Странный сон

      И вот я снова путешествую на Лошадке. Честно говоря, когда первая вспышка энтузиазма прошла (это примерно сразу, как мы покинули башню), я задумалась, правильно ли я сделала, не вернувшись к эльфу и не попытавшись выяснить правду до конца, а решившись на очередную авантюру. Глупая гордость сказала, что правильно, а мои советчики — голоса — с ночи упорно хранили молчание. Сомнения не покидали меня, но с моей стороны было бы некрасиво передумывать и бросать новую подругу наедине с её бедой, поэтому я бодренько ехала вперёд и пыталась не думать о том, что я могу больше не увидеть рыжего. Ведь за прошедшую ночь, как я втайне надеялась, он не объявился. Куренай, достаточно быстро ползущая рядом, старалась не дать мне впасть в уныние. Она рассказывала многочисленные истории из жизни своего семейства: и о вредной кузине-мужененавистнице, которой в итоге отрубили голову; и о молоденькой племяннице, пленившей сердце какого-то шейха и ставшей его единственной и любимой женой, и т.д. Я слушала вполуха, всматриваясь в лес вокруг нас — вдруг где-то мелькнёт рыжий хвост? Увы.       За первый день путешествия ничего занимательного не произошло. Мы пару раз останавливались на привалы, выпуская лошадку поохотиться. К ночи набрели на заброшенный охотничий домик, где радостно переночевали на подобии кровати. Голоса молчали. Дорога без конца и начала продолжалась.       Ещё неделя пути привела меня в состояние почти отчаяния. Гаара не появлялся, что значило, что он и не искал меня. Ведь три оборотня — ну, ладно, два, толку от водяного дракона на земле мало — при желании могли легко меня выследить. Я ругала себя, эльфа, свою импульсивность… и тихо плакала по ночам, когда Куренай уже спала. Я не знаю, когда моё лёгкое увлечение нахальным рыжим принцем превратилось во что-то большее. Когда же я окончательно поняла, что он и только он мне необходим, было уже поздно — лиса рядом не было. — Сакура, ещё день пути, и мы будем на месте, — сказала шатенка, когда мы в очередной раз устраивались на ночлег в лесу. — Послезавтра утром войдём в королевство. Переночуем в деревне. А ещё через день окажемся в столице. У моих знакомых там дом, нам будет, где остановиться.       Я лишь кивнула в ответ. Говорить не хотелось. Депрессивное настроение не отпускало. Так и не сказав ничего в ответ, я медленно провалилась в сон. Мой пасмурный настрой не развеялся и к утру. Я сохраняла молчание и лишь следовала за горгоной. — С-с-с-с-сакура, пос-с-с-с-с-той, я… мне нужно тебе кое-что с-с-с-сказать, — мы уже проехали указатель, утверждавший, что мы пересекли границу королевства, когда моя спутница решила прервать молчание. — Да? — ради приличия откликнулась я, повернувшись в её сторону. Сидя на Лошадке, я смотрела прямо в глаза горгоне в её змеиной форме. Честно говоря, мне было совершенно всё равно, что она собиралась поведать. Мне хотелось побыстрее помочь ей, раз уж пообещала, а потом уехать далеко-далеко, где ничего не будет мне напоминать о нахальных бирюзовых глазах и встрёпанных рыжих волосах, а уж тем более о сладких, мягких губах. — Два нас-с-с-с-ледных принц-с-с-с-а, о которых я упоминала, — эльфы, — кусая губы, сообщила она. — И что? — в недоумении спросила я, не понимая, зачем мне эта информация, а потом прочитала в её глазах сочувствие и извинение. Вспышкой пришло озарение. И гнев. — Только не говори… ты с самого начала знала, про кого я рассказывала?! И привела меня прямо к ним?! Зачем?! — Во-первых, я не лгала — з-с-с-с-дес-с-с-сь и правда умные, крас-с-с-с-сивые и мужес-с-с-с-твенные мужчины! Ну, конечно, те из них, кто интерес-с-с-с-суется противоположным полом, а не с-с-с-собратьями по оружию. А во-вторых, почему бы нам с-с-с-сразу не решить обе проблемы: и твою, и мою? — вздёрнув подбородок вверх, пошла в наступление коварная змеюка, которая явно не раскаивалась в своём поступке. — Не делай из-с-с-с меня дуру, я вс-с-с-сё-таки больше на с-с-с-свете прожила, ты без-с-с-с ума от эльфа и с-с-с-сильно с-с-с-сожалеешь, что убежала от него в очередной раз-с-с-с. А он, подлец-с-с-с-с такой, не с-с-с-стал тебя догонять. — П-ф-ф-ф-ф, — фыркнула я в ответ, призадумавшись. Она была права, но… Я же сама сбежала. Как я могу теперь показаться ему на глаза? «Умнее так и не стала», — с печалью в голосе констатировал Внутренний. «А в кого ей умной-то быть?» — удивилась совесть. — «Ты ехидный и вредный, я жалостливая и добрая, интуиция импульсивная и мечтательная. Как видишь, не в кого ей». «Это ты-то добрая?» — усомнился внутренний голос. — «А кто не так давно предлагал эльфу отрезать изменялку?» «Когда это было», — смутилась совесть. — «Я с того времени подобрела. И вообще, чего это мы с тобой вдвоём только разговариваем?» «Не мешайте, я думаю», — вклинилась интуиция. «Тебе вредно думать. Обычно это плохо кончается», — заметил Внутренний. — «Мы или к рыцарям в лапы попадаем, или в лаз лезем, или от принцев убегаем…» «Бедный принц…» — внезапно всхлипнула совесть. — «Ох, и настрадался он от нас». «Судя по сокровищнице и по тому, что он наследник престола, он не бедный, а очень даже богатый», — не мог не съехидничать Внутренний. «Балбес! Мы о высоких материях, а ты всё о том же!» — обиделась совесть. «Я ничего не надумала», — грустно призналась интуиция. — «Придётся действовать по обстановке». «Где вы были?» — от удивления, что они наконец вернулись, я на какое-то время потеряла дар речи. «Дали тебе возможность оценить, насколько мы тебе нужны!» — сказал как отрезал Внутренний. «И правда нужны…» — пришлось мне согласиться. Без них я чувствовала себя неуверенно. Да и скучала. «Наконец-то ты признала это!» — обрадовалась совесть. «Хо-хо-хо!» — восторжествовал Внутренний. «Я и так это знала», — высокомерно вставила интуиция.       Услышав то, что так давно хотели, они притихли. Я покосилась на Куренай, которая, скрестив руки на выдающейся груди, с непроницаемым выражением лица стояла рядом, ожидая результата моих раздумий и не подозревая, какие страсти кипят у меня внутри. — Ты абсолютно права, — со вздохом призналась я, спешиваясь. — Я от него без ума. Но, кажется, я уже упустила свой шанс. — Вот пока он тебе прямо не сказал, что ты ему не нужна, шанс есть, — горячо возразила она, неосознанно приняв полностью человеческий облик. — А если и скажет так, то напоследок окончательно сведём его с ума и отправимся искать тебе другого «принца». Если я правильно помню, у тебя ещё две перспективные фигуры есть. Правда, сначала с одного из них нужно снять окаменение. — Да не нужен мне никто другой! Даже если бы он не был принцем! Мне всё равно! — в растрёпанных чувствах взвыла я. — Просто… он необыкновенный! — Во-о-о-от! Так и будешь ему говорить. Репетируй, — усмехнувшись, одобрила язвительная змеюка. — Легко другому давать советы, — насупилась я. — Сама-то решила, как будешь искать своего суженного без применения кардинальных проверок?       Пожав плечами и загадочно улыбнувшись, горгона, так и не приняв змеиный облик, продолжила путь. На мой вопрос по этому поводу скупо пояснила, что скоро начнутся людные места. Мне ничего не оставалось делать, как идти рядом.       К вечеру, когда я уже сильно натёрла ноги и прокляла свою недогадливость — ведь мы могли ехать вдвоём на Лошадке! — мы вышли к небольшому населённому пункту. Напросившись переночевать у давней знакомой Куренай — старушки-травницы (странно, что её сторонились соседи, милейшая женщина) — мы с удовольствием пили с ней чай и слушали новости. — Недавно во дворец вернулись принцы. Старший привёл красавицу-жену, когда и успел только? А младшенький-то принц, как приехал, так надумал жениться, — сообщила она очередную сплетню. Я подавилась пирожком и не могла вымолвить и слова, только кашляла. — На ком, бабуля Чиё? — укоризненно покосившись на меня, спросила моя попутчица. — Да он сам ещё не решил, — поджав губы, покачала головой старушка. — Удумал устроить отбор невест. А наши девицы-то и рады. Которые подходят под требования, ещё три дня назад в столицу уехали. А те, которые нет, всё думают, как бы под них попасть. — А отбор уже начался? Когда закончится? И что за требования? — завалила хозяйку дома вопросами Куренай. Я всё ещё молчала — потрясенная, ошарашенная и полностью морально уничтоженная. — Что, сама принцессой стать захотела? Хе-хе-хе, — хрипло засмеялась травница, хитро поглядывая почему-то в мою сторону. — Вот ещё, — фыркнула шатенка. — Для меня он мальчишка. Меня интересуют мужчины постарше. А вот подруга моя… может быть. — А ты, девочка, что молчишь? — обратила на меня всё своё внимание бабуля Чиё и взглядом указала моей подруге сходить прогуляться. Та послушно вышла. — Принцев в королевствах много, да наш особенный. Нелегко его принцессой стать. — Не хочу я быть принцессой! Я его люблю-у-у-у-у! — не выдержала я. Из глаз покатились слёзы. Я самозабвенно зарыдала, жалея себя и своё несчастное разбитое сердце. Спустя пару минут, когда я поняла, что никто и не собирается меня утешать, я всхлипнула последний раз и горестно вздохнула. — Наревелась? — спросила меня травница, протягивая мне кружку с каким-то отваром. — Не бойся, не отравлю, хе-хе. — Наревелась, — убито подтвердила я, не обратив внимания на её слова. — А толку-то… — Вот значит, как ты выглядишь, похитительница сердца и разрушительница спокойствия моего младшего внучатого племянника, — протянула она, задумчиво разглядывая меня. На этот раз я подавилась отваром, когда до меня дошёл смысл её слов. — Вы… его родственница? — я потрясенно уставилась на неё. Немного помедлив, неуверенно спросила: — Он… обо мне рассказывал? — Родственница, да, хе-хе, мой внук сейчас на престоле сидит, ждёт не дождётся, когда сможет освободить его, — уточнила травница. — Младшенький молчал, только глазищами сверкал да чаёк мой успокоительный попивал. А старшенький всё рассказал, когда они переночевать останавливались. Женой хвастался. На тебя, Сакура, жаловался. Всю душу ты из младшенького вытянула. Я сгоряча хотела тебя жизни лишить, да вот вижу, что неплохая ты девочка. Сумасбродная, конечно, но неплохая. Вот, держи противоядие, — продолжая говорить, она с улыбкой протянула мне флакон. И тут я поняла её соседей. — Вы… отравили меня? — дрожащими руками я сняла крышку с флакона и глотком его осушила. — Когда?.. — Вот только что. Очень неразумно верить на слово и пить незнакомые зелья у плохо знакомых людей, — спокойно пояснила старушка, равнодушно пожав плечами. — Не переживай, яд замедленного действия, противоядие нужно принять до завтрашнего утра. И тогда последствий не будет. — Что?.. — просипела я, пузырёк выпал из моих рук и покатился по полу. Я в ужасе посмотрела на безразличную отравительницу. — От Куренай помощи не жди. Доверчивая змея уже спит, — ухмыльнулась она. — Сейчас мы поговорим с тобой, Сакура, начистоту. И от итогов разговора я решу, давать ли тебе противоядие или проще закопать тебя на заднем дворе, а горгоне сказать, что ты в очередной раз сбежала. Что ж, скажи-ка мне…       Это была худшая ночь в моей жизни. Ни плен у рыцарей, ни «гостеприимство» гения и вампира, ни битва с русалкой не могли сравниться с допросом «милой старушки». Вцепившись меня как клещ, она в деталях выяснила подробности моих встреч с эльфом, чувств к нему и намерений. И только тогда, когда показались первые лучи солнца, она сжалилась и дала настоящее противоядие. Взяв с меня обещание, что я никому не расскажу о произошедшей «беседе», бабуля Чиё благословила мои отношения с её младшеньким. Когда мы уже покидали с подругой столь гостеприимную деревню, ветер донёс до меня бормотание травницы «а так тебе, младшенький, и надо, получи себе невесту по характеру». А возможно, мне просто показалось.