золотая звёздочка

♡       в комнате у альбедо та самая гирлянда горит, отчего жёлтый свет красиво по стенам расползается и в глазах отражается, как звёзды на улице пару минут назад. они пиццу успели заказать, потому что кушать хочется, и итэр счастлив, что альбедо тоже грибы любит. крутизна. вот только он расстроен слегка, что не взял с собой брелок с мишкой, который подарить так хотел. боялся в лесу потерять, да и не думал, что тут окажется под конец. ну ничего, он себе слово дал, что солнышко на свиданку позовёт обязательно и вот там-то и подарит.       кошка тоже в кипише рада поучаствовать, она как только звук ключей в дверях услышала, прибежала няшиться с итэром, и альбедо на неё обиделся, кажется, потому что к нему самому она так не лезет никогда. они на кровати прибрались чутка, чтобы крошками от пиццы не запачкать одеяло и всё такое, и ноут на пол спустили – видеки на ютубе посмотреть. теперь в сто раз уютнее стало, хотя и до этого тоже было.       альбедо на кухню ушёл чай свой фирменный заваривать, со вкусом клубники, как же без него, а итэр с рыжей балуется, пока не слышит звонок в дверь. курьер пиццу ему отдал, и от вкусного запаха, который по квартире мгновенно разлетелся, у всех трёх желудки свело. кошке тоже полкусочка отдали, потому что она требовала настоятельно, руки царапая, а альбедо ссориться с ней не хотел. он беспокоился правда, не вредно ли животным такое кушать, но потом смирился, та сдаваться не хотела.       на экране ноута уже заставка летсплея высвечивается. игру выбрали какую-то лайтовую, чтобы без драмы и прочих штук, чисто покушать и посмотреть на фоне. итэру правда пофигу на эту игру совсем, он больше на альбедо пялится, на то, как сосредоточенно тот вникает в простенький сюжет.       ближе к полуночи пицца уже съедена, кошка спит в соседней комнате, а альбедо рассказывает всякие мелочи из жизни, которые итэр впитывает как губка, слушает внимательно. тот ещё умудряется немного флиртовать, чем вызывает бабочки в животе у другого. итэр лежит в шортах и чужой футболке, которую одолжил на вечер, она ему большевата и прикрывает тощую задницу целиком, альбедо рядом с ним, периодически голову в сторону его лица поворачивая, потому что так удобнее истории рассказывать и эмоции видно.       – ты красивый очень, – альбедо резко тему меняет, а итэр подскакивает, потому что такого не ожидал, – нравишься мне, блин.        тот воет где-то в глубине души. а может и вслух вообще, он, если честно, не очень понимает. хочется лбом на пол лечь. альбедо тоже привстаёт аккуратно, чтобы на одном уровне с ним быть, и улыбается легонько, «давай быть вместе?» добавляя.       – я согласен, блять, – итэр тупит, а потом кидается на него с объятиями, в шею утыкаясь и вдыхая запах нежной кожи. он этого ждал тыщу лет, и вот теперь у него лицензия на касания безлимитная. поза не самая удобная, а ноги итак дрожат от нервов, что альбедо явно чувствует, потому он его толкает аккуратно, что итэру приходится обратно спиной на кровать лечь. у него сирена в голове орёт громче, чем будильник когда-либо, щёки пылают и в животе сводит ужасно, не понятно от счастья и приятности или от того, что с ним такое впервые происходит. альбедо на него смотрит, как будто они в гляделки друг с другом играют: кто первый моргнёт, тот и снизу. итэр проиграл.       – можно поцеловать тебя? я весь ебучий вечер только на честном слове держусь. – тот спрашивает, и итэр несмело кивает в ответ и на губах ощущает чужие покусанные и всё ещё сухие. ему немного страшно, потому что он не умеет ничё, но альбедо инициативу берёт и аккуратно целует, чтобы дискомфорта не доставить. а итэр тянется холодными руками к плечам, чтобы солнышко приобнять и в себя вжать, чтобы самому себе дать понять, что его никто не отнимет. всё это контрастно до жути: ладони ледяные, а тело огнём горит, как будто в аду в котле варится. он случайно стонет в губы, потому что альбедо слишком плотно к нему оказывается, и давит, куда не следовало бы. – блять, я не могу больше.       альбедо короткими чмоками ниже опускается, проходясь по слегка вспотевшей шее и тонким ключицам, на которых мурашки от касаний остаются. дурацкая футболка, любимая вообще-то, но сейчас она на итэре просто раздражает, хочется выкинуть её нахуй, чтобы не мешала его, такого потрясающего, под собой разглядывать. он взглядом спрашивает типа «можно?», и получив какое-то невнятное мычание, через голову её снимает. итэр почти скулит от того, что альбедо так близко к нему находится, целует везде и ладонями водит, пытаясь каждый сантиметр тела охватить. он не пьёт алкашку, но почему-то уверен, что именно так оно всё и ощущается: разум мутный и сил ему хватает только на лежать и принимать поглаживания. альбедо такое, судя по всему, не совсем устраивает, он ещё ниже тянется, руку кладя на возбуждённое место. и это, блять, работает, потому что у итэра туман в башке резко куда-то делся. он подаётся чуть вперёд, прося поцеловать снова, и желаемое сразу же получает. сам дышит прерывисто, руки не слушаются, пытаясь с альбедо тоже одежду стянуть. кое-как удаётся, и итэру резко плакать хочется, потому что тот выглядит просто потрясающе. у него кожа бледная, оттого что на солнце не высовывается, рёбра слегка торчат и цепочка со звёздочкой так и болтается у ярёмной впадинки. волшебный.       – ну и чего мы плачем? – альбедо хмыкает, засовывая руку в блондинистую макушку напротив, и чмокает его в слегка припухшие губы.       – отстань, ты просто красивый пиздец, – он тыльной стороной ладони вытирает с зацелованной щеки солёную и каплю и стыдливо отводит взгляд в сторону, но альбедо тонкими пальцами его за подбородок аккуратно берёт, возвращая к себе.       – я люблю тебя.       если альбедо так его успокоить пытался, то попытка дурацкая, потому что итэру от таких слов ещё больше рыдать захотелось, но сообразить он не успел. тот его к себе прижал крепко-крепко, в ухо шепча, что тот самый прекрасный и самый хороший, что таких на всём свете больше не сыщешь и, вообще, что ему очень повезло его встретить. итэр кожей чужую нагую грудь чувствует, как она вздымается от тяжёлого дыхания и как в ней сердце стучит бешено, готовое выпрыгнуть хоть прям щас. ему тоже немного страшно и волнительно такие слова говорить, он всё равно немного побаивается, что может быть отвергнут. но итэр только ему на колени усаживается, подставляя себя под порцию очередных слегка влажных поцелуев. альбедо его за бёдра крепко хватает, а у того живот скручивает приятно, он просится от одежды избавиться поскорее, потому что нахуй её, мешает. тут они оба солидарны, поэтому итэр вскоре обнажённый остаётся, и это стыдно пиздец. на него голого ещё никто не смотрел в этой жизни, он теряется, пока альбедо его разглядывает восхищённо. парень его мечты под ним лежит, и вся эта картина такая до одури манящая, что пальцы сами тянутся провести по дрожащей коже и вниз опуститься, чтобы коснуться пульсирующего члена, который твёрдый уже давно, а после он и сам языком чересчур мокрым по нему проходится. итэр возмутиться пытается, но сил совсем нет, он только ладонь в русые волосы парня запускает, а второй лицо прикрывает, чтобы не застонать случайно. у него взгляд расфокусирован и дыхание прерывистое, итэр прикусывает губу и пальцами за гладкие волосы цепляется сильнее, когда альбедо ускоряется немного, чтобы приятно сделать, но тот как назло останавливается, почти до пика доведя, и худые коленки разводит в сторону. затем палец аккуратно внутрь вводит, чтобы больно случайно не сделать, но итэр всё равно ойкает с непривычки, он бы не сказал, что ему приятно, как об этом пишут везде. возможно, он просто не успел въехать как следует, но это странно ощущается до тех пор, пока альбедо нужную точку внутри не находит. вот тогда его кроет конкретно, и звёзды перед глазами. он просит чаще и больше её касаться. альбедо поднимается к его лицу, чтобы ещё один поцелуй в награду за старания урвать.       – войди, пожалуйста, – итэр невнятно мямлит ему в губы томным голосом, закинув ноги на чужую поясницу, чтобы тот поскорее его желание исполнил, дышит сбито и выгибается. такой податливый и одуряющий, горячий и дрожащий. альбедо его таким ещё не видел, но он соврёт, если скажет, что ему не нравится. ему, вообще-то, приятно до пизды, он его перед сном, когда дрочил, примерно так и представлял. итэр на нём, как он гнётся, как стонет. пиздец.       кто он такой, чтобы итэру перечить. альбедо улыбается на просьбу, целует снова, гладит по бокам размашисто, ни дюйма не упуская, на пару секунд зависает, словно думая, стоит ли сейчас это делать, но итэр сильнее на себя тянет, скорее призывая к действиям. он тогда входит, не слишком легко, впрочем, оттого, что итэр все ещё узкий ужасно, и толкается аккуратно, не на всю длину, чтобы дать ему привыкнуть немного. до уха тихий короткий стон доносится, альбедо угол нужный подобрал, чтобы и итэру приятно было. тот за простынь руками хватается, мнёт ткань, вздрагивает. они пальцы переплетают над головой у итэра, и альбедо двигается неторопливо, с каждым толчком всё глубже входя, а после, когда видит, что итэру прям совсем комфортно, чуть ускоряется. член внутри скользит беспрепятственно, итэр, разомлевший и потный слегка, в свой адрес комплименты ловит, о том, какой он чудесный и хороший. альбедо на выдохе тихо матерится, его кроет, и самоконтроль уже давно не волнует никого в этой комнате. он свободно пару толчков ещё делает, прежде, чем кончить, а после и итэра до оргазма доводит, с его живота после белёсую жидкость салфеткой вытирая.       – ты в порядке? – он беспокоится, приобнимая затраханного парня, целует в макушку, получив довольный кивок, а итэр жмётся к нему сильнее, как котёнок, чтобы тот ему ещё кусочек своей заботы подарил. – погоди.       альбедо поднимается, с пола небрежно разбросанную одежду собирая, надевает на себя что-то, и на итэра футболку тоже натягивает, тот уже уставший и сонный слегка, а ещё волосы мило растрёпаны. потом с постели всё ненужное на пол в сторону отодвигает, уборку на завтра оставив, и вдвоём с итэром укладывается, как кота своего игрушечного того обхватив.       – стой. – итэр уже сквозь сон почти говорит, а медовые глаза едва держатся открытыми, периодически мило захлопываясь.       – м?       – сходим завтра на свиданку? я так давно тебя позвать хотел.       альбедо обзывает его дурачиной и соглашается, сильнее прижимая к себе.