High Society

      Проснувшись утром от яркого луча солнца, который так и хотел пробудить Юнги, лакей открыл глаза, чуть протерев их руками. Слегка приподнявшись на руках, Юнги ощутил, как шелк мягко ласкает фарфоровую кожу лакея. Но это не его постель, не его кровать, все слишком хорошо и дорого.       Мин осмотрелся и понял, что он в особняке, в знакомой ему комнате, и тут флажок в голове опустился, и он понял, что это покои Чимина. Глаза полезли на лоб, и паника охватила все тело. Одежды на нем не было, а ночь он не помнил, последнее, что осталось в памяти — то, как они с Чимином пьют шампанское в коридоре, дальше лишь темнота.       Юноша охватил голову руками и откинулся на подушки, стараясь хоть что-то вспомнить, но у него не получалось и он отчаялся, понимая, что его достоинство растоптано. Как он может после этого смотреть в глаза сестре? Возможно, что и не сможет больше.       Из его раздумий и угнетения парня вывел голос:       — Смотрю, ты уже хорошо тут устроился.       Юнги ответил, поморщившись:       — Не объяснишь?       — А сам? Не помнишь? — Чимин выгнул бровь, а потом вспомнил, как язычник, продавший ему порошок сказал, что при увеличении дозы может пропасть память на момент отхода. — Отличная была ночка, сладкий.       — Хорошо, что я не помню, как ты меня изнасиловал.       — Изнасиловал?! Ух, малыш, ты был сверху, так прыгал и стонал, что слуг перепугал.       Юнги не мог воспринять эту информацию, а переварить ее и подавно, он не совсем верил, что действительно хотел Пака и что мог САМ на него наброситься. Он скинул с себя простыни и, найдя одежду, начал собираться, желая поскорее уйти из покоев. Но он услышал, как Чимин запер дверь, и обреченно выдохнул.       — Опять? Тебе не хватило ночи, серьезно?       — Тише, я всего лишь тебя поцелую, постарайся на этот раз хотя бы ответить мне, — Чимин был довольно спокоен, а последние слова и вовсе сказал как-то печально.       Юнги это почувствовал и слегка проникся к Паку, думая, что тот и правда что-то к нему испытывает. Кивнув, он прикрыл глаза. Чимин нежно приобнял лакея, притянув к себе, и очень мягко коснулся губ своего Мина, а тот ответил на поцелуй, слегка приоткрыв рот и медленно двигая губами. Сквозь поцелуй Юнги почувствовал, что Чимин улыбнулся.       — Не дай мне в тебя влюбиться... — перед уходом проронил Мин.

***

      Юнги, заходя в общую комнату для слуг, замедлил шаг, так как услышал слишком радостные голоса, полные возбуждения. Увидев Хосока, он подошел и спросил:       — Что происходит?       Хосок слегка вздрогнул от неожиданности:       — У милорда теперь есть водитель. Молодой милый парниша. — Хосок сделал паузу. — Ничего сказать не хочешь?       — А что я должен тебе сказать? — Мин слегка занервничал.       — Вчерашняя ночь, не так уж ты и ненавидишь милорда, — Чон даже обиделся, ведь он хотел уберечь юношу от их хозяина, он просто не мог доверить ему жизнь лакея.       — Надеюсь, что нас видел только ты, — камердинер кивнул. — Прости, я сам ничего не помню, возможно, он меня чем-то напоил.       — Похоже на него, — брови Хосока сдвинулись друг к другу в серьезном и задумчивом выражении.       — Пойду познакомлюсь, наверное, — Юнги покинул друга, хлопнув его по плечу.       — Здравствуй, как звать? — Мин был максимально мил и пока он стоял подле парня, на него уже вешались его маленькие подопечные. — Я Мин Юнги, можешь звать меня просто по имени.       — А, здравствуйте, — парень слегка замялся, но протянул руку, — Ким Тэхен.       Мимо прошел Намджун и довольно громко хлопнул в ладоши, сопроводив это не менее громким:       — За работу!