Укротитель

Я оберегал тебя от них, как мог долго. Старался, чтоб вы не встретились. Будто знал с самого начала, что стоит вам сойтись и все полетит к чертям. Не задерживался рядом, избегал компаний, с которыми ты общался, мест, где ты чаще бывал, забивался в дальний угол комнаты, если в ней был ты. А ты нарочно магнитил синевой глаз и плутовством улыбки…Словно чувствовал гул натянутой до предела веревки, словно видел трепет красных лоскутьев на ветру… Ты всегда был смелым. Проходя мимо, стоило подольше задержать на тебе взгляд, я слышал позвякивание цепей, знал, что они заинтересованно поднимают головы. И сразу сбегал, сбегал подальше от тебя, чтобы не видеть, не думать, не надеяться…Но ты сам перешел черту, шагнул за оклад. Понимал ли ты, чем это грозит? Я не могу припомнить, как не пытаюсь, что ты говорил, подойдя ко мне, и что я отвечал тебе. Я помню только сведенное до хрипоты горло и нарастающее, накатывающее волнами чувство голода. Мои звери скалятся, щетиня колкой шерстью сутулые хребты, сверкая желтыми лампами глаз, рычат утробно, предупреждают. Но ты всегда был вызывающе смелым. Не боишься, тянешь тонкую белую руку, не брезгуешь грязной шерстью и слюной, капающей с острых клыков. Мои звери привыкли к побоям, плевкам и издевкам. К ударам в живот, туда, где помягче и побеззащитней. Залижут раны, поскулят и обрастут коростой, нарастят броню цинизма и подозрительности. Мы слишком много прошли вместе и не доверяем никому. Кроме нас самих. Рычание. Зубы клацают рядом с пальцами. Ты шикаешь, усмехаешься уголком губ и смотришь, смотришь в упор. Так пристально, внимательно, тепло, будто тебе не все равно. Непривычная, непрошеная ласка вздыбливает шерсть, выкручивает спазмом мышцы. Звери замирают, настороженно поводя ушами, зрачки пульсируют. Они напряжены, но уже не пытаются отгрызть тебе руку. Ждут. И так странно и тревожно, когда тонут все звуки, когда весь мир размывает в калейдоскоп цветных пятен. Словно фокус фиксируется на одном лишь человеке, и ты подмечаешь каждую деталь, ощущая все так остро, будто он и ты единый организм. Шелест вздоха, биение пульса, кожа, покрывающаяся мурашками под твоими пальцами. И теплота губ, что достает, кажется, до самого нутра.