Время для нас

Тринадцать лет со встречи на детской площадке. - Два идиота, - прыснул Цзян Чэн, - высыпая алмазики в миниатюрный поддон. - Почему? – промурчал Лань Сичэнь. Они сидели на полу, соприкасаясь ногами, а на диване перед ними был разложен холст с нанесённым на него тонким контуром. - Кто ещё из вменяемых людей собирает алмазную мозаику с собственной фоткой? – покачал головой Цзян Чэн. - А кто ещё из людей любит друг друга так же, как мы? – сладко пропел Лань Сичэнь, попутно подцепляя палочкой алмазик фиолетового цвета. Он находился в состоянии покоя и умиротворения. Буквально поймал дзен. - Звучит пафосно, но зато по фактам разложил! – заявил Цзян Чэн, потом, видимо, решил, что пошлый намёк недостаточно ясен и добавил: - так разложил, что ни дать, ни взять! Сичэнь молча посмеялся, затем какое-то время сидели в тишине. Играла песня Эда Ширана. На город опустился промозглый осенний вечер, а в комнате ровным светом горели жёлтые гирлянды. - Если бы я знал, что она такая огромная, а кристаллы такие мелкие, я бы, конечно же, заказал меньше, - тихо произнёс Лань Сичэнь. Цзян Чэн в это время искал пакетик с алмазами нужного цвета. - Да ладно. Меня почти не бесит. - Вот это комплимент, малыш, - широко улыбнулся Лань Сичэнь и сверкнул в сторону Цзян Чэна игривым взглядом. - Да нет, на самом деле отличный подарок, - дал попятную Цзян Чэн. – Сколько там лет со дня свадьбы? Пять? - Одиннадцать, малыш, - снова засмеялся Лань Сичэнь, прекрасно осознавая, что муж специально притворяется. – Иди сюда, мой сладкий. Сичэнь отложил стилус и потянулся к возлюбленному. Цзян Чэн, млея, подался навстречу. - Сейчас закончу с голубым и приласкаю тебя, - проворковал Лань Сичэнь, потираясь носом о нос любимого человека. - С каким голубым? Со мной что ли? – прыснул Цзян Чэн. Но Лань Сичэнь не повёлся на провокацию и не засмеялся. - Я возьму твой член… - продолжил он мягко, но настойчиво, и в этот момент… - Кхм-кхм! – раздалось со стороны межкомнатной двери, которая всё это время была раскрыта нараспашку. Двое смущённо отодвинулись друг от друга. Цзян Чэн залился краской и спрятал лицо под чёлкой, опустив лицо к мозаике. Лань Сичэнь, исполненный достоинства, как, впрочем, и всегда, перевёл взгляд на внезапного гостя. - Ребёнок пришёл, - улыбнулся он. - Всё ещё собираете свою фотку? – Лань Цзинъи выдал смешок, указывая пальцем на десятки цветных пакетиков с алмазами. - И будем собирать ещё очень долго, судя по всему, - с принятием неизбежного ответил Лань Сичэнь. Цзинъи прошёл в комнату, заглянул через плечи родителям. - А круто получается, - отметил он, оценив успехи. С двух сторон холста было выложено по пятнадцать квадратных сантиметров мозаики в бело-голубых и сиренево-фиолетовых тонах. - Давай с нами, малыш, - предложил Лань Сичэнь, подняв голову к сыну. - Ну уж нет! – Цзинъи замахал перед собой руками, - сами морочийтесь с этой штукой… И он плавно утёк к двери под звуки следующей песни Эда Ширана. - Спокуха, пацаны, - у них музыка играет, вообще ничего не слышно! – заявил Лань Цзинъи с порога, едва захлопнулась дверь. Цзинь Лин тут же вынырнул из-под одеяла. - Я говорил, что у нас хорошая звукоизоляция – иначе мы всё время слышали бы, как они трахаются! - Фу! Не говори такого про папу! – воскликнул Цзинъи, срывая футболку и прыгая в кровать. - Проверить всё же стоило, - спокойно отметил Лань Сычжуй. - Ну что? – Цзинъи хлопнул в ладоши, посмотрел сначала на Цзинь Лина – тот был красный как рак, - потом на Сычжуя – тот выглядел напуганным, - не передумали? Цзинь Лин активно завертел головой. Последние дня три они планировали первый секс. Если бы не неуверенность Сычжуя, и планировать бы ничего не пришлось: они с Цзинь Лином пару раз уже бывали на грани. А вот Сычжую требовался особый настрой, атмосфера и всё пять раз проговорить. - Ладно, идите сюда, - Цзинъи мягко улыбнулся ребятам. Цзинь Лина не пришлось долго ждать – он рывком набросился на сводного брата и опрокинул его на лопатки, опираясь при этом на локти слева и справа от него. Цзинъи нежно взял Цзинь Лина за шею и притянул ещё ближе, прижался влажными губами. Цзинь Лин отвечал на поцелуй, но губы были жёсткие, от парня буквально исходили неловкость и напряжение. Раздался вздох Сычжуя: мальчики обернулись, и обнаружили, что Сычжуй смотрит в экран телефона, озаряемый холодным светом. Цзинъи пришёл в недоумение. - Если ты снова что-то постишь в свой блог прямо сейчас… - начал было Цзинь Лин, но Сычжуй не дал ему закончить угрозу. - Нет-нет, я музыку включаю, а то… - А то в порно же всегда играет музыка, верно? – решил пошутить Цзинъи, но шутка не сработала. - Причём тут порно? – огрызнулся Сычжуй. «И ты туда же», - подумал Цзинъи. Сел. - Ладно, мальчики, что с вами? – спросил он как можно более спокойно, - когда я уходил на разведку, всё было хорошо, и мы собирались здорово друг друга порадовать… Тишина. - Эй ты, мелочь пузатая, передумал что ли? – Цзинъи накинулся на Цзинь Лина с щекоткой. Тот смешно заверещал и принялся отбиваться. - А вы, сэр, неужто снова асексуальны? – чопорно каверкая голос в стиле английских аристократов он обратился к Сычжую. Потом перешёл на свой обычный голос: - Вы же в курсе, что нам не обязательно это делать? Можем просто поцеловаться и остановиться, если не захотим. Это же буквально наша затея была, и нас никто не контролирует! - Да, да, - кивнул Сычжуй, его лицо озарила искренняя улыбка, похожая на… облегчение? И он внезапно прижался к Цзинъи, обнял. Отбросил в сторону айфон, в котором заиграло что-то ненавязчивое. - Блин, как мило, я не могу, - протянул Цзинь Лин, - когда вижу, как тебя Сычжуй обнимает, весь таю. - Это наш Сычжуй! Настолько нас в строгости держит, что, когда лезет обниматься, уже и поверить трудно! – повредничал Цзинъи. - Да ладно тебе… - протянул Сычжуй, - не так уж я и ужасен. К ним подполз Цзинь Лин и обнял обоих ребят. - Ну что вы у меня какие дурашки, - Цзинъи прижал обоих мальчиков к себе, - никто же за нами не наблюдает, никто не наругает – что получится, то и получится. Он поцеловал Сычжуя в тыльную сторону шеи. - Всё выйдет на тысячу процентов! – заверил Цзинь Лин, - я что зря покупал подписку на «Горячие стволы»? - Жизнь отличается от порно, - поднял голову Сычжуй. - Тебе-то откуда знать? – рассмеялся Цзинь Лин и поцеловал его. И в следующие секунды всё перевернулось. Цзинъи почувствовал, как его прошивает током: губы двух его парней сомкнулись прямо перед его лицом. Послышались влажные звуки. На расстоянии каких-то двадцати сантиметров перед ним нежно сплетались два языка и трепетали чёрные ресницы. Цзинъи схватил ртом воздух, погладил обоих мальчиков по волосам, и в ответ оба они повернулись к нему. Сначала Цзинь Лин припал к нему мягким влажным ртом, затем Сычжуй нырнул языком между его губ. И снова парни принялись целоваться друг с другом, но только теперь в воздухе появились искры. Цзинъи наблюдал за ними из-под припущенных век, дышал через рот, приоткрыв пухлые губы. Затем ласково скользнул ладонью по нежной щеке Сычжуя и отнял у Цзинь Лина его поцелуй – принялся целовать сам, жадно, посасывая и прикусывая нижнюю губу, прошёлся кончиком языка по раскрытому рту. Цзинь Лин рвано выдохнул: - Продолжайте. И Цзинъи продолжил, переключившись на самого Цзинь Лина. Так они сидели какое-то время, целуя друг друга по очереди. - Что за человек ты такой красивый… - пробормотал Цзинь Лин, затуманенным взглядом изучая Цзинъи. - Да, невероятно красивый, - подтвердил Сычжуй. Цзинъи стало неловко. Он знал, что симпатичный, но когда о этом говорили два разгорячённых раскрасневшихся парня, в которых он был влюблён… Это уже слишком. - Ты всегда такой томный из-за этих губ и ресниц… - не унимался Цзинь Лин. - И его скулы! - Парни! – хотел было возмутиться Цзинъи, но не успел: его снова поцеловал Сычжуй, а Цзинь Лин облизал мочку уха, и спустился влажными следами ниже по шее. Цзинъи лёг, увлекая мальчиков за собой. Получилось так, что головы всех троих теперь были в ногах кровати, а мешающийся ком одеяла они отшвырнули в сторону. Цзинь Лин провёл ладонью по заострившимся соскам Цзинъи, по животу и снова поцеловал в шею, прошёлся влажным языком по ключицам, отчего все волоски на коже Цзинъи встали. И встали не только они. Было жарко, сладко, не хватало воздуха, Цзинъи чувствовал, что больше не может терпеть это. Он резко сел, выпутываясь из горячих тел. - Ребят, кто как себя чувствует? Всё нормально? Точно продолжаем? – взбудоражено спросил он. - Мне нравится! – выпалил Цзинь Лин, я хочу дойти до конца. - Да, мне тоже хорошо, - сообщил разгорячённый Сычжуй. - Хорошо! – закивал Цзинъи, украдкой пытаясь разглядеть, происходит ли с парнями то же самое, что и с ним. Судя по тому, как сжал колени Сычжуй, а сверху ещё руки положил, он был возбуждён. Что же касается Цзинь Лина, то сквозь мягкую ткань его пижамных штанов очевидно выпирал член. И это было чертовски приятно – оказаться причиной такой яркой любовной реакции! Цзинъи это вдохновило. «А вот сейчас точно будет порно!», - подумал он. - Сычжуй, можешь сесть к подушкам, а ты, А-Лин, приляг ему на грудь спиной, - попросил Цзинъи. - Так, кто-то у нас что-то задумал… - сияя от довольства и в большом нетерпении протянул Цзинь Лин и завозился на месте, готовый действовать. Сычжуй страшно краснея, принял к себе в объятия Цзинь Лина и отвернулся в сторону. Цзинь Лин, видимо, почувствовал, как ему в спину упирается член, и на его лице отразился восторг. Он обернулся к Сычжую, так, что его голова оказалась в области левой ключицы, и притянул лицо парня к себе для поцелуя. Цзинъи, довольный результатом, лег сверху, устроившись прямо между ног у Цзинь Лина. Ему казалось, что он всё делает правильно, как это принято делать во время секса, и, в принципе, всё продвигается довольно успешно. Цзинь Лин вздрогнул всем телом, когда почувствовал на себе вес сводного брата и его горячую кожу через тонкую ткань собственной футболки. Цзинъи принялся выцеловывать шею Цзинь Лина, его острые соблазнительные ключицы. Затем, совершенно осмелев, засунул руки ему под футболку и старательно завозился животом по твёрдому члену под собой. Цзинъи надеялся, что всем хорошо и, что они делают всё правильно. Сычжуй всё ещё выглядел очень смущённым. При этом он решительно обнимал обоих парней, что пригрелись у него на животе. Он придерживал голову Цзинъи, когда тот целовал Цзинь Лина в губы, гладил Цзинъи по плечам. Это давало понять, что, в принципе, Сычжуя всё устраивает. Видимо, долгие месяцы его асексуальности и впрямь остались позади, и он делает это для себя, а не ради них. Поднявшись повыше, чтобы поцеловать Сычжуя в губы, Цзинъи опустился пахом на живот Цзин Лина и провёз по нему долгим движением снизу вверх. Ему безумно хотелось разжечь парней так сильно, чтобы у них пар из ушей повалил! В ответ Цзинъи почувствовал, как ладони сводного брата крепко сжали его ягодицы, а губы припали к левому соску. Цзинъи это очень понравилось. Кажется, нужный уровень страсти был достигнут. Он продолжал потираться членом о живот, вылизывать рот Сычжуя и чувствовал, как соски становятся всё чувствительнее. Цзинь Лин их посасывал и покусывал, лизал, играл языком, при этом распутно разминая его задницу. А потом он и вовсе взял Цзинъи за бёдра, рывком отнял от Сычжуя и усадил на собственный напряжённый член. - Воу… - выдохнул Цзинъи, глядя в лицо Цзинь Лину ошалело. Цзинъи впервые сидел на члене. Тот находился где-то под его яичками, и это оказалось чертовски приятно. - Что это было? – по его лицу поползла улыбка. - А на что похоже? – спросил Цзинь Лин и звонко шлёпнул Цзинъи по бедру. Цзинъи это очень и очень понравилось! Он задвигал тазом, массируя собственной задницей член любовника. Они смотрели друг другу в лицо, и Цзинь Лин крепко держал его бедра, а Цзинъи сквозь ткань прикоснулся к собственному члену. - Мальчики! – внезапно воскликнул Сычжуй. Оба, и Цзинь Лин, и Цзинъи, остановились. Сычжуй был так смущён, что казалось вот-вот задохнётся от стыда. - Что, малыш? – выдохнул Цзиньи, перепугавшись, что что-то всё же пошло не так. - Я хочу пить, - выдавил Сычжуй, закрывая лицо руками. Цзинь Лин выругался. - Хотел же воды принести и забыл! - Я сбегаю! – заявил Цзинъи, чмокнул Цзинь Лина в губы, неуклюже выбрался из постели. По дороге накинул на себя халат – отличную маскировку эрекции на случай чего. «Если сейчас ничего не получится, это не значит, что я отстойный, и не значит, что мы не можем быть втроём, это значит только, что не всегда секс бывает удачным, и это касается всех людей», - уговаривал себя Цзинъи по дороге на кухню и совершенно не понимал, почему ему так неуютно. Хотелось проконсультироваться с папой, но это уже был бы перебор. К счастью, на кухне никого не оказалось, и только смех доносился из гостиной. Цзинъи схватил кувшин, один стакан и уже помчался обратно в комнату, когда услышал голос отца: - Мы тут еду заказываем! Что вам взять? Цзинъи остановился на месте как вкопанный. «Ответь что-нибудь, а то что-то заподозрит!», - судорожно подумал он. - Чего угодно, пап! – крикнул он в ответ. - Что? – спросил Сичэнь, не расслышав. - Не важно! – прокричал Цзинъи громче, - возьми, что и себе! - Будешь лапшу? – не унимался отец. - Да! – согласился Цзинъи, - он вообще готов был согласиться на всё, - и уже снова было стартовал, но Сичэнь всё продолжал: - Вегетарианской нет! - Пап! – он уже закатывал глаза. - Просто возьми на всех то, что будешь сам! - А ты у мальчиков спроси, что они будут! Цзинъи еле сдержался, чтобы не зарычать. У него там вообще-то первый в жизни секс, какая нафиг лапша?! Когда он вбежал обратно в комнату и надежно закрыл за собой дверь на замок, мальчишки уже сплетались в объятиях. - Вода! – простонал Сычжуй, приподнимаясь на локте. Потом они по очереди выпили по стакану, уселись на кровати и перевели дух. - Давай разденем А-Юаня! - предложил Цзинь Лин. - Давай! – с радостью согласился Цзинъи. Идея была и правда отличная, главное только, чтобы Сычжуй снова не застеснялся. - У него такая тёрка вместо пресса – надо любоваться красотой, - продолжил Цзинь Лин, уже принимаясь расстёгивать белую рубашку Сычжуя. - Это потому что мы с папой Чжанем тренируемся по утрам, - пояснил Сычжуй с улыбкой и, вопреки опасениям Цзинъи, с лёгкостью поддался четырём рукам. Одежду с него стащили быстро. И теперь он попробовал прикрыть пах краем одеяла, но не успел. Мягкие поцелуи в лицо, шею и плечи заставили его расслабиться. А пара тёплых ладоней скользнули к члену. Цзинъи взял в руку горячий пенис Сычжуя, и это было очень необычно. И волнительно. Сычжуй смотрел на него, подняв брови и дрожал. Во рту у Цзинъи снова пересохло. Он аккуратно поводил кулаком вверх-вниз, в ответ на что парень застонал, откинул голову назад. Цзинь Лин стащил с себя штаны и прижался пахом к бедру Сычжуя, лицом уткнулся в его шею. Цзинъи видел, как поджались и напряглись его ягодицы – красивые. И вдруг сказал: - Блин, мне кажется, мы торопимся, как будто всё делаем в спешке и как-то на нервяке!.. - Есть такое, - согласился Сычжуй. - Эй! – возмутился Цзинь Лин, - а мне всё нравится! - Есть предложение. Спустя пару минут они все втроём сидели под одеялом, как воробьи на проводе, и нежно сжимали члены друг друга. Без спешки, без выдуманных поз и даже без лишних мыслей. Цзинъи откинулся на подушку, зажатый с двух сторон нагими телами, и ему сделалось очень хорошо и уютно. Это было именно то чувство, которого не хватало. Его член сладко ныл в ладошке Сычжуя, в следующий миг его перехватила уверенная рука Цзинь Лина, а пальцы Сычжуя сжали яички. Ребята просто сжались в кучку под одеялом и больше не пытались друг друга удивить. Цзинъи поцеловал сначала одного своего мальчика, затем другого, растворился в их близости, утонул в тепле и нежных ласках. Стоило ему отпустить себя, по-настоящему расслабиться, как пришло оно, то самое. Когда он застонал от нарастающего наслаждения, Сычжуй закрыл ему рот ладонью, а Цзин Лин обдал его горячей влагой по правому бедру, и сам Цзинъи тут же к нему присоединился. Все трое захихикали, прижались друг другу носами и принялись нести какую-то чушь. Было так хорошо, и было так много любви внутри! - В результате это я сам пытался сделать всё, как в порно, - подытожил Цзинъи. - А что, чем порно плохо? - спросил Цзинь Лин, - я вот хочу и в рот, и в задницу тоже! - Ну почему так грубо?! – взвыл Сычжуй, приподнимаясь и нарушая их идиллию. - Ну а как мне надо было сказать? – не понял Цзинь Лин и тоже приподнялся. - Всё, всё, ссоры прочь, идите сюда, мои любимые, - и Цзинъи снова притянул их к себе, уложил по голове на грудь с дух сторон. – Будут тебе и ласки ртом, и ласки сзади, А-Лин! Ты же так хотел, чтобы мы это называли, да, А-Юань? - Да нет же! – взбрыкнул Сычжуй и сел на кровати, - господи, я весь грязный, мне надо в душ. - Никуда не уйдёшь! – остановил его Цзин Лин и, накинувшись, повалил на кровать, - в порно эту штуку обычно слизывают! - Не забывай: я недавний асексуал! – запротестовал Сычжуй. А Цзинъи, рассматривая открывшуюся его взору задницу Цзинь Лина, подумал, что для следующего раза им непременно следует обзавестись смазкой. Чтобы уж точно всё у них получилось не хуже, чем в «Горячих стволах»!. За минувший час Цзян Чэн и Лань Сичэнь выложили ещё пять квадратных сантиметров алмазной мозаики.