Наследник врага

«…Гарри Поттер!», — разнеслось по всему полю. Гарри вылетел за командой и занял свою позицию. Это была его первая игра в квиддич, перед которой Оливер пожелал удачи и рассказал, как он на своей первой игре упал с метлы и потерял сознание. Наверное, именно это дало Гарри повод к волнению, или то, что сегодня их первый матч со сборной Слизерина. С трибун доносились крики, громче всех, казалось, кричал Рон — его голос Поттер слышал отчётливо. — Давай, Гарри, покажи им всем! — как бы ни хотелось Поттеру найти взглядом своего друга, он не мог увести внимание от происходящего на поле. Мадам Хук объясняла правила и предупреждала игроков о последствиях за их нарушения. Как понял Гарри, предупреждения относились в основном к команде Слизерина. Прозвучал свисток. Все игроки метнулись в разные стороны, и только два ловца остались висеть на своих местах. Им некуда спешить, единственная их задача на данный момент — найти взглядом золотой мячик с крылышками. Правда ловцы больше следили друг за другом, чем за пространством вокруг. Тут Гарри увидел какой-то блеск позади соперника, Поттер дёрнул древко метлы и полетел прямо. — Гарри Поттер заметил снитч! — раздалось из комментаторской ложи. За Гарри, как и ожидалось, метнулся ловец Слизерина. Он нагонял Поттера и старался столкнуть его с метлы, но гриффиндорец постоянно уворачивался, что приводило соперника в бешенство. Пока они гонялись друг за другом, счёт на табло скакал с достаточно быстрой скоростью. В один момент Гриффиндор начал отставать в счёте, а Гарри, к своему сожалению, потерял снитч из вида. Ловец Слизерина тоже остановился и, взглянув на количество очков, заработанных его командой, радостно улыбнулся. Вокруг них соперники развязали настоящую борьбу, Гриффиндор жаждал вырвать победу. Поттер наблюдал за игрой, когда почувствовал, что его метла начала странно шевелиться. Сначала она слегка задёргалась, а потом, увеличивая амплитуду, стала усиленно скидывать своего наездника. Поттер вцепился в древко изо всех сил, стараясь удержаться на метле и не упасть с огромной высоты. Когда трибуны заметили неладное, игроки приостановили матч, наблюдая за мотаниями метлы вместе с Гарри. Близнецы Уизли поспешили к нему. Они летали по кругу чуть ниже ловца, чтобы успеть поймать его, если тот начнет падать. — Гермиона! Что с метлой Гарри? — Рон кричал в ухо Грейнджер, которая вместе с остальными сокурсниками старалась разглядеть в бинокль происходящее. Вдруг она уставилась в противоположную сторону и, отдав Рону бинокль, поспешила за трибуны. Гермиона бежала не оглядываясь — боялась не успеть. Добежав до профессорских мест, она пробралась под ступеньками и отыскала Снейпа. Грейнджер, недолго думая, подожгла кончик его мантии. Убедившись, что тот отвлекся, она побежала обратно, по пути задев профессора Квирела. Профессор Снейп быстро затушил начавшийся пожар и вернул взгляд на поле, где Гарри уже успешно спускался вниз. После нескольких минут перерыва игра возобновилась. Напуганные произошедшим событием ученики уже спокойнее сидели на трибунах, желая только одного — чтобы игра закончилась без жертв. Им повезло. Через десять минут Гарри поймал снитч. Слизеринский ловец не сильно гнался за ним, то ли боясь, что его метлу тоже могут проклясть, то ли просто не решаясь больше подлетать к Гарри. Любой из вариантов очень подходил Поттеру, так как ему оставалось лишь догнать летящий мяч. «Гарри Поттер поймал снитч! Гриффиндор победил!», — кричал комментатор во всё горло. Гарри радостно спустился на землю, где к нему уже бежали друзья. — Гарри! Это было так страшно, я боялся, что ты упадёшь, — сказал Рон, обнимая Поттера. Рядом стояли Дин с Симусом и трепали Гарри по голове. — Гермиона помогла тебе, она подожгла мантию Снейпа! — восторженно рассказывал Уизли, уводя друга с поля. — Гермиона? — удивился Гарри. — Я даже не понял, что произошло с моей метлой… — он протянул её другу, показывая, что сейчас она в полном порядке. Гермиона ждала их у края поля. Она теребила в руках край своей мантии и выглядывала Поттера с Уизли. Как только они приблизились к ней, она начала свою речь: — Это Снейп заколдовал твою метлу. Я читала: надо пристально смотреть на предмет и шептать заклинание. Он именно это и делал. Твоя метла успокоилась, когда он отвлекся на загоревшуюся мантию. Гарри с Роном переглянулись. Уизли даже не высказал сомнения по этому поводу, а у Гарри, может, и были другие теории, но он промолчал, так как слова Гермионы всё же звучали убедительно. К тому же Гарри вспомнил слова Драко о том, что Снейп ненавидит Поттеров. Да, это определенно был Снейп. Как только его вспоминаешь, он сразу же появляется — к ним приближался декан Слизерина. Гарри дёрнул ребят, чтобы те не взболтнули ничего лишнего. — Мистер Поттер, отдайте мне свою метлу, её нужно проверить, — сказал Снейп, протягивая руку за метлой. Гарри же отступил назад, пряча свою собственность за спиной. — Это для Вашей же безопасности, — процедил профессор, когда увидел сопротивление. — Если это действительно нужно, то я отдам её профессору МакГоногалл, — ответил Гарри и хотел было уйти, но Снейп преградил ему дорогу. — Нет, Вы либо отдадите мне её сейчас, либо потом вовсе её не получите. — Почему я должен Вам доверять? Вы же ненавидели моего отца! — напористо заявил Гарри, замечая испуганный взгляд друзей, которые поняли, что Гарри лезет туда, куда ему соваться не стоило. Они отошли в сторону, чтобы не злить Снейпа ещё сильнее, он ведь явно не хотел выносить личные дела в свет. — Ваш отец совершил много ошибок и глупых поступков, он поломал несколько жизней, но я не могу его ненавидеть, — процедил зельевар. На удивление, он был спокоен и в глазах его даже не было желания убить Поттера на месте. — То есть Вы хотите сказать, что и к фамилии Поттер нормально относитесь? — Гарри уже потерял голову и явно лез на рожон, но ему необходимо было вывести профессора на чистую воду. — Мне вообще плевать на эту фамилию, — уже злее произнес Снейп. — Она меня никак не касается, как и… — он замолчал. Этому ребенку удалось подцепить его на крючок. Этот ребенок и являлся его крючком, его слабостью, перед которой он терял контроль над тем, что говорит. Гарри скептически посмотрел на Снейпа, но решил всё-таки отдать метлу, иначе его просто не оставят в покое. Северус взял метлу и, закончив этот провокационный разговор, развернулся и пошёл в замок. Снейп знал, что с метлой всё в порядке, но решил наложить на неё защитные чары, спасающие от магического воздействия. Он не был готов потерять сына, поэтому должен был сделать всё, чтобы защитить его. *** Вуд назначил тренировку через три дня. После разбора полетов он решил, что команде нужно больше тренироваться: загонщики слишком много внимания уделяли прямой борьбе с соперниками, а не самой игре, охотники не применяли той маневренности, какой ожидал от них капитал, а ловец был недостаточно быстр. И по его словам, лишь рассеянность соперника позволила одержать победу. Как оказалось, только к вратарю не было претензий, но и хвалить себя Оливер не стал. После оглашения даты и времени тренировки Гарри забеспокоился — ему придется идти к Снейпу и просить вернуть метлу. А если тот не отдаст? Конечно, всегда можно пожаловаться капитану, а тот надавит на МакГоногалл, и уже она заставит отдать Гарри метлу. Но этот план был запасным, так как Поттеру не хотелось выставлять себя плаксивым ребенком, жалующимся маме, что у него отняли игрушку. Такое поведение сильно напоминало Дадли, от чего становилось ещё противней. После обеда, когда у студентов было окно, Гарри, на всякий случай попрощавшись с Роном, пошел в подземелья. В этот раз он шёл быстро. Сейчас его не ждали и точно не готовили план мести, и его приход будет громом среди ясного неба. — Заходите, — раздалось из-за двери, как только Гарри постучал. Он открыл дверь и скромно переступил порог кабинета зельевара. — Проходите, мистер Поттер, — обратился тот, отвлекаясь от разговора с незнакомым Гарри волшебником. — О, мистер Поттер! — сдержанно воскликнул незнакомец. Цвет его волос наводил Гарри на мысль, что это мог бы быть отец Драко, да и черты лица были схожи. — Добрый день, сэр, — поздоровался Гарри и перевел взгляд на профессора. — Я бы хотел забрать свою метлу, сэр. Снейп нахмурился. Он не собирался отдавать Гарри метлу так быстро, она нуждалась в проверке на прочность поставленного заклинания, что зельевар не успел выполнить. — Она Вам так срочно нужна? Я ещё не закончил проверку. — Но у меня сегодня после уроков будет тренировка, я не могу без метлы, — объяснил Гарри. Что-то ему подсказывало, что придется переходить к запасному плану, который был гораздо надёжнее, чем этот. Слушавший этот разговор блондин решил подать голос: — Я слышал, Вы — самый молодой игрок, — протянул он приторно-сладким голосом. — Откуда такой талант? Гарри еле сдержался, чтобы не вздохнуть: почему все старшие слизеринцы удивляются, ведь они учились с его отцом? Ах, да, их факультеты враждовали. Поттер уже принял как факт, что смеяться над ним им доставляет удовольствие. — Мой отец был хорошим игроком, — в очередной раз сказал Гарри, устремляя на блондина безразличный взгляд, будто в его душе не разъяряются бури. — Да? Я и не знал, — от Гарри не скрылся многозначительный взгляд, брошенный с этой фразой на Снейпа. Они точно издеваются! — Я думаю, сейчас не время обсуждать способности Поттера-старшего, — заключил Снейп, на что блондин ухмыльнулся. Да, они точно смеются над ним и всеми Поттерами. Гарри сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладонь. Это слушать было мерзко, они будто хотели растоптать его. Так делали дядя с тетей, когда речь заходила о его отце. Они утверждали, что тот был пьяницей и лентяем, ни разу не признаваясь в том, что даже толком не знали его. Слава Мерлину, у Гарри нашлась доля разума не верить им, так как чутье подсказывало, что они всё врут, специально провоцируя Гарри на ненависть к отцу (Лили же они старались не вспоминать). — Мистер Поттер, я не могу сейчас отдать Вам метлу. Может позже, — поставил окончательную точку Снейп, намекая, что Гарри может быть свободен. Однако тот не собирался сдаваться. — Я не могу пропустить тренировку! — забыв, где и с кем находится, он повысил голос, показывая возмущение. — Я не собираюсь тратить на Вас своё время и зелья, чтобы устранять последствия тренировки на непроверенной метле, — блондин удивлялся тому, как держится Снейп. Никакому ребенку ещё не удавалось так безнаказанно высказываться при декане Слизерина. — Профессор Снейп дал вам окончательный ответ. Вы можете идти, — блондин строго посмотрел на Гарри, который уже не скрывал свое раздражение, но при этом до сих пор оставался живым. На него смотрели два взрослых волшебника, поэтому долго стоять на своем у Поттера не получилось бы, пришлось сдаться. — Ладно, я пойду. До свидания, мистер… — Малфой, — подсказал незнакомец. Гарри улыбнулся тому, что его догадка была верна, и это — отец Драко. Поклонившись обоим взрослым, Поттер вышел из кабинета и расстроенно прислонился к стене. Он надеялся, что не придется так позориться перед самим собой и не падать до уровня Дадли, однако всё к этому и вело. Когда Поттер покинул кабинет, Северус повернулся к Люциусу Малфою и впился в него пронизывающим взглядом, говорящим больше, чем мог бы сейчас произнести зельевар. Только что его друг в открытую издевался над его нервами и чувствами. Ему повезло, что Гарри ничего не заподозрил и принял все слова и действия за обычные слизеринские игры. — Я бы тоже не отпустил Драко на тренировку после подобного случая на игре, — как ни в чём не бывало заметил Малфой, чем вызвал ещё больший гнев Снейпа, однако он промолчал на это. — Я прочитал его мысли после матча, они с друзьями думают, что метлу заколдовал я, — Северус искал помощи в дружеском совете, он хотел избавиться от своих страданий и обратиться к Малфою, как делал это с тех пор, когда нашёл в нём старшего покровителя. Несмотря на то, что Снейп уже перерос в своих умениях Люциуса, для него Малфой всё ещё оставался старшим. А к кому ещё пойти, когда в Северусе вдруг просыпаются человеческие чувства? — Тебе следует всё рассказать Гарри, — ответ был ожидаем, но Снейп не хотел соглашаться на это. — Я сделаю только хуже, — обречённо проговорил он и сел на край стола. — Тебе разве не противно называть своего сына Поттером? — Люциус умел давить на больное, тем самым оживляя человека.  — Я сам отдал его этому человеку! — рявкнул Снейп, злясь на самого себя. — Теперь мне приходится пожинать плоды своей глупости. — он спрятал лицо в ладонях, но тут же откинул назад волосы и поднял голову, глядя на Малфоя. — У тебя не было выбора. — Выбор есть всегда. А я испугался! Я трус! — Северус соскочил с парты и начал ходить по кабинету, запустив пальцы в волосы. — Ты испугался за сына и Лили, не за себя. Люциус помнил тот день, когда Снейп пришел к нему и рассказал, о том, что лишился всего, о том, что сам всё отдал и даже не сопротивлялся. — Лили мертва! Я не защитил её! Мой сын мог тоже умереть, если бы не Лили. Всё решилось без меня. И даже Джеймс для них сделал больше. — Что же он такого сделал? — Малфой дал другу право выговориться, дополнительными вопросами заставляя копнуть в теме глубже. Главное — понять, когда нужно остановить это самокопание. — Он погиб, пытаясь защитить их! — Он полез на сильнейшего мага почти голыми руками. Он погиб из-за своей глупости, оставив беззащитную Лили наедине с ребенком. Северус тяжело дышал. Он смотрел на Малфоя, как на мишень. Ему хотелось кричать и рвать. Ему хотелось спорить с тем, кто не согласен с ним. Но Снейп всегда славился своей сдержанностью и умением быстро овладеть собой. — Я не знаю, что тебе сейчас ответить. Закроем тему, иначе придем к неутешительным выводам. — Ладно, хорошо, — согласился Малфой. Он решил, что его друг находится сейчас в сильном напряжении, которое не отпустит его при втором лице, поэтому Люциус, откланявшись, решил уйти, предупредив напоследок, что они ещё вернуться к этому вопросу, хочет этого Северус или нет.