Unbroken

Двенадцатого января Х785 года Люси Хартфилия, четвёртый мастер гильдии «Хвост Феи», явилась в Совет в Эру и предоставила списки действующих волшебников. Ей объяснили, какие отчёты нужно сдавать обязательно и когда, на какие собрания стоит являться незамедлительно, и что из себя представляет должность мастера. Как оказалось, геморрой, и ничего больше. Сами члены Магического Совета, разумеется, ничего объяснять Люси не стали, просто вручили ей официальные бумажки. Ликбез в этом нелёгком деле провёл Лахар, за что Люси поблагодарила его в очередной раз. А потом всё как-то завертелось. Люси пыталась не дать развалиться микроэкономике их гильдии, и у неё даже получалось. Гильдия жила на собственной репутации, заказы поступали и выполнялись в срок. Люси оплатила просроченные счета и штрафы за разрушенные здания и планировала следующую поисковую операцию на март месяц. Денег ощутимо меньше не стало, пусть и не было сильнейших волшебников. Работали все, разбирали самые разные задания, которые могли выполнить. Люси и сама брала задания, которые можно выполнять из кабинета. Например, переводы текстов или расшифровка старых чертежей. В один из дней Люси ушла на задание с хорошей оплатой, где чуть не погибла. В гильдию она вернулась побитой с отчётливым осознанием, что ей нужно стать сильнее. А в конце марта состоялась вторая поисковая экспедиция, которая снова закончилась ничем. Когда Люси в сопровождении своих товарищей вернулась в гильдию, туда явился и Локи. - Локи! - обрадовалась Люси. - С тобой всё хорошо?! Я беспокоилась! Но Дева, Водолей, Телец и Южный Крест раз за разом говорили, что ты только вернулся... я знаю, что время в мире звёздных духов и нашей реальности течёт иначе, но я... я так давно тебя не видела! И как же я рада видеть тебя! - выдохнула она. Локи печально улыбнулся ей и крепко обнял. - Расскажи нам, что случилось, - попросила Кана. - Экзамен был прерван, - сообщил Локи. - Тёмная гильдия «Сердце Гримуара» напали на нас. Их мастером оказался Пречт Гаеболг, бывший второй мастер «Хвоста Феи». Это были страшные бои. Когда наши одержали верх, в небе над островом появился Акнология. Леви и Фрид пытались активировать защитное заклинание, но времени было слишком мало. Раздался взрыв. И я очнулся в мире духов, - поведал он. - Значит, ребята... - Джет всхлипнул. - И Леви... - вторил ему Дрой. - Я до последнего верил, что их защитное заклинание сработает, но... - он печально посмотрел на Люси. - Если их здесь нет... - Что это было за защитное заклинание? - напряжённым тоном голоса спросила Эльза. - Я не знаю. Мы просто собрали всю нашу волшебную силу, чтобы выставить щит... я больше ничего не помню. Неужели вы так и не сумели отыскать кого-либо на острове? - в отчаянии спросил Локи. - Водолей тебе не сказала? И Дева тоже умолчала, - выдохнула Люси. - Что? - Локи смотрел на неё в надежде услышать хорошие новости, но глядя на бледные лица друзей и печальные глаза Люси, надежда таяла в нём каждую секунду. - Люси, что они мне не сказали? - Нет больше острова, - мрачно ответила за неё Кана. Люси поджала губы и отвела взгляд. Локи перевёл поражённый взгляд на Кану. - Ничего нет. Совет провёл экспедицию, исследовал дно в океане, но там даже не было рельефных изменений. Затем и наша гильдия дважды провела поисковую экспедицию. Мы ничего не нашли. - Что? В каком смысле?! - воскликнул Локи. - Нет больше острова, - повторила Люси. - Как будто его и не было. Он словно испарился. Всех, кто был там, Совет признал погибшими, но мы не нашли этому подтверждения. - Как и тому, что они живы, - мрачно закончил Вакаба. - Отсутствие тел уже доказательство, - слабо улыбнулась Люси. - Как же так... - Локи, огорошенный шокирующими новостями, опустился на одну из скамеек за стол. - Три месяца уже прошло, - подвела невесёлый итог Люси. - Но мы не сдаёмся. Мы их обязательно найдём, верно, ребят? - она подняла взгляд на товарищей, но никто не разделял её уверенности и напускного оптимизма. - Акнология уничтожил остров... - Дрой не сдержал слёз. Кана прикусила нижнюю губу. - Они... - Они пропали без вести, - настойчивее произнесла Люси. - Да ладно вам, это же наши ребята! Я верю в них. И вы... вы тоже должны! - воскликнула она. Это придало сил остальным. Кана кивнула, силой прогоняя печаль и скорбь со своего лица. Дрой вытер слёзы. Люси поднялась в кабинет и села за новый письменный стол - она просто не могла сидеть за тем же столом, за которым сидел их уважаемый мастер Макаров. Она достала чистый лист бумаги и принялась составлять прошение перестать считать её товарищей погибшими и признать их пропавшими без вести. Путаясь в юридических формулировках, Люси составила корявое письмо и устало вздохнула, понимая, что эта её писанина никуда не годится. И как мастер Макаров с этим справлялся? Может, ему тоже помогал Джонатан Нокс? Нет, не может быть. К тому же Джонатан сам рассказал, что составлять письма, прошения и ответы в Совет он помогает кому-либо впервые. - Вы просили зайти, мастер, - раздался его спокойный голос в дверях. Люси вздрогнула. Её за те два с половиной месяца, что она занимала данную должность, никто не осмелился так назвать. Она замерла, выронив ручку, которой составляла своё прошение. - Просто Люси, - хриплым голосом поправила Люси. Она не мастер. Это временная мера, пока не вернётся Макаров. Люси просто временно исполняет его обязанность. Это скоро закончится. Слышать из чьих либо уст к себе подобное непозволительное обращение было равноценно признанию новой реальности. Мира, в котором нет друзей. Мира, в котором нет больше Нацу. Люси не смела даже позволить себе мысль об этом. - Люси, - исправился Джонатан. - Ты хотела меня видеть? - Помоги составить прошение в Совет. - Конечно, - Джонатан молча подошёл к её столу и сел на кресло, предназначенное для гостей. Он переписал прошение, которое написала Люси, и передал его ей. - Не уверен, что это сработает. Они ничего не сделают, пока ты не обратишься в суд от лица гильдии. - Засранцы, - Люси подписала прошение и поставила на нём печать, затем сложила документ и запаковала его в конверт. - Слушай, Люси, - начал Джонатан неуверенным голосом. Люси насторожилась и подняла на него обеспокоенный взгляд. Он стушевался и занервничал. - Я... я пришёл сказать, что ухожу из гильдии. Она догадалась об этом ещё до того, как он озвучил свои намерение. - С чем это связано? - Я накопил достаточно денег на переезд в столицу, теперь я могу там обосноваться. К тому же мне предложили работу в крупной торговой гильдии юристом. И я подумал, почему бы и нет. - Вот как, - Люси печально улыбнулась. - Что ж, ты это заслужил, - искренне произнесла она. - Тогда я подпишу твоё заявление, как только ты его принесёшь. - Я принёс, - Джонатан положил перед Люси своё заявление. - Я бы хотел уйти сегодня. С ребятами сам попрощаюсь. - Хорошо, - Люси, не споря, подписала заявление и убрала его в шуфлятку стола. - Если захочешь вернуться, двери нашей гильдии всегда для тебя открыты. - Спасибо тебе, - он улыбнулся. - За понимание. Джонатан Нокс ушёл тихо, простившись только с теми, с кем лично общался. Его решение покинуть гильдию положило начало другим десяткам увольнительным. Люси снова начала задерживаться в кабинете до поздней ночи, закапываться в бумагах, придумывать способы удержать экономическую стабильность, пока её товарищи один за одним теряли надежду и уходили. - Нам нужны сильные волшебники. Заказы поступают, но исполнять их некому. Не отправлю же я на опасное и тяжёлое задание Эльзу в её положении, в самом деле! - вздыхала Люси, склонив голову над бухгалтерской книгой. Локи накрыл её плечо ладонью в знак утешения. - Кана дочь Гилдарца. Ты говорила, помнишь? - уточнил Локи. Люси растёрла виски. На следующее утро она велела Кане изучить заклинания из архива гильдии. - Локи говорит, у тебя хороший контроль и достаточно большой резерв магической силы, - объяснила Люси своё решение. - Так что поизучай магию гильдии, я думаю, ты сможешь освоить эти заклинания. Включая «Закон Феи». - Н-но... - Кана обомлела от подобного решения. - Я не настаиваю. Я не приказываю. Я просто прошу тебя попробовать, - мягко уточнила Люси. - Хорошо, я попробую, - кивнула Кана. - Люси, - волшебница уходить из кабинета не торопилась. Люси подняла на Кану ожидающий взгляд. - Мне кажется, или Эльза... - Что? - подтолкнула её Люси. - Нет, - Кана покачала головой. - Ничего. Люси кивнула и снова опустила глаза к документам. Кана покинула её кабинет. Так прошёл ещё месяц и наступили тёплые майские дни. Эльза впервые появилась в гильдии в платье, не скрывая округлившийся живот, чем удивила всех, кроме Люси, которая и так знала, и Каны, которая догадывалась. Никто не торопился задавать Титании самый волнующий всех вопрос о том, кто же является отцом её будущего ребёнка. Впрочем, нашлись в гильдии и те, кто простодушно полагал, что Эльза просто немного поправилась. Напрямую никто ни о чём её не спрашивал. Эльза молча читала книги, помогала Кинане, но в остальном много гуляла, а в последнее время всё чаще спала. Так было просто абстрагироваться от реальности. Представить, будто друзья живы, и ничего не произошло. Ей часто снилось, как Нацу с Греем опять дерутся, вовлекая в свою перепалку других. Во сне ей являлись они все. Слышался звонкий голос Лисанны, мелодичный голос Миры, виделась Эвергрин. Рядом с ней сидел Эльфман и кричал что-то про мужиков. Леви увлечённо читала книги, пока Гажил поедал железо, сидя подле неё, а рядом с ними был Лили. Хеппи парил в воздухе, а Шарли смотрела на всех скучающе. Лексас сидел на втором этаже и делал вид, будто никого вокруг не замечает. Бисклоу пытался напоить Фрида. Нацу умудрился стянуть с Грея трусы, и наблюдавшая за их дракой Джувия покраснела до самых кончиков ушей и закрыла себе глаза, сделав несколько щёлочек между тонких пальцев, чтобы подглядывать. Венди отвернулась, ведь непривычно было смотреть на подобное! Гилдарц опять где-то путешествовал, а мастер Макаров цедил пиво и уже готовился отчитать нерадивых волшебников, учинивших драку. Люси была одета в розовый топик и тёмную мини юбку. Она задорно улыбалась и в глазах её блестел азарт. Люси, которая ждала Эльзу в реальности, была совсем не похожа на ту задорную заклинательницу духов, которую Эльза видела во снах. Люси в реальности была одета в тусклую серую рубашку и узкие тёмные брюки, она больше не улыбалась, а в глазах её залегла глубокая усталость. Румянец перестал украшать её щеки. Лицо выглядело болезненно бледным. Люси пыталась вселять в ребят из гильдии надежду, но сама не верила в успех запланированной на середину мая поисковой экспедиции. Эльза не так давно подслушала разговор Люси с Каной за закрытыми дверьми кабинета мастера гильдии. - Может, возьмём с собой Эльзу? - Эльза останется здесь. - Почти никто не верит в успех экспедиции. - Но никто не хочет мириться с тем, что их нет, - вздохнула Люси. - Парадокс, - задумчиво произнесла она. - Некоторые предлагают поставить точку в поисках. - А что думаешь ты? - Я поеду с тобой на этот раз. Я решила. - Я не это спросила. - Люси, я... я не хочу верить, что их нет, понимаешь? Просто не могу. Но в то же время я понимаю, что нам, рано или поздно, придётся с этим смириться, как бы ужасно это не звучало, - призналась Кана. - Правда? Ну тогда зачем вообще тратить деньги, давай всё прекратим. Иди и скажи Ромео, Джету и Дрою, Уоррену, Макао и Вакабе, Ридасу, Кинане, Лаки и Максу, а так же Эльзе, и не забудь про Наба, что мы раздумали искать наших друзей и мастера. - Люси, - вздохнула Кана. - Мне ведь тоже тяжело. Гилдарц мой отец. Эльза закрыла себе рот рукой, сдерживая рвущийся наружу возглас удивления. - Что ты от меня хочешь, Кана? Чтобы я объявила траур и устроила похороны? Это убьёт всех. Единственное, что у них есть, что у нас есть, это надежда. Для чего, как ты думаешь, я пишу письма в совет и прошу признать ребят пропавшими без вести, а не погибшими? Чтобы у нас была надежда. Чтобы мы двигались вперёд! - Мне кажется, это топит нас всех, - вздохнула Кана. - Пока мы цепляемся за эту призрачную надежду, мы живём прошлым. Не пойми меня неправильно, я не говорю, что нужно забыть, нет. Но... это как тогда с Лисанной. Мира и Эльфман смогли жить дальше только потому что смирились с её исчезновением. - Но это другое. Они были уверены, что она умерла, и не знали, что она попала в Эдолас. А мы не знаем наверняка, что случилось с ребятами. Мы... это же всё равно, что предать их! - горько воскликнула Люси и в голосе её тонуло отчаяние. - Не думаю. Они бы хотели, чтобы мы жили дальше... не смотри на меня так. Я сама срываюсь и по ночам плачу, но мы не можем так жить. Посмотри на Эльзу. Отец её ребёнка сидит в тюрьме, и не спрашивай, откуда я это знаю. Она совсем одна и я вижу, как у неё потихоньку едет крыша. Она варится в этой атмосфере с самого начала, каждый день, вместо того, чтобы один раз это пережить. Она надеется и верит и это негативно сказывается на её состоянии. Люси ничего не ответила. Она хранила молчание долгих две минуты прежде, чем вновь заговорить. - Хорошо, - хрипло озвучила она. - Эта экспедиция будет последней. Если мы ничего не найдём, я прекращу поиски. Мы будем жить дальше. Ты права, надо... надо потихоньку брать себя в руки, иначе печаль, скорбь и горечь раздавят нас всех. Больше Эльза их не слушала. Она не понимала, как Люси могла решиться отказаться от поисковых экспедиций. Эльза ощущала себя преданной, хоть в глубине души прекрасно понимала, что Кана права, и Люси тоже. Поисковая экспедиция, запланированная на десятое мая, закончилась так же, как и предыдущая мартовская, и предшествующая ей декабрьская. Ничем. Через сутки после возвращения Люси объявила во всеуслышание, что это была последняя поисковая экспедиция. - Это решение далось мне нелегко, - с тяжёлым сердцем говорила Люси, стоя у барной стойки, пока все остальные, рассевшись за столами, её слушали. - Но я думаю, многие из вас меня поддержат. Наша гильдия всегда учила нас улыбаться, когда грустно, смотреть в будущее с гордо поднятой головой, не бояться трудностей и бороться до последнего, не опуская руки. Но она так же учила нас ценить и любить наших товарищей, потому что мы все - большая семья, - Люси улыбнулась. По щекам её скатились несколько слезинок. - Мы уважаем законы гильдии и следуем её традициям. Мы искали наших друзей, мы отказывались принимать решение Совета. И я никогда не смирюсь с их решением признать наших друзей погибшими, я буду продолжать писать письма в совет с просьбой признать наших друзей пропавшими без вести. И я, как четвёртый мастер нашей гильдии, отказываюсь объявлять траур и проводить похороны! - твёрдо заявила Люси. - Нам некого хоронить. Мы не нашли никого и ничего, что бы делать такие выводы, какие сделал Совет. Но, - она сглотнула и быстро пробежалась взглядом по всем присутствующим. В глазах Люси плескалось волнение. - Но, - добавила она громче, - нам нужно жить дальше. Три поисковые экспедиции, проведённые нашей гильдией совместно с «Синим Пегасом», не дали никаких результатов. Экспедиция Совета так же закончилась ничем. Мы больше не можем жить в неопределённости. Нельзя смотреть в будущее, постоянно цепляясь за прошлое. Поэтому, на правах четвёртого мастера гильдии «Хвост Феи», я официально признаю наших друзей пропавшими без вести и объявляю о прекращении следующих поисковых операций! - громко произнесла она. Это вызвало неоднозначную реакцию. Биска, например, была несогласна. Как и Макао. Кинана вытерла слёзы и опустила глаза. Эльза молчала. Но были и те, кто решение Люси поддержали. Это была Кана, Вакаба, Альзак и Макс. Эльза видела облегчение на их лицах. В своих же чувствах она не могла разобраться. - Я прошу прощения у тех, кто голосовали за то, чтобы я возглавила «Хвост Феи», а теперь не согласны с моим решением. Но я не могу поступить иначе. Мы должны идти в перёд. Это то, чего хотели бы наши ребята. Это то, что они делали, то, чему они нас учили, - продолжала громко рассуждать Люси. - Мы должны поставить точку и прекратить поиски, - уже тише добавила она. - После любого конца следует начало. И пусть это будет началом нашего нового будущего. Оно будет трудным. Нам всем пришлось нелегко и дальше будет не легче, потому что тяжело смириться с исчезновением тех, кто был семьёй, но у нас нет другого выбора. Наши друзья... наша семья всегда будет в моём сердце. Я сохраню память о них, об их лицах, их голосах и улыбках в своём сердце и, я думаю, вы тоже. И я буду жить дальше. Буду улыбаться, смеяться и просто жить, не опуская руки. Такова воля «Хвоста Феи». Таковы волшебники и волшебницы этой гильдии. Надеюсь, вы сможете принять моё решение и последуйте за мной. Я не открещиваюсь от прошлого, не отказываюсь от нашей семьи, именно поэтому я никогда не признаю их погибшими. И если они когда-нибудь вернутся, двери этой гильдии всегда будут для них открыты. А в наших с вами силах сделать всё, чтобы им было куда возвращаться, - закончила Люси. - Спасибо всем за внимание. Собрание окончено. Тогда ещё несколько человек оставили гильдию. Некоторые послушались совета Люси и стали двигаться вперёд, некоторые мириться с этим не желали. Эльза не знала, к какой группе причислить себя. Левая ладонь сама опустилась на округлый живот. Эльза закрыла глаза и глубоко вздохнула, отгоняя болезненные воспоминания. Нужно было собираться в гильдию. Эльза будет жить дальше. Она просто не имеет права сдаваться. Ради своего ребёнка. Ради их с Жераром ребёнка. Без привычных доспехов было трудно изображать неприступную и стальную леди, но Эльза старалась. Никто не должен знать о том, как она ночами плачет и просыпается от ночных кошмаров. Кана не должна догадаться, что Эльзе в оглушительной ночной тишине иногда слышатся голоса друзей. Никто не должен знать об этом. Она же Титания. Эльза садится на своё привычное место, за стол недалеко от стойки заказов, и сосредоточенно и очень упорно смотрит в книгу. Только вот слова никак не желают складываться в предложения, а мысли ускользают от Эльзы. Она думает о том, когда уже вернётся Люси с собрания мастеров гильдий, чтобы рассказать последние новости и, может даже, поручить какое-нибудь задание своей беременной подруге. В последний раз Люси доверила Эльзе помочь администрации города устроить весенний фестиваль, посвящённый Пасхе, который прошёл второго мая. Творческое задание, которое давало Эльзе и Лаки (они работали в паре) простор для фантазии и возможность развеять скуку, проветрив голову. Может, снова нужно будет подготовить какой-нибудь фестиваль или праздник? Вот, например фестиваль красок в июле. Или рок-фестиваль в августе. День театра двадцать восьмого июня, совмещённый с днём летнего солнцестояния двадцать первого числа того же месяца. В прошлом году в конце июня устроили один грандиозный фестиваль, где театральная труппа небольшого частного драматического театра ставила пьесы Шекспира в ярких, невероятно фантастических костюмах. Мысли унесли Эльзу из реальности. Она больше не обращала внимание на книгу. Люси, тем временем, возвращалась с совета мастеров гильдии и не переставала задаваться вопрос, зачем он вообще нужен. Ей казалось, исключительно для того, чтобы знакомые не первый год друг с другом мастера разных гильдий обменялись жалобами на свои бренные и тяжкие жизни, попили чай, поделились рецептами мазей от сколиоза и болей в спине, и разошлись. Последнее, к слову, было полезно. Люси даже выписала себе парочку рецептов. Всё таки она себя угробит когда-нибудь. Но собрание мастеров было не самой большой проблемой в жизни Люси. В соседнем с Магнолией городе она умудрилась встретить новую главу администрации города, Вивиан Вайт и её заместителя, Виктора Дюрана, которые вежливо поздоровались с ней и осчастливили новой просьбой-приказом. По пути обратно в Магнолию, Люси думала о том, чтобы поскорее спихнуть на кого-нибудь очередной геморрой под названием «день театра в этом году мы решили объединить с днём культуры и провести большой фестиваль двадцать первого июня. Ваша гильдия будет курировать праздник, правда, здорово?». Очень здорово. Закачаешься! В голове Люси всё ещё звенел приторный и визгливый голос Вивиан, которая просила предоставить наброски проекта до конца недели, а сам проект сдать до десятого числа. - Снова спихнуть всё на Эльзу? - размышляла Люси. - Ей, вроде даже понравилось в прошлый раз. Она вдруг остановилась, глядя перед собой с удивлением. Пред ней раскинулось то самое поле сиреневых полевых и луговых цветов, лаванды и шалфея, которое они с Нацу проходили в прошлом году, в августе. Люси помнит всё так чётко, словно это было вчера. Медленно она идёт по знакомому маршруту, к деревянному помосту, который служил небольшим причалом для лодочек. Он ничуть не изменился. Кривые ступеньки к нему обрамляют всё те же кусты лаванды. Только на этот раз небо над головой Люси светло-голубое, а солнце не торопится заходить за горизонт. Будто во сне, Люси сорвала несколько луговых цветов, лаванду и шалфей, и принялась плести венок. Долгих десять минут у неё ничего не получалось и вот наконец в руках она держала заветный венок. Люси нетвёрдым движением рук надела венок себе на голову и опустилась на деревянный помост, заглядывая в воду. Её отражение смотрело на неё печальными карими глазами. Бледное исхудавшее лицо с заострившимися чертами обрамляли светлые волосы. Они напоминали пожухлую солому и совсем не выглядели так, будто в них запуталось солнце.

«Люси, в твоих волосах будто запуталось солнце»

Сердце болезненно сжалось в груди, а на лице отпечаталась боль и горечь. Люси не понравился её внешний вид и она несильно ударила своё отражение. По воде прошлась рябь и отражение Люси исказилось. - Так же, как отражается цвет, - задумчиво произнесла она и выпрямилась, снимая венок с головы. Её волосы такие тусклые, глаза грустные, а лицо угловатое и бледное не потому что она изменилась, а потому что это игра света. Оптические явления объясняются законами физики. Люси убедила себя, что свет просто так падает на её волосы и лицо, поэтому она видит себя такой. Чтобы не встречаться взглядом со своим отражением на поверхности воды, Люси спустила венок на воду и толкнула его. Ей вдруг подумалось, что Нацу к ней не вернётся, как Хеппи, как и другие её друзья. Никогда. Воспоминания о них, такие тёплые и яркие, были словно из другой жизни. Новая реальность была окрашена в совсем другие цвета. Скучные, серые и унылые. Люси встала на ноги и отвернулась от плывущего по течению реки венка. Перед глазами её снова предстало фиолетовое поле. Только теперь лаванда не казалась такой насыщенно фиолетовой, а сиреневые луговые и полевые цветы показались Люси тусклыми и слишком бледными. Она внезапно поняла, что вся её проникновенная речь в гильдии после провальной поисковой экспедиции в мае ничего не стоит, потому что Люси перестала верить в возвращение ребят. Она сама не заметила, как утратила надежду. С тяжёлыми мыслями она побрела обратно в Магнолию.