Forever young

– Мисс Брауз! Саша с трудом разлепила тяжелые ото сна веки. Чееерт… стоило все-таки перенести посиделки с Конни на выходные, а не зависать с ним за приставкой до двух ночи. Девушка зевнула… и тут же широко распахнула глаза, растерянно и немного испуганно смотря на человека перед собой. – Мисс Брауз, у нас здесь урок сна? – Н-нет… нет, профессор Смит! – смущенно произнесла Саша. Мужчина лишь окинул незадачливую студентку задумчивым взглядом и, что-то пробормотав себе под нос, медленным шагом направился обратно к кафедре. Девушка с облегчением выдохнула. Однако, не успела она расслабиться и расположить подборок на сложенных перед собой ладонях, как в лекционной снова раздался строгий голос профессора. – Ваша успеваемость в этом семестре оставляет желать лучшего, мисс Брауз, поэтому советую сосредоточиться на теме лекции. И после занятий жду вас на отработку. Не задерживайтесь. День обещал быть интересным…

***

Не то что бы Саша была студенткой недобросовестной. Нет, советь у нее была и в добротном количестве, а вот усидчивости не хватало. Поэтому такая сложная наука как история, этой самой усидчивости требующая, ей не давалась совершенно. И отчасти поэтому этот вечер девушка собиралась провести не в любимом кафетерии неподалеку, а в душной аудитории на четвертом этаже с выходящими на университетский дворик окнами. И не что бы она была против… скорее напротив. Поклонницей достопочтенной матери наук Саша не была, а вот того, кто связал с ней жизнь – очень даже. Профессор Смит казался ей… интересным. Высокий, статный, с мужественным лицом и глубоким голосом, он, однако, привлек ее не этим. Любовь к своему делу и полная, беззаветная отдача всему, за что берется, будь то проверка сочинений не всегда старательных учеников или обычное завязывание галстука – вот что вызывало у Саши невольный восторженный трепет. Каково это, делать идеально все? Каково это, самозабвенно любить что-то? Хотела бы она знать. У нее, конечно, была картошка, но это другое. Так что мысль о том, чтобы узнать этого человека поближе, пусть даже и таким способом, была… приятной.

***

Эрвин Смит, доктор исторических наук, уже несколько лет занимавшийся преподавательской практикой, за время карьеры с таким однако сталкивался впервые. Мужчина аккуратно разложил на столе материалы для внепланового занятия. Всегда рациональный, сейчас он был сбит с толку этим возникшим так внезапно странным не чувством наверное даже, а… влечением? Нет, скорее заинтересованностью. И причин этой заинтересованности Смит не понимал. Брауз была обычной по всем меркам студенткой – средний рост, средняя внешность, средняя успеваемость. В общем ничего, что могло бы выделить ее среди массы таких же обычных учеников. Или почти ничего. Эта неподдельная искренность… подкупала. Не казалась детской или глупой, нет, только… живой. И это цепляло. Наблюдать за человеком, который не боится делать то, что хочет, живет так, как хочет, а не существует, было увлекательно. И заставляло задуматься. Ведь сам Смит, каким бы идеальным не казался окружающим, жил по законам общества и противиться им не решался.

***

В помещении раздавались лишь еле различимое поскрипывание ручки по бумаге да мерный мужской голос, вещающий что-то о политическом устройстве Афин времен греко-персидских войн. – … к усилению полиса. Афины стали во главе образовавшегося морского союза… Саша вздохнула, отложила ручку и посмотрела перед собой. Что ж, ей действительно не мешало сосредоточиться на учебе. Правда сконцентрироваться было трудно… Во-первых, эти смешанные чувства от нахождения наедине с профессором Смитом. А во-вторых, она не ела ничего с самого полудня… и не могла не думать о контейнере с, правда уже остывшими, сэндвичами и мягкой картошкой в рюкзаке. Саша прищурилась, вперив взгляд в мужчину, который сейчас стоял к ней спиной, что-то внимательно разглядывая на своем столе, и потянулась к сумке. Девушка аккуратно достала небольшой пакетик с логотипом Макдоналдса и положила хрустящую полосочку в рот, однако не успела она потянуться за второй, как почувствовала на себе чужой взгляд. Саша подняла голову и посмотрела в лицо профессору Смиту. Тяжело сглотнула и… – Картошку будете?

***

Что ж, сидеть вот так наедине рядом друг с другом было приятно. Хоть и смущающе. Несмотря ни на что, неловкости не было. А вот теплое чувство, разливающееся в груди, – тут как тут. Саша неуклюже повела плечом и потянулась за картошкой, но быстро отдернула руку, наткнувшись на чужую ладонь. – Холодная… – чтобы нарушить тишину, прошептала девушка и посмотрела на сосредоточенного даже сейчас Смита. – Да-а, – протянул мужчина, завороженно глядя куда-то вдаль. Движимый каким-то внезапным порывом, он тут же повернулся и нежно вложил свою ладонь в руки девушки. Такие маленькие рядом с его. – Теперь станет теплее. Мужчина посмотрел в растерянные карие глаза, и уголки его губ непроизвольно приподнялись. Девушка с вызовом взглянула в его проницательные голубые и улыбнулась в ответ. Эрвин не понимал, что точно сейчас чувствует, но понимал, что это неправильно. Саша не знала, что ждет их в будущем, но была уверена лишь в том, что правильно – это как сейчас. К черту общество… Может это все-таки чувства? К черту общество… И Саша никогда не признается, что говорила тогда о картошке, а не чужой (к слову, теплой) ладони.