Она хотела выжить

Решётка упала вниз, закрывая единственный путь к отступлению. На трибуне тут же поднялся небывалый гвалт. Оставшиеся на арене парни рванули к груде металла. Я не хотела отставать и побежала вслед за ними. Как не странно, я не успела: существа уже отделили меня от основной группы. Не долго думая я бросилась к стене. Пока мы бегали, твари уже успели выпутаться из пучин песка и направлялись к нам. Их было гораздо больше, чем оставшихся людей. Мне ничего не оставалось, кроме как сидеть тихо и стараться не привлекать внимания, смирившись со своей участью. Одна из тварей выбрала меня своей целью. Я смотрела ей прямо в морду, а она, не скрывая удовольствия от моего загнанного вида, неспешно подбиралась. Прижавшись к стене я стала рассматривать существо: оно отдалённо напоминало огромную собаку. Тело было покрыто чёрной с фиолетовым отливом шерстью; мускулистая шея, чуть длиннее чем у обычного пса, была высоко поставлена; голова достаточно широкая, а нижние челюсти, не сросшиеся между собой, будто змеиные, поочередно двигались, пока существо представляло, как оно будет меня пережевывать. Из пасти виднелись острые длинные зубы, по которым текла слюна, в то время как уши же были достаточно короткие и расположены широко друг от друга: полукруглые, загнутые во внутрь и направленные назад, они создавали впечатление, что у существа вообще их нет. На спине, словно у дракона, выступали немалые костные отростки, больше похожих на шипы — они плавно уменьшались в размерах и заканчивались только на кончике хвоста. Под животом и на груди было видно огрубевшую кожу, напоминавшую треснувшую землю. Из-под короткой шерсти на солнце фиолетовым отливались очертания рёбер. Осторожно ступая вытянутыми кистями тощих лап, тварь приближалась. На носу собрались темно-фиолетовые горы — оно скалилось, раздувая на выдохе воздух. Существо остановилось, отпустило голову и, в последний раз сверкнув темно-болотным светом глаз и облизнувшись, бросилось скачками в мою сторону. Я закрыла глаза. Вокруг были слышны крики толпы, звон металла и визг то ли умирающего монстра, то ли человека. Все слилось в невыносимую какофонию. Я заткнула уши руками и сжалась. Время медленно тянулось, будто сама смерть насмехалась надо мной. Вот оно. Я чувствую, как нечто, содрогая землю ударами лап, приближается ко мне. Оно с силой толкается от земли и валит меня на песок. Я стискиваю зубы, жмурю глаза… Мою руку сжало, а затем я почувствовала острую боль — в нос ударил металлический запах, рубашка пропиталась жидкостью и прилипла к коже. Существо начало отстраняться, не разжав при этом челюсти. Оно дёрнуло меня, а потом, будто опомнившись, отпустило руку. И вот я лежу на песке, истекая кровью, и теряю последнюю надежду. Секунда. Две. Три… Пять… Десять?.. Мне казалось, что я лежу уже около минуты… А может двух? Тварь была жива: я ясно ощущала ее дыхание и тепло. Может тогда...? Нет. Я тоже не на том свете — боль никуда не делась… Страх не покидал меня, но любопытство взяло верх и я открыла глаза. Недопсина стояла рядом с широко открытой пастью, с которой медленно и монотонно стекала смесь моей крови и полупрозрачной слюны существа. Вязкая жижа собиралась на концах клыков, а затем капала на песок, окрашивая его в грязно-красный цвет. Я содрогалась при каждом малейшем движении, в то время как тварь тяжело дышала и смотрела на меня в упор, опустив свою голову вниз. До этого прищуренные глаза цвета болота теперь были расширены, а узкий змеиный зрачок был больше похож на чёрную бусину: радужки глаза почти не было заметно. Уши, развёрнутые при нападении назад, теперь были направленны на меня. Тварь стояла и не двигалась. Будто резко что-то осознавшая и одновременно запутавшаяся, она подошла ближе и, поставив на мою грудь лапу с острыми когтями, склонилась, смотря будто сквозь. Ей морда медленно приближалась к моей голове. Я закрыла глаза, пыталась не трястись и не издавать звуков. По моим щекам текли слезы. Тяжелое дыхание было все ближе. Густые капли слюны, упавшие на шею, неприятно медленно скользили в сторону затылка и останавливались только впитываясь в воротник рубашки. Будто отошедшая от ступора, псина убрала лапу и, обойдя вокруг, пригнулась возле раненой руки. Она начала что-то тщательно вынюхивать. Мышцы на её морде расслабились, оскал плавно спал. Я боялась пошевелиться: несмотря на то, что тварь выглядела уже менее агрессивно, она в любой момент могла передумать. В это же время в нескольких метрах от нас вылезло ещё одно такое же существо. Оно, не теряя времени, бросилось в нашу сторону.