Пустотник

Тёмной ночью, когда за окном шёл снег. В одном из множеств кабинетов церкви сидел человек. Одетый в плащ, особенно сильно выделялись его украшения в виде серёг, напоминающие кресты. Одна из них впивалась ему прямо в ухо. Это был символ его статуса и принадлежности северной церкви. Попивая ярко-оранжевую жидкость из стеклянного бокала, он задумчиво вздыхая, глядел в танцующий огонь камина. — Ты вновь говоришь мне что драконорождённые, что-то затевают, верно? Но сейчас зима, если они и будут действовать, то только весной. Я сообщу главному церкви, но северный легион чистильщиков вне зависимости от его решения пойдёт в поход, для зачистки. — Сказал он глядя на лицо Рэнета, на котором начали появляться морщины. — Спасибо, что приняли мою информацию, архижрец. У меня всё. — Коротко поклонился Рэнет, собираясь уходить, как его остановили. — Постой, ты довольно долго работал на Церковь, приносил много полезной информации. Я хочу тебя наградить за это. — Господин архижрец, мне нечего не нужно. — Ответил жрец. — Ну что ты, не скромничай. Всё что угодно, деньги, слава, может быть что-то ещё? — И видя как Рэнет нечего не просит, он дополнил. — Я настаиваю. — И только после этих слов, жрец понимая, что отказываться будет невежливо по отношению к архижрецу. Рэнет, подумав сказал. — Из-за зимы сейчас довольно проблематично находить нужные мне травы. И в приюте сейчас довольно много больных детей. — Говорил Рэнет, но архижрец недослушав его сказал. — Что ж хорошо, очень хорошо. Я понимаю твою просьбу. Таким и должен быть служащий Творцу. Приводи всех больных, я сам лично их вылечу. Всё, ступай. — И не дав что-либо сказать Рэнету, его провел помощник архижреца до двери. Через несколько минут, когда звуки отдаляющихся шагов перестали быть слышанными, архижрец сказал: — Он мне по нраву, довольно бескорыстный, думает в первую очередь о других, а не о себе. Жаль только что он довольно слаб по сравнению с другими. Ну это тоже можно исправить. — Говорил архижрец своему помощнику. Подумав немного, он продолжил. — Да, выпиши ему пару летательных орудий нового поколения. Со сдвигом в скрытность. После повысь его до жреца среднего порядка. — Я понял. — Сказал помощник, что-то записывая на листе. — Всё, свободен. Оставь меня — Сказал архижрец. Когда его помощник вышел он, подумал: «Что же сейчас творится в мире... Дай нам сил, Творец, чтобы справиться с этим» — Вздохнув, он посмотрел в окно на падающие снежные хлопья, потягивая свой напиток. --- «За мою короткую вторую жизнь бытия ребёнком я уже несколько раз испытывал отчаяние. Хотя нет, это было скорее всего острое чувство слабости, невозможности что-то поменять, и может щепотку отчаяния» «В первый раз это произошло из-за моего зрения, а точнее его отсутствия. В начале я думал, что оно проявится, но проходило время, неделя, две, месяц, три, а зрение всё не появлялось. Всё такая же бледная пелена застилала мне глаза. И за этой пеленой ничего не было видно, ни силуэтов, ни точек. Не оставляя мне надежды вернуть его в этом средневековом мире» «Когда я это понял, на меня накатила такое отчаяния, смешанное с апатией и этот коктейль эмоций полностью выбил меня из жизни в те дни. Я не хотел ничего, все мои желания пропали. Я просто думал о бренности своей жизни...» «Но я всё-таки смог выбраться из такого состояния, убеждая себя, что в будущем я исправлю такой недостаток другим чувством, а именно “зрением Души”, и только после этого всё более менее стабилизировалось» «Те дни мне запомнились надолго. И смотря сейчас на них я понимаю, что был глуповат тогда. Зачем себя уничтожать, загонять из-за того что уже случилось? Сейчас я это понимаю, но тогда...» «Одна из самых, и наиболее больных для меня тем, это еда. Насколько я понимаю, сейчас я живу в что-то типа приюта. Понял я это из-за постоянно звучащих детских голосов. И их довольно много, поэтому я думаю что это приют. А, ну ещё моя воспитанница так говорила. Ну так вот, еда — это ад для меня. Меня ПОСТОЯННО кормят болотной бурдой. И это пока я чувствую другие, сладкие запахи еды. Значит мне бурда, а другим нормальная еда?!» «Мне хочется плакать... Ладно, я бы понял кормить младенца такой специальной едой, ведь у нас ещё не развито пищеварение. Но меня продолжают так кормить уже третий год! Да они издеваются! Можно было бы хотя бы чуть-чуть, чуток добавлять в мой рацион другой, вкусной еды... Я ведь не прошу многого...» «Да, я не спорю, после приёма пищи мне становится легче и моя болезнь отступает. Но всё же есть такую бурду — довольно печально, и противно, и это ещё мягко сказано. И если сравнивать её с чем нибудь, то больше всего это похоже на замоченную лебеду» «А ещё я довольно медленно развиваюсь, наверное, довольно сильно так отстаю от нормы в развитие для ребёнка. Мне только в первый год своей жизни удалось немного поползать, а ходить я начал еще позже, в два с половиной. На сколько я знаю, это не является нормальным» «В своё оправдание могу сказать, что в первые два года я выучил местный язык, ну во всяком случае могу понять о чём болтают взрослые. Довольно долго я скрывал этот навык от остальных, не говоря сам. Но недавно, когда все заговорили о зиме, я сказал свои первые слова» «Да-а-а-а, в тот день моя воспитательница, весь день меня обнимала. Радуясь за меня. Она кстати, видимо зная о моей болезни уделяет мне намного больше времени, что сказывалось на местных ребятишках» «В общем почти все меня недолюбливают. Только небольшая группа детей относится ко мне нормально» «Я конечно не глупец, и не отталкиваю их от себя, но довольно сложно говорить с детьми, будучи взрослым, при этом они считают себя старше. Вот как всё сложно. Но среди них у меня всё же появилось несколько детей, которых я мог бы назвать друзьями» «Девочка лет пяти, и два мальчика которым семь и восемь лет соответственно. Насколько я понимаю они приняли меня в свою группу типа за младшего брата. Но это не точно» «Что ещё меня гложет, так это мой талант. Как бы я ни старался, я не могу повторить то чувство. За эти три года у меня было подобное лишь единожды, когда какой-то человек зашёл в приют. И это очень плохо, я без понятия как его правильно развивать. И всё моё развитие застопорилось. Я пытался и медитировать, и почувствовать неизвестную энергию, и ни один из вариантов мне не помог. Я буду и дальше пытаться, но нужно больше информации» «Но вот самое интересное, что я узнал за свои несколько лет пребывания в этом мире, нет, его название я так и не понял. Во-первых здесь есть что-то типа магии. В некоторых людях есть энергия, которую они могут использовать в различных элементах. Будь это вода, камень, растения, даже есть те кто могут управлять бумагой, и даже хворью. Таких людей почти сразу вербует Церковь. Она тут главная, здесь действительно существует бог, создавший мир и людей, ну если верить всему ранее услышанному. Его зовут Фанет, но на публике это имя обычно не используют, говоря Творец или Изначальный. Помимо него существует ещё четыре его “Тени”, одну из которых зовут Велиар, он здесь отвечает за круговорот жизни и смерти. А насчёт других я пока не слышал» «Фанет, насколько я понимаю очень сильно дорожит людьми. И слыша, что он когда-то убил семерых драконов, ради людей. Довольно удивительно, и может слегка глупо. Ведь теперь остатки их королевств враждуют с нами. Но и тут Изначальный нам помог создав город-крепость. Со всеми условиями жизни. Он даже поделился с людьми огромным багажом знаний. Появились механизмы, которые заменяют человека, а кристаллы элементов, дают этим механизмам необходимую энергию» «Я даже представить не могу, как всё это работает. Огромное количество шахт, садов, полей, и ненадобность работы на них человека, сделало этот город — утопией. Позже люди назвали этот город Протогоном, в честь своего бога» «Как я уже говорил, здесь всем заправляет Церковь. Она в свою очередь разделена на пять частей. Каждая из которых отвечает за отдельную часть города. Юг, Запад, Север, Восток и самая главная, имеющая наиболее ценный голос — Центральная. Четыре крайние олицетворяют четыре тени Изначального, а центральная самого Фанета» «Саму структуру города я пока не знаю, но понимаю что центр является главным промышленным и научным центром. Остальные скорее сконцентрированы добычей необходимых материалов, конечно и в этих частях есть свои промышленные районы, но их намного меньше» «Если говорить об уровне развития здешних людей, то он где-то в начале двадцатого века моего старого мира. Но из-за наличия этой энергии у существ и кристаллов, всё пошло по другому пути развития» «Из всей этой информации я понял ещё одну вещь — я не знаю что это за мир. Он не похож ни на один из знакомых мне, поэтому скорее всего, тот мальчишка действительно, просто закинул меня в случайную вселенную. И вследствие контракт был нарушен с его стороны» «Но я не печалюсь, вокруг меня всё так ново. На самом деле даже если считать все минусы, которые я приобрёл в новой жизни, объединить их, они не смогут перевесить мою радость за перерождение. Я считаю себя очень удачливым, и многочисленные недостатки просто теряются, при виде общей картины, мне был дан шанс, и было бы глупо его упускать» Пока он думал, к нему в комнату зашла Ники. Он из-за неожиданности дёрнулся и глянул на неё. — Айсел, почему ты без повязки. И почему ты только в рубашке. Холодно ведь, давай, иди сюда, найдём тебе другую одежду. Блин, куда ты дел свою повязку. — Я не знаю, её уже не было когда я проснулся, а найти её я не смог... — Сказал он виноватым голосом, подползая. — Охх, ты ни в чем не виноват, вот я нашла её, иди ко мне. — На мгновение она замерла, и опомнившись достала найденную повязку из-под кровати. Она вздохнула, одевая повязку ему на голову. Подойдя к небольшому комоду, она взяла всю остальную одежду и начала его одевать говоря. — Сегодня очень хороший день. Архижрец церкви захотел принять всех больных детей приюта. Архижрец очень силён в исцелении, так что тебя скорее всего вылечат, как и всех других детей. Услышав её слова Айсел, радостно заёрзал. Он всей своей душой желал исцелиться. Он хотел увидеть окружающий его мир, как раньше. Увидеть те удивительные вещи этого, нового мира. — Тогда пойдём быстрее. — Нетерпеливо сказал он. — Да не торопись ты так, я тоже рада за тебя, но сейчас нужно поесть. И только потом мы вместе с остальным пойдём в церковь. — Сразу после этих слов Айсел осунулся, вспоминая его обычный завтрак. — Может сегодня мне съесть что-то другое? Даже повод есть... — С надеждой спросил он. — Ты ведь знаешь, что тебе нельзя другое. Но вечером так и быть, после исцеления, если ты вылечишься, тогда можно. — Услышав её слова во взгляде Айсела появилась твёрдость. И он кивнул. Войдя в большой зал столовой, разделённый несколькими большими столами. Его посадили за один из них. Воспитательница его ушла, и через минуту к нему подсели несколько детей. — Айсел, а ты знаешь что мы сегодня идём в церковь. — Раздался с правой стороны радостный голос. Это была его подруга. Девочка, с круглыми, любопытными глазами. Светлыми волосами, голубыми глазами, выглядев как самый настоящий ангелочек. — Да ты видел ту острую крышу, она такая крутая. А статуя, так круто! — Сказал мальчик, сидящий с левой стороны. С довольно обычной внешностью, но с глубоким оттенком чёрного волосами «Хотя мне и нравятся эти дети. Но иногда мне кажется, что они издеваются надо мной» — Буркнув, Айсел указал на повязку — Ой, прости. Айсел же покачал головой и сказал. — Кай, ты много болтаешь. А насчёт церкви я знаю. — Но я же извинился. — Пробубнил себе под нос Кай. — Лили, а кто ещё пойдёт? — спросил Айсел. — Ну, это почти все больные, и там ещё пару ребят. Ну и я конечно — Ответила она, приложив свой пальчик к губам. Лили болела энергетической астмой, довольно опасным заболеванием в этом мире. Это заболевание забивало дыхательные пути энергией, это происходило из-за большого её количества. Это сильно усложняло жизнь. При использовании энергии, человек начинал задыхаться, просто погибая. И нужен был жрец высокого ранга, чтобы вылечить её. Именно из-за этого, родители просто бросили её в младенчестве. Ведь найти такого жреца довольно сложно. А постоянно поддерживать жизнь такого ребёнка ещё сложнее. Истории двух других ребят не отличались чем то хорошим. Например, родители Кая, погибли оба. Отец его был разведчиком, который так и не вернулся из-за стен. У матери из-за этой новости начались схватки, и она не смогла пережить рождение сына. Как итог он оказался здесь. «Я заметил ещё одну деталь, здесь дети начинают взрослеть очень рано, нет, не в физическом плане, а в психологическом. Если бы из моего мира сюда попал ребёнок такого возраста, он скорее всего просто бы не выжил» — Подумал Айсел. «И это довольно печально, несмотря на более менее высокий уровень жизни в этом мире, что-то всё равно заставляет их взрослеть раньше» — Задумался он. Завтрак проходил довольно спокойно, к ним никто не приставал. Позже присоединился старший из всей этой группы — Риэль. Они обсуждали сегодняшнюю еду. В особенности бурду Айсела. Потом пришла Ники, и начала собирать некоторых детей, в том числе Айсела и Лили. --- Несмотря на зиму, на территории тропинки было довольно тепло. И снега на ней тоже не было, он весь лежал по краям улицы. Большая группа детей, дружным шагом подходила к церкви. Многие из них сильно болели, у некоторых были хронические болезни. И всю эту группу возглавляла Ники, неся Айсела на руках, так как он был самым младшим из всей это процессии. На входе в Церковь, их встретил жрец. Показав рукой идти за ним. Ники же кивнула и повела детей внутрь. Петляя по коридорам, они шли к месту. Стены эхом передавали детские разговоры, все они были об удивительности этого места... О красотах разноцветных, ручных росписей, которые показывали всё от начала времён и до войны семерых драконов, как Изначальный убил последнего дракона. Все дети вокруг были восхищены им. Обсуждения только усиливались. И только когда они начали подходить ближе к большой двери, разговоры начали затихать. Дверь отворилась. Внутри показался полу круглый зал, освещённый гигантскими окнами. По кругу были поставлены лавки, в мягкой обивке, в центре была ещё одна дверь. — Что ж дети, заходите по очереди. Вас всех примут. А остальные пока рассядьтесь по местам и ждите. — Сказал жрец, отрывая дверь и заходя внутрь. — Заходите дети, не стесняйтесь Архижреца. Не грубите ему, и после исцеления обязательно поблагодарите его. — Сказала Ники, посадив Айсела на лавку, взяв руку другого ребёнка, она провела его внутрь. Время шло, все дети заходившие, выходили уже будучи полностью здоровыми. Некоторые выглядели заплаканными, но счастливыми. Ожидания Айсела только увеличивались. Надежда и уверенность в его выздоровлении только росли. Почти все дети уже прошли лечение. Остался несколько детей, в том числе и Айсел с Лили. И вот она пошла. Проходила минута, две, произошёл взрыв, который, даже через стены поднял волосы всем вокруг. «Что произошло!?» — Айсел посмотрел на звук, где и случился взрыв. За ней что-то происходило. Ники тоже заволновалась, и быстренько подойдя к двери, собираясь открыть её, но жрец опередил её, открыв изнутри. — Не переживайте. Это всего лишь выброс остаточной энергии. Всё в порядке. И жизни этой девочки ничего не угрожает. — И в подтверждение его слов, из-за двери вышла Лили, тоже вся в слезах счастья. Услышав слова жреца Айсел успокоился. И его надежда на выздоровление выросла ещё больше. Если смогли вылечить недуг Лили, то его вылечат и подавно. Лили подошла к Айселу и села рядом с ним. Она была прямо-таки комком радости и счастья. С самого рождения она не могла нормально использовать энергию. Почти все её презирали, кроме Айсела,Риэля, Кая, Ники и Рэнета, хотя последнего она очень редко видела. А теперь всё изменится. Даже Архижрец был удивлён количеством её энергии. Теперь всё наладится, думала она. — Айсел, а меня пригласили в центр. — Похвасталась Лили. — Ого, а из-за чего? И куда? — Он действительно удивился, ведь попасть в центральную часть города, из окружных, довольно сложно. Там ведётся строгий контроль и отбор. — В центральную научну-ю академи-юу. Мне разрешили идти туда когда будет десять лет — Проговорила она, чувствуя как язык заплетается. — В научную академию... — Айсел удивился ещё больше. Насколько он знал туда могут попасть только гении. И если Архижрец, сам приглашает её, то всё очень серьёзно. — Пока он думал, наступила его очередь и Ники встала возле него. — Всё, Айсел, пошли. — Сказала она, взяв Айсела и понесла его в кабинет. В этот раз она решила пойти вместе с ним. Внутри всё выглядело довольно приветливо, мягко улыбающийся Архижрец, солнце отдавало лёгким светом в окно. Всё это создавало чувство умиротворения и спокойствия. — Иди сюда мальчик. Как тебя зовут? — Мягко улыбаясь, сказал Архижрец. Сидящий за деревянным столом. — Айсел. — Сказал он, пытаясь перебороть свой страх. То что он видел было одной из самых ужасающих вещей. Его чувство «Видение Души» прорезалось. Он видел огромный столб энергии. Идеально симметричный и не двигающийся вообще. Но от этого он не выглядел слабо, наоборот, невидимое давление которое он начал ощущать с появлением чувства, заставило пройти табун мурашек по его коже. Ему казалась, что всё что здесь находится неправильно. Он неправильный, Ники неправильная, стол неправильный, ВСЁ, кроме причины возникновения этого чувства — Архижреца. Только он казался правильным. И это чувство становилось всё сильнее, он не мог его контролировать. — Что с тобой мальчик, ты резко побледнел, иди сюда. — Архижрец дал знак другому жрецу, и он подхватив Айсела на руки быстро поднёс его к Архижрецу. Он же будто всматривался в душу Айселу. Ники видя всё это начала волноваться. Через пару минут Архижрец сказал. — Выйдете все наружу. — Ники, тревожно взглянув на ещё больше побледневшего Айсела, чуть задержавшись всё же решила послушать Архижреца и уйти. Как только все вышли, Архижрец глядя на Айсела, лежащего на его руках, сказал. — Как же такое может быть, ты ведь идеален. У тебя ведь всё должно быть в порядке. Интересно. — Всматривался он уже на спящего мальчика, проверяя его своей силой порядка, он из раза в раз убеждался, что всё должно быть в норме. Однако, он заметил пустые глаза Айсела, и его слабое тело в принципе. И он с уверенность может сказать что такого не должно быть. И хотя он может попробовать убрать слабость, но со зрением он помочь не мог. Будто само тело отвергало возможность видеть. — Ну что ж, попытка не пытка. — Через секунду после этих слов, всю комнату наполнили эманации чистой энергии. Из-за тонны энергии по пространству прошла рябь, которая очень быстро восстанавливалась. Гравитация в комнате то исчезала, то появлялась, ранее мягкий солнечный свет стал кошмаром эпилептика, всё мигало, становилось монохромным. Из порядка, появился хаос. Как опытный хирург, делающий операцию, так и тут он опытными движениями энергии, пытался найти и уничтожить источник этого недуга. Но так ничего и не найдя он прекратил. — Это интересно. Нужно изучить его получше. — Кивнув своим мыслям Архижрец позвал своего помощника. — Отнеси этого ребёнка его воспитаннице, но теперь я хочу чтобы он приходил ко мне хотя бы раз в месяц. — Сделав небольшую паузу он продолжил — И скажи что его заболевания не поддаётся лечению. Только сам Изначальный сможет излечить его. Это ведь был последний? — Дождавшись кивка жреца, он продолжил. — Тогда оставьте меня. --- Глубокая ночь — Дети, они такие. Именно в этом возрасте они самые мягкие. Именно в этом возрасте складывается их характер. А ведь в будущем именно они будут теми, кто будет заботиться о нас. — Сказал архижрец, глядя на подошедшего к нему жреца в тёмно-синем плаще. Сделав ему знак рукой, показывая говорить. — Господин, в последнее время наши разведчики, начали замечать других существ, которых ранее никогда не было. Они начинают сотрудничать с драконорождёнными, и настораживает нас. — Но большинство из них по одиночке угрозы для Протогона не несут. Также механизмы стали замечать разные источники неизвестной, сильной энергии на небе. Они почти не заметны, но постоянно приближаются к нам. — Была небольшая пауза, прежде чем Архижрец сказал. — Опять история повторяется. Отправьте сообщения всем частям города. Готовьте чистильщиков. Прочешите весь север. Избавитесь от их и найдите мне больше информации о неизвестных. Чувствую я, что грядёт время перемен. — Сказал Архижрец вглядываясь на полную луну.