Однажды

Не сказал бы, что я был шокирован. Нет. Я просто был удивлен. Приятно удивлен. Видимо, где-то внутри меня, с самого начала таилась надежда. Мы решили долго не тянуть. Допили оставшееся в бокалах шампанское, попросили счет, рассчитались, и поспешно убежали оттуда прочь. - Куда ехать? – заводя мотор, спросил я. - Кальме, 47А. - Ты живешь во французском районе? – удивился я. Да, такой район у нас имеется. И, между прочим, весьма не бедный. - Мой папа француз. - Никогда бы не подумал. - Еще все впереди, - подмигнула Кэрри. Машина ехала как-то уж очень медленно, поэтому я решил добавить скорости. Хоть я и был трезв, но те пару бокалов давали о себе знать. Мне было жарко, или, скорее уж, горячо. В висках беспощадно стучало. Как-то уже добравшись до ее дома (ну и домище, я вам скажу!), мы вышли из машины. Я стоял и разглядывал эту самую, что ни на есть, настоящую крепость. - Я делю этот дом с соседями. Вот тебе и на. Один дом пополам? В моем взгляде было смятение. Я-то намеревался хорошенько пошуметь. - Не беспокойся, их нет дома. Уехали куда-то во Флориду. Девушка потянула меня к двери за руку. Нервно и поспешно пыталась открыть дверь. Наконец-то это сделав, мы прямо таки ввалились в дом, и набросились друг на друга как голодные звери. Свет был не включен. Я не видел, где нахожусь, и где дверные косяки. Кэрри, снимая с меня куртку, вела куда-то вглубь дома. Мы на что-то наткнулись. Похоже, это был стол. Высота примерно в половину моего роста, а значит, им спокойно можно было воспользоваться. Усаживая девушку на этот стол, я попутно срывал с нее блузку. Это получилось у меня как-то некультурно. Хотя, я не уверен, что снять блузку с женщины в самый разгар вечера можно было культурно. Да, впрочем, неважно. Я уже задирал ее шелковую юбочку, как раздался писк. Кэрри впилась в мои губы еще сильнее. Это был пейджер, а значит, меня вызывали на работу. И, судя по времени, это был срочный вызов. Во всяком случае, на меня подобные мысли ни капли не подействовали, и я, рывком сняв пейджер с пояса, швырнул его подальше. Я был уже по пояс голый, как он запищал вновь. Ах ты ж мерзкое отродье техники! Хоть оно и не переставало подавать голос, мы продолжали. Я стянул с Кэрри чулки. Ноги у нее были шикарные... Она расстегнула мои штаны. Оставшись без внимания, пейджер умолк. И, радуясь этому, девушка задорно хихикнула, и начала покрывать мою шею поцелуями. Но вместо того мелкого пищащего существа зазвонил телефон. - Черт бы вас побрал! – выругался я в голос. - Ответь, - снисходительно, как бы разрешая, сказала Кэрри. Я держал телефон в руках, и смотрел в ее шоколадные глаза. В комнате хоть и темно, но глаза ее было видно, как у кошки ночью. Со вздохом я, все-таки, подключился, и злобным тоном процедил сквозь зубы: "Алло!", видя, что на экране высвечивался служебный номер. - Белдер, - заорали в трубку, - сейчас же явись в больницу! Ты тут срочно нужен! - Да неужели? – изображая удивление, ответил я. Это был Хафкермайер. Да, сам доктор Хафкермайер! - Если ты сейчас не приедешь, я лишу тебя зарплаты на весь месяц! Прокричал он очень громко. Даже Кэрри, кажется, услышала. Ее руки обнимали мою талию, а глаза беспокойно заглядывали в мои. - Прости, - прошептал ей. Нехотя отстранившись, взялся застегать штаны и искать одежду. Зажегся свет. Я увидел девушку, стоявшую возле входной арки с моей курткой в руках. Мы находились в гостиной, богато обставленной дорогой мебелью. Рубашка, которую она с меня сорвала, была в одинаковом расстоянии между нами. Взяв ее, я стал одеваться. Подошел к Кэрри. Как она была красива! Выразительные глаза, растрепанные волосы, расстегнутая блузка. Взгляд как у обиженного котенка, что вызвал у меня невольную улыбку. Она помогла надеть куртку, и сунула что-то в карман. Я нежно поцеловал ее в горячие губы и направился к выходу. По дороге подобрал ненавистный пейджер и возле двери оглянулся. Когда мы встретились взглядами, она подарила мне очаровательную улыбку, и я вышел. Сел в "Крайслер" и помчался в больницу, сыпя на нее всю ту ругань, которую когда-либо слышал за всю свою жизнь.