Рабочее название: "Панацея"

      

Глава 9.

      Заброшенное здание, словно забытая тень минувших лет стояло на северной окраине Деревни, район которой еще даже не стоял в планах по восстановлению после Великой Войны шиноби. Окруженное серым снегом и проглядывающим из-под него безжизненными листьями прошлогодней осени, оно неясным силуэтом возвышалось в одиночестве над землей. Стены здания, когда-то белоснежные, теперь покрыты темными стеблями плюща, мхом и трещинами, разрывающими его на части. Окна, пустые глазницы, безжизненно смотрели на мир. Многие из них разбиты и в узкие проемы комнат и кабинетов проникал холодный свет, играющий на стенах жуткими тенями. Крыша провалилась в некоторых местах, открывая взору обветшалые деревянные балки, скрипящие на ветру. Входная дверь перекосилась и висит на одной петле.       Внутри здание выглядело еще хуже. Зараженные грибком и мхом стены чернели снизу и по углам, кое-где виднелись разбитые колбы и разбросанные книги. На полу, расцарапанном обломками кирпичей и осколками стекла, лежали разбросанная одежда и какая-то кухонная утварь. Сплошная тишина царила внутри, прерываемая лишь шумом ветра в пустых глазницах-окнах бывшего центрального морга Деревни.       Неяркий свет фонаря скользил по полуразрушенной мебели, рисуя на полу бесформенные тени. В тесноте и пыли, прижав ноги к себе, лежала Сакура. По левой стороне бледного лица стекала кровь, расползаясь по грязному полу небольшой лужицей. Веки слегка дернулись, и она приоткрыла глаза. Вся комната будто вращалась, подкатывала тошнота. Сакура попыталась подняться на руки, но собственное тело отказывалось слушаться. Ладони словно пронзили тысяча иголок, и она медленно вернулась в лежачее положение, развернувшись на спину.       «Меня, видимо, хорошо приложили,» — ирьёнин осторожно дотронулась до виска, размазав кровь по щеке и волосам. Голову словно сжимали тиски. Сакура почувствовала горечь во рту, тошнота подкатила к горлу, последнем усилием девушка повернулась на бок и приподнялась на руки. Её вырвало чем-то темным, но по привкусу меди во рту она поняла – кровь.       Ей стало страшно. По-человечески, страшно. Её била крупная дрожь, а полу-онемевшие ноги сводило судорогой так, что хотелось выть. Бессилие, абсолютное, поглощающее до самых закромов души. Сакура опустилась на холодный кафель, ощущая, как силы покидают. Было слишком много вещей, о которых она беспокоилась и слишком мало времени, чтобы что-то предпринять.       Мысли путались в голове, дышать становилось все труднее из-за сильных спазмов, которые словно током пронзали тело Сакуры. Ей непродолжительно удавалось бороться со сном, но спустя время полуразрушенная комната погрузилась в темноту.              Саске остановился на одной из крыш, след чакры Сакуры будто растворился в сером холодном воздухе. Парень выдохнул облачко пара и сосредоточился, активируя гетерохромные глаза. Место, куда привела его энергия ирьёнина было ему очень отдаленно знакомо. Это был район близ окраины Деревни, некогда не самый благополучный, а сейчас он был похож на кладбище с полуразрушенными возвышающимися памятниками-домами. Саске огляделся, внутреннее чутьё подсказывало ему, что Сакуры здесь нет, враги не могли так бездарно подойти к похищению первоклассного ниндзя-медика. К тому же это преступление подтверждало мысль парня – кто-то явно из своих замешан в произошедшем, ведь именно в больницу пришли преступники, а значит врачам удалось узнать, как вылечить людей.       Саске попытался сосредоточиться, чтобы уловить любое колебание чужой чакры, однако, местность ответила молчанием и безжизненно выдохнула в лицо рой снежинок. Вдруг он ощутил чакру позади себя и, когда обернулся, рядом с ним появилась маленькая собачка-мопс с коричневым мехом и тёмной мордочкой и ушами.       —Паккун, не так ли? — с нотками некоторого облегчения сказал парень.       —Да, Саске, давно не виделись. Какаши отправил меня, чтобы помочь найти Сакуру, — он неуклюже переминался с лапы на лапу, показывая, как ему холодно.       —Тогда веди к ней. Они блокировали её чакру и, возможно, она без сознания, я вообще не чувствую энергии, — Саске вновь направил взгляд в безжизненный район.       — Идём за мной, — гавкнул Паккун и прыгнул на следующее здание, и принюхавшись к ветру, ринулся, ведомый запахом.              Сакура пришла в себя второй раз. Сейчас самочувствие её значительно улучшилось, головокружение и судорога прошли, однако, область виска саднила, боль пульсировала от каждого движения, дышать тоже было тяжело, ощущение сдавленной грудины все еще присутствовало, но это не было проблемой номер один. Девушка смогла опереться на руки и сесть, подтянув онемевшие ноги. Впервые она осмотрелась, место ей было не знакомо. Полуразрушенный кабинет, наполненный разорванными бумажками, пылю и чужими воспоминаниями недружелюбно смотрел на свою пленницу разбитыми рамками с фотографиями со стены. Сакура прищурилась, но ей это не помогло, разглядеть лица было практически невозможно. Стол опасно покосился, готовый в любой момент окончательно сломаться.       «Здесь негде спрятаться, в случае атаки, придётся биться в лобовую...» — единственная мысль, промелькнувшая в голове самой первой. Нужно было спасаться, но сил хватало не на многое, лишь только на одну попытку подняться, которая закончилась ничем. Сакура оглянулась, противоположная от двери стена была ближе к ней. Она легла на пол и, закусив губу решилась доползти до неё. Каждое движение отдавалось тупой болью во всем теле, но ирьёнина было не остановить.       Когда путь в несколько метров был закончен, и замерзшая ладонь коснулась спасительной стены, Сакура выдохнула. Она рывком подтянула ноги к себе, скривясь от боли, и, опираясь о холодный кирпич, приняла сидячее положение. Ирьёнин тихонько застонала, из глаз скатились несколько слезинок, которые разбились о кафельный пыльный пол.       Сакура прикоснулась ледяной рукой ко лбу, вызывая новую волну мурашек. Чакра еле ощущалась в теле, она казалась вязкой, склизкой, до омерзения неприятной. Её радовала только одна мысль, если в этой ситуации можно хоть чему-то радоваться, вряд ли похитители могли отнести её куда-то далеко, ведь вся Деревня была буквально оцеплена отрядами шиноби, если только это не было пространственно-временной техникой, на что девушка надеялась и о чем мысленно молила всех известных ей богов.       «Что же, могло бы быть и хуже…» — сделала неутешительный вывод Сакура. «Если так подумать, то в больнице явно было подсадное лицо, которое было в курсе происходящего,» — она пыталась вспомнить, кто помимо Цунаде, её и Шизуне были в курсе, что они отправились создавать противоядие. «Перед тем, как меня похитили, в комнату зашла… Мира…»       —Цунаде-сама, Шизуне-сама просила передать, что списки готовы, — тихо поклонилась медсестра.       —Хорошо, пусть отдаст их Шестому, не тяните, а ты поднимайся и займись своими обязанностями, — строго ответила медик, не оборачиваясь.       —Слушаюсь.       Медсестра покинула лабораторию, и спустя какое-то неопределенное время, свет моргнул, а наверху послышался дикий грохот и сдавленные вскрики. Медики синхронно взглянули на дверь, потом друг на друга.       —Останься здесь, я пойду проверю, — ответила Цунаде на незаданный вопрос.       Сакура кивнула, голова немного кружилась, сказывалось действие антидота. Но внутри что-то не давало расслабиться, словно огромная волна из тревоги и опасности накрывала её. Одно движение и пузырек с антидотом летит в потайной ящик, вся комната озаряется ярким светом, а затем всё окутала темнота.       «Могла ли за всем этим стоять Мира?» — Сакура сдавила голову руками, в желании унять пульсирующую боль в виске, короткие ногти впились в нежную кожу. «Да что же это! Снова боль возвращается… Неужели мы ошиблись с госпожой Цунадой и это только усугубит или даже убьёт меня,» — дыхание становилось поверхностным, но при этом тяжелым и клокочущем. «Возможно ли, что это остаток яда, который сейчас постепенно парализует мои потоки чакры, или это техника врага? Бьякуго поддерживал во мне жизнь, обновляя клетки, моя печать наверняка бы без остатка убрала все последствия яда, соответственно второй вариант более вероятен, и это плохо».       Вдруг где-то за стеной послышались шаги и обрывки разговора. Голоса принадлежали мужчинам, они спорили о чем-то, но Сакура не могла понять, что стало предметом оживленной дискуссии, возможно, сейчас решалась её судьба. Голоса прошли мимо, и она облегченно выдохнула.       Девушка ощутила волну слабости, что шла откуда-то снизу, органы словно медленно прекращали свою работу и отключались один за другим. Ирьёнин не соображала, что происходит, мысли будто исчезли из головы, оставляя лишь белую пустоту после себя. Внезапно она почувствовала болезненный укол в ногу, знакомый голос позвал её, но медик уже не откликнулся на него.       Метель вступила в свои права, отдавая порывистому ветру главную партию. Он гудел, завывал, рвал. Деревья кренились, смыкая ветви точно в просящем о помиловании жесте. Младенцы плакали, сливаясь в своем пронзительном крике с гулом надвигающейся стихии, дети постарше жались к родителям. Они уже ничего не спрашивали, их пробирала крупная дрожь, от которой не было спасения. Взрослые старались стоять большими группами, чтобы хоть как-то согреваться.       —Шикамару, нам необходимо отправлять группу номер один, — крикнула Хината подходя к Шикамару.       —У тебя все пришли? — спросил Нара, оборачиваясь.       — По списку не хватает еще пятерых.       Шикамару развернул документ к себе и быстро пробежался глазами по фамилиям отсутствующих.       —Подожди здесь. Я уточню информацию в медицинских списках и вернусь, — парень растворился в снегопаде.       Девушка выдохнула облако белого пара и обернулась на доверенных ей людей, дрожавших от холода и ветра. Матери прижимали младенцев к себе, покачиваясь из стороны в сторону. Палатки были набиты битком так, что подолы брезентового укрытия не сходились, оголяя спины и лица замерзающих людей.       —Хината, у тебя все хорошо? — один из клонов Наруто приблизился к девушке, отвлекая последнюю от нерадостных мыслей.       —Нет, пока жду информации об одной семье. Мы не можем отправиться, пока все не соберутся, — Хината поправила теплый шарф, который не спасал от пронизывающих беспрерывных ледяных потоков.       —Тебе понадобится кое-что, — клон протянул ладонь и осторожно взял растерянную девушку за руку. Тело пронзил жар знакомой чакры.       —Это же энергия Курамы…       — Да, Наруто попросил поделиться с тобой и другими уходящими отрядами, чтобы в случае чего у вас было достаточно сил для отражения атаки, а также, если вдруг вам потребуется помощь, мы сможем быстро вас найти.       —Вот как, — девушка немного покраснела. —Спасибо… Наруто-кун.       —Хината, ваш отряд пусть готовится. Через пять минут вы должны покинуть Коноху, — Шикамару приблизился к девушке, вручая новый список.       Имена последних пяти человек были вычеркнуты, напротив них стояло лишь одно слово: «Погибли».       —Наруто уже начал делится своей чакрой? — спросил Шикамару.       —Да, сказал раздать первым уходящим отрядам, — ответил клон.       —Хорошо. Оставляю этот вопрос на него, Хината, возвращайся к своим, готовьте людей, помогите детям и беременным, — приказал Шикамару.       Но Хината не двинулась с места, она точно заколдованная смотрела в одну точку, куда-то между зданиями.       —Там кто-то есть? — тут же оживился клон, стараясь рассмотреть то, что видела девушка.       —Чакра… Вернее след от неё, она чужая, явно сильная. След тянется от… — сказала брюнетка, активируя бьякуган, — почти от центра Деревни, я не могу сказать больше.       —Они что, начали использовать ту технику? Если это так, мы в большой… — не договорил клон Наруто. — Нужно ускорится и отправлять людей уже сейчас!       —Это не похоже на технику запечатывания… Возможно, это отголосок атаки на больницу, — предположила Хината, — а может, они концентрируют чакру, в одном месте, чтобы активировать технику.       —Если ты окажешься права, это будет значить, что среди нас предатель… Только шиноби, Цунаде-сама, Шизуне-сама и Сакура знали об эвакуации. Трое последних отпадают автоматически, остаемся мы – ниндзя, — озвучил информацию Шикамару, слегка потирая подбородок бледными пальцами. —Немедленно сообщи настоящему Наруто об этом, Хината, а ты наблюдай, наверняка будут попытки заразить или напасть.       —Есть! — ответили ребята, направившись по своим местам.              Солоноватый привкус собственной крови привел Сакуру в чувство. Все тело ныло, отдаваясь шумом в ушах. Чакра внутри неё двигалась беспорядочно, неконтролируемо высвобождаясь в разных тенкетсу. Ног медик почти не чувствовала, но это скорее всего от жуткого холода, который с каждой секундой становился невыносимым.       —О, ещё не откинулась! — голос искажался и звучал неестественно хрипло, отчего более зловеще. Еще удар в живот, от которого новая порция боли разлилась по телу точно лава.       —Успокойся и отойди от неё, тебе есть чем заняться, — второй голос звучал властно. — Должны же мы хоть немного проявить уважения, перед умирающим медиком.       Девушка ощутила, как ее приподняли и грубо толкнули в стену, из-за чего она сдавленно закашлялась. Ирьёнин сквозь вновь образовавшуюся пелену пыталась разглядеть лицо человека, сидящего напротив, но удар был слишком сильный для её ослабевающего тела. Единственное, что могло помочь ей – голоса, но она быа уверенна, что не знала их владельцев.       —Ну, великий медик, Сакура, кажется. Какого это умирать от рук своего же персонала? — один из похитителей не скрывал свою издевательскую интонацию.       —Не знаю, — прохрипела девушка, пытаясь неловко стереть кровь с губ. Её мысли о предательстве подтвердились. — Погано.       —А хочешь узнать имя той, кто предала? — этот вопрос задал не тот, кто поддерживал Сакуру в вертикальном положении.       —Догадываюсь…       —Говори, а мы скажем, угадала ты или нет.       —А что, если я выиграю, вы мне жизнь сохраните или уберетесь из Деревни? — усмехнулась ирьёнин, ощущая, как внутри все начинает гореть огнем. Только сейчас она поняла, что чувствует, как собственная чакра, заставляет тело работать буквально на пределе возможностей. «Шаннаро, дело дрянь… Еще немного и меня буквально разорвет от энергии…»       — Да, минут на пять, тебе все равно не больше этого времени осталось, твое тело уже разрушается под действием нашего изобретения, — голос второго похитителя был полон гордости.       —Оставьте её, — вдруг вмешался третий слабый женский голос.       Вот его Сакура уже узнала. Он принадлежал Мире.       «Неужели моя теория была верна…Она с ними заодно? Что вообще происходит? У неё была какая-то причина связаться с этими отморозками или это её внутренний порыв,» — неожиданно руки, державшие девушку, ослабли хватку и вновь несильно толкнули её в стену.       —Заткнись! — послышался звук серии ударов и вскриков.       —Прекратите, — Сакура хотела вмешаться, но сил ни на что не хватало, каждое движение давалось с адской болью, от которой перехватывало дыхание. «Мне нужно попытаться собрать хоть немного чакры и попробовать подать сигнал. Наверняка все уже в курсе нападения, и патрульные шиноби обходят территорию Деревни».       — Мы же уже сказали тебе, чем больше ты будешь сопротивляться нам, тем больше человек погибнет, — голос принадлежал человеку, который до этого держал ирьёнина.       — Отпустите её, — пропустив все мимо ушей, повторила просьбу девушка. Правда теперь она шептала.       —Кто вы вообще? О чём вы говорите? — Сакура старалась отвлечь внимание похитителей, в надежде спасти Миру от побоев. К тому же ей нужно было выкроить хоть немного времени, чтобы подчинить хаотичный поток чакры. Энергия все также беспорядочно двигалась в теле, причиняя сильную боль.       —Спроси у неё сама, — послышался звук волочения и глухой удар. — Если она тебе ответит, — Сакуру оглушил резкий вскрик.       Потом послышался смех, как вдруг резко открылась дверь впуская в помещение еще одного человека. Сакуре с трудом удалось рассмотреть вошедшего, пелена спала, как только головная боль немного стихла. Это был худощавый высокий мужчина в белом врачебном халате и в круглых очках.       —Вы до сих пор не расправились с ними? Сколько можно тянуть, они обе мне точно кость в горле, — его голос был спокойным и мягким.       —Доктор, не переживайте, одна из них уже вряд ли что-то скажет… — по голосу Сакура догадалась, что это тот, кто бил и удерживал её у стены. Он был невысоким и коренастым. На его лысой голове виднелись следы от старых ран.       Только сейчас девушка увидела Миру, лежащую рядом с этим отморозком. Вернее, её тело. Медик не подавала признаков жизни, лицо было сильно изуродовано ударами.       —Это да, она теперь больше нам не нужна, от неё итак помощи было не шибко много, только ныла постоянно! — к стоящим преступникам присоединился третий, пинком вдаривший по голове лежащей.       —Не смей! — крикнула Сакура.       —Что ты вякнула, скотина?! – заорал третий, быстро приблизившись и схватив ирьёнина за шею, но прежде, чем он опомнился Сакура резким ударом кулака с собранной чакрой заставила отморозка влететь в стену, параллельно сбив с ног, стоявших двух преступников.       «Мда, вышло слабовато, такой шум точно не привлечет внимания с улицы. Однако для них этого хватит, а теперь нужно попробовать выбраться,» — Сакура тяжело дыша рухнула на колени, ноги дрожали, а чакра все еще в бешеном темпе циркулировала в теле. Её снова клонило в сон, но на этот раз такой роскоши она не могла себе позволить.       —Саку…ра… - сан… — из коматозного состояния ирьёнина вывел слабый надламывающийся голос.       —Мира, Мира, ты жива? — Сакура подползла к девушке, но резко отшатнулась.       —Мне… недолго… — медик еле говорила, её дыхание становилось громче и поверхностным. Глаза были закрыты, из-под дрожащих ресниц текли кровавые слезы, по лицу пошли гнойные волдыри.       —Мира… Ты заражена...       —Я – носи…       Последнее слово произнести она не успела, точным движением холодное лезвие куная вошло в голову, шею и сердце.       —Она слишком много болтает, не правда ли, Сакура-сан? — голос принадлежал кому-то знакомому.       Сакура вздрогнула, её одежду окропила алая кровь. Она медленно повернула голову, все еще стоя на коленях. Ирьёнин знала этого человека, это был один из главных медиков центральной больницы Деревни Звука. Они довольно часто встречались на медицинских конференциях, однако, с полгода назад пришло извещение о его смерти.       — Эбиру, что это все значит? Что ты устроил? — голос Сакуры хоть и был слабым, но нотки негодования можно было услышать.       —Видите ли, госпожа Сакура, медицина – место где можно заработать неплохие деньги на лекарствах, особенно в период эпидемий, однако, как вы понимаете, поддержку я нашел…       —Среди таких же отбросов, как и ты, — закончила мысль Сакура. Боль по телу начала распространяться с новой силой, выбивая воздух из легких.       —Ну, зачем же грубить. Вы же понимаете, что заниматься подобным я мог только, разыграв спектакль с собственной смертью, чтобы начать новую жизнь, — продолжил свой рассказ Эбиру.       —Как давно ты встретил Миру? — перебила Сакура, стиснув зубы от боли, выпустив лишь короткий стон боли.       —Что же вы так нетерпеливы? Хотя, я уверен вам очень больно, вы едва ли можете управлять своим телом и держитесь только на собственной чакре и печати, хотя через самое большое – полчаса, вы потеряете и их. Что ж, ваше неуважение мне понятно. Я отвечу на ваши вопросы, так уж и быть, ведь рассказать их кому-то у вас не получится, — он схватил девушку за плечи и грубо развернул к себе.       —Я узнал об этом вирусе, еще пару лет назад, вычитал в библиотеке Деревни в запретной её части, и мне до безумия хотелось повторить этот эксперимент, только нужно было найти кого-то, кто станет идеальным носителем, пациентом номер ноль, так сказать. Как ты понимаешь, все увенчалось успехом, моим успехом. В лаборатории нашей больницы я нашел сохранённые остатки крови пациентов, погибших от этого вируса. Знаете, насколько живуче это создание? Годы в холодильнике не погубили его! Я начал вводить это детям-отказникам, не знаю, сколько их умерло, но на третью или четвертую попытку, одна из них выжила. Она и стала для меня тем самым носителем, вирус на неё не действовал, однако, при любой ране и травме, Мира, так я её назвал, могла умереть, — Эбиру встряхнул Сакуру, которая, точно тряпичная кукла, безвольно смотрела на одного из самых отвратительных созданий в мире без возможности что-то предпринять. Сознание путалось, и мысли точно муравьи расползались в голове. Тело содрогалось от новых приступов боли, но ирьёнин сдерживала боль, до крови кусая губы.       —Я – приёмный отец Миры, Ей, конечно, было ничего не известно о том, кто наградил её этой болезнью, но с возрастом возникла новая проблема – боль. Она постоянно мучилась от боли, так что жила исключительно на ибупрофене и иже с ним. Я же продолжал творить, мне было интересно, что ещё я могу туда внести для разнообразия и потом точно! Яд! Именно он мог усовершенствовать мое оружие для заработка, ведь до этого не было такого, что яд и вирус будут усиливать действие друг друга. Ты можешь хоть до конца жизни отсасывать его своими техниками, но пока не уничтожен вирус, ты не сможешь спасти пациента. При обратной схеме, ты тоже обречен на провал, ведь вирус уничтожает иммунную систему, а яд добивает. Согласитесь, я – гениален!       —Почему наша Деревня? — прохрипела Сакура.       —Да, потому что вы и Цунаде-сама – главные помехи моего плана! Только вы способны найти спасение, естественно, кроме меня! Но я сделал все, чтобы ваша разработка была уничтожена, так что все тщетно! Как только вы умрете, я стану единственным владельцем лекарства и тогда все страны будут у моих ног! Все Каге будут прислуживать мне!       —Эта сука вдарила так, что мы втроем потеряли сознание! Позвольте нам убить её? — Сакура медленно повернула голову и увидела приближающихся отморозков.       —Одним махом троих. Мда, Сакура-сан, как бы я хотел, чтобы вы были на моей стороне, ведь вы великолепны как физически, так и с точки зрения медицины…       —Лучше умереть… — Сакура выплюнула кровь прямо в лицо Эбиру.       —А жаль, — ответил он ничуть не смутившись. — Вы мне были симпатичны, — мужчина замахнулся и наотмашь ударил девушку. Сакура повалилась на пол, оставшись без поддержки.       —Позвольте нам…       —Заткнитесь, у нас есть дела поважнее. Во-первых, ваше дело – тело этого бесполезного куска дерьма! — голос главаря перешел почти на крик. — Сакуру-саму, не сметь трогать, если не хочешь отправиться вслед за Мирой! Во-вторых, вы что уже освободились с печатями?       —Никак нет, они отнимают слишком много сил, даже ваши гениальные пилюли не помогают, — ответил один из преступников, — к тому же нам приходится поддерживать барьер вокруг этого места.       —Тогда, жрите их горстями! Хватит жаловаться! Весь план может пойти по одному месту, если вы будете сидеть и ныть тут!       Послышался сначала хлопок двери, потом ругательства и звуки волочения. Сакура вновь осталась одна. Она пришла в себя, когда дверь хлопнула второй раз. Сейчас ей стало немного легче. Чакра будто успокоилась и осторожно заняла свое положенное место в каждой клетке тела. Даже боль от сильного удара по лицу притупилась и практически не ощущалась.       «Значит вот как обстоят дела… Однако, он не учел, что яд можно нейтрализовать действием другого яда. Да и вакцина вполне работает. Единственное, возможно, нужно вводить их вместе, а затем начать поддерживающую терапию, чтобы помочь телу справиться. Я должна все рассказать госпоже Цунаде, к тому же ей тоже угрожает опасность, я должна предупредить, я должна… Я не могу тут погибнуть… Нужно что-то придумать и сбежать, сейчас!» — Сакура вновь предприняла попытку подняться, на этот раз ноги держали гораздо лучше. Сил хватило ненамного, ирьёнин доковыляла до стола и остановилась. В голову закралась безрадостная мысль, но в глубине души, Сакура была уверена, что она единственно правильная.        «Может лучше попытаться уничтожить их сейчас? Последний удар, мне хватит сил, я смогу! Цунаде-сама и Шизуне-сама, прошу вас, доработайте противоядие, у вас все получится, я верю в это. Вы все поймете! Наруто, прости, и знай, я все успела и ни о чем не жалею. Саске… я хочу, чтобы однажды ты был счастлив. Я люблю тебя,» — Сакура ощутила волну чакры, послушно поднимающуюся к руке.       —Я заберу вас с собой, — собрав всю силу в кулак, она уже была готова вдарить в пол, когда темная фигура сбила её с ног, крепко прижав к себе.       —Остановись, — прошептал знакомый до мурашек голос. —Я здесь.       —Саске… — выдохнула медик.