daily routine

В кухне поместья никогда не гаснет огонь. Почти каждый день глава клана принимает важных гостей, устраивает переговоры или торги, в имении постоянно находится много людей. И все они хотят есть. Сегодня, однако, на удивление тихо. Через несколько дней начнётся фестиваль Иродори, и все важные гости разъехались по домам, чтобы подготовиться к большому празднику. Тома понимает, что ужин сегодня требуется только на одного. И нервничает сильнее обычного. Аято сложно удивить едой. Хотя бы потому, что еда для него – это просто источник энергии. Его не воодушевишь тонким вкусом свежих моти или изысканными десертами из цветов сакуры. Он никогда не отдаёт распоряжений, что ему приготовить, и молча ест все разнообразные шедевры, которые Тома подаёт ему. При этом Тома не оставляет попыток, каждый раз пытаясь приготовить что-то новое в надежде услышать хотя бы «О, это вкусно». Сегодня его выбор пал на блинчики с воздушным кремом. Тома помнит, как в дни его детства их семья готовила это лакомство по выходным, и воспоминание тёплым чувством разливается в его груди, пока он ловко переворачивает блинчики и складывает их аппетитной стопкой на изящную фарфоровую тарелку. Магия готовки – в деталях. На горке блинчиков появляется тонкий рисунок шоколадом, пышное облако взбитых сливок и мелкие бусины ягод редкой в Инадзуме валяшки, лёгкая кислинка которых балансирует сладость всего блюда. И, конечно же, чай. Терпкий аромат улуна прекрасно дополняет уже готовый десерт. Тома наклоняется к заварному чайнику, чтобы стереть с него несуществующие пылинки. - Что ты готовишь? Тома вздрагивает и оборачивается. В дверях кухни стоит Аято, с некоторым любопытством разглядывая комнату. Конечно, он здесь не впервые, но увидеть человека, не умеющего готовить, на кухне – это слишком большая редкость. - Чай и блинчики, господин. Тома отступает на шаг, показывая результат своих творений. Аято подходит ближе, рассматривая блинчики. Шоколад тает от духоты кухни, растапливая под собой сливки. - Блинчики со сливками? Как… Аято резко поднимает взгляд и смотрит прямо в лицо Томы. Тонкий палец очерчивает нижнюю губу, смахивая с неё маленькую капельку сливок. Голубые глаза хищно щурятся. - …пошло. Аято облизывает сливки с пальца, не отрывая взгляда от зелёных глаз. Томе кажется, что он сейчас загорится. Он шумно сглатывает, пытаясь вспомнить, как сделать вдох. - Я сейчас же всё переделаю. Аято делает ещё шаг, почти впечатываясь в Тому. Тем же чёртовым пальцем он поддевает сливки с шоколадом с макушки блинчиков и легко размазывает получившееся сладкое чудо по губам Томы. - Я не просил переделывать. Аято наклоняется совсем близко и мучительно медленно слизывает сливки и шоколад с губ Томы. - Кстати, это вкусно. Хищная улыбка расползается по лицу главы клана, пока Аято наблюдает, как глаза напротив становятся шире. Больше всего ему нравится, что он видит в этом взгляде ровно то же самое, что чувствует сам прямо сейчас. - Попробуешь? В изумрудном взгляде будто что-то щелкает, и он становится тяжёлым, решительным. Тома берёт руку Аято, макая чужие пальцы в сливки, и, смотря прямо в глаза, слизывает их, беря пальцы почти полностью в рот. - Вы правы. Прекрасный вкус. Аято шумно вдыхает сладкую духоту кухни, не в силах держать себя в руках. - Хотите ещё, господин? С тонких губ срывается едва слышное рычание. Аято крепко хватает руку Томы, мутным взглядом смотря в его лицо. Он успевает заметить ехидную искру в глазах напротив прежде чем жадно целует его, привалив бёдрами к кухонному столу. - Я хочу на ужин кое-что другое, Тома. Аято чувствует тонкие сильные пальцы в своих бледно-голубых волосах, которые резко сжимают их у самой макушки, и не может сдержать стон, который жадно ловят чужие губы. - Я хочу… Пальцы перебираются на шею, исследуя каждый дюйм кожи и оставляя чувствительные отпечатки. - …самый сладкий десерт. Тома едва слышно усмехается в шею Аято, внезапно кусая нежную кожу и тут же зализывая укус. - Что насчёт ужина в постель, господин? Колени подкашиваются, пока Аято собирает последние силы, чтобы устоять на ногах. Кухонный стол, на его озверевший взгляд, прекрасно подходит для трапезы. - Нет. Здесь. Сейчас. Тома чуть отстраняется, изумрудные глаза блестят в полутьме кухни, легко подрагивая в волнах жара. Одним изящным движением он снимает свою чёрную майку и притягивает Аято к себе, прижимая к разгорячённой голой коже обманчиво хрупкое тело главы клана. - Тогда – приятного аппетита.