неужели после этого у неё не будет болеть как-то спина?       Кэсси — милая девушка, которая в прошлой жизни точно была кошкой.       Вуд улыбнулась в подушку от этой мысли, пока Кэсси не спала, пытаясь понять, почему у неё так сильно бьётся сердце и так жарко.       3.       Вуд была готова рвать и метать. Скоро церемония награждения выпускников, через какие-то там пятнадцать минут, а её подруга словно канула в лету. И никто не знал, куда могла она запропаститься. Даже Ник, который, на секундочку, имел самые проницательные глаза, не знал, где искать эту наглую девушку. В мыслях она сулила ей немыслимые наказания и лекции, но, видит её душа, она не сможет её должным образом наказать. То есть, когда она сама рисковала своей жизнью, не была уверена в себе и в своей мечте, Кэсси была подобна валькирии, выбивающей всю дурь из головы. Но когда сама Кэсси всё ещё пребывала в таком состоянии, она только корчила невинную мордочку и убегала от неудобной правды.       Очень милая невинная мордочка. Особенно эти бездонные синие глазки с кошачьими зрачками.       Образ не выходил у неё из головы. Вуд запыхтела ещё сильнее, когда поняла, что даже она её найдёт, они не успеют должным образом переодеться для церемонии. То есть, как вообще возможно заставить надеть платье девушку, презирающую эти розовые ванильные штучки? А без платья её и не пустят согласно традициям и мнениям, что девушкам больше подходят платья, чем армейские наряды. Думалось ей, они просто хотели потешить своё эго. Даже если и так, это не отменяло того, что Кэсси куда-то запропастилась именно сейчас!       В тот момент, когда Вуд чуть не чертыхнулась, из пустой коробки, где ранее были большие запчасти, послышался тихий шум. Она почти на цыпочках приблизилась к коробке и заглянула в неё, не сдержав громкого неприличного смеха. Кэсси лежала на самом дне коробки, изогнувшись, прям как королевская кошка. Судя по мутному взгляду, она только недавно спала, пока её не разбудили. Вот только... на неё было надето простое чёрное платье с мелкими горошинками. Это её озадачило. Если у неё было платье, зачем было влезать в нём в эту коробку? Дико. — Кэсс, скоро церемония награждения выпускников. Идём, пожалуйста. Мне что, тащить тебя?..       Кэсси меланхолично отвернулась от неё, совсем уткнувшись носом в дно коробки. От увиденного она тихо охнула. На спине платье было разорвано, да и на коже виднелись кровавые полосы. С таким не стоило идти не то что на церемонию, даже в корпус. Вуд, подумав пару секунд, залезла к ней, решив, что церемония подождёт. Много у них ещё будут эти формальности и праздничные речи. Кэсси тихо зашипела и мрачно посмотрела на неё, слегка покраснев. Ради того, чтобы не видеть эти ненавистные циничные рожи, можно пойти на крайние меры. И этим вечером особенно хотелось исчезнуть. Навсегда. Но... — Прости, Ву-ву. Наверное, я немного устала. Ты... иди, если хочешь.       Вуд приобняла её со спины, с грустью подумав, что диким кошкам не везёт с окружением. — Ты мне важна, Кэсс.       4.       Кэсси с счастливой улыбкой просто милашка. Кэсси с счастливой улыбкой, которая нянчит приёмную дочь — тем более милашка.       Вуд задумчиво мыла посуду, краем глаза наблюдая, как её девушка с дочуркой пытаются испечь что-нибудь помимо яичницы. Следовать всем шагам рецепта гарант хорошего результата. Но, признаться честно, они так забавно пытались месить тесто и раскатывать его в что-то наподобие сосисок, хотя предполагались лепёшки. Или булочки? Теперь они сами не понимали. По кухне летала мука, окрашивая всё в белый цвет. Кажется, на языке можно было попробовать сырое тесто, настолько им пропахло помещение. И корица. В воздухе приятно пахло корицей, которую Афина словно невзначай съедала под столом. В свою же очередь, Кэсси съедала теста больше, чем лепила, после чего не понимала, а куда, собственно, деваются её неловкие заготовки.       Конечно, Вуд могла им помочь, но ей хотелось подольше понаблюдать за ними. И сейчас сфотографировать, если получится.       Когда она трясла мокрой тряпкой, большая часть воды попала на Кэсси, из-за чего та недовольно начала качать головой и тереть лицо. — Мама, ты прям как кошка!       Вуд засмеялась как когда-то в кадетке, словно это было только вчера. Ничего не меняется.