Я — твой нейротоксин.

Я заслонил тебе солнце, я заменил тебе социум.

***

Часто в отношениях кто-то является абьюзером, а что если это абьюз с обоих сторон? Два садомазохиста в отношениях, кажется что-то за гранью фантастики, но только не для нас. Это как клетка, которая открыта с обеих сторон, но никто не может уйти или противится друг другу. Будто паразиты и симбионты в одном флаконе, уничтожаем себя, а выбраться нельзя, как будто цепями держит.

Я в твоей голове будто червь-паразит, растекаюсь в венах, словно нейротоксин.

Я опять тушу сигареты о твои плечи в веснушках, а ты скалишься и оставляешь на мне отметины зажигалкой, чиркая ей как будто специально особенно громко. Целуешь и облизываешь мои губы, как настоящий суккуб, кусаешь до крови и царапаешь маленькими коготками шею. Зазываешь в постель, и я иду как в петлю, которую ты саморучно затянешь потуже, не оставляя шанса, но потом сам подставишь спасательный стул под мои болтающиеся ноги.

Это мой способ быть с тобой рядом.

Мои объятья готовы сломать твои кости, а их осколки будут впиваться в твоё сердце. Именно это освобождает из оков обыденной жизни и заменяет нам обоим социум. И у нас все хорошо, ведь бывало и хуже, а шрамы на ребрах, ногах и руках как напоминание о самом пике страсти, лучшем времени для нас.

Это так низко, но не были высоко. Нейротоксин освободит нас из оков.

Каждый раз твоё тело немеет от шока, а я лишь высасываю из тебя последние соки. Я растекаюсь по твоим венам, как яд, который так приятно убивает изнутри и калечит. Мы разобьём всю посуду и будем танцевать на ней такие ужасные танцы, отдаваясь друг друг. Потом опять придётся накладывать швы на остатки ступней и наживую зашивать порезы.

Поверь, у нас все хорошо.

Ты забьешь мне под ногти тонкие иголки и будешь улыбаться мне в лицо, так грязно целуя и кусая за все, до чего ты мог дотянуться. Берёшь степлер в изящные руки и нежно прислонив его к моей коже, выстрелишь пару раз в разные места, наслаждаясь чужой болью и слизывая алую кровь.

Ведь у нас все серьёзно.

Мы бы выпили бензина и бесконечно целовались на крыше многоэтажки, а потом ты бы начал тушить спички о мой язык, и в огне бы я купался, в твоих объятьях, ведь так теплей.

Разобьём посуду, что стоит на столе. Мы с тобою станцуем на битом стекле. Обольемся бензином, потом подождём, это все для того, чтобы было теплей.

Живём как последний день и уничтожаем друг друга, как два паразита, высасывая всю жизнь из прогнивших изнутри покалеченных тел. И никто не сбежит, как привязанные друг другу, и никак не сможет уйти к другому, ведь расставание запустит обратный отсчёт. Да и зачем кому-то бежать, верно? Ведь один без другого никак.