Жёлто-зелёный лист

Это был тот самый осенний денёк, когда на улице уже прохладно, а дырявые тучи закрывают ещё тёплые лучи солнца. Половина деревьев уже была без листьев, а тротуары были мокрыми после небольшого дождя. Но сырость и небольшой ветерок вовсе не мешали двум господам прогуливаться после их очередного очень важного совещанья. Господин Порфилий был тучным человеком. На нём всегда были ровно выглаженные брюки, чёрный фрак с белоснежной рубашкой, высокий цилиндр и бархатная бабочка. В его руке всегда была трость, которая важно переставлялась в такт размеренной походки мужчины. Глаза у господина Порфилия были большими и немного заплывшими, нос насупленным, а под пухлыми щеками были зачёсанные чёрные бакенбарды, которые придавали мужчине ещё более важный вид. Но его собеседник, господин Арефин, был совсем другого типа. Он был гораздо ниже господина Порфилия и совсем худым. Иногда, когда господин Арефин, задумавшись, сутулился, казалось, что ему тяжело нести на себе собственное серое пальто. Худощавый мужчина не очень-то и задумывался насчёт своей одежды, но всегда предпочитал носить шляпы с широкими полями. В руках у господина Арефин никогда не было трости, потому что в них всегда была либо газета (бывало и прошлого месяца), либо какая-нибудь книга. Глаза этого господина были маленькими и суетными, они постоянно что-то высматривали. Нос у господина Арефина был не таким уж и приметным, зато его борода многих заставляла обратить на себя внимание. Она была очень длинной и седой, почти белой. Однажды какой-то ребёнок на улице назвал господина «волшебником». Мужчине это понравилось, поэтому он её больше не подстригал. Не смотря на то, что мужчины были внешне и духовно очень разными, им нравилось вместе гулять и обсуждать различные темы. И в этот осенний день, когда происходили некоторые события, эти два господина гуляли по полупустому парку. Зябкий ветер заставлял господина Арефина ёжиться, но господин Порфилий, как ни в чём не бывало, важно переставлял свою трость. Внезапно ветер подул гораздо сильнее, он подхватил какой-то обычный берёзовый лист. Мокрый лист полетал немного в воздухе и прямиком врезался в лицо господина Порфилия. Он фыркнул. — Фу, какая мерзость! Господин Арефин, вы только поглядите на это поганый листок! — Что вы этим хотите сказать, господин Порфилий? — Жёлто-зелёный лист, он даже не имеет своего определённого цвета! Поглядите на этот порванный край, его как будто кто-то покусал. Листок погнутый, весь дырявый. Такой мерзкий! Господин Арефин, вот ведь как в жизни бывает, есть такие вещи, которые совсем никому не нужны. Этим листочком даже грязный сапог не протрёшь – только хуже сделаешь! — Да, господин Порфилий. — Задумчиво сказал его товарищ. — Вы правы, этим листочком грязь не вытрешь. Сапоги следует вытирать платком. Позвольте мне рассмотреть этот листок поближе. — Вот, держите. — Благодарю! — Что же вас в нём заинтересовало? — Я вам сейчас покажу, господин Порфилий. Глядите, этот листочек двух цветов. Вроде обычный, жёлто-зелёный листок, но присмотришься, и кажется, словно здесь борьба двух цветов! Я, признаюсь, в молодости был любителем уличных драк. — Должно быть верно, это весьма интересное сочетание цветов. — Я бы мог предложить вам подумать, почему лист сначала зелёный, потом жёлтый, но его называют сперва жёлтым, то есть ЖЁЛТО-зелёным. — Потому что…. — Но это не сегодня, господин Порфилий. Позвольте показать вам кое-что ещё. Глядите, этот край весь порванный, но он напоминает мне рельеф какой-то необычной горы, если его поставить "ребром". Посмотрю-ка я дома на географической карте похожий рельеф. А вот эти пятнышки, вы видите, господин Порфилий? Они напоминают мне отпечатки маленьких пальчиков детей. А эта чёрная полоска, как задуманный художником узор. Он словно несёт какой-то определённый смысл, но понятный только его создателю. — Но он весь дырявый и мокрый, господин Арефин. Или вы хотите и здесь найти какой-то определенный смысл? — О, что вы, господин Порфилий! Увы, смысла я здесь не вижу. Но я вижу красоту! Дождь, намочивший этот листик, делает его цвета более яркими. А его дырки…. Глядите, солнышко, наконец, вышло из-за туч. Я поставлю этот листочек напротив солнышка и… смотрите! Сквозь дырки и трещины листка на меня светят тёплые лучики. Солнце просвечивается сквозь жёлто-зелёный листик, и смотрите, как он выглядит! Мне это напоминает фреску? Цветное стекло? Я бы даже сказал, что здесь запечатлена какая-то новая и необыкновенная вселенная! Будто Млечный путь оказался золотым… — Я бы этого никогда не увидел в обычном осеннем листе. Признаюсь, я не до конца понимаю вашего восхищения. — Не переживайте, господин Порфилий! Но окажите мне одну услугу. Позвольте мне забрать этот листочек себе, я с удовольствием наполню им свой гербарий. И господин Арефин аккуратно положил жёлто-зелёный лист в книгу, которую он нёс в руках всю дорогу. Господа продолжили свою прогулку, только один поражался листком, а другой своим впечатлительным товарищем.