Счастье во зле 2: Омеги нового поколения.

      Восстанавливался Костя долго, и дело тут было вовсе не в нанесённых ему увечьях. Сломанные ключица и несколько ребер, пара-тройка выбитых зубов, гематомы и ссадины беспокоили альфу куда меньше, чем ситуация с омегой. Как телохранитель, Костя облажался по полной. Он осознанно нарушил изначально оговоренные границы, и Георгий проявил настоящее милосердие, сохраняя альфе жизнь и позволяя и дальше на него работать. На удивление, Руслан также повёл себя достойно. Юноша не скидывал с себя ответственность и не притворялся жертвой.       Здравый смысл говорил, что альфе повезло, а так ли это на самом деле? То, что за совершённую глупость Косте намяли бока – мелочи, считай, отделался лёгким испугом. Но почему же не отпускает чувство потери? Такое, будто у мужчины забрали что-то очень важное. Руслан не его омега и никогда им не был, но создаётся ощущение будто у мужчины его отняли.       Вчерашняя встреча в коридоре выбила почву у альфы из-под ног. Этот холодный отрешённый взгляд, это нарочитое безразличие. Косте было сложно удержаться и не потерять лицо, не обернуться и не пойти за омегой. Он не знал, что сказать, не знал, что сделать. Мужчина думал, что сможет прочесть подсказки во взгляде омеги, но там не было ровным счетом ничего. В глубине души он надеялся, что Руслан позовёт его спать вместе, как раньше, но и этого не случилось.       По возвращению с «больничного» альфу поставили на ночную смену охраны особняка. Скорее всего, не быть ему больше телохранителем омеги и видеться они будут в лучшем случае вот так – мельком. Мимолётные пустые взгляды, волна феромона, обдающая, когда омега проходит мимо – вот всё, что ожидает Костю.         Его метка исчезла с шеи омеги не оставив следа, запах утратил свою интенсивность, сохраняя лёгкий флёр, как напоминание о том, что произошло между ними. Теперь аромат Руслана говорил о том, что он взрослый половозрелый омега, утративший свою невинность, но не опороченный толпой альф. Костя не знает как запах омеги воспринимается другими, но для него он стал ещё более привлекательным. Своим.       Альфа качнул головой, отгоняя навязчивые мысли и отправился на последний обход особняка. Его ночная смена подходит к концу. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Костя заметил там всю дневную смену охраны, которая ещё не заступила, и даже двух альф с уличной охраны ночной смены, которые покинули свой пост. И только после этого мужчина осознал, что в доме стоит сильнейший запах течки. Погруженный в свои мысли Костя даже не замечал, что его окутывает аромат Руслана. А может, именно феромон омеги стал катализатором тяжёлых дум.       Разъярённый рык, усиливающийся эхом лестничной клетки, прокатился по этажам особняка. Костя оценил количество претендентов на его омегу, которые сразу перешли в разряд его противников, и начал прикидывать, сколько сможет продержаться. Альфа был готов стоять до последнего, пока не отступит последний похотливый самец, нацелившийся на Руслана, либо пока его собственное сердце не остановиться. Он был готов убивать.       Когда Костя принимал наказание Георгия за свою ошибку, его били эти самые альфы, но тогда он не сопротивлялся. Он не сделал ни одного ответного удара, потому что считал себя виноватым, потому что считал наказание оправданным. В этот же раз он был уверен, что разрастающаяся в душе ярость может унести не одну жизнь и не до конца срощенные кости не будут помехой. Среди тех, кто пришёл в этот дом на ротацию два месяца назад Костя считался самым сильным и подготовленным. Именно поэтому Терновский выбрал его для охраны младшего сына. Настала пора проверить, насколько он сильнее других.

***

      Руслан метался по постели в течном бреду. Плотная страйп-сатиновая ткань под ним был уже вся влажная от пота и смазки, стекающих с омеги. Казалось, что с такой потерей жидкости вот-вот наступит обезвоживание. Губы постоянно пересыхали и требовали восполнения влаги. Парню постоянно казалось, что он чувствует прикосновения его альфы на коже, но как только он начинал тянуться на встречу, фантомные касания исчезали.       — Костя, - прошептали потрескавшиеся губы перед тем, как Руслан вынырнул из забытия.       Оглянув свою комнату, парень заметил валяющиеся скомканными на полу одеяла и пару пустых пластиковых бутылок от минералки, отброшенных в дальний угол. Омега не любил беспорядок, но сейчас было плевать. На краю кровати сидел его папа и кидал на Руслана тревожные взгляды.       — Может быть нужно его позвать? – тихо, будто сам боялся своего вопроса, прошептал Даня.       — Кого? – не понял младший.       — Ну, - омега замялся, нервно теребя в руках край одеяла, — того альфу.       — Нет! – юноша попытался закричать, но из-за сухости во рту у него не вышло, - я не опущусь до того, чтобы бегать и унижаться перед альфой! Если я ему не нужен, то и он мне тоже. Сам как-нибудь справлюсь, - последнее прозвучало с нотками обиды, которую омега не смог скрыть.       — Бегать бы не пришлось, - заметил Даня, — он сейчас сидит под твоей дверью.       — Отец снова назначил его моим телохранителем? – данная новость очень удивила омегу, но смогла объяснить, почему запах альфы кажется таким близким.       — Нет, но вряд ли что-то сможет отогнать его сейчас от твоей комнаты, - на губах старшего мелькнула улыбка, — когда твоя течка началась, мы были не готовы. По графику она должна была начаться через месяц. Видимо сексуальный контакт с альфой вызвал сбой. В доме было много альф и все они столпились около твоей комнаты. К счастью, страх перед Жорой послужил для них достаточно весомым сдерживающим фактором, и никто не попытался тебя изнасиловать, но каждый из них ждал, что ты сможешь, - омега вновь замялся, — согласиться добровольно. Всё-таки ты уже спал с одним из них. Потом на этаж поднялся Константин и началась массовая драка. Хорошо хоть огнестрелом никто не воспользовался, а то без смертей бы не обошлось.       — Как драка? Он же ещё не восстановился? – от переизбытка эмоций Руслан попытался вскочить с кровати, но отсутствие сил заставило омегу повалиться обратно на подушки.       — Переживаешь за него? – аккуратно спросил Даня.       Парень отвернулся в попытке скрыться от изучающего взгляда родителя. В душе всё спуталось, до этого разговора омеге всё казалось понятным. Альфа в тот раз поддался его напору, но совершено не был заинтересован в дальнейших отношениях. А что Руслан? Он не собирался биться в закрытые двери. Чувства, так отчаянно скрываемые от всех, включая себя, пройдут. Обязательно пройдут, омега в это верит. Он не может не верить, так как в противном случае увязнет в жалости к самому себе.       — Ну ладно, если тебе ничего не нужно, то я пойду. Навещу тебя чуть позже, —так и не дождавшись ответа от сына произнес старший и вышел из комнаты.       У Кости был не самый лучший отец. Хотя нет, не так. У Кости был хуёвый отец. Да и мать ненамного лучше. Он вырос в семье, которую в обществе принято называть неблагополучной. Его старик был пьяницей и уголовником, который не гнушался применить насилие в отношении своих домочадцев. А ещё он был консерватором и жил по понятиям.       Во времена первого омежьего скандала Костя был слишком маленьким и ещё ничего не знал про особенности разделения вторичного пола. Именно тогда отец и начал проводить с ним уроки жизни и мироустройства. Каждый раз, когда по телевизору всплывали новости про скандальную семью, у них в доме начинались лекции на тему омерзительности сего союза. Отец, не гнушаясь самых грязных эпитетов, просвещал своего шестилетнего сына. Он говорил ему что омеги грязные, тупые, никчёмные, похотливые шлюхи.       Также отец рассказал ему историю его тетки, которая, как оказалось, в молодости родила омегу. Отец так гордо рассказывал о том, как свернул голову новорожденному младенцу.       — Запомни, мелкий, - говорил он, - если, упаси боги, твоя баба родит тебе омегу – сразу его прикончи. Не разводи шваль на улицах.       Так забавно, у этого человека не было ничего святого, но каждый раз заговаривая про омег, он упомянул богов. Как будто бы самый святой человек на земле, впервые столкнувшийся с грехом. Альфа ни разу не был в храме, не придерживался священного писания, но цеплялся за религию, как за союзника в гноблении падших омег.       Подрастающий альфа впитывал слова своего отца как губка, хотя и не считал того эталоном. Отношение к омегам отложилось как должно, тут уж отцовская школа сработала, но и к родителям Костя уважения не питал. Чем отличалась мать от шлюховатой омеги, если её натягивали на член все кому не лень, пока отец сидел на зоне. А был ли примером для подражания отец, который довел до реанимации восьмилетнего сына за то, что он отказался сбегать за пивом, опаздывая в школу.       Когда старика загребли за разбой в продуктовом, Косте было десять. К тому моменту он был похож на волчонка, агрящегося на весь окружающий мир. Отсутствие отца в доме дало подростку полную волю, и он примкнул к местной шпане.       Улица научила Костю многому. Когда после шестилетней отсидки, ослабший запущенным туберкулёзом, отец вернулсядомой, его встретил не зашуганный мальчишка, а сильный и очень агрессивный юноша. С того момента расстановка сил в доме изменилась.       Так и не закончив школу Костя пошёл в армию. Отслужив положенные два года, по протекции одновзводника он устроился к Станиславу Олеговичу. Все связи с семьёй были разорваны, молодого альфу ничего не держало, ему было нечего терять. Помножим это на его бесстрашный взрывной характер, отличные навыки стрельбы и рукопашного боя, полученные за годы службы в армии, и мы получим высококлассного бойца, готового на любую работу. Так мужчина заработал себе неплохой авторитет в группировке и его жизнь покатилась по проторенной колее.       Катилась бы она и дальше до своего весьма туманного конца, но волею судьбы на колею упало дерево, а на голову альфы свалился Руслан и сопутствующие с ним проблемы.       Так Костя и очутился тут, сидящим на полу второго этажа и подпирающим спиной двери течного омеги. Тело ныло от старых и новых ранений, но внутренняя борьба с собой не давала обратить на это внимание. Инстинкты кричали о том, что нужно идти к ЕГО омеге, но здравый смысл перебивал все потуги и как ушат холодной воды обрушивал на альфу воспоминания.       «Я захотел – мы переспали»       «Очевидно же, что мы не пара»       Действительно. Не пара. Любимый сын самой влиятельной семьи города и выблядок алкашни из доков. О чем вообще речь? Но альфа внутри Кости не хотел с этим мириться. Он просто вопил внутри, создавая дополнительное давление на виски. Или это просто потревоженный очередной дракой мозг, не отошедший от последнего сотрясения. Да нет, откуда у него мозг? Отец всю жизнь вбивал в Костю мысль о том, что омеги тупые, но что же мы имеем? Альфу, недоучившегося девять класов, и омегу, осваивающего университетскую программу не смотря на предубеждённое отношение преподавателей. Так кто же умнее? Руслан, который всеми силами идет к своей цели, четко знает чего хочет и добивается этого или Костя, барахтающийся на задворках жизни, вступивший в группировку по причине того, что не способен ни на что кроме простреливания голов, и … Безрассудно влюбившийся в сына своего босса.       Была ли это на самом деле любовь? Альфа не знал, так как его никто никогда не любил, а он всегда отвечал взаимностью. Он слышал, что влюблённость отупляет. Его последние поступки сложно назвать разумными. Если это правда и любовь действительно лишает рассудка, так может быть это она? Стоит ли стыдиться чувств к омеге? Почему это должно быть унизительнее, чем брак на дающей всем подряд шалаве, как его мать? А она была бетой и не могла списать свою блудливость на природу, гормоны и течки.       Стоит ли раскладывать все свои чувства по полочкам, если они всё равно никому не нужны? Чем бы не были эти чувства, альфа не полезет с ними к Руслану. Юноша четко обозначил своё отношение, выпрашивать милости нет смысла.       — Альфа, - из размышлении Костю вывел приглушенный голос из-за двери, – ты тут?       Мужчина не хотел реагировать на зов. Ему стало очень больно от осознания того, что сейчас на его месте мог быть любой альфа из тех, кто толпился тут всего два часа назад.       — Коооостя, - послышалось ещё раз, – я же чувствую, что ты там.       Персональное приглашение альфа проигнорировать уже не смог. Слишком сильной была тяга.       С тех пор, как папа покинул комнату, Руслан терпел. Известие о том, что не оклемавшийся от отцовских побоищ альфа снова получил травмы очень беспокоило юношу. И конечно же запах. Запах Кости сводил его с ума, заставлял тело вырабатывать смазку в небывалых количествах и сжиматься в предвкушении анус. Запах стоял настолько концентрированный, что ни одна дверь не смогла бы его удержать, а это наводит на мысли о том, что альфе сломали нос. Либо телохранителю настолько противен омега, что даже его течный аромат не привлекает мужчину. О втором варианте Руслан старался не думать, но мысли мимо воли посещали его затуманенную голову, заставляя сворачиваться на кровати в позе эмбриона и беззвучно рыдать. Если жизнь действительно похожа на зебру, то в преодолении белых и чёрных полос омега наконец-то добрался до жопы. Первое время он искренне верил, что сможет перетерпеть течку и выйти из этой комнаты с гордо поднятой головой, но с каждой минутой тяга к альфе усиливалась.       В какой-то момент Руслан не выдержал. Он не знал сколько прошло времени, но понимал, что больше так продолжаться не может. Тогда омега принял решение: он не будет говорить о чувствах, не будет просить и унижаться, он просто предложит. Предложит себя как тогда, в их первую и последнюю ночь. Предложит провести течку вместе и будь что будет. Либо альфа согласиться, и его мучения закончатся, либо откажется, и Руслан пошлёт его куда подальше. Прикажет ему убираться из дома на период течки.       Зайдя в комнату, мужчина обнаружил обнажённого омегу, сидящего на раскуроченной кровати. По мере приближения к кровати альфа заметил, что его очень пристально рассматривают, но не оценивающе, а … обеспокоенно?       — Тебе что-то нужно? – хрипя уточнил Костя.       — Сейчас мне нужно только одно, - безапелляционно заявил младший.       — И не важно с кем, - не вопрос – утверждение, насмешка.       — Ты идиот? – возмутился Руслан. Он тратил последние силы на этот бессмысленный разговор.       — Ну уж простите, университетов не оканчивали.       — Это просто невыносимо, убирайся вон, - махнул рукой омега.       — Позвать кого-нибудь, - от собственных слов у Кости заиграли желваки. Альфа прилагал огромные усилия, чтобы задать этот вопрос, - другого?       — Мне больше никого не надо звать, - завопил Руслан, вскочив на кровать ногами, - я сказал уёбывай отсюда!       Почему-то эти слова возымели абсолютно противоположный эффект. Альфа в считанные секунды оказался вплотную к омеге и подхватив того под задницу, крепко прижал к себе. За счет высоты кровати омега оказался сантиметров на двадцать выше альфы, но последнего это не смутило. Костя начал осыпать поцелуями ключицы, плечи и участки шеи, свободные от ошейника.       Неспособный более трезво мыслить омега сдался под таким бурным напором, обвивая талию альфы своими ногами. Измазанные в смазке бедра пачкали белую рубашку, капли, сочившиеся с ануса, падали на брюки. За какие-то короткие секунды омега смог полностью пометить Костю своим запахом, от чего крышу рвало не на шутку. Не в силах больше терпеть альфа скинул свою ношу на матрац и в быстром темпе начал раздеваться. Рубашка, брюки, трусы и носки – всё это измятой кучей ткани повалилось на пол. Сейчас не до аккуратности.       Вновь прильнув к желанному телу, альфа почувствовал контраст температур. Кожа омеги будто пылала, исходящее из самых глубин пламя сжигало всё на своем пути. В ближайшие часы в этом огне будут гореть двое. Костя обвил руками талию юноши и притиснулся к нему по максимуму. Ему нужно было больше прикосновений, больше контакта кожа к коже, больше Руслана. От повышенного напряжения на висках собрались капли пота, несмотря на то, что к активным действиям пара ещё не приступила. Мужчина старался впитать в себя как можно больше от этой связи, а раскинутые в приглашающем жесте ноги омеги позволяли ему это.       Слова сейчас были лишними. Даже не так, слова были губительными в их ситуации, ими можно озвучить правду. Правду, которую в данный момент пара отчаянно игнорировала. Правду о том, что они совершенно не пара, они никто друг для друга, и совместно проведённая течка на это не повлияет; правдуо том, что Костя не имеет никаких прав на этого омегу.       У Руслана тоже была своя правда. Она заключалась в том, что юноша проиграл. Он проиграл в сражении с самим собой и это для него страшнее всего. Эта война началась уже давно, но финальная битва был именно сейчас. Она началась вместе с течкой и продлилась всего несколько часов. Это был провал, полнейшая капитуляция, но плюс в сражениях с самим собой – о них никто не знает. И этот альфа тоже, он не узнает о той буре, что бушует внутри, а значит – не растопчет то, что в ней пока уцелело. Пусть считает блядью, это не страшно. Руслан сильный, он справиться, а сейчас, в такой уязвимый для любого омеги момент, просто отпустит ситуацию. Чтобы набраться ещё больше сил можно иногда побыть слабым.       Крепкая мозолистая рука оглаживала бедро, вторая же изучала путь от груди до паха, где взяла в кулак твердый, сочившийся соками член омеги. Никаких комплексов, никаких табу, сегодня можно всё. Не давая себе ни минуты на раздумья, Костя прошёлся по проторенной дорожке поцелуями и резко вобрал член в рот. Несмотря на то, что омежий орган не отличался внушительными размерами, совершать большие подвиги мужчина не стал, ограничиваясь вылизыванием и посасыванием головки, помогая себе рукой, гоняющей кожицу у основания ствола. Второй же рукой альфа помял мошонку и нырнул ниже, проводя круги большим пальцем вокруг ануса. Спустя несколько минут, казавшихся пыткой для омеги, палец таки нырнул в горячее и истекающее соками нутро. Стенки легко поддались, и на замену большому пальцу пришли указательный и средний. Всё это время мужчина не бросал попыток освоить первичную технику отсоса. Получалось не идеально, несколько раз альфа задевал нежную плоть зубами, отчего Руслан вздрагивал и болезненно постанывал.       Когда рука, работающая на второй фронт, подключила третий палец, альфа понял, что больше сдерживаться не может. Он встал на колени между разведёнными ногами омеги, подтянул того к себе вплотную за бёдра и одним слитным движением вошёл в податливое тело на всю длину. Руслан вскрикнул и было сложно определить: от боли или удовольствия. Даже сам омега не смог бы ответить на этот вопрос. Распалённый оральными ласками, парень кончил себе на живот на третьем толчке. Подбадриваемый такой реакцией альфа тоже не долга продержался и на последнем волевом усилии смог выйти из омеги до того, как излился, смешивая их семя на животе юноши.       — Где там твои стратегические запасы? – прохрипел альфа.       Ослабевшей рукой ему указали на прикроватную тумбочку, откуда была извлечена пачка презервативов. После первой разрядки в голове последовало короткое прояснение. Настолько короткое, что Костя успел натянуть на так и не опавший член презерватив, дать юноше напиться воды и разместить того в коленно-локтевую позицию. После того, как альфа увидел судорожно сжимающуюся дырочку между разведённых ягодиц, проследил глазами за каплей смазки, скатывающейся по бедру, разум снова помахал ему белым платочком.       Сколько это продолжалось судить было сложно. Иногда казалось, что заходы длились часами, а иногда – мгновения. Никто из них не фиксировал временной точки отсчёта и всё, что мог бы сказать по этому вопросу альфа, так это то, что вместе они были ровно шесть презервативов. Без сна и перерывов. Руслан высушил его до последней капли и сам был полностью вымотан. Последний заход у них был на боку, потому что омега не мог держать ни руки ни ноги на весу. Аккуратно отлипнув от парня, Костя перекатился и присел на край кровати. Руслан следил за ним из-под полуприкрытых век.       — В ближайшее время я переведусь обратно к Стасу, – равнодушно произнёс телохранитель.       — Как обратно? Почему? – былая усталость отступила, не оставляя за собой и следа. На замену ей пришла сильнейшая обеспокоенность.       — Слишком высокие риски, - отвечал альфа не оборачиваясь.       — Какие, к чёрту, риски? – истерика была уже не за горами. Эмоциональный откат после секса в первый день течки не самая приятная вещь.       — Риски того, что если ты найдёшь себе альфу – я его убью.       — Почему? – голос омеги сорвался, сдерживать истерику становилось всё сложнее.       Костя не ответил. Он молча встал и не оборачиваясь направился к двери, подбирая по дороге свои вещи. В этот момент раздался звон и в него отлетело несколько осколков стекла от разбившейся о стену визы.       — Я спросил, почему?! – прокричал Русла.       Телохранитель сжал посильнее кулаки, резко развернулся и не раздумывая прокричал в ответ:       — Да потому что я не смогу смотреть на то, как МОЕГО омегу трогает кто-то другой!       — А с хера ли я стал твоим омегой?!       — Так решил альфа во мне!       — А альфа в тебе не подумал, что для того, чтобы омега стал его, нужно что-то для этого сделать? Приложить усилия, так сказать!       После крика, издаваемого на пределе голосовых возможностей, тишина, повисшая в комнате, оглушала. Как контузия, наступившая после взрыва снаряда, когда ты слышишь только звон в ушах и биение своего сердца. Первым из оцепенения вышел альфа. Он медленно подошёл к Руслану, протянул руку к его лицу, и приподнял голову за подбородок так, чтобы юноша посмотрел ему в глаза.       — Ты сказал, что мы не пара, - спокойно произнёс альф, вглядываясь в любимые черты.       — Ты меня призираешь, - отбрил Руслан.       — А если я захочу тебя пометить?       — И будешь пытаться меня контролировать?       — Если ты называешь контролем то, что я не пущу тебя одного в сомнительные клубы, на подобии последнего, то да – буду, - губы альфы растянулись в улыбке при мысли о том, как юноша уговаривает его куда-то пойти.       — Я сам решаю, как мне жить, – насупился Руслан.       — Естественно.       — Я доучусь в университете и буду работать! – продолжал настаивать омега.       — Безусловно. Если захочешь.       Руслан был взвинчен, был настроен спорить, доказывать свою правоту. То, что альфа с ним соглашался выбивало из колеи и он поддался импульсу. Юноша, не отводя взгляда от альфы, начал расстёгивать свой ошейник, пока сильные руки опустившиеся поверх его собственных, не остановили это безумие.       — Нет, - непоколебимо отчеканил мужчина.       — Но ты же…, - палец на губах заставил омегу замолчать.       — Я не буду кусать тебя, пока ты в дурмане течки. У нас ещё будет много времени. В любом случае, помеченный или нет, если к тебе будет лезть другой альфа…, - настала очередь Руслана затыкать рот СВОЕМУ альфе. Но поцелуем это делать куда слаще, верно?