Weidmanns Heil!

бульон для борща уже кипел в кастрюльке на плите. нион опирается на воспоминания о том, как когда-то готовил это блюдо для себя. смачивая кончиком языка подушечку пальца, тот перелистывает страничку книги кулинарных рецептов, которую принес сегодня утром лютер. она выглядела, как маленький журнал с зеленой обложкой, где по центру корявыми буквами была надпись "блюда с царского стола". внутри странички были с желтизной, немного потрепанные. вероятнее всего книга была уже не из новых, но это был один из немногих подарков от хозяина. время погружать в мореплавательные приключения овощи: кусочки очищенной картошки и чуть непропорциональной формы морковки сходят со своего «борта», окунаясь вместе с остальными ингредиентами в воду. нион немного перемешивает половником овощи, накрывая крышкой кастрюльки. он убавляет огонь, взглянув на время. как оказалось у ниона есть пять-десять минут на то, чтобы накрыть стол. он подходит к верхним шкафчикам, потянув пальцами за ручки дверок. достав с полок пять тарелок, он отворачивается как можно осторожнее от кухонной фурнитуры, придерживая уже побитую посуду на ладонях. расположив каждую тарелочку на своем месте, нион протирает со лба выступившую испарину. дальше нужно разложить столовые приборы, что он и делает. лютер пробуждается от легкой дремы, сидя в гостиной. на фоне играл фильм VHS. с головой на коленях кое-как скукожившись лежит ниен, шевельнув одним глазом из-под челки. похоже, что мастер проснулся. лютер поочередно двигает пальцами, касаясь плеча ниена. как же спокойно и хорошо было кошачьему вожаку этого дома, пока не послышались визги мученика выбегающего из комнаты в комнату. ниен потягивается и встает в стойку ожидания возле дверного проема, сводя брови к переносице с уверенностью, что сейчас он подхватит бедняжку. однако, еще несколько секунд и себастьян сам рефлекторно прыгает из коридора на руки коточела в холодном поту. сзади зашуганного человечишки блещет злорадная улыбка в очках, притаив в руках ножницы и баночку геля. - рэндал. отложите ваши игры. сейчас время ужина. - не поворачивая головы отвечает лютер. его поза в которой он сидел оставалась неизменной, даже слегка пугающей этим. - братец! – протягивает с отчаянием рэндал, вобрав яростно в грудь воздуха. уж что и ненавидел рэндал, то эти моменты, когда его обламывают. в особенности если это его брат. - ниен. а ты поправь шапку. ниен приоткрывает глаза пошире, кивая на слова хозяина. он опускает тело себастьяна на пол, клацнув зубами перед его лицом. хмыкнув при виде реакции себастьяна, ниен поправляет шапку.

***

- прошу всех к столу! – с дружелюбной интонацией в голосе лютер зовет жителей дома. нион стоит с крышкой от кастрюли возле фурнитуры, переминаясь на месте. на кухне пахло теплыми овощами и специями. все садятся в предвкушении за стол, приступив к дегустации борща. - ну что, как вам супчик, дорогие мои? – откладывая ложечку на салфетку, интересуется лютер. - нихера себе, наши коточелы могут и приготовить еду? – бам! рэндал кидает ложку прямо в тарелку, брызгая борщом во все стороны. - мясо. – отвечает едва слышно ниен, приспустившись с подозрением к тарелке. - ниен? – лютер склоняет голову, вытягивая ее к ниену возле себя. - этот долбоеб забыл мясо. – сквозь зубы тянет ниен, не желая есть больше водичку с овощами. что же это за дрянь, где нет того, за что можно уцепиться зубами? нион прижимает уши к голове с виною и моленьем взглянув на лютера и спину ниена, которая будто бы нахохлилась от злости. к сожалению, даже если бы нион и сообщил о том, что мяса у них в доме и не осталось еще с рождества, то избежать взгляда ниена не получилось бы. - дорогие мои, как насчет того, чтобы добыть нам свежего мяса прямиком из леса? – лютер поднимает лицо, впившись взглядом в коточелов. всем стало ясно, что речь идет об охоте. - да, сэр. – повинно отвечают нион и ниен, завершая свой ужин намного раньше, чем другие. стоя на холодном крыльце, коточелы были тепло одеты: нион стоял в шапке ушанке с красной звездочкой. этот головной убор у него сохранился из далеких времен. также на нем была кожаная дубленка красного оттенка и шерстяные варежки, а шею плотно окутывал шарфик. ниен находился напротив своего товарища, выкуривая сигарету до выезда в ночной лес. он был не так сильно разодет. скорее, небрежно: плохо заправленные варежки, что весело торчали из карманов, съехавшая набок шапка и накинутое в спешке пальто из секонда. в любом случае, они оставались моднягами. лютер выходит с темным и вытянутым футляром в руках, а затем останавливается. коточелы поворачивают головы к мастеру, с неким волнением взглянув на него. лютер протягивает и сразу же открывает, показывая свой роскошный арбалет для охоты. это было чем-то раритетным и бесценным, то, что никому никогда не доверял хозяин. у ниона полезли глаза на лоб от ежесекундного осознания, что этой вещью, вещью господина лютера будут сегодня пользоваться коточелы. - Weidmanns Heil! (удачной охоты) – лютер замирает, как и его коты. он накрывает плечо каждого, скривив подобие улыбки на своей коже. ниен усмехается, в мыслях подчеркивая, что хозяин полагается на него. тем временем нион млеет, не сводит глаз с этих складочек в виде улыбки. похлопав каждого по плечу, хозяин прощается с ними до утра.

***

в салоне машины запахло хвоей из леса и холодком. за рулем по традиции был ниен, а вот на том месте, где общепринято сидел лютер, находился нион. он прижимал к груди, ближе к сердцу, футляр, рассматривая уходящие и появляющиеся на дороге ветви костлявых деревьев, на которых лежал слой мягкого снега. тишину создавал легкий шум движения машины по заснеженной дороге. уже тихо поддаваясь сну из-за прохлады, нион расслабил тело, слегка растекаясь по сиденью. уханье совы из открытого окна встревожило ниона, поэтому он вернулся в первоначальное положение. он достал из внутреннего кармашка дубленки платочек с маленьким рисунком гвоздик, а затем приподнял ушанку, протирая вспотевший лоб. водитель ниен потянулся к бардачку, подушечками пальцев надавив на дверцу, чтобы та открылась. ниен достал кассеты с записанной на них музыкой. открыв отсек для них, он вставляет одну, включая проигрыватель. не тормозя транспорт, ниен щелкает зажигалкой и подносит сигарету к искусанным губам. любезно куря и слушая предпочтенную песню, краем глаза тот замечает выражение лица ниона: все скукожилось, а уши в свернулись в трубочки, похожие на тонкие и дешевые сигарки. - че с рожей, уеба? – рассердившись на ниона, тот руками направляет руль чуть вниз, разворачивая тачку за угол. щелкнув поворотниками, брови сводятся к переносице в оскале. нион позволяет себе нахмуриться, не выдерживая такого отношения к своему музыкальному вкусу. - ..ниен, вот вы как думаете, спокойствие рядом с вами может сохраниться на моем лице, когда играет такое? - сейчас ты вообще останешься без лица. – пригрозил ниен, прижав сигарету меж губ достаточно сильно. - …ну какой же вы брыдлый…- нион тяжело вздыхает, а сам спиной вжимается в спинку сиденья в неуверенности того, что должен вообще говорить со своим спутником в таком тоне. - раз горазд на такое, то удиви меня своими часкукушками. - частушками, будьте так добры. – нион кладет на колени арбалет хозяина, вновь открыв бардачок. найдя пыльные кассетки с подписью «нион», тот меняет на слипкнота.

I did my time, and I want out!

So effusive — fade — it doesn't cut

без озлобленности нион поправляет на себе варежки, решив стянуть их с рук. закрыв глаза он уже принимается наслаждаться трапезой из дэт-метала, но чья-то рука озверело меняет кассету на слэер.

An unforeseen future nestled somewhere in time!

Unsuspecting victims, no warnings, no signs!

коточелы притихли, будто бы призадумались над чем-то очень коварным. нион стянул ушанку, впихивая небрежно в дубленку. видимо, сейчас каждый из них начал наслаждаться выбранной песней, по-родному обменявшись ухмылками. дальнейшая дорога была без конфликтов и жертв.

***

три часа ночи. машина стоит беззвучно в тени, а ниен достает из багажника все нужное: приманки, топор, веревки, стрелы, ночники, фонари. нион накрывает ладонями рот, теплым дыханием пытаясь согреть их. - не издевайся. наруби дров и сделай костер. – ниен прокряхтел, захлопывая дверь багажника. немного поежившись от холода, тот натягивает свое пальтишко получше на тело. - ты… сейчас пойдешь туда? – нион лепечет, указательным пальцем показав вглубь леса. ниен кратко кивает, закидывая на спину арбалет и рюкзак. - что же. встретимся здесь. – твердо и чуть хрипло отвечает ниен, медленно сдвигаясь с места по сугробам. он отдаляется, пропадая постепенно в замерзших и несчастных деревьях. нион провожает взглядом охотника, а сам принимается к указанному дельцу – нарубить дрова. он зажигает ночник и по следам ниена прыгает до ветвей и леса, собирая палки, а затем перевязывая их. насобирав палок, нион перчаткой смахивает с себя опилки после того, как колол дрова. красноватая дубленка была помятой и старой, но надежно теплой. свалив на свою спину дровишки и палки, нион окинул взглядом, что ночник тихо мигал из-за незначительного ветерка. прыгать обратно по впадинам в сугробах было намного сложнее с тяжестью на спине, но, сохранив равновесие, нион добрался до машины. он кладет все на гладкую землю, падая же рядом обессиленно. перекур… уже подхватя пару тушек зайчиков, перевесив их через плечо, ниен крадется по следам кабана. он смотрит на кору деревьев и на внешние признаки, где же добыча ходит. тяжелый выдох. коточелы явно подустали к этому времени, но никому из них не хотелось подводить господина лютера. в этих размышлениях ниен поднес еще одну сигарету, но не тут-то было! за деревом стоит то, за чем они сюда ехали. резким, но тихим движением он выплевывает сигарету, целясь уже арбалетом в животное. - попался, сукин ты сын… - прорычав в свое удовольствие, ниен метко попадает в кабана, который с шумом падает. хмыкнув, тот подходит к мертвой туше, переворачивая подошвой зимних ботинок с живота на спину кабанчика. вытаскивая стрелу из окровавленного тела, ниен быстро проявил экипировку. под тонким слоем снега лежит нион. сонно разлепляя веки, он рывком выскакивает из сугроба, в котором лежал. все потому, что было слышно выстрел. поджав уши, нион отдает свое почтение зоркому глазу товарища ниена. пора бы уже развести костер, чтобы отогреться: ниен кладет бересту и дровишки, формируя из них круг. затем он зажигает их, постепенно подкладывая толстые ветви. кладя бревнышко длинное под тело, тот садится и ликующе вздыхает. - хорошо устроился. – с внезапностью уже знакомый голос прозвучал рядом с нионом. стянув со спины и плечей все мясные «гостинцы», ниен садится рядом на бревно. нион уже не пугался этой внезапности. сейчас его грело завершение миссии и костер рядом. признавшись честно, то в какой-то мере и присутствие ниена. из-за освещения можно было разглядеть, как на светлых волосах ниена остались алые капли. вероятнее всего, это была свежая кровь убитых зверюшек. опускаясь глазами немного ниже, то больше всего захватывало дух кровавое и пропитанное темными выделениями пальто. но время для длительного осмотра одежды ниена совесть ниона не предоставила. они начали засыпать через какое-то время, не препятствуя этому никак. отдых был нужен для возвращения домой.

***

шесть утра. коточелы сваливают в багажник вдвоем тушу кабана, кладя возле него двух зайцев. нион пробежался глазами, заметив, что одного зайца не хватает. обернувшись, чтобы сказать об этом ниену, тот приоткрыл рот. - съел. – без стыда и сожаления сказал ниен. они вздохнули. спутники уселись на свои места, сдвинувшись вперед от этого лесочка. постепенно из-за макушек деревьев выходило утреннее солнце, освещая мрачный лес по бокам. нион спокойно наблюдал за тем, как обстановка за окном быстро сменялась. сегодня утро коточелов было особенным. вне дома и каким-то свободным. по обоюдному согласию они включили на полную мощность громкость колонок в машине, добираясь до дома намного веселее, чем вчера. это была самая счастливая охота в жизни коточелов.