Доверие

      Момо Яойорозу не знает, какие у нее отношения с Тодороки. Это сложно назвать дружбой, но и чем-то большим считать нельзя. Во всяком случае, Момо не уверена, испытывает ли Шото те же чувства, что и она. Момо не уверена даже в том, какие именно чувства она испытывает и на что надеется. Она привыкла анализировать, искать закономерности, строить планы на будущее. А с ним все по-другому. Мир, словно замороженный льдом, замирает на мгновение. С ним не нужно никуда торопиться, все происходит размеренно и, как кажется самой девушке, правильно. Не нужно пытаться никому угодить, изображая из себя идеальную ученицу, гордость класса 1-А. С ним можно выказывать сомнения и не бояться осуждения, потому что Тодороки на собственной шкуре знает, каково это – запутаться и быть неуверенным.       – Яойорозу, порой мне кажется, что ты слишком себя принижаешь.       Шото Тодороки, безусловно, не является самым общительным человеком в этом мире, но если он и говорит, то говорит честно и прямолинейно. Порой даже чересчур прямолинейно.       – Да, возможно, – Момо пожимает плечами и выдавливает из себя улыбку, стараясь не обременять Тодороки своими глупыми проблемами. Но есть одна деталь, которая всегда выдает ее настоящие чувства, – руки, не находящие себе места. Яойорозу постоянно то поправляет выбившиеся из хвостика локоны, то мнет подол своего платья, то вертит в руках любимое серебряное кольцо, но продолжает делать вид, что все хорошо.       Шото догадывается о противостоянии в ее душе, а потому просто сжимает ее ладонь в своей. Момо невольно вздрагивает от такого неожиданного жеста. Внутри разливается тепло, и она, слегка смущенная, переплетает их пальцы.       – Не нужно сравнивать себя с другими. У каждого свой путь, – напоследок говорит парень и предается воспоминаниям о том времени, когда он ещё не знал, кто он и каков его путь.       Рядом с Шото Момо чувствует себя так, будто в запасе у нее есть лишние часы, и она с уверенностью может сказать, что проведет эти часы именно в его компании.       Однажды Яойорозу поцеловала Тодороки в щеку. А получилось это совершенно случайно. Они были вместе на тренировке и придумали поистине гениальный план. Девушка была настолько рада их успеху и слаженной работе, что от счастья подпрыгнула на носочках и оставила невесомый поцелуй на щеке парня.       – В качестве благодарности за хорошую командную работу, – поспешно добавила она, пытаясь отогнать другие мысли, беззастенчиво проникающие в голову. – Не больше.       Разумеется, это был глупый и до абсурда смешной поступок, о котором потом несколько недель (прошу заметить, несколько мучительных для Яойорозу недель) судачили одноклассники. Момо тогда безуспешно пыталась объяснить своим подругам, что между ней и Тодороки ничего нет. В конце концов, друзья ведь тоже иногда целуют друг друга в щеку, а некоторые даже и в губы. Урарака часто целует Джиро (но все и так знают, что она влюблена в Мидорию, и не придают этому никакого значения), а Каминари постоянно дуется из-за того, что Кьёка отказывается так же по-дружески с ним целоваться.       Спустя какое-то время Момо все же признается себе, что дело тут далеко не в дружбе, но назвать это любовью или хотя бы симпатией язык у нее все равно не поворачивается.       Порой Момо задумывается, что на их совместных прогулках говорит только она. А потом вдруг приходит осознание, что она почти ничего не знает о Тодороки. И это осознание чертовски усложняет ей жизнь, потому что каждый день она начинает наблюдать за парнем, пытаясь выяснить хотя бы то, какой кофе ему нравится, и сильно огорчается, когда не находит новых сведений.       Порой Момо замечает, каким взглядом Шото смотрит на детей и родителей, гуляющих вместе по парку, как он прикусывает нижнюю губу, наблюдая за их счастливыми лицами и шутливыми диалогами. Он завидует. И это чувство отзывается жгучей болью в области груди. У обоих. Тодороки больно вспоминать свое прошлое: ужасного отца-тирана, сломленную мать, сестру и братьев, находящихся в зоне недосягаемости. А Момо больно, что она почти ничего не знает, разве что сухие факты от других, и ничем не может помочь. Яойорозу становится не по себе, но лишних вопросов она не задаёт, опасаясь, что Шото вновь выстроит вокруг себя огромные стены и утонет в той отвратительной ненависти и злобе.       Момо Яойорозу до сих пор не знает, какие у нее отношения с Тодороки, но кто бы что ни говорил, ее все устраивает, потому что она готова ждать того дня, когда он сможет довериться и открыться ей так же, как когда-то сделала и она сама.