Моя ведьмочка

      Астрея Майклсон была очень зла на своего мужа. Сегодня была пятая годовщина их знакомства, о которой Никлаус благополучно забыл. Ладно, если бы это было в первый раз, но такое случается не впервой! Иногда девушке казалось, что первородный гибрид остыл к ней.       Они начали редко видеться. Никлаус рано уходил, пока она спала, а возвращался лишь тогда, когда еретикша видела десятый сон. Астерия пыталась поговорить с мужем, правда, пыталась. Но он лишь отмахивался от неё и уходил по своим делам в Новом Орлеане.       Поэтому она сейчас с вампирской скоростью собирала свои вещи в большой чёрный чемодан, мечтая оказаться подальше от Нового Орлеана, всех проблем и самое важное — Никлауса Майклсона.       На ней была одета обтягивающая кожаная юбка, тёмно-синего цвета. Короткий синий топ с вырезом на спине; но прикрывающий грудь; и завершали её образ чёрные берцы, с которыми она не расставалась с лет семнадцати.       На глаза наворачивались слёзы от сложившейся ситуации, но девушка не позволила им пролиться. Разбираться с разбитым сердцем она будет потом, сейчас, нужно было побыстрее собрать вещи и улететь в закат, где Майколсон не сможет её найти.       К её глубочайшему сожалению, Никлаус пришёл домой, когда она практически выходила из комнаты. Первородный вампир, зайдя в свою комнату застал жену, собирающую вещи и совсем не обращающую на него внимания.       — Что происходит? — тревожные мысли начали метаться в его голове, но он их отгонял. Сейчас, ему больше всего на свете хотелось лечь спать в объятиях своей жены, которая собиралась куда-то, не удосужившись предупредить его. «А собиралась она вообще это делать?». — Куда ты собираешься?       Не став врать, Астрея несмотря на ком в горле, ровным тоном произнесла:       — Я ухожу от тебя, — глаза Никлауса удивлённо распахнулись, а сам он замер в проёме двери. — Как я поняла, тебя наш брак не волнует. Поэтому я не стану обременять тебя и сама уйду.       Клаус, усмехнувшись, прислонился к двери, скрестив руки на груди.       — С чего ты взяла, что я позволю тебе уйти? Мы женаты.       — Это легко исправить. Особенно, когда ты вампир с внушением, — Астрея заметила, как лицо Майколсона помрачнело, но она не успела ничего сделать, как оказалась прижатой к стене. Её чемодан упал рядом с кроватью, а вещи рассыпались по всему полу. — Что ты делаешь?! — возмущённо прохрипела, чувствуя стальную хватку на своей талии и шее.       — Я никуда тебя не отпущу. С чего ты взяла, что мне плевать на наш брак? — Никлаус не понимал, что сподвигло жену на этот несостоявшийся поступок.       — Не тебе решать, Никлаус, уходить мне или нет, — она выплюнула со злостью, смотря на его лицо.       — Правда? — Майклсон насмешливо интересуется, любуясь женой. Её карие глаза сердито смотрели на него. Немного пухлые губы были плотно сжаты. Тонкие брови были нахмурены, а её лицо оставалось всё таким же бледным, хотя еле заметный румянец на скулах не ускользнул от его внимания. — А я вот так не считаю. Ты моя, Трея.       — Я не твоя, Ник, — Астерия отчаянно шепчет, не решаясь сдаваться в лапы гибриду. Итальянская кровь закипела в жилах. Она не сдастся без боя… Ведь не сдастся?       — Нет, ты моя, Трея. Всегда была моей и останешься ею, — мужские ладони сжали бёдра девушки и если бы Астрея не была еретиком, то на ней обязательно остались бы следы, а в следующее мгновение Клаус жёстко впивается в податливые губы девушки своими. — Почему мне плевать на наш брак, по-твоему? — разорвав поцелуй, он слегка отстранился и теперь смотрел на неё внимательно, сканирую взглядом каждую черту лица. Астрея не ответила на его поцелуй, но какое было искушение…       — Ты постоянно уходишь, мы практически не видимся. Когда я хочу поговорить с тобой об этом, ты уходишь. Я-я устала от э-того. Если я тебе не нужна, так скажи мне об этом. Ч-чем устраивать этот цирк. — голос предательски дрожит, но она уверенно смотрит в глаза гибрида. — Сегодня была наша годовщина, ты забыл про неё.       — Что? Я не забывал о ней. Я планировал сделать тебе сюрприз, но придя домой, увидел жену, которая решила уйти от меня.       — Даже если так, — хмуро бормочет Астрея, тяжело сглотнув. Клаус был так рядом, совсем близко… Если поддаться немного вперёд, она сможет снова ощутить вкус его губ. — Это не меняет твоего отношения к нашему браку.       — Мне жаль, — всё ещё прижимая её к себе, Никлаус виновато шепчет, фалангой пальцев поглаживая скулу. — Я слишком забегался с делами в Новом Орлеане. Больше этого не повторится. Обещаю.       — Обещаешь? — карие глаза с мольбой смотря на него, из-за чего его сердце готово было разорваться. Лишь эти глаза могут вызывать в нём бурю эмоций и заставить сердце биться с ненормальной скоростью.       — Обещаю, — Клаус осторожно целует её податливые губы, будто боясь лишний раз прикоснуться к ней.       Астрея тихо простонала от ощущений губ мужа на своих. Она скучала по их поцелуям. Но Клаусу было мало.       Зарычав, он подхватил жену, заставив ту обвить ногами его бёдра. Переместившись на кровать, начал судорожно срывать с неё одежду. Топ, вместе с чёрным кружевным лифчиком полетели в сторону. За ними последовали его рубашка с брюками, а уже потом трусы и юбка. Проведя ногтями по напряжённому прессу, Астрея перевернула их местами. Теперь она сидела сверху мужа, целуя его в шею, оставляя на ней засосы. Оставлять метки на коже Клауса — самое любимое её занятие.       Их движения становились хаотичнее. Низ живота горел, а губы болели от поцелуев. Было так хорошо. Хотелось, чтобы это не прекращалось. Они оба тяжело дышали, сердце обоих билось с ненормальной скоростью. Кожа зудела — настолько сильным было желание прикасаться к своей половинке.       — Ни-и-ик… — сладко простонала брюнетка, почувствовав, как мужские пальцы начали ласкать её клитор.       Астрея чувствовала, как член под её бёдрами твердел, от чего томительная тяжесть внизу живота нарастала, и нервно выдохнула. Аккуратные женские пальцы скользнули вниз, осторожно сжали яйца, от чего Майклсон откинул голову на белоснежную подушку. Ему не хватало этого.       Клаус тихо простонал, чувствуя, как она насаживается на него, медленно растягиваясь. Он чувствовал, какая она горячая изнутри, какая она узкая, словно сделанная для него. Он вцепился пальцами в бёдра девушки, удерживая её на месте. Астрея выдохнула от наслаждения. Он заполнял её полностью, это казалось таким правильным, таким безупречным. Его член просто идеально подходил для неё. Они будто были созданы друг для друга.       Она начала быстро насаживаться на его толстый напряжённый член, стонав от наслаждения, растекающегося по венам. Ей не хватало секса с Клаусом. Она, казалось, забыла, насколько это хорошо и приятно. Никто и никогда не мог заставить её соски так напрягаться, а клитор пульсировать от сильного возбуждения. Никто и никогда не вызывал у неё таких чувств, как Никлаус Майклсон.       Казалось, что мозг отключился. Клаус открыл глаза и подался вперёд, вцепившись в её грудь. Целуя её страстно, грубо, до боли, оставляя синяки, заставляя Астрею зашипеть и начать быстрее насаживаться на него, растягивая себя до упора.       — Пожалуйста… пожалуйста… — громко стонала девушка, не сдерживаясь, пока мужчина наматывал её длинные волосы на кулак. — Прошу, Ни-ик… — проскулила Трея, задыхаясь от возбуждения и ритма, заданного ими. Тяжесть в низу живота начала нарастать. Совсем немного и она кончит. По пульсирующими внутри себя члену, мужа, она могла сказать, что к разрядке они придут оба совсем скоро.       Клаус, зарычав, поменял их местами. Теперь девушка была снизу, а мужчина возвышался над ней. Подхватив её за ноги, закинул их к себе на бёдра и начал вдалбливать её кровать. Чёрные венки появились на его лице и Астрея сквозь дымку наслаждения, простонала и открыла шею, чтобы тот укусил её. Почувствовав, как Клаус пьёт из неё кровь, Астерия закатила глаза. Это было точкой невозврата. Что-то внутри взорвалось, и она с громким стоном кончила. Её ноги задрожали, а глаза закрылись. Несколько грубых толчков и Клаус со стоном излился на её бёдра.       Тяжело дыша, гибрид упал на спину, притянув жену к себе под бок. Астрея положила голову ему на грудь и начала выводить какие-то понятные лишь ей узоры. Было так спокойно и хорошо, не хотелось, чтобы этот момент заканчивался.       — Ты моя, Астрея. Всегда и навечно. — выдохнул гибрид, прижимая ближе к себе податливое женское тело. Шатенка довольно улыбнувшись, кивнула, начиная засыпать после бурного секса. Он выжал из неё все силы.       — Я люблю тебя, — на грани сна пробормотала ему в грудь. Клаус расслабленно улыбнулся, заправил прядь её волос за ухо.       — Я люблю тебя, Астрея Майклсон.