Люди не меняются

      Селена почти физически ощущает ненависть к «отцу». Зачем, зачем он вообще открыл рот? Как этот пьяница посмел говорить за неё, королеву?       Селена почти физически ощущает ненависть к себе. Она любит Лиама, любит нежно и в то же время до дрожи в коленках горячо. Она любит Лиама давно, любит по всякому. Любит, любит, любит. Когда этот, чёрт бы его побрал, Деймон предложил пожениться, Селена не спала всю ночь, думая о том, что же ей делать. Чего хочет таролог? Он дал ей Лиама в качестве оплота собственного эгоизма, он хочет заставить её выбрать? Он ставит на одну чашу весов её собственные чувства, ставит Лиама. А на другую ставит благополучие Долины и этого Деймона. Чёрт, да с какой стати ей нужно выбирать? Это всё иллюзия, глупая подделка! Долина лишь… нечто, созданное тарологом, так с чего бы ей так печься о ней?       Голос разума подсказывает, что если Селена здесь всё разрушит, то таролог отправит её в ещё какую-нибудь вселенную и так будет продолжаться до бесконечности. Но… в каждой вселенной будет Лиам, ведь так? И в каждой вселенной Селена отыщет его, даже если придётся стереть ноги в кровь, подвергнуть себя опасности. О чёрт, и когда она стала такой сентиментальной? Нет, Селена, думай о себе, о себе, в первую очередь о себе… Она должна попасть домой, просто обязана. Она попадёт домой и отыщет Лиама в своём мире, настоящем. В конце концов, там есть социальные сети и ноги в кровь стирать не придётся. Наверное.       Селена боится, что даже если она выйдет замуж за Деймона, ничего не изменится. Люди и драяды не смогут так быстро сладить, вот в чём проблема. Сколько ей тогда придётся оставаться в этой вселенной? Пребывание в этом пропащем мирке не так уж и плохо, если подумать о той ночи, что Селена провела с Лиамом. От этих воспоминаний щёки сами по себе налились краской, а в животе предательски заныло, будто возвращая её в тот самый день. Селена бы определённо хотела повторить.       Однако сейчас не до этого. Селена искренне боится за реакцию Лиама. Она боязливо выискивает помутневшими глазами его былой нежный взгляд в толпе солдат, когда Деймон протягивает ей кольцо. Как иронично, ведь пару лет назад в подобной ситуации Селена бы уписалась от счастья: Деймон, сам Деймон хочет на ней жениться! Но найденные в толпе потухшие глаза Лиама возвращают в реальность, как бы давая затрещину. Он смотрит будто с разочарованием за тем, как Селена принимает кольцо, сжимая его в ладони.       Сейчас всё совсем не так. Селена не ищет внимания Деймона, она желает ощущать на себе лишь один единственный взгляд, что сейчас так разочарован. Селена проделывает над собой усилие, чтобы отвернуться. Она объяснит, она всё обязательно объяснит. А сейчас ей нужно скорее закончить всё это. Она распоряжается, чтобы отца увели, сама что-то говорит Деймону, пытается сгладить углы резкого заявления отца. Беглый взгляд не может зацепиться ни за что и ни за кого, лишь плавает между неразличимыми силуэтами. Селене жарко, она чувствует, как волосы липнут ко лбу, по спине катится противный холодный пот. Она отчаянно хочет сбежать от музыки, что внезапно стала такой громкой и бьющей по ушам, хочет сбежать от какофонии голосов и от лица Деймона, что стало ей противно. Боже, какая же она эгоистка.       Селена спешно говорит Мэри, что она хочет уйти. Да, сбежать, поджав хвост. Она ненавидит себя за свои слабости, ненавидит, что чаша весов с Лиамом перевешивает, заставляя её осматриваться, чтобы найти его макушку белёсых волос, попытаться всё объяснить. Селена и без того знает, что Лиам поймёт. Но отчего-то она испытывает непреодолимое желание сказать всё, что у неё на душе. Она так хочет выговориться, она хочет доказать Лиаму свою любовь, пусть и точно знает, что он вряд ли подумал, что она выходит замуж по любви. Селена отвратительна сама себе. Она различает в своих мыслях сходства с теми годами, когда она ждала Деймона с работы как верная собачка, всегда пыталась ему угодить. Нет, неужели сейчас она поступает точно так же? В животе неприятно закрутило от понимания. Но ещё хуже сделалось от того, что Селена не может ничего с собой поделать. Ведь она ковыляет в свои покои, точно зная, что потом отправится искать Лиама. Ведь она делала так и раньше, пытаясь доказать свою любовь Деймону.       Люди не меняются, и Селена отчётливо замечает это в себе. Она бросает свой народ, она бросает всех, чтобы угодить себе. Селена безошибочно находит свою комнату. В ней пусто и до мерзкого тихо. Она подходит к зеркалу, смотрит на своё изнеможённое прошедшими битвами лицо. Она одержала победу, но какой ценой? — Ты жалкая, — говорит она отражению, словно бы это другой человек. — Ты ставишь одного человека выше целой страны, разве так делает настоящая королева? — Селена кривит лицо. Отражение, конечно, повторяет её жест. — Но я же ещё не поставила, — теперь Селена говорит за отражение. — Я лишь хочу объясниться перед Лиамом. Перед тем, кто мне правда дорог. Он заслуживает знать правду, — пытается оправдаться она. Селена не может понять, действительно ли она верит тому, что говорит.       Резко отвернувшись от зеркала, Селена скидывает все одежды, оставаясь в одном лишь шёлковом платье, тушит все свечи в комнате и заваливается на кровать, пытаясь подавить желание встать и пойти в комнату к Лиаму. Она скажет всё завтра, на свежую и отдохнувшую голову. Лиам поймёт, он всё поймёт и так. Она ворочалась, то ей жарко, то холодно. Она не могла сомкнуть и глаза, смятение новыми волнами подкатывало к горлу.       Селена не может, не может ждать. Сон никак не шёл, она лишь мучала себя попытками успокоить, сделать вид, что она не хочет прямо сейчас идти к Лиаму. Сделать вид, что она изменилась и больше не хочет доказывать кому-то свою любовь. Но Селена понимала, что она хочет пойти, отчаянно хочет увидеть Лиама. И, в конце концов, она не выдержала. Поднявшись с кровати она ощутила облегчение и волнение одновременно. Она пойдёт, и к чёрту эти мысли о том, что она снова пытается кому-то что-то доказать. К чёрту. Да, может, она такая. Но если ей правда станет легче, то Селена встанет и пойдёт.       Она накинула атласный халат, толкнула дверь своей комнаты. Около её покоев дежурили гвардейцы, но Селена не сказала им ни слова, лишь уверенно-торопливой походкой засеменила по замку. Пока она терзалась сомнениями, пир закончился, люди разошлись. Селена приказала не тревожить её после, поэтому даже Мэри не пришла доложить ей о том, как всё прошло. И Селена безумно ей за это благодарна. Каменный пол холодил ноги в тонких балетках, по стенам тянулись факела в подставках, и казалось, что все коридоры одинаковы, но Селена точно знала, куда ей идти. От её мук волосы растрепались, но она не придала этому никакого значения.       Сердце в нетерпении ускоряет биение, когда она выходит из-за угла и на горизонте появляется дверь комнаты Лиама. Селена посильнее кутается в халат, думая, что же она скажет. Она искренне надеется, что Лиам не спит. Но если спит, то она лишь одним глазком взглянет на его расчудесное лицо и вернётся в свои покои ни с чем. Однако это будет всяко лучше, чем если бы она правда осталась у себя.       Подходя ближе, Селена старается быть настолько тихой, насколько это возможно. Она замечает под дверью тусклый свет, значит, он не спит. О, как бы Селена хотела, чтобы он её впустил! Неловкий тихий стук по глухой дубовой двери Лиам бы вряд ли заметил. Но Селена услышала приглушённые шаги по ту сторону, и, замерев, ждала, пока он откроет. Ладошки едва вспотели, она вся тряслась, точно осиновый лист.       Когда дверь отворилась, Селену немного ослепил свет из его комнаты, но взгляд быстро сфокусировался на Лиаме. Сначала его лицо выражало удивление, но быстро приняло удручённо-нежный вид. Селена вся сжалась под его взглядом, но всё-таки выдавила пару слов. — Привет, спишь? — фраза наиглупейшая. — Как видишь нет. Лилит, ты что-то хотела? — Лиам умоляюще свёл брови вместе. Словно бы разговор доставляет ему боль. — Я хотела поговорить, Лиам. Впустишь? — она мимолётно коснулась его руки, что держалась за ручку двери. Лиам свою руку не отдёрнул, лишь отошёл, пропуская Селену.       Она прошла в комнату, осторожно залезла с ногами на такую знакомую кровать, застеленную свежим постельным бельём. Пахло оно чистотой, какими-то цветами и… Лиамом. Лиам пах чистотой и невинностью, что так нравилось Селене. — О чём? — Лиам закрыл дверь, уселся напротив Селены. — Я хочу объясниться перед тобой. Я… думаю, что ты и так всё понял, но я просто не могла не прийти. Я не хочу этой свадьбы. То есть… я хочу благополучия Долины, но не знаю, насколько этому поможет свадьба. Я хочу, чтобы ты знал, что моё сердце отдано лишь тебе, Лиам, — на одном дыхании выпалила Селена. На сердце легче не стало, она наблюдала, как на лице Лиама сменялась сотня эмоций разом.       Комнату Лиама освещали лишь пара свечей на прикроватной тумбочке, делая обстановку интимнее. За окном совсем темно, и мир сужается лишь до этой комнаты, полутьма размывает течение времени, Селена тонет в моменте, не отдавая себе отчёта в том, что она говорит. С губ срывается всё, что только приходит в дурную голову. — Ох, милая, милая Лилит, — губы Лиама тронула улыбка, он стал гладить Селену по плечам. — Я не сомневался в фиктивности брака. Конечно, это неожиданно, но… если отбросить Лиама-который-беспокоится-о-стране, я скажу тебе, Лилит, что никогда в тебе не сомневался. Я доверяю тебе свою душу, и, может это прозвучит наивно, но я не думал, что ты правда можешь предать меня, отдав предпочтение королю Альтегроу, — лукавая улыбка отражалась в его глазах, успокаивая шторм в душе Селены. — Я… я просто… хочу, чтобы всё это наконец уладилось. Если отбросить Лилит-которая-королева, я просто хочу быть с тобой, всегда-всегда, — Селена порывисто брала Лиама за руки, хватала за плечи, пытались потрогать его всего, ощутить полностью. Иногда Селене казалось, что Лиам испарится вместе с очередной вселенной, когда Селена покинет её. — Скажи, что ты не злишься на меня, скажи, — Селена чувствовала себя такой жалкой и беспомощной, что снова скатилась до таких слов. — Я не злюсь на тебя, Лилит. Я верю тебе и твоим решениям, — Лиам осторожно взял её за подбородок. — Слышишь?       Селена больше не смогла противиться. Она подалась вперёд, прикрывая глаза. Она поцеловала Лиама сначала неуверенно, но когда он ответил, Селена стала делать это жадно, напористо. Она осторожно сжимала его плечи, заставляя Лиама взять её лицо в свои ладони. Селене казалось это настолько необходимым, насколько и воздух. Тёплые руки Лиама давали ей крохотную долю уверенности в том, что он настоящий, что он целует её, Селену, так, как не целовал никого. Она запускала руки в его мягкие волосы, пытаясь полностью отдаться поцелую, горячему дыханию Лиама, в конце концов моменту. Она целовалась много раз, но никогда это не ощущалось таким ценным, как сейчас. Лиам осторожно, почти деликатно подминал губы Селены под свои, оставлял на её теле аккуратные касания; будто дразня иногда отстранялся, заставляя Селену хотеть ещё и ещё. Она была уверена, что в этих небольших перерывах он улыбался, но затем неизменно притягивал Селену ближе, давая ей то, что она так желала.       Дыхание у обоих стало глубже, медленнее. То и дело до ушей доносились влажные звуки, разбавляющие тишину комнаты. Селена наслаждалась сбитым дыханием Лиама, ей до чёртиков нравилось его слышать. Ей был неважен весь мир, но только один-единственный юноша, что её целовал. Ей было даже неважно, кем он мог бы ещё стать в другой вселенной. Лишь бы он был, лишь бы он продолжал её целовать.       Селена отстранилась, пытаясь отдышаться. Нежный прищур Лиама разглядывал её с головы до ног. Она ещё никогда так не радовалась одному лишь взгляду. — Я уже говорил, что моя душа всегда будет твоей, но если хочешь, скажу ещё раз, — Лиам притянул Селену к себе, упав на мягкие подушки кровати и утянув её за собой. — Как ты отреагируешь на свадьбу? — Селена прижалась поближе к Лиаму, уложив голову на его грудь, слушая мерное сердцебиение. Лиам не иллюзия, Лиам это плоть и кровь. От понимания становилось до странного тепло на душе. — Никому неизвестно о наших отношениях, я просто буду вести себя как обычно, — Лиам вздохнул, будто собираясь с мыслями. — Но, честно сказать… я расстроен и в непонятках от такого решения короля, — он оставил один небольшой поцелуй на макушке Селены. — Я не хочу выходить за Деймона замуж, но раз он считает, что это лучший выход… я этого тоже не понимаю, — Селена потёрлась щекой о его грудь. — Милая Лилит, поступай так, как считаешь нужным, — Лиам поглаживал её по голове, перебирал рыжеватые волосы. — Я не думаю, что ты можешь потерять поддержку всей Долины, — его нежный полушёпот лился в уши, усыпляя Селену. Шторм закончился, она больше не волнуется ни по какому поводу. Хотя, конечно, стоило бы, но она не хочет портить момент. — Ты будешь на моей стороне? — полусонно шепнула она. — Само собой. Не знаю, почему всё так сложилось, но всё равно буду рядом, что бы не случилось. Мне кажется, будто бы мы встречались ещё давным-давно, понимаешь? — Лиам смотрел в потолок, рассматривая фрески с всевозможными узорами. Селена почти уже спала на его груди, убаюкиваемая нежным голосом и тёплыми руками, что так ласково её обнимали. — Не хочу уходить, — протянула она вполголоса. — Не уходи, — шепнул Лиам, подтягивая одеяло, накрывая Селену и себя.       Блаженный сон опутывал мысли Селены, унося прочь от замка и всех-всех вселенных, где она успела побывать. Люди не меняются? Ну и пусть.