Солнечный свет

Рагнвиндр лежит на промерзшем полу и едва может пошевелиться. Тело не двигается, просто отказывается подчиняться, а нога прикованная железному столбу и вовсе не ощущается. Она вообще на месте? Или Дотторе распорядился отрезать ее, чтобы Дилюк наверняка не сбежал? А, что умно, Кейа вот до такого точно додумался бы, если бы… нет, не время думать о Альберихе и его зверствах, сейчас есть только гребаный доктор, а о других проблемах омега подумает позже. Если это позже настанет, конечно… Дилюк снова вернулся в реальность: На коленях свернулся маленький ледяной комочек. Фрида жмется к нему, пытаясь согреть, кутается в полы его кардигана, Дилюк находит в себе силы обнять ее и утыкается лицом в ее грязные, пропитанные кровью волосы. Невольно сравнивает себя с птицей укрывающей крыльями своего птенца. — У меня болит горло, — шепчет девочка, — И мне очень страшно. — Потерпи лисенок, — Единственное, что может сказать Дилюк. Он касается своего уха и с ужасом осознает, что Дотторе снял с него серьги. Охрана Кейи не найдет их… Но не может же он сказать об этом ей… Девочка еще не утратила надежду. Фрида верит в спасение… нет… спасение было бы если бы их нашла полиция… здесь, здесь скорее подходит слово возвращение. Да… Фрида верит в возвращение в старую тюрьму. «Дома ей хотя бы не угрожает смерть» — подумал он. Не угрожает? Точно? Сегодня утром Кейа чуть не прирезал из-за ночного кошмара, где гарантии, что он не сорвется на родную дочь, просто потому что голоса в голове так сказали? — Хочу пить… — Потерпи, прошу… — шепчет Дилюк сухими губами. — Очень хочется пить. — Потерпи, — произнес уже строже. Потерпи… Все, что может сделать Дилюк это сказать гребаное «потерпи». Рагнвиндр вздохнул, в воздухе чувствуется запах альфы. Чужого, возбужденного альфы. Омега внутри чует беду, но Дилюк не поддаться страху, нет, Дотторе этого не добьется. «Наблюдает сука». — Воды… немного. — Попробуй уснуть. — Не могу уже…все тело болит. Дилюк лихорадочно втягивает носом воздух, настолько насколько позволяет рваное дыхание, пытается подняться с пола и сесть. Получается. Прижимается спиной к столбу и правой рукой обнимает девочку. — Ну какая же прекрасная картина. Омега утешающий своего ребенка, как же это красиво. Раздается хлопки ладоней. Дотторе выходит из тени, кривляясь с особым артистизмом. Дилюк замирает перед своим похитителем, но гневного взгляда не опускает. Смотрит с вызовом. Смотрит так, словно Дотторе грязь перед его ногами. Несмотря на свое жалкое положение, Рагвниндр держится гордо. — Прошу избавь меня от себя и позволь насладиться тишиной. В тусклом свете лампочки лицо Дотторе кажется желтым, а красные глаза горят безумием. Его губы кривятся в мерзкой улыбке, а язык проходится по верхним зубам. — Три дня прошло, а ты все держишь маску бесстрашия, не надоело? Значит три дня прошло… Отлично, еще сутки и они с Фри умрут от обезвоживания. Интересно, а Сара уже мертва? Навернре да, Кейа точно был в ярости, а Куджо идеальный вариант, чтобы выпустить пар. Интересно как он там? Нервничает? Бесится? Мечется в беспомощности? Дилюк бы отдал все, чтобы посмотреть на такого Кейу. Хотя может он уже подыскал ему замену? Удобно. Новый омега будет послушным и ребенка ему родит и не доставит столько проблем, как Дилюк. — Я пить хочу… — тянет девочка, хватаясь за его руку. — Тише, Фри… — Ты разве не слышишь, Дилюк? Дитя хочет воды, разве хороший родитель не сделает все, чтобы помочь своему ребенку. — Иди к черту урод! Дотторе принимает из рук помощника пульт. Его взгляд загорается, и он нажимает на кнопку. Дилюк тут же чувствует, как железный столб начинает нагреваться. Ублюдок… — Может теперь поговорим как взрослые люди? — Ну если говорить по-взрослому, это пытки и шантаж, то мы уже разговариваем. Если признаться честно, умирать не хотелось совсем. Нет, не потому, что он так сильно держался за эту жизнь, дело было в Фриде. Если он умрет, ее больше никто не защитит. Поэтому стоит еще немного продержаться и может… пойти на уступки? — Чего ты хочешь от меня? — Мне нужна твоя поддержка. — Дотторе садится на стул и изящно закидывает ногу на ногу. — Твой отец когда-то был очень богатым человеком, он владел территориями в Индии, Лаосе и Австралии. Лакомые кусочки, где можно заниматься любой незаконной деятельностью и никому до этого не будет дела. После «пропажи» Крепуса, все состояние было заморожено, потому что тебе, Дилюк, не был совершеннолетним и не мог распоряжаться наследством. А Кейа сделал все, чтобы твоя бабка молчала об этом и в нужный момент просто позволила забрать тебя. — Класс, я пять лет выживал на жалкие гроши с продажи картин, являясь миллионером. — Можешь сказать спасибо Кейе, он слишком долго тянул, решая, что с тобой делать. Полагаю тогда его постель занимал другой омега, и ты не был ему нужен. — Обязательно скажу, когда увижу лично, и думаю это будет совсем скоро. — Ну это уже вряд ли. — в руках Дотторе его золотые серёжки. Сломанные, без гранатов в середине. — Я тут случайно испортил твои сережки, но не грусти, если договоримся, куплю тебе новые, с настоящим драгоценным камнем. Думаю рубин будет хорошо сочетаться с твоими волосами. — Откуда ты знаешь про маячок? — Я давно работаю с Кейей и прекрасно знаю, как он защищает свои игрушки. — Логичные рассуждения, для такого идиота как ты? Дотторе нажимает следующую кнопку на пульте. Дилюк вскрикивает. Ногу бьет разряд тока. В браслете на ноге спрятан электрошокер. «Сука! Как же больно!» — Дилюк до крови прикусывает губу. Фрида не понимает, что происходит, она кричит и плачет. И эта истерика раздражает Дотторе. — Мы с Крепусом вместе получили эти земли, вместе строили бизнес и у меня есть на него право. Я лишь хочу получить свое. А еще одну из деревень Солнечного света, так в счет морального ущерба, и в этом как раз поможешь мне ты. — Шантажировать мной бесполезно. — Дилюк пытается сделать глубокий вдох. — Кейа не станет терять авторитет из-за очередной омеги. — Брось, я знаю, что вас связывает и об операции тоже. Кейа не будет рисковать тобой. — Ну так исполняй свой план, чего ждать? — жар батареи становится нестерпимым. Дилюк пытается отодвинуться, но все равно чувствует как горит его кожа. — Шантаж это грубая сила, я хочу пойти немного другим путем, и перестраховаться, поэтому я все еще не убил девчонку. — Ну?! — Пойдем со мной Дилюк. Я дам тебе свободу, позволю видеться с родными, сделаю своим мужем, и что уж там, разрешу оставить девчонку Альбериха себе. — Дотторе приблизился к его шее, провел носом по холодной коже вдыхая аромат омеги и блаженно закатил глаза. — Только подумай, счастливая богатая жизнь, где ты волен делать что захочешь, будучи супругом самого влиятельного человека в мире! — Звучит как мечта, и что же я должен сделать ради ее воплощения? — Помоги мне уничтожить кровавую империю Альбериха. Помоги мне убить его. Дилюк усмехается. Он мечтал об этом все пять месяцев, что находился в секте. Убить Кейу звучит так сладко и так фантастично. — Мы сделает это вместе, со мной ты наконец сможешь отомстить за все унижение, что он принес тебе. — Не хочу идти на сделку с человеком убивающим детей. Раскалённое железо обжигает спину. Жажда мучает его, и он балансирует на грани сознания. Фрида не двигается, лежит на полу и скулит, как побитый щенок. — Она мучается от жажды, — Дотторе берет его за волосы, тянет к себе, шепчет на ухо. — Но ты можешь попросить меня… говорят ты удерживал Альбериха в постели сутками, интересно проверить насколько ты хорош. — Только тронь меня. — шипит Дилюк пытаясь ударить его головой. — Трону… и не один раз, хочешь перенесемся в мой кабинет? Хотя постой ты же любишь когда тебя берут у всех на глазах! Первый раз Дилюк так желал, чтобы Кейа нашел его… — Ты еще можешь вернуть меня в «Солнечный свет» и сбежать, и я, может быть постараюсь ублажить Кейу настолько, чтобы он отказался от мести. — Какая же верная у Альбериха сабоченка. Что до конца жизни готов раздвигать перед ним ноги? — Да хоть перед всей его сектой, всяко лучше, чем отдаться тебе! Дотторе мягко касается его щеки, проводит подушечками пальцев по скулам вверх к виску и зарывается рукой в волосы, а потом со всей силы сжимает их и бьет омегу головой об батарею. Дилюк теряет зрение на пару секунд. В голове шумит, он пытается, очень пытается не отключиться. Фрида открывает глаза и с ужасом смотрит на эту картину. — Дил… люк, кровь… — Да, малышка, кровь, — Дотторе отстраняется. — Ты же хотела пить, Дилюк очень постарался, чтобы добыть для тебя немного жидкости. Лицо девочки позеленело, ее сейчас стошнит. Она берет лицо омеги в свои маленькие ладошки и всматривается в потускневшие темные глаза Дилюка. — Не теряй сознание, — шепчет она. — Не умирай! Пожалуйста! Не умирай! — О, нет, дитя, он не умрет, но немного полежит без сознания, и возможно после этого наконец, подумает своей красивой головушкой, и примет правильное решение. Мужчина командует своим людям и крепкий альфа хватает Фриду за руку. — Твой отец тянет время. Может быть, если я пошлю ему твою чудесную ручку, он передумает? — Не трогай… мою… Фри… — О, ты хочешь что-то сказать, Дилюк? — Не трогай ее… — Дилюк пытается протянуть к ней руку. — Что я не слышу. Охранник поднимает ее над полом и трясет, девочка в его руках, кажется маленькой куколкой, которая вот, вот сломается. — Не трогай… — Что? говори громче Дилюк я не слышу. — Хочешь меня? — выдавливает Рагнвиндр настолько громко, насколько позволяет охрипший голос. — Бери… только оставь ее в покое. Дотторе довольно улыбается и кивает своему охраннику. — Опустите ребенка, и принесите воды. Ну, что господин Рагнвиндр подпишем договор? *** Он стоит в своей ванной и тяжело дышит. Гнев ядом проникает в его тело, сжирает мысли, разжигает пламя, готовое обрушиться на любого, кто посмеет встать на его пути. Он ждет, когда омега расчешет его длинные темные волосы и заплетет в косу. — Мы отследили место, где маячок реагировал последний раз. — Сара говорит ровно, не смотря на ноющую боль. Ей вкололи обезболивающее, но правая рука… Постойте, неправильно… Место, где у нее была правая рука, чудовищно болит. Сара не справилась со своими обязанностями. Отсечение руки — справедливое наказание. — И вам понадобилось три дня? Мне стоит сменить главу охраны? — Сигнал глушат, но через полчаса мои ребята смогут наладить связь с маячком, вшитым в тело Дилюка и можем выезжать. Помощница-омега застегивает пуговицы на его белоснежной рубашке. Если хоть одна капля крови попадет на ткань, эта чудесная дорогая вещь будет испорчена, но слуги пророка привыкли выводить пятна крови с одежды хозяина, им не привыкать. На плечи он накидывает пиджак. Глубокий синий цвет подчеркивает его элегантную красоту. Он мог бы надеть на эту встречу одеяние из церкви, но решил не устраивать представление. На этот цирк у него нет сил. Он просто хочет уничтожить человека, бросившего ему вызов и вернуть то, что принадлежит ему. — Тест ДНК показал, — Бай Чжу тоже был здесь. — Найденные останки не принадлежат Фриде. — Скорее всего, Дотторе держит их вместе. — предположила Лиза, вздохнув. — Уверена, — Яэ Мико прикоснулась к Саре и одарила ее нежным взглядом. — Дилюк, скорее всего, нужен ему из-за прав на наследство Крепуса. Шантажировать его ребенком с котором он выстроил связь — самый логичный шаг. — Значит, одним ударом мы сможем отсечь все головы гидры. — Лиза хлопнула в ладоши. — Отлично, останется время на дневной сон. — Яэ Мико остается в деревне вместе с Рейзором и Лиамом, на случай если этот ублюдок решит сунуться сюда в мое отсутствие. — Хозяин отказывается от лисьей маски. — Итто и Лиза со мной. — Что насчет взрывчатки, хозяин? — это первая вылазка Ёимии в роли охраны. — У меня есть отличная бомба! — Поедешь к особняку Дотторе и выкрадешь его сына. Дальше можешь взорвать дом. — Вместе с прислугой? — Если они не захотят присоединиться к нашему обществу, то да, вместе с прислугой. — вздохнул. — Дотторе мне нужен живым, если в ходе перестрелки его заденет, вы все понесете наказание. Итто сжал челюсть. Он надеялся устроить кровавую баню на скотобойне, но хозяин приказал сдерживать себя. — Я послушаю, что он скажет мне и вынесу подходящий приговор. — Но ничего же страшного, если доктор попадет к вам без пары пальцев или ноги? Кейа кивает. — Да, ты прав. Сара наконец получает координаты и облегчённо вздыхает. — У нас есть адрес, мы можем ехать! — Свяжитесь с Сеньорой, она давно точит на Дотторе зуб и будет не прочь откусить лакомый кусочек. И поможет замести следы. *** Дилюк не знал, сколько времени он лежал на полу, сотрясаемый дрожью. Очнувшись, он не смог вспомнить, когда отключился. Поднял взгляд вверх и увидел почерневший от плесени потолок. Что-то коснулось его сухих ободранных губ. Что-то холодное, металлическое, а потом потекла вода. Самая вкусная вода в его жизни. Дилюк жадно глотал спасительную влагу и вместе с этим к нему возвращалось зрение и силы. — Дилюк, ты слышишь меня! Голос Фриды тянул за собой и заставлял возвращаться в реальность. Девочка убрала от его губ фляжку с водой и протерла влажной тряпочкой его грязное залитое кровью лицо. Голова раскалывалась. Точно, его же ударили об батарею. Как же он мог забыть? Никто не обработал его раны, даже банально не приложил бинты. В такой грязи может начаться заражение. Разве так обходятся с ценным заложником? — Сколько времени прошло? — Думаю, часа два… — Четыре, дитя Дотторе тоже здесь. Сидит рядом и смотрит на них своими дикими, абсолютно безумными глазами. Как же хочется воткнуть в них что-нибудь острое. Ублюдок! Гребанный ублюдок. Нет, с ним не стоит идти не на какие сделки. Кейа придет за ним и вытащит, в этом Дилюк не сомневался. — Голова не болит, Дилюк? — Отстань от него! — закричала Фрида, бросив в мужчину фляжку. — Промахнулась! — один из охранников Дотторе берет ее за шею и оттаскивает от омеги. — Мой отец выпотрошит тебя! Дотторе смеется, прикрыв лицо рукой. — Какая отважная девочка. — он дает знак своим людям. — Но помолчи, сейчас взрослые разговаривают. Охранник берет в руки цепь и обвязывает тонкие ручки девочки. Дилюк не может произнести и слова, молча наблюдает за тем, как девочку подвешивают над огромной промышленной мясорубкой. Рагнвиндр, кажется, все это затянувшимся фильмом ужасом. Где-то сейчас выйдет режиссёр и крикнет «Снято». Но не может же все это быть на самом деле. Фрида трясет ногами, пытаясь встать на бортики, чтобы лезвия не задели кожу. Мясорубка выключена и неизвестно, когда этот монстр решит включить ее. — Говорят, пророк «Солнечного света» обожает мясо с кровью. Как думаешь, ему придётся по вкусу бифштекс из собственной дочери? — Не знаю, что на счет Кейи, но я бы с удовольствием отобедал тобой! Дотторе следил за девочкой. Она кричала и пыталась вырваться, не понимая, что с каждым движением цепь на ее руках ослабевает. Еще немного, и она упадет на лезвия. — До твоей отключки мы, вроде бы, пришли к соглашению, так? — И ты обещал не трогать ее. — Я и не трогаю. — Дотторе развел руками. — Ни я, ни мои люди не прикасаются к Фриде. Внезапно Дилюк чувствует, как внизу живота становится жарко. Он вздрагивает и не понимает какого хрена его тело решило выкинуть эту шутку?! Течка! Сейчас, когда тело находится в таком стрессе? Этого не должно быть, если только… если только Дотторе не подмешал ему что-то в воду? Черт! — Вы посмотрите, у Дилюка снова проблемы. Точно подмешал. Дилюк увидел, как раздуваются ноздри альфы и точно убеждается в правильности своего вывода. — Предугадываю твой вопрос и отвечаю — ты выпил стимулятор, подобно тому, что дают в вашей гребаной церкви, когда нужно подложить кого-нибудь под альфу. Дилюк прикусил губы. Здесь, не считая Дотторе тринадцать альф, не очень хочется примерять на себе роль подстилки. Черт, где же Кейа! Дилюк не в состоянии здраво мыслить. И без течки голова разрывалась, а теперь-то… Фрида на несколько секунд замирает в удобном положении и мысленно молится, чтобы подошва ее ботиночек не скользнула по металлу. — Ты, кажется, сказал, что я могу взять тебя? — Дотторе приближается и наклоняется к его уху. Дилюк сдавленно стонет и сопротивляется. — Попроси меня еще раз. Дилюк плюет ему в лицо. Дотторе снова хватает его за волосы. — Какая же верная у Альбериха шлюха. Думаешь, тебе это зачтётся? Он отнимет твои глаза, а потом выбросит на растерзания псам, как делал это с многими другими. — Пусть так, зато трахаясь с ним я не буду чувствовать себя мусором! Дотторе отстраняется и отшвыривает от себя омегу. Вытирает с щеки слюну и тяжело вздыхает. — Включайте мясорубку, это мясо пора раздробить. — Я убью тебя лично, если с ее головы упадет хоть один волосок. Дотторе обернулся на Дилюка и отчего-то вздрогнул. Лицо Рагнвиндра хоть и измученное, было жутко злым, и тут доктор понял, что эта омега скорее перегрызет собственные цепи, чем спокойно и послушно даст себя и свою дочь на растерзание. Губы альфы скривились. — Так вот же я… давай, убивай. Услышав звук включенной машины, Фрида опускает голову и перестает сопротивляться. Губы ее дрожали. Дилюк побледнел и поддался вперед. Дотторе блефует? Да, скорее всего, они нужны ему живые, как минимум для собственной защиты. Если он убьет их обоих, то Кейа просто взорвет все к чертям. Или… да неизвестно, что вообще задумал этот безумец. — Папа! — кричит девочка. — Папочка! Спаси меня! Прошу! Ботинок с девичьей ножки падает вниз и его тут же перемалывают огромные лезвия. — Кейа всегда был самоуверенным. — Дотторе усмехнулся. — Представляешь, он сказал мне, что я слаб, что я ему не ровня и посмотри, сейчас я убью его дочь и отымею омегу. Ну и кто теперь слабый?! С грохотом вылетела дверь и упала на каменный пол. В дверях показался Итто. Лицо его было довольным, предвкушающим бойню, в руках он держал пистолет и, не задумываясь, выстрелил в кинувшегося на него охранника. —Мать вашу! — закричал Дотторе, судорожно ища пистолет. И Дилюк залился громким смехом. — Не долго красовался! — закричал он, с трудом сдерживаясь. За Итто в зал влетела Сара Хоть у нее и была одна рука, она ловко выстрелила еще в одного охранника, и прикрывшись за каменной колонной, сделала еще пару выстрелов, поразив свою цель. Дилюк бросил взгляд на девочку. Ему нужно попытаться вырваться и спасти ее, пока Дотторе находился в замешательстве. — Но как? Я же снял маячок?! Кто-то из людей доктора попадает в плечо Итто, но мужчина не реагирует, его цель - Дотторе. И он, заряжая оружие, выстреливает, стараясь попасть в голову, но промахивается. Кто-то подбегает к Дилюку и пытается снять с него цепь. Рагнвиндр вздрагивает и поворачивает голову. — Не дергайся, — это Аяка… Что она здесь забыла? — Ты-то что здесь делаешь? — Кейа заставил. Тебя доверили мне, а я… черт, потом все объясню, давай, нужно тебя вытащить. В воздухе чувствуется запах крови и человеческих внутренностей. В живых из тринадцати охранников осталось четверо, но они все еще продолжают защищать своего босса. Аяка наконец спиливает цепь и Дилюк может сделать шаг, но головокружение делает его шаги неустойчивыми. — Фри! Надо отключить мясорубку! — Уходим, Итто и Сара справятся. — Я не оставлю ее! Он вырывается из рук Аяки и бросается к девочке. К счастью, никто не обращает на него внимание. Руки девочки синеют, она практически их не чувствует. Сил держаться нет. Дилюк нажимает на рычаг и, кажется, останавливает чудовищную машину. Мотор прекращает реветь и лезвия останавливаются. Девочка всхлипывает и перестает кричать, срывая голос. Вместе с Камисато они снимают ее с цепей, и Фрида вцепляется в шею Дилюка мертвой хваткой. — Пока все заняты перестрелкой, мы можем сбежать. — шепчет Аяка, шевеля губами. —Аккуратно, нас никто не заметит, за скотобойней густой лес, нырнем туда и сбежим. Такое приятное предложение. Такое манящее, ну разве Дилюк может отказаться? — Уже поздно, — говорит Дилюк, видя в дверях Кейу. Рагвиндр не знает, что чувствует, глядя в мертвые глаза, видя приоткрытые в улыбке зубы, такие мелкие, что улыбка выглядела противоестественной, нечеловеческой. Альберих первый раз снял свою маску на людях, значит, случится, что-то поистине плохое. — Закрой глаза, — командует Дилюк Фриде. — Не смотри на отца. И она подчиняется. Зажмурившись, девочка закрывает уши и утыкается головой в плечо омеги. Дилюк прижимает ее к себе, защищая от всего этого ужаса. — Я дал вам десять минут, прошло пятнадцать. Заканчивайте. Лиза рядом с ним вытаскивает пистолет и выстреливает Дотторе в ноги. — Дилюк здесь, вместе с Фридой. — говорит Лиза хозяину. — Я знаю, я чувствую его. Они ранены? — Избиты. У Дилюка кровь на затылке. Кейа стукнул тростью. Стук эхом разлетелся по помещению. Настала гробовая тишина. — Аяка, забирай Фри, мой водитель доставит вас домой. — Я не уйду без папы! Дилюк передает девочку Аяке. Фрида сопротивляется и цепляется за его разорванную рубашку. — И ты со мной! — Не зли отца, милая, — Дилюк невесомо целует ее в лоб. — Я скоро вернусь. Фри поджимает губы и успокаивается. Аяка кивает Рагнвиндру и покидает место бойни. Дилюк же приближается к Кейе и резко ныряет в его объятия. Даже для самого Альбериха, это действие было неожиданным. — Спасибо, еще немного и он бы... Кейа вдыхает запах омеги, кажется, судьба дочери его не волнует. — Потек? — Он накачал меня наркотиками. Рядом со своим альфой Дилюк чувствует, как подкашиваются ноги. Организм, будь он проклят, реагирует на запах Кейи и, если бы не головная боль, он бы уже раздвинул ноги, несмотря на присутствующих. — Потерпи, сейчас я вынесу мусор и займусь тобой. — Кейа сжимает его талию. — На верхних этажах есть кабинет. Сходи в душ и жди меня. — Я хочу остаться и посмотреть. — Я все-таки настаиваю, чтобы ты сходил в душ, в машине сидит Ху Тао, она обработает твои раны, не волнуйся, мы пока подготовим нашего дорогого Дотторе и его помощников к казни. Дилюк услышал истошный крик и отвернулся. — Тогда, если у нас есть время, ты поможешь мне? — Дилюк прильнул к нему ближе. Какая же это была мерзкая ситуация. Его только что освободили из плена, а он готов усесться к человеку, которого так ненавидел на член. Ненавидел и желал… — Боюсь, тогда не смогу оторваться от тебя, а мне нужен трезвый ум. Давай Дилюк, иди… Он подталкивает его вперед и Дилюк покидает это чудовищное место. Прижимается спиной к стене и начинает рыдать, захлебываясь слезами. Скатывается на пол и обнимает себя за плечи.Его сейчас спасли от изнасилования, но почему он не чувствует радости? Дилюк не готов, просто не готов вернуться в «Солнечный свет», как и сбежать отсюда без Фриды и Аяки. Ну почему все это случилось с ним? Почему он должен быть пешкой в руках этих уродов? Кто ответит за все его страдания? Дилюк знал ответ… никто…