Чёрное в белом

      Ночью действительно началась буря. Я думал, что, скорее всего, никаких утренних тренировок и занятий для студентов не будет, но Жерар меня обрадовал – всё будет. Я не представлял, как именно будет проводиться та же тренировка, ведь мы даже не могли открыть дверь. Её попросту засыпало снегом практически на половину. Пришлось руками прокапывать путь к полигону. Благо, что кто-то из работников пансиона почистил общие дорожки и было хоть немного, но проще. Но пока мы дошли, я всё равно безумно устал. В сапоги насыпался снег, руки без перчаток очень мёрзли, да и шапки как-то не хватало. Хотя, я не представлял, какая может быть шапка с моими-то рогами. Которые, к тому же, наверное, способствуют тому, что я быстрее замерзаю.       Ещё одна "радость" нас всех ждала уже на полигоне. Проф сказал, что вместо тренировки, мы будем чистить тут всё от снега. Просто замечательно, мать вашу!       В итоге, часы до обеда я провёл за тем, что кидал снег. С прошлой жизни не любил это занятие. И к концу я уже не чувствовал рук. К тому же ещё шёл снег. Да, немного, но всё же шёл. Так что, кажись, наша работа очень быстро окажется снова засыпана. Но вряд ли это уже моя проблема.       После работы кому-то стоило собрать лопаты и отнести их в хозяйственный дом. И почему-то проф решил выбрать меня! И я, уставший и вспотевший, отправился с грудой лопат в путь. А оттуда уже пошёл в дом. За ведром. Нужно набрать воды в душ. А то я уже просто не мог чувствовать на себе всю эту грязь. Да, мыла оставалось немного, но пока оно есть, стоит не забывать про это. Не хотелось ко всему прочему подхватить тут какую-то, условно, кожную болезнь.       После душа, еле волоча ноги, я завалился на постель и укутался в одеяло, положив рядом с головой огненный кристалл. Оставалось надеяться, что он меня не подпалит. Но хотелось не окоченеть и побыстрее высушиться. Но в таком положении я даже не заметил, как уснул... Разбудил меня голод и какой то шум. Разлепив глаза, понял, что это просто Жерар возится с чем-то на кухне. Впрочем, не успел я встать, как он уже хлопнул дверью. Стоило тоже выходить, если я не хочу опоздать на обед. И купить продукты... Точно.       Уже в столовой я успел встретиться с Госсом. Он предупредил, что сегодня не сможет позаниматься со мной, поэтому я решил наметить себе план на сегодняшний день. Сначала стоило посмотреть где там почта. Взять пару газет. И раз уж я туда иду... Можно было бы отписать письмо Вирое. Рассказать о том, что случилось. Не хотелось бы, что бы она лишний раз переживала. Да и стоило поблагодарить её за всё.       Потом надо будет взять тетради, ручки, и засесть в библиотеке. Я так и не снял со своей сумки чары Гюилома. Стоит этим заняться сегодня.       Занеся купленные продукты в дом, я набросал письмо для подруги, собрал с собой всё нужное, пересчитал деньги, проверил расположение почты по карте и отправился на поиски. Здание находилось довольно далеко. Поодаль от рынка и за домом для сторожей.       Почта представляла собой низкое одноэтажное здание, без каких-либо лишний украшательств. Оно было выкрашено в белый и, видимо, совсем недавно. Краска не успела облупиться или запачкаться. С правой стороны была открытая пристройка, что-то вроде террасы. Там стояли, видимо, вчерашние деревянные ящики, привезённые с материка. Там крутился какой-то сотрудник, убирая всё от снега и накрывая ящики тканью. Я подошёл ближе к двери, над которой висела табличка: "Почтовое отделение". Белые буквы на синем фоне. Я потянул дверь на себя, она легко поддалась, скрипнув.       В глаза сразу бросился старый стол, заваленный корреспонденцией, конвертами и печатями. Стояла пара небольших шкафов для хранения, тоже забитые всяким.       Справа длинная стойка разделяла помещение на две части. Заметив человека по ту сторону, я подошёл ближе, чувствуя сквозь запахи краски, бумаги и сырости какие-то нотки свежей еды. Видимо, работникам приходилось есть прямо тут. В окружении штемпелей, металлических перьев, чернил, бумаги, конвертов различных размеров и пыли. Не самая приятная работа, зато тихая.       И, не успел я открыть рот, меня заметил работник. Оборвался скрип пера по бумаге и он поднял на меня голову, сонно проморгавшись. Он казался мне совсем юным. Может быть тоже лет семнадцать, восемнадцать. Максимум двадцать, но никак не больше. Фирменная форма чуть помята, как в целом, и его лицо. То ли он недавно спал прям тут, на стойке, то ли не спал вовсе. Стало его даже немного жаль. В целом-то он был симпатичный. Белокурый, бледный и стройный.       — Вам что-то подсказать?       — А? Да, я... Я бы хотел отправить письмо, — спохватился я, вынимая из кармана сложенную вдвое бумагу с посланием.       Сотрудник кивнул, забрав письмо, упаковав его в конверт и запечатав сургучом. Подвинув ко мне чернильницу и ручку, он указал, где нужно было указать конечный адрес, фамилию отправителя и получателя. После он переписал эти данные себе в журнал, указал на письме дату и место отправки, назвал цену и после оплаты оставил на письме оттиск штемпеля и приклеил марку. Далее моё письмо отправилось в один из ящиков за спиной сотрудника.       — Что-то ещё, сэр? — спросил юноша, снова повернувшись ко мне лицом. Я кивнул.       — Я могу купить у вас газету какую-нибудь из столицы?       — Вас интересуют политические новости? — я удивился, но кивнул и сотрудник на секунду наклонился под свою стойку. Видимо, не один я интересуюсь, что там происходит на материке. Юноша отдал мне пухлую газету, взял оплату и я, поблагодарив его, ушёл, услышав в спину дежурное "до свидания".       Дальше мой путь лежал прямо к библиотеке. Я не стал пока просить помощи у местных работниц, решив сначала найти тихое место в нужном мне отделе и почитать газету. Я надеялся, что там будет хоть что-то внятное и, только глянув на первую страницу, я убедился, что местные СМИ тут выражения не выбирают:

«Королевство в хаосе: недоверие и волнения после коронации Ремонда ла-Анри»

      Я невольно вспомнил, как читал что-то про эти волнения ещё до коронации Ремонда. Тогда, кажись, мне всё это показалось глупым. Слишком топорным. А сейчас всё явно начинает приобретать более крутые повороты сюжета. Почему только Ремонд допускает в печать такие газеты? На родной Земле, помнится, и за меньшее уже бы в тюрьму посадили. Но, то ли Ремонд хочет так себя обелить, то ли, в силу неопытности в управлении, понятия не имеет, что делать.       «Пайфер, 10 дисома — Арейван погрузился в хаос из-за массовых недовольств, последовавших за коронацией Ремонда ла-Анри. Несмотря на пышные церемонии и официальные заявления о стабильности, народные настроения остаются крайне напряжёнными...»       «... Королевский двор пока не прокомментировал волнения и недавнее зверское убийство придворного Чёрного Мага, ограничившись заявлением о "понимании опасений народа".»       Далее заголовки и текста были не радужнее: «Рост продаж анти-королевской атрибутики», «Королевская гвардия призвана на помощь: усилены меры безопасности», «Уволенные придворные говорят о династических интригах», «Укрепление позиций Совета Духовенства».       Вот, видимо, кто сейчас вообще не особо переживает, так это духовенство. В целом, ничего удивительного. Хотя...       «Слухи о конфликте внутри Совета Духовенства... »       Помниться, там были представители разных религий. Двое от тёмных и двое от светлых. С учетом того, что Ремонд полу-вампир, наверное, стоит ждать увольнения светлых представителей Совета. Если он рискнёт, конечно.

«Трагедия на пороге дворца: убийство придворного Чёрного Мага ставит под сомнение безопасность королевства»

      А вот и то, о чем говорили директор и та женщина Арх. Значит, мало того, что они убили сына одного из Архов Чёрного Искусства, так он был ещё и придворным. Хм... В газетах ранее я читал предположения о том, что прошлого короля могли проклясть, а не отравить. Я всё ещё не знаю, выяснили ли что-то наверняка, но если, например, этот придворный маг помог, по личным причинам, убить Родрига ла-Рента проклятием, зачем новому королю от него избавляться? Перестраховка? Очень странно. Это вызвало только больший резонанс. Судя по описанию происшествия, его нашли выкинутым в реку с несколькими ножевыми. Слишком грубое убийство. Слишком явное. Неужели новый король на столько не аккуратен?       С другой стороны, если маг был предан бывшему королю и мог что-то разнюхать, становится понятно, почему его убили. Но остается непонятным, зачем так явно. Какая же муть... Да и Искандар, вроде, говорил о том, что было официально доказано отравление. У меня ничего не получается сложить в цельную картинку!       «...Убийство личного придворного Чёрного Мага господина Родрига ла-Рента, стало очередной тяжёлой потерей для Арейвана. Граф Сельви́н рэ-Мато был найден мёртвым на берегу реки с несколькими ранениями от удара кинжалом...»       «... Смерть графа стала поводом для возмущения аристократии, подозревающей заговор со стороны нового короля Ремонда ла-Анри...»       «... Королевский двор пока не прокомментировал этот инцидент, ограничившись заявлением о сочувствии отцу погибшего.»       Я листал дальше и дальше, пропуская отвлеченные новости и заголовки, а так же высказывания духовников и прочую лабуду. Только в середине газеты я наткнулся на то, что хотел увидеть, пожалуй, больше всего.

«Маркиз О́дрик рэ-Ма́то отказывается присягать на верность королю: "Клятва убийце невозможна"»

      Это уже было чем-то вроде интервью или же, скорее, официального заявления. Пожалуй, не стоит удивляться, что он не боится давать такие комментарии прессе. Он в конце концов сейчас очень видная фигура. Если кто-то попытается его убрать или запугать газетчиков... Может начаться ещё больший шум. Если король хочет замять инцидент, ему лучше не отсвечивать. По крайней мере, я очень надеюсь, что он так и поступит. И ни какие головы снова не полетят. Было банально страшно. С учетом того, что моя семья тоже могла... Кому-то не угодить. Да и вообще, я даже не знаю, что они по этому поводу думают. Они тоже будут выступать против? Или будут не вмешиваться? Чёрт, надо будет написать письмо домой.       «Впервые после смерти сына, господин Одрик рэ-Мато согласился говорить публично, и вот, как звучат его слова: "Моё сердце разбито, но я больше не могу хранить молчание. Мой сын, не смотря на все слухи, возникшие после его смерти, был верным слугой Родрига ла-Рента, честным и добрым человеком, и любящим сыном. И теперь его отняли у нас, убили, и я не могу дальше стоять в стороне."»       «... До тех пор, пока не будет проведено открытое расследование и пока виновные не предстанут перед лицом высшего суда, я не склоню головы перед вампиром на руках которого, возможно, кровь Сельвина. Ремонд рэ-Анри не заслуживает ни моего уважения, ни моей присяги...»       Смелое заявление. Очень даже. Неужели он правда так говорил? Да у этого мужчины, пожалуй, стальные нервы. Да и не только... Насколько вообще законно называть Ремонда после коронации "рэ-Анри", а не "ла-Анри"? Это разве не буквальное заявление о нелегитимности его власти? И о том, что Одрик не признает его королём. Раздери вас тьма, как говорит Искандар...       Откинувшись на спинку стула, мне внезапно вспомнились эпизоды, что привиделись мне в Лекарской Академии. В самом начале я думал, что это были внутренние разборки семьи. Потом допускал мысль о покушении из вне. С учетом того, что я тогда наслушался и начитался, это было вполне логично. Но когда я увидел убийцу Софьена в лицо... Вряд ли маленький мальчик, ещё и одной со мной расы, решил бы убить сверстника из-за волнений в столице. И артефакт тот странный у него в руках... Жаль я ничего не знаю о внутренних волнениях лойдов. Вдруг моя семья чем-то кому-то не угодила и это не связано с политикой Арейвана?       Я тяжело вздохнул, достал блокнот и сделал себе пометку. Надо написать отцу. Спросить выяснил ли он что-то про того юношу. А пока что, стоит вернуться к чтению.       «... Я осознаю все риски. Но моя честь, совесть и память о моей семье требуют от меня решительных действий. Я уже давно не раб собственных страхов. И я призываю всех честных людей, всем кому не чужда справедливость и не безразлично будущее народов Арейвана, последовать моему примеру.»       Это что, призыв к бунту? Или мне показалось?       «... Пусть Ремонд рэ-Анри знает, что его правление основано не на внутренней силе, уважении и признании, а на лжи и крови.»       «... Почему расследование длиться так долго? Почему королевский двор хранит молчание? Почему у нас, аристократов, нет доступа к информации? Это ни что иное, как попытка скрыть правду. Но я не позволю этого сделать.»       Я невольно сглотнул. На самом деле, пусть я никогда не видел Одрика или его сына, от прочитанного только что у меня трусились руки. Ворочалось что-то неприятное в груди.       «... Я знаю, что уже сейчас все, кто имеет ранг мастера Чёрного Искусства и выше, присоединились к моему мнению. Я знаю, что многие Архи других видов магии так же начинают сомневаться в правдивости слов нового монарха. Они понимают, что если сегодня убили моего сына, то завтра та же участь может постигнуть и их детей. Слабых матерей, отцов, братьев, сестёр и кого угодно близкого. Даже их ученики могут оказаться под угрозой. Мы не должны позволить тирании укрепиться в Арейване. Мы будем бороться за правду, за справедливость, за будущее наших детей.»       Невольно на секунду прикрыв глаза, воображение участливо подкинуло картины того, как мог умереть кто-то из моей новой семьи. Мама, отец, Исэйя. Они сильные, но даже на сильных иногда находится управа. А их слабые стороны это те, кого они любят. И кто не может постоять за себя. Роберто, Лили... Если покушались на Софьена, не важно почему, то разве не могут на них?       Я не могу представить какого это, потерять ребёнка. Но я знаю, как больно остаться одному. Есть ли ещё кто-то у Одрика? Ведь если нет, единственное, что ему остается – защищать тех, кому ещё есть что терять. Почему-то о такой стороне борьбы я не задумывался никогда.       Мне бы хотелось быть чуть сильнее и хоть на каплю влиятельнее, что бы уберечь хотя бы тех, кто дал мне шанс узнать, что такое любящая семья. Пусть и не сильно надолго... Мне бы очень не хотелось, что бы яркие глаза Лилианы стали такими же мёртвыми как у меня...       Чёрт!       Ну почему, почему в голове так много мыслей? А вокруг так много событий. Я просто не успеваю за таким ритмом жизни! За этот год со мной произошло больше, чем за всю мою прошлую жизнь! Вот как я должен учиться, одновременно разбираясь в своих чувствах, изучать магию, следить за политикой и ещё как-то находить время на то, что бы всё это переварить? Да я даже не знаю, рад ли уже тому, что попал сюда.       Так. Нет. Стоп. Нужно успокоиться. Никаких всплесков агрессии ко всему живому.       Я ж хотел себе интересную жизнь. Ну вот, получите, распишитесь. Инструкции не будет. И какого-нибудь магического свитка, в котором ты указан, как избранный – тоже. Всё сам. Своими ручками.       Филонил всё время в поместье, не интересуясь внешним миром и не пытаясь уложить в голове свой новый семейный статус – разгребай. Убийство Софьена, проблемы с Луизой, заговоры, которые даже не понятно могут ли повлиять на твою семью. А что на счёт других родственников? Есть ли они у нас? А как и где живут другие лойды? Может ли быть такое, что Луиза сильно облажалась перед другими представителями своей расы? И поэтому меня хотели убить.       Когда у меня совершеннолетие? Мы же никогда не праздновали ни чьи дни рождения. Что после него будет? Может ли брак Исэйи повлиять на положение нашей семьи? Она же замужем за тёмным, которых сейчас обвиняют во всех смертных грехах.       Мне явно нужно было начать задаваться этими вопросами не сейчас.       Потому что сейчас вылезли новые. Повлияет ли на пансион вся эта ситуация? Могут ли его закрыть? И что тогда делать?       Смогу ли я без магии хоть что-нибудь сделать...?       И почему именно слова Одрика, написанные на чёртовом куске жёлтой бумаги заставили мои мозги генерировать этот поток вопросов?       «Слова маркиза рэ-Мато прозвучали как вызов всей королевской системе и, несомненно, подкрепят уже существующие волнения. Многие из его окружения открыто поддерживают его позицию, а в городе множатся слухи о готовящемся аристократическом перевороте. Станет ли эта статья толчком к гражданской войне или король сумеет удержать ситуацию под контролем? Покажет время.»